Блокиратор памяти. Иронический детектив. Целиком

Аннотация
             В руки молодого учёного попадает папка с материалами опасного изобретения, которое может быть эффективно использовано в военных целях: как наступательных, так и оборонных. И только от него зависит, кому достанется это ноу-хау: своим или классовым врагам.


Глава 1. Хмурое утро

                В то роковое утро небо над городом было задрапировано таким плотным слоем облаков, что солнце не находило даже маленькой щели, чтобы хоть немного, золотом своих лучей, разбавить однотонную серость зарождающегося дня.

Младший научный сотрудник, Иван Волнушкин, ехал в троллейбусе, совершать свой ежедневный трудовой подвиг. Он стоял на задней площадке, держась за поручень, и периодически зевал. Ко сну клонило не только его: значительная часть сидящих в салоне пассажиров куняла носами. Те же, кому не хватило мест, безвольно, словно подвешенные сардельки, покачивались в проходе, в такт движения транспортного средства.

"Сонное царство, - подумалось Волнушкину, - день только начался, а рабочий люд сплошь вялый и смурной. Какие же мы слабые, плохо приспособленные для жизни на Земле, существа. Зимой нам холодно, летом - жарко. Перепады атмосферного давления нас угнетают или вызывают головную боль. Согласно статистике, в пасмурные дни смертность населения увеличивается в разы, и особенно в той группе населения, которая скудно питается".

Иван Волнушкин печально вздохнул: себя он тоже причислял к когорте малоимущих. Работа в НИИ "Технологии будущего" его кормила, но не более того: большая часть скромной ставки уходила на оплату съёмной комнаты. Однако на судьбу наш герой не роптал: он был молод - всего тридцать пять лет, и главное - холост, что вкупе давало ему право надеяться в скором будущем удивить мир нехилым научным открытием.


Глава 2. Профессор
 
             Дерзать на исследовательском поприще Ивана Волнушкина вдохновлял восьмидесятилетний профессор Николай Петрович Замесов, который являлся его научным руководителем и работодателем в одном лице.

В недалёком прошлом этот седой, с академической бородкой, человек считался легендарной личностью. За смелый полёт мысли, за уникальные, многообещающие проекты, Замесов был обласкан коммунистами: имел полный набор льгот и привилегий, высоко ценимые в соцобществе.
 
Его коньком была прикладная психология. Почему, после развала Советского Союза профессор резко забросил эту тему и занялся естественными науками, было тайной, покрытой мраком прошлых лет.

Новым детищем Замесова стала лаборатория по научным изысканиям при НИИ "Технологии будущего". Её финансировали местные нувориши, поверившие в дивные сказки именитого учёного.

Чтобы поступлениие ежегодных грантов не прекратилось, профессор неустанно жужжал в уши инвесторов, что опыты, проводимые в его лаборатории, превосходят все ожидания. А формула преобразования морской воды в высококачественное горючее, которым можно будет заправлять автомобили, почти готова.
Эту новость он муссировал из года в год, на протяжении последних десяти лет.

Всё это время Иван Волошкин имел счастье работать в лаборатории Николая Петровича Замесова его ассистентом, и параллельно писал диссертацию на тему: "Методика сбраживания морской воды с последующим перегоном её в нефтепродукт".


Глава 3. Шеф опаздывает

             Без пяти девять Волнушкин уже был на рабочем месте. Он надел белый халат и приступил к плановым опытом: смешивал морскую воду с заранее пронумерованными ингредиентами, а полученную суспензию подвергал химическому анализу. Результаты экспериментов он аккуратно заносил в рабочий журнал.

В десять утра появилась, трижды разведённая, ярко накрашенная Софья Тихая, - ещё одна штатная единица в команде легендарного профессора. В её обязанности входило: мытьё пробирок, заварка чая и уборка помещения.

Замесов, по-стариковски, приходил раньше всех. Он закрывался в своём кабинетике, читал корреспонденцию или писал статьи в научные журналы, напоминая миру, что он ещё жив и не сидит сложа руки.

Однако в то хмурое утро шеф появился в лаборатории лишь около одиннадцати утра, и с самого порога запричитал:
- Детки мои, мне что-то неможется. Утром еле встал с постели, думал не выходить на работу: такая во всём теле слабость была, головокружение... Но после взял себя в руки и решил выйти: на работе я всегда чувствую себя лучше чем дома. Сонечка, будь добра, сваргань мне чайку покрепче и щедро его подсласти. У меня в глазах рябит, а это явный признак снижения глюкозы в крови.

