Новогодняя бэнд-группа одноклассников

В преддверии проведения в станице Багаевской детских новогодних утренников в канун Нового, 1975 года, задумали друзья-одноклассники из 9 "А" БСШ №2: я (Левич), Митя Козобродов (Козоброд) и Валера Самохин (Самоха) попробовать впервые в своей жизни заработать деньги своим собственным творческим трудом.
Тогда, поразмыслив сообща, мы задумали проявить инициативу и подвизаться в проведении новогодних утренников под ёлочкой для детей сотрудников ряда госучреждений райцентра. Со своей стороны, за небольшие деньги, мы решили предложить своё "живое" музыкальное сопровождение детских новогодних утренников. Для этой цели мы и создали свою бэнд-группу (бэнд – это музыкальный коллектив, в котором участники вживую играют на музыкальных инструментах, – Автор.) и даже начали проводить репетиции у Козоброда дома.
А что, рассуждали мы? Митя, например, закончил местную музыкальную школу и совершенно виртуозно исполняет самые сложные музыкальные произведения на баяне. В музыкальной школе, открывшейся в станице Багаевской в 1968 году, Митя, к слову, не только получил превосходное начальное музыкально образование, но и открыл новое для себя собственное имя. Именно в этой школе он впервые узнал от ставшего её директором в 1971 году, Олега Петровича Рябикина, что зовут его вовсе не привычным для него с рождения, таким по-домашнему мягким и красивым именем – Митя, а звучным, по взрослому жёстким – Дмитрий! После этого "открытия" для себя нового имени он стал просить одноклассников называть его Дмитрием или, попроще, для друзей, – Димой. Не знаю, чем ему не понравилось имя Митя? Лично для меня он навсегда так и остаётся моим лучшим другом Митей Козобродовым, а не каким-то там Димой и, тем более, – Дмитрием.
Валера Самохин тоже обладает музыкальными способностями и уверенно музицирует на своей, совершенно оригинальной, треугольной формы, сделанной из оцинкованного железа, гитаре (Самохе эту оригинальную гитару купили его родители в станичном магазине культтовары за 7 рублей 50 копеек, – Автор).
Что же до моих музыкальных способностей? Здесь, в описании их наличия или, скорее, полного отсутствия, позволю себе остановиться несколько подробнее. Читателю, думаю это будет если и не интересно, то познавательно – точно.
Итак, начну. До открытия музыкальной школы в станице Багаевской при местном Доме культуры уже существовали классы духовой, струнной музыки, аккордеона и баяна. Мои родители как-то решили, что в нашей семье дети обязательно должны научиться играть на баяне. А что, рассуждали они, мало ли как сложится их жизнь? А мастерство игры на баяне, в случае чего, не оставит повзрослевших детей без куска хлеба, всегда сможет их прокормить. Хороший баянист на селе – первый человек на любом массовом мероприятии, будь то какое-то общественное событие, день рождения, или свадьба. И первый пошёл. Им стал мой старший брат Виктор. Ему купили прекрасный, очень красивый и дорогой баян с облицовкой рубинового цвета "Ростов-Дон", Ростовской-на-Дону Баянной фабрики. С ним родители и отправили его в класс баянистов станичного Дома культуры. Лишь около полугода Виктор посещал класс баяна. Как вспоминала мама, ходил он на занятия с "гоном и боем". Вот никак Виктор не хотел осваивать игру на этом красивом и дорогущем по тем временам баяне. Он упорно и всячески сопротивлялся занятиям в музыкальном классе. Виктору повезло, что у него был я, его младший брат. Родители, потратив кучу нервов и энергии на организацию обучения Виктора искусству игры на баяне, поглядывая на меня, сдались. Решили, раз Виктор не может и не хочет заниматься баяном, значит баянистом станет их младший сын – Сергей. "Таким образом и деньги, потраченные на покупку баяна, не прогорят, а, может быть даже, в перспективе, и окупятся", – рассуждали мои родители, засовывая футляр с баяном под нашу с братом кровать. 
