Случай на кафедре

СССР. Ленинград. Семидесятые годы. В Ленинградском Электротехническом институте им. В.И. Ульянова (Ленина) - ЛЭТИ был предмет под названием "Специальная инженерная подготовка". СИП. Такой вот эвфемизм военного обучения. Чтобы враг не догадался. Выпускали нас из института младшими лейтенантами с военной специальностью БЧ-4 - связь на корабле. Для этого четыре года обучения разным военным дисциплинам - навигация, мины, торпеды, радиотехника, боевое и радиотехническое оснащение кораблей. Месячная практика на кораблях и Государственный экзамен. Но честно пройти экзамен из-за обилия материала совершенно невозможно. Поэтому годами налажена связь с военной кафедрой. Каждый студент готовит ответы только на один билет. Но, чтоб знать ответ назубок. Перед экзаменом староста группы договаривается с секретарем  кафедры о порядке раскладки билетов. Договоренность у нас была такой. Первый экзаменующийся берет билет точно из середины. Второй студент берет билет слева от него. Вторым был я. Подхожу к столу и соображаю, что по разгильдяйству своему не уточнил - "слева" - это от секретаря или - от меня! Тяну билет и в полубессознательном состоянии вижу - не тот! Не угадал! Что со мной будет? Я же завалю все! Я же вообще нарушил порядок раскладки! Может, подвел других! Меня убьют!
Безмолвие, длительное выжидательное молчанье. Приглашенный на экзамен чужой полковник благожелательно улыбается мне сквозь туман. Подхожу к доске и минут  пять стою в отключке. Но соображаю, что долго так продолжаться не может. Надо искать выход. Просить другой билет и вытащить на этот раз свой? Разрешат ли? Решение приходит внезапно. Собираюсь, поднимаю глаза. Я нашел выход.

... Я вышел и увидел их,
Их двух шагах,
Их в трех рядах...

Хриплым бесцветным голосом сообщаю: - Курсант такой-то к докладу по первому вопросу готов!  - Докладывайте,- благосклонно кивает мне председатель приемной комиссии. Он еще не в курсе?

...Почувствовав почти ожог,
Глотнув, я начинаю речь.
Ее начало, как прыжок
В атаку, чтоб уже не лечь...

- Радиотехнические средства эскадренного миноносца 64-бис.. Это единственные правильные слова. Дальше я несу ахинею. Импровизирую на ходу, приписываю миноносцу радиотехнические средства крейсера, путаюсь в деталях. Но что странно для самого меня - по ходу доклада голос мой крепнет, становится более уверенным, и вот я уже рапортую, как на парадной линейке.
- Доклад по первому вопросу закончил! Разрешите перейти ко второму?
Улыбающееся лицо чужого полковника. Он доволен.
Каменные лица остальных экзаменаторов. Они сейчас меня... Но

...Три первые ряда молчат,
Молчат, чтоб не было беды,
Молчат, набравши в рот воды...

- Разрешаю, - с ненавистью говорит мне председатель комиссии.
Продолжаю нести бред.
- Доклад по второму вопросу закончил!

...Но где-то сзади легкий шум,
И прежде, чем пришло на ум...

- Вы не могли бы внести уточнения по первому вопросу - председатель комиссии.
Облом. Но вношу. Вношу уточнения.
- Свободны. Не глядя на меня, говорит председатель комиссии. - Подождите в коридоре.
Печатая шаг ватными ногами, выхожу в коридор. Меня окружает тягостное молчание группы. В коридор выскакивает взбешенный секретарь. - Ну, подожди... - угрожающе шепчет он. Молчу. Что тут скажешь?
Ожидание длится долго. Экзаменуют всю группу. Потом принимают решение. Все это время я - как сомнамбула. Каким оно будет? Отказ в присвоении звания? Переэкзаменовка? Комиссование? Но вот нас вызывают и зачитывают протокол. Ничего такого. Я среди всех. Государственная. Ну, не могла кафедра допустить такой провал!
-Ура! - кричит группа. В ресторан. "Садко"! "Европейская"!
Не пришедшего в себя, меня тащат на улицу.
- Не огорчайся, - хлопает меня по плечу студент, лощеный розовощекий крепыш, внук известного российского воздухоплавателя, успешно сдавший экзамен.  Наливает коньяк. - На, выпей, обмой звездочку! Другие свои билеты вытащили и тоже по трояку схватили. О тебе еще легенды рассказывать будут! Всю кафедру на уши поставил! 
Выпиваю судорожно и прихожу в себя. 

...Я вспоминаю этот зал...

Напились. Денег нам не хватило. Оставили в залог свои часы.
Легенд о себе я не услышал. Видимо, кафедра засекретила события.
За давностью лет рассказываю сам.