Спустя десять минут, лаборантка Тихая вошла с чаем в кабинет шефа и увидела картину, заставившую её оцепенеть: профессор Замесов уже не сидел за столом, а лежал ничком на полу, головой к двери.
- Иван, Иван!.. - здавленным голосом прокричала она.

Волнушкин понял: случилось что-то ужастное. Он вскочил, рывком отбросил в сторону стул на котором с идел, и спустя мгновение уже был на сцене, где разыгрывалась трагедия.


Глава 4. Старик в отключке

           Иван Волнушкин бережно перевернул обмякшее тело профессора лицом вверх и легонько потряс за плечо.
- Николай Петрович, Николай Петрович, - очнитесть!

Старик не подавал признаков жизни.
Ассистент поднял руку, чтобы шлепком по щеке привести шефа в чувство, но передумал.
- Соня, воды!

Лаборантка протянула стакан с чаем.
- Нет, - принеси простой воды... Холодной!

Тихая метнулась к рукомойнику и вернулась с полной кружкой воды.
Волнушкин обмакнул пальцы в воду и брызнул на лицо шефа. Затем ещё раз. Веки у Замесова вздрогнули, он приоткрыл глаза и зашевелил синюшного цвета губами:
"Валидол..." - разобрал шепот ассистент. Он порылся в карманах профессора, нашёл спасительные таблетки и, приподняв ему голову, сунул одну в приоткрытый рот.
- Николай Петрович, вы меня слышите? Может неотложку вызвать? - с дрожью в голосе, спросил Волнушкин.
Замесов вяло кивнул головой.
- Я уже вызвала, - скоро будут! - сказала влетевшая в кабинет Софья Тихая, и  протянула толстый том химической энциклопедии.
- Зачем это? - не понял ассистент.
- Подложи шефу под голову, и расстегни воротничок рубашки.
- Спасибо, дочка, - приоткрыв глаза, произнёс профессор. - У меня к тебе просьба, только не обижайся, - оставь нас ненадолго: мне надо с Иваном поговорить, тет-а-тет.
- Нет проблем! - сказала Тихая, и вышла из кабинета.


Глава 5. Конфиденциальная информация

           Лишь только за лаборанткой закрылась дверь, профессор Замесов торопливо заговорил:
- Ваня, сердце, похоже, прихватило не на шутку. Если я не вернусь из больницы, сделай то, что я тебе сейчас скажу.
 
Откроешь мой сейф: ключ висит на гвоздике, за левой дальней ножкой письменного стола. Найдёшь там папку красного цвета с гербом Советского Союза на обложке. Уничтожь её без промедления. Подобным образом поступишь и с флаконом промаркированным буквами БП, - он на самой нижней полке сейфа, в правом углу.
Дай слово, что выполнишь эту мою просьбу.

- Николай Петрович, к чему такая спешка? Я уверен: вы поправитесь! И потом, уничтожать научное наследие - это кощунство. Мы же не иезуиты, а учёные. Потомки могут нас не простить. Вот, на писателя Гоголя до сих пор обижаются за то, что он спалил продолжение "Мёртвых душ".

- Ваня, прекрати! Это другой случай. И чтобы ты не сомневался, открою тебе государственную тайну.
- Нет, нет - не надо тайны! Я всё понял: сделаю, как вы просите.
- Не робей, сынок! Да, я давал расписку о неразглашении, но в сложившихся обстоятельствах нарушение инструкции даже необходимо. Сейчас ты всё поймёшь!
 
При коммунистах я руководил кафедрой прикладной психологии. Незадолго до "перестройки", когда ресурсы СССР были на исходе, меня вызвали в "высокий кабинет" и поставили задачу: в кратчайший срок создать психотропный препарат массового воздействия. С его помощью престарелое политбюро надеялось покончить с капитализмом раз и навсегда.

С минуту профессор Замесов молчал, прикрыв глаза: то ли отдыхал, то ли собирался с мыслями, - затем продолжил.
- Психотропный препарат должен был состоять из двух частей: блокиратора памяти (БП) и наполнителя памяти (НП).

По задумке партийных лидеров, БП должен был напрочь изгладить из памяти, живущих в капиталистических странах людей, их буржуазное прошлое. А с помощью НП была бы произведена перезагрузка обнулённых прозападных мозгов, прогрессивной коммунистической идеологией.