Пропылился под нашей кроватью футляр с баяном до 1968 года, когда в станице Багаевской открыли детскую музыкальную школу, основанную Юрием Валентиновичем Гончаровым. Тогда в школе было всего два отделения: народное (баян и аккордеон) и фортепиано. В год открытия музыкальной школы в станице Багаевской дети местной интеллигенции были поголовно отправлены на обучение музыке. Не избежал этой участи, ясное дело, и я. Наличие же в семье баяна, однозначно определило моё поступление в музыкальную школу в народное отделение по классу баян.
В моменте продолжительности учёбы в музыкальной школе, я оказался "калачом", покрепче брата, и проучился в ней полных 3 года (из положенных 5-ти лет, – Автор). Однако, в плане овладения искусством игры на баяне, оказался таким же бездарным, как и мой старший брат. В музыкальной школы, к огорчению родителей, я тоже не доучился и покинул её досрочно.
В связи с выше изложенным, отчётливо понимая свою бесталанность в игре на каком бы то ни было музыкальном инструменте, я мог рассчитывать только на оплату моих организаторских способностей, благодаря которым, в общем-то, и мог состоятся наш первый денежный заработок на детских ёлочных утренниках.
Тогда, однако, я посчитал, что будет неправильно получить деньги лишь за то, что мне удастся договориться о музыкальном сопровождении ряда детских новогодних утренников, а работать на них будут мои друзья. И потому я стал упрашивать своих музыкально одарённых товарищей разрешить мне поучаствовать в их музицировании своей игрой на барабане. Как аргумент моего права побарабанить я предъявил им своё, красочно выполненное на кусочке картона, удостоверение "Юный барабанщик". Это удостоверение совершенно легально я получил во Всероссийском пионерском лагере "Орлёнок", где во время июльской смены 1973 года прошёл полный курс обучения игры на пионерском барабане. Друзья мои долго не соглашались принять меня в музыкальную группу в качестве барабанщика, но, в конце концов, уступили моему напору. Митя и Валера согласились, но попросили меня особо не усердствовать и не забивать их музыку грохотом своего барабана. Пионерский барабан для меня мы одолжили на время в нашей школе. И вот, наконец, бэнд-группа одноклассников сформирована и готова к действию! Мы просто жаждали заработать свой первый официальный гонорар!
Я отправился к руководителям таких госучреждений, располагавшихся в центре станицы Багаевской, как Сберкасса, Союзпечать, Почта и узел связи, Собес, РАЙПО и другие. Услуги нашего музыкального коллектива я предлагал в качестве альтернативы ёлочным утренникам, которые традиционно проводились в станице Багаевской силами художественной самодеятельности районного Дома культуры. Их утренники проходили в прекрасном красивом здании, с балконом и прямоугольными колонами в его просторном фойе. На фасаде, под самой крышей этого монументального строения в те годы светилась чарующая своей красотой, яркая, зелёно-голубоватого цвета неоновая надпись: "Кинотеатр имени М.Ю. Лермонтова". И всё у них было прекрасно и хорошо, кроме одного: организациям было очень сложно вписаться в плотный график проведения детских новогодних утренников в удобное для себя время. На преодоление этого самого дефицита времени и была направлена наша с друзьями инициатива.
Все, как один руководители, с кем мне удалось побеседовать, согласились с моим предложением о проведении нашими силами утренников, договорились мы и о приемлемой для обеих договаривающихся сторон, оплате нашего труда. Однако, все руководители, как один, поставили перед нами задачу привести с собой на утренники Снегурочку. Было так, что найти Деда Мороза тогда не составляло особого труда (его всегда находили среди мужчин в трудовом коллективе, – Автор), ведь ему то на утреннике и делать было особо нечего: стукнул пару раз посохом об пол и все дела. А вот музыканты и Снегурочки – другое дело, здесь нужны творческие натуры, а где их взять? От того и были они всегда в страшном дефиците. Ничего не поделаешь, работодатели поставили условие, и мы стали подыскивать Снегурочку.