Чтобы никто не догадался, - распылять БП (блокиратор памяти) над государствами с враждебной нам идеологией, предполагалось с помощью попутного ветра, дождевых туч, тропических ураганов и тому подобное.
 
За аэрозольным облаком содержащим БП, должно было последовать облако насыщенное НП (наполнителем памяти).

Разработать БП мы успели, а вот НП - нет. Началась "перестройка":  отношения с западом потеплели, и наш секретный проект заморозили.
Потом в стране произошёл переворот. Коммунисты, покидая тонущий "Титаник" - СССР, заметали следы. Однако приказ об утилизации документации по БП и образца готового психотропного препарата я не выполнил, - почему-то был уверен: СССР обязательно возродится, а когда коммунисты вернут власть, - я приподнесу им "подарочек". Но видно - не судьба.


Глава 6. Последние наставления

           Иван Волнушкин был ошарашен услышанным. Противоречивые мысли вертелись в его голове.

- Николай Петрович, а что если этот ваш БП (бдокиратор памяти) медикам передать? Ведь сколько людей страдает от ночных кошмаров, навязчивых мыслей, обид, чувства вины, злопамятности, комплексов разных.  А ваш блокиратор памяти освободил бы их от подобных наваждений...
- Ни в коем случае! И среди медиков найдутся отморозки, которые не задумываясь, передадут секрет изготовления БП иностранным разведкам, если те хорошо им заплатят. Представляешь, Ваня, что они тогда с нашим народом сделать могут!
- Не представляю, Николай Петрович, но испытать воздействие БП на себе, - мне бы не хотелось.
- Скорая приехала! - заглянула в кабинет Софья Тихая. - Пойду встречу.
- Иван, ещё раз убедительно прошу: никакой самодеятельности. Сделай, как прошу! Я ведь для тебя десять лет добро делал: в такое непростое время обеспечивал работой. Хотя наш проект "Горючее из морской воды" был кукишом на постном масле, - тем не менее, - он кормил нас исправно.
У ассистента округлились глаза.
- Как же так, Николай Петрович, я ведь  искренне верил в наш проект!
- И правильно делал, Ваня! Без веры в идею в науке делать нечего.
В кабинет вошли два медбрата. Они измерили у профессора кровяное давление и сделали укол. Затем уложили его на стречер и покатили к санитарной машине...
- Как ты думаешь, шеф выкарабкается? - спросила Софья Тихая.
- Откуда я знаю! - раздражённо буркнул Волнушкин.
С минуту он стоял, опустив голову, и о чём-то размышляя. Затем уверенно произнёс:
- Соня, я поеду к нему в больницу: что-то у меня тревожно на душе.
- Правильно, Иван, - поезжай! Позвони мне оттуда. Я ведь тоже переживаю за Николая Петровича: он же для меня был, как отец родной.
Софья Тихая заморгала ресницами, и отвернулась.


Глава 7. Эскалация событий

       Спустя два часа, в лаборатории НИИ "Технологии будущего", зазвонил телефон. Лаборантка Тихая сидела у аппарата, и сразу же взяла трубку.
- Алло?
На другом конце молчали.
- Иван, - это ты?

- Мужайся, Софья, - наш Николай Петрович приказал долго жить. В процедурной у него случился обширный инфаркт миокарда. Врачи как не старались, реанимировать шефа не смогли. Я - в шоке: ничего не соображаю. Поеду домой. Завтра на работе обсудим, как нам быть дальше... И быть ли вообще! - упавшим голосом произнёс Волнушкин.


          На следующий день, в девять утра, Иван Волнушкин уже был в лаборатории. Он знал: Софья Тихая приходит значительно позже, и намеревался до её прихода выполнить последнюю просьбу Замесова: уничтожить научную документацию в таинственной красной папке, вместе с образцом готового препарата.

К его удивлению, ключа от сейфа, за ножкой письменного стола не оказалось.
"Может профессор запамятовал и спрятал ключ в другом месте?" - мелькнула догадка в голове Волнушкина.

Он принялся методично инспектировать ящики стола, шарить по полкам, и даже ползал по полу, осматривая каждый закуток и щель, куда тоже мог завалиться злополучный ключ.
Увлечённый поисками, ассистент не услышал, когда в кабинет вошла Софья Тихая.

- Привет, Иван! Что за погром ты здесь устроил? Ключ от сейфа ищешь? А он у меня. Вчера, когда шеф перед тобой исповедовался, я всё слышала. Да, да - подслушивала! Вот такая я нехорошая девушка.


Глава 8. Непредвиденная помеха

         Иван Волнушкин встал с пола, стряхнул пыль с брюк и медленно опустился на стул.
"Вот зараза! Вот что мне теперь делать?" - подумал он, с ненавистью глядя на лаборантку.

- Не морщи свой учёный лобик, Иван! Знаю о чём думу думаешь: как бы выманить у меня ключ, завладеть изобретением шефа и заработать на нём кучу денег. Это не по-честному! Николай Петрович нас обоих называл "мои детки". Значит мы оба его наследники, а не ты один.

- Софья, ты глубоко заблуждаешься! Делать гешефт на чужом научном труде - не в моих правилах. Я просто хотел выполнить последнюю просьбу нашего дорогого шефа: уничтожить опасный для человечества препарат и формулу его приготовления. Только и всего! Ты ведь сама всё слышала.

- Иван, не пудри мне мозги, - так я тебе и поверила. Впрочем, отдай мне мою долю - сто тысяч евро, а я тебе - ключ от сейфа, и можешь исполнять волю выжившего из ума старика. Похоже, что и у тебя с головой не всё впорядке.

- Помилуй, где я возьму сто тысяч евро? Такие деньги я в кино только видел.

- А что так? Ведь ты же умеешь морскую воду в нефть превращать. Продай олигархам своё ноу-хау... Что, - самому смешно стало?

Но ассистент не лыбился, как показалось Софье Тихой, а скривился. Ему вдруг стало противно от мысли, что он столько лет общался с двуличной женщиной.
"Ах, какая хищница! Такая своего не упустит. С ней надо по-другому!"

Волнушкин подпёр рукой подбородок, подобно "мыслителю" скульптора Родена, и застыл, давая Тихой понять, что он определяется.
Помолчав так с минуту, он шумно вздохнул, развязно откинулся на спинку стула и спокойно произнёс:
- Что-что, а убеждать, Соня, ты умеешь!

- Что это значит? Ты согласен?

- А что мне остаётся!  Ведь с сегодняшнего дня: я безработный, - лишний человек на пиру жизни. Ты меня извини за ту чепуху, что молол до этого: горе затуманило мой разум.

- Ладно, Иван, проехали! Давай ближе к делу! У меня есть крутые знакомые, которые берутся реализовать изобретение профессора за 250 тысяч евро. Нам с тобой по сто тысяч, а им - пятьдесят, за посредничество.

- Соня, откуда взялась эта смешная сумма - 250 тысяч евро?
- Знакомые навели справки по своим каналам.

- Поверь мне - это развод! БП (блокиратор памяти) стоит значительно дороже. В науке я кое-что понимаю! Уверен: мы можем получить за него не по сто тысяч, а по пятьсот, или даже по миллиону, в конвертируемой валюте. Мне нужно самому изучить материалы в красной папке и тогда я точно скажу, за сколько мы сможем загнать БП.

Лаборантка какое-то время буравила Волнушкина испытующим взглядом. Затем кинулась в другую комнату, крикнув на ходу:
- Мне надо кое-кому позвонить!

Спустя пару минут, она вернулась.
- Сейчас к нам подъедет один мой знакомый, - очень серьёзный человек. Так мне будет спокойней!


Глава 9. Телохранитель

            Когда в кабинет, слегка сутулясь, вошёл высокий сухопарый тип, Иван Волнушкин невольно напрягся. Узкий лоб незнакомца обрамлял ёжик обесцвеченных перекисью водорода волос. На месте его глаз жутковато поблескивали пятачки солнцезащитных очков. Расплющенный нос выдавал в нём боксёра, а продольный полостной шрам на левой щеке наводил на мысль, что для этого человека криминальные разборки - привычное дело.

- Бандура, - небрежно протянул руку сутулый. При этом пола его пиджака отошла в сторону, обнажив торчащую из кобуры рукоять пистолета.

- Волнушкин, - стараясь скрыть растерянность, представился Иван, и вопросительно посмотрел на лаборантку Тихую.

- Эрик, - кивнула та в сторону сутулого, - профессиональный бодигард,  по-нашему - телохранитель. Он будет дежурить в соседней комнате, охранять тебя от плохих людей.
Вот тебе ключ от сейфа. Спокойно здесь трудись, оценивай изобретение. Если за день не управишься, уходя, - сдай материалы и ключ охраннику.