Пока мы ищем Снегурочку, не могу не рассказать об истории присвоения кинотеатру станицы Багаевской имени выдающегося русского поэта Михаила Юрьевича Лермонтова. Присвоение кинотеатру какого бы то ни было имени (я не говорю здесь про название кинотеатров, их мы знаем множество, – Автор), тем более – имени Михаила Юрьевича Лермонтова, согласитесь, дело парадоксальное: совершенно непонятное, невероятное и удивительное. Но, как оказалось, дело это было парадоксальным для кого угодно и где угодно, но только не для багаевцев!
Так вот, рассказываю дальше. Во второй половине 60-х годов прошлого века, начальником Управления сельского хозяйства Багаевского района был талантливы руководитель и удивительный, совершено неординарный человек – Евгений Фёдорович Наумцев. Этот высокий, могучего телосложения мужчина, участник Великой Отечественной войны, орденоносец, был не только исключительным экономистом и талантливым организатором сельскохозяйственного производства, он ещё обладал удивительной памятью и страстной любовью к творчеству Михаила Юрьевича Лермонтова. Все без исключения произведения, как стихи, так и прозу, этого великого поэта он мог продекларировать по памяти, не заглядывая в текст полностью, или отдельно, любой из его фрагментов, по заявке любопытствующих. Именно по его инициативе и было присвоено местному кинотеатру имя Михаила Юрьевича Лермонтова, а также изготовлена яркая, светящаяся по ночам на всю округу зеленовато-синим неоновым цветом вывеска "Кинотеатр им. М.Ю. Лермонтова"
Его сын Фёдор, тоже очень умный и талантливый человек (он закончил два факультета РГУ: физический и экономический. Стал кандидатом физико-математических наук. Какое-то время преподавал на экономическом факультете Ростовского государственного университета. Ныне – пенсионер, – Автор), в те годы был не только моим одноклассником, но и добрым другом, каковым, впрочем, остаётся и по сей день. Мы продолжаем дружить с Федей, как и наши родители – семьями. Это о недавнем и нынешнем.
А теперь, чуток вернёмся назад, в прошлое. Вскоре, Евгений Фёдорович уехал со своей семьёй в город Ростов-на-Дону и на какое-то время я потерял связь с Федей по случаю нашего с ним малолетства и отсутствия в те годы мобильных коммуникативных средств связи.
Новая встреча с Евгением Фёдоровичем Наумцевым случилась у меня через много лет в Ростовском государственном университет, где на улице Горького, д.88, в самой большой студенческой лекторской аудитории, нам, будущим журналистам, он талантливо, просто и доходчиво, преподавал дисциплину "Организация управления общественного производства". Евгений Фёдорович Наумцев был в то время кандидатом экономических наук, доцентом, заведующим кафедрой "Экономической кибернетики" на экономическом факультете РГУ.
Своим товарищам по учёбе я тогда много рассказывал о достоинствах и способностях Евгения Фёдоровича, в том числе и о его невероятной любви к творчеству Михаила Юрьевича Лермонтова. В том числе, говорил им и о том, что Евгений Фёдорович может на память прочитать, как любое произведение Михаила Юрьевича Лермонтова, так и любой фрагмент из них. Поверили не все. Нет, скорее, никто не поверил. И вот тогда, на одном из занятий, которые вёл Евгения Фёдоровича, я попросил его прочесть на память, прямо сейчас, в аудитории, фрагмент из любого, на его выбор, произведения Михаила Юрьевича Лермонтова. "Хорошо, – сказал Евгений Фёдорович, – слушайте отрывок из произведения Михаила Юрьевича Лермонтова "Герой нашего времени", глава "Тамань", разговор с певуньей. Он слегка откашлялся, поправляя голос, и вот уже под сводами студенческой аудитории звучит его красивый, могучий и звучный баритон:
"Скажи-ка мне, красавица, – спросил я, – что ты делала сегодня на кровле?" – "А смотрела, откуда ветер дует". – "Зачем тебе?" – "Откуда ветер, оттуда и счастье". – "Что же? Разве ты песнею зазывала счастье?" – "Где поётся, там и счастливится". – "А как тебя зовут, моя певунья?" – "Кто крестил, тот знает". – "Экая скрытная!.. Я узнал, что ты вчера ночью ходила на берег" – "Много видели, да мало знаете, а что знаете, так держите под замочком".