Парочка направилась к выходу. В дверях сутулый пропустил вперёд Тихую и, оглянувшись, задержал взгляд на Волнушкине.

"Сканирует, морда наёмная, мою внешность. Такой - лишит жизни, и не поморщится".
Он выждал минуту и, стараясь не шуметь, поворотом фиксирующей защёлки заблокировал изнутри дверь профессорского кабинета.

Здесь всё напоминало о Замесове. Более того: Волнушкин ощущал его незримое присутствие. В ушах набатом прозвучали сказанные шефом слова: "Ваня, как сына прошу, выполни мою последнюю просьбу!"

- Будьте спокойны, Николай Петрович! Не только выполню, но и перевыполню! - негромко произнёс бывший ассистент профессора. Затем вставил ключ в замочную скважину массивного сейфа, дважды провернул его против часовой стрелки и отворил скрипучую дверцу.


Глава 10. Пан или пропал

          Красного цвета скоросшиватель с гербом СССР был на месте, как и литровая ёмкость из тёмного стекла, на боку которой красовалась наклейка с надписью: "Осторожно! Высокотоксичный раствор БП". Для неумеющих читать на этикетке имелся рисунок "черепа с костями".

Иван Волнушкин начал действовать согласно плану, который стихийно возник в его голове. Первым делом он взял флакон с БП (блокиратором памяти) и,  соблюдая осторожность, чтобы не запнуться о что-нибудь, и не упасть, направился в туалет.

Там, задержав дыхание, он откупорил стеклянный сосуд и вылил содержимое в раковину, пустив вслед струю воды из крана. Затем открыл настеж форточку, и тут же покинул помещение.

Малейшая оплошность и Волнушкин вполне мог лишить себя памяти. Тогда в нашем рассказе пришлось бы поставить точку. Но к счастью, этого не произошло.

Выждав пятнадцать минут, чтобы туалет проветрился, он вернулся туда, заполнил пустую ёмкость из-под БП водой из крана, закупорил и вернул на прежнее место: в правый угол нижнего отделения сейфа.
- Фу-у-у! - облегчённо выдохнул Волнушкин. - Полдела сделано!
Выполнять рискованную миссию, и при этом оставаться хладнокровным, подобно матёрым агентам и разведчикам из кинофильмов, у него не получалось.
"Мне простительно: ведь я ещё только учусь!" - успокоил себя Волнушкин и занялся "красной папкой".

Он положил её на письменный стол и включил лампу. Нет, изучать довольно объёмный научный труд бывший ассистент профессора не собирался: дорога была каждая минута. Он отогнул жестяные полоски скоросшивателя и вынул  из него всю пачку печатной документации.

Затем извлёк и отложил в сторону титульный лист, с вызывающей  невольный трепет в поджилках, "шапкой": "Совершенно секретно!  Заказ министерства обороны СССР", а так же последний, испещрённый размашистыми подписями и скреплёнными ведомственной печатью.

Основную "бумажную начинку" папки Волушкин сгрёб и понёс в туалет. Там он порвал научный, но в то же время очень опасный труд профессора Замесова,  на мелкие кусочки и отправил путешествовать по канализационным трубам и сточным коллекторам.


Глава 11. Последний штрих

         Покончив с житким раствором БП (блокиратора памяти), Иван Волнушкин устремился к стеллажам с различной документацией. Нашёл там копию своей, так и незавершённой кандидатской диссертации по теме: " Методика сбраживания морской воды с последующим перегоном в нефтепродукт", и занялся изготовлением "куклы".

Он вложил свой опус в пустую папку с гербом СССР , предварительно заменив первый и последний листы на оригинальные, из труда профессора, и скрепил всю пачку скоросшивателем.
- Готово! - прошептал Волнушкин. На его лице сияла блаженная улыбка человека, только что совершившего подвиг.

Он, конечно, знал, что подлог будет раскрыт противником. Будет, но не сразу! Софье Тихой и её "знакомому" с пистолетом, научная терминология не по зубам: понять, что там в "красной папке" они не докумекают. Самостоятельно сделать анализ жидкости в флаконе с литерами БП, они тоже не сумеют.
"Пока найдут толковых специалистов, пройдёт несколько дней. Этого времени мне будет достаточно, чтобы скрыться", - пришёл к логическому выводу бывший ассистент профессора. Ему оставалось пройти "таможенный контроль" в лице нанятого Софьей охранника.

Расслабленной походкой, с маской безразличия на лице, наш герой вышел из кабинета.

При появлении Волнушкина, "сутулый" рефлекторно вскочил со стула и преградил ему путь.
- Чё так рано уходишь, химик? Справился уже?

- Не совсем! Чтобы провести сравнительный анализ исходных данных с имеющимися аналогами, нужны таблицы сложных химических веществ, а у нас в лаборатории их нет. Остаток сегодняшнего дня, и часть завтрашнего, я проведу в Центральном научном архиве. Буду производить выборку необходимой мне информации.
Передайте Софье Тихой, что завтра, во второй половине дня, я ей перезвоню и доложу о предварительных результатах. Да, папка с формулой изготовления БП (блокиратора памяти) на столе, а флакон в сейфе. Вот ключ. Сами запрёте?

"Сутулый" прошёл в кабинет, заглянул в сейф: убедившись, что бутылка с препаратом на месте, бросил во внутрь "красную папку" и запер дверцу на ключ.

- Ну что, как говорится: "сдал - принял". Я могу идти? - как можно  спокойно спросил Волнушкин.
- Свободен, химик! - презрительно буркнул охранник.

Сам того не подозревая, бандит дал точное определение внутреннего состояния Ивана Волнушкина. Отныне он был свободен. НИИ "Технологии будущего", лаборатория, диссертация - всё уже в прошлом. Да наш герой и не жалел об этом. Выполняя опасное для жизни задание профессора Замесова, он испытал неведомый ему до этого драйв канатоходца, идущего по стропе, натянутой над пропастью.
Волнушкину вновь и вновь хотелось переживать это чувтво. Оно влекло его, как изголодавшегося мужчину влечёт один лишь только вид распутной женщины.

Бывший ассистен  уже решил, кем он будет работать. Да, есть такая профессия - родину защищать!


Глава 12, заключительная. Фантазии Волнушкина

           Дальнейшие действия Ивана Волнушкина можно, без сомнения, назвать "вживанием в роль рыцаря плаща и кинжала"...

Как и подобает "бойцу невидимого фронта", находящегося в зоне опасности, он несколько раз выходил из троллейбуса на ненужных ему остановках и незаметно оглядывался, чтобы убедиться в отсутствии за ним "хвоста". У Центрального научного архива он сошёл, смешался с толпой, перешёл на другую сторону улицы, сел в свой троллейбус и поехал домой.

Там, не теряя ни минуты, Волнушкин созвонился с арендодателем, и полностью рассчитался за комнату, которую снимал. Сложил самое необходимое в дорожную сумку. Дождался темноты, и вышел из дома через чёрный ход.
Пройдя несколько кварталов глухими дворами, поймал частника, подрабатывающего извозом, и покинул город.

До столицы, куда устремился Волнушкин, было пять часов езды на автомобиле. Чтобы сбить с толку возможных преследователей, - в одном из населённых пунктов, по пути следования, он сменил транспортное средство, наняв другого частника.

Лишь после этого "будущий чекист" позволил себе немного расслабиться. Но даже в полусонном состоянии его мозг продолжал продуктивно работать:

...По прибытию в столицу, Волнушкин сразу пойдёт на приём к начальнику госбезопасности. Расскажет ему, во всех деталях, как, действуя на опережение, он предотвратил возможный теракт психотропного характера.

В компитентном органе молниеносно подымут досье профессора Замесова, - узнают над каким изобретением работал этот учёный, и им станет ясно: перед ними человек, совершивший героический поступок.

Чекисты наградят его медалью "За отвагу", и предложат влиться в их ряды, сразу в звании майора госбезопасности. Волнушки согласится, но поставит маленькое условие: изменить ему внешность, чтобы Софья Тихая и её подельники не нашли его, и не помешали честно служить родине.

В органах удивятся дальновидности нового сотрудника, и не откладывая в долгий ящик отвезут его в Институт красоты. Там мягкие, добрые черты лица Волнушкина заменят на твёрдые и суровые, как и положено чекисту. Заодно комитетчики сменят в паспорте и его добродушную фамилию на более мужественную, например, на - "Соколов".

           ...По кольцевой дороге столицы, на большой скорости мчался легковой автомобиль. На заднем сидении, завалившись на бок, спал Иван Волнушкин. Это был короткий отдых перед важной встречей. Будущий чекист знал: ровно через десять минут он проснётся и приступит к выполнению намеченного плана действий.


- Конец -