Евгений Фёдорович остановился. Студенческая аудитория взорвалась громом аплодисментов восхищённых и благодарных слушателей!
Давно уже нет с нами этого замечательного, неординарного человека – Евгения Фёдоровича Наумцева. Благодарная память о нём продолжает жить у всех тех, кто хорошо знал его, или когда-либо встречался и просто общался с этим удивительным Человеком!
В память о Евгении Фёдоровиче Наумцеве, как о Солдате и Учителе, его товарищи по совместной работе подробно рассказали на страницах журнала "Известия ВУЗов. Северо-Кавказский регион. Технические науки", 2005, №3, в статье "Кафедре экономической кибернетике Ростовского государственного университета – 35 лет". И очень, очень жаль, что какой-то там, мелкий и мерзкий умник-чинуша, явно c пониженной социальной ответственностью, распорядился когда-то снять со здания районного Дома культуры ту знаменитую, совершенно замечательную и уникальную, ярко светящуюся на всю округу зеленовато-голубоватым неоновым светом над фасадную надпись: "Кинотеатр им. М.Ю. Лермонтова".

Всё. Теперь вернёмся к детским новогодним утренникам, нашей подготовке к ним, и поиску Снегурочки. По кандидатуре на роль Снегурочки наш безальтернативный выбор пал на нашу одноклассницу и, одновременно, мою троюродную сестру Иру Павлову. Она, по нашему общему мнению, обладала сразу многими замечательными качествами, которые были незаменимы для девушки в роли Снегурочки на детском новогоднем утреннике. Во-первых, Ира была среднего роста, приятной внешности, стройной и пластичной. Во-вторых, она была очень артистичной и обладала звонким и красивым голосом. Главным же её достоинством, на наш взгляд, было наличие красивой, до самого пояса русой косы. Какая же может быть Снегурочка без косы? Рассуждая таким образом, мы и отправились к Ирине домой, уговаривать её влиться в наш коллектив и принять участие в проведении детских новогодних утренников в роли Снегурочки. Немного, по-девичьи, пококетничав, что мы, естественно, предполагали и потому спокойно, без нервов, это её кокетство перенесли, Ирина дала своё согласие на участие в нашем деле в роли Снегурочки.
В тот год местное отделение связи только – только открыло новое, небольшое, но уютное, построенное из красного кирпича помещение – пункт телеграфной связи и телефонных переговоров. Именно в этом помещении и состоялся наш дебют работы на детских новогодних утренниках. Козоброд и Самоха слаженно и прекрасно отыграли песенные и танцевальные мелодии. Я барабанил тихо-тихо. А Снегурочка, в исполнении Иры Павловой, просто блистала на том детском новогоднем утреннике не только своим, сделанным собственными искусными руками в прекрасном костюме снегурочки, а ещё своей девичьей красотой и яркой артистичностью!
Были в те предновогодние дни и другие наши выступления на детских новогодних утренниках, но вот запомнилось мне именно это, дебютное наше выступление, о котором я вам и рассказал.
Сколько мы тогда заработали денег, теперь уже и не вспомню. Да и важно ли это?! Главное, что были мы тогда счастливы, юны, предприимчивы и дружны! И была у нас впереди ещё целая жизнь!