Маленькая девочка с большим характером

Даниса была самой маленькой девочкой в классе. Самой маленькой — но, как позже выяснилось, с очень "большим" характером.
1 сентября, когда все дети дружно встали поприветствовать учителя, я вдруг заметила одну сидящую макушку.
— Даниса, а ты почему не встаёшь? — строго спросила я.
Из-за парты медленно поднялись большие серьёзные глаза.
— Я стою, — с возмущённым видом ответила девочка.
Класс прыснул. Я тоже едва сдержалась. Действительно стояла. Просто… не очень высоко.
Первые недели Даниса очень скучала по дому. Каждое утро она заходила в класс с видом человека, которого несправедливо отправили в далёкую экспедицию. Вздыхала. Смотрела в окно. Иногда спрашивала:
— А уже скоро домой?
Но стоило прозвенеть звонку с последнего урока — происходило настоящее превращение. Глаза начинали светиться, спина выпрямлялась, и Даниса превращалась в стремительный вихрь.
Она вприпрыжку мчалась к шкафчикам.
А возле раздевалки в это время происходило нечто неописуемое. Дети толпились, как пассажиры последнего автобуса перед каникулами. Куртки путались рукавами. Шапки падали. Кто-то искал свой шарф. Кто-то надевал чужую шапку и уверял, что «она просто похожа». Рюкзаки цеплялись молниями друг за друга. Один мальчик однажды вышел с двумя варежками… но обе — левые.
В центре этого хаоса внезапно появлялось счастливое лицо Данисы.
Каким-то образом она всегда выныривала из толпы с полной экипировкой: куртка, шапка, шарф — всё аккуратно сложено на руках. С видом покорителя Эвереста она торжественно шествовала ко мне.
— Одевайте меня.
И это не было просьбой. Это было распоряжение.
Хотя прекрасно умела одеваться сама! Более того, делала это быстрее половины класса. Но, видимо, ей хотелось, чтобы её одевала именно учительница. Она терпеливо стояла, поднимая руки, как маленький генерал перед парадом.
— Даниса, ты же сама можешь, — осторожно говорила я.
— Могу, — соглашалась она. — Но вы лучше.
И спорить с этим аргументом было невозможно.
При этом, несмотря на свой миниатюрный рост, Даниса обладала удивительной способностью наводить порядок в классе.
Если кто-то начинал шуметь, она разворачивалась и строго говорила:
— Тихо! Мы работаем.
Если мальчики спорили из-за карандаша:
— Делим по-честному. По две минуты.
Если кто-то забывал поднять стул после уроков:
— Стул! На место!
И что удивительно — её слушались.
Однажды я наблюдала сцену: два рослых мальчика пытались решить, кто дежурный. Спор разгорался. Даниса подошла, упёрла руки в бока и сказала:
— Сейчас я решу.
Через тридцать секунд дежурные были назначены, тряпка выдана, доска вытерта.
— Спасибо, Даниса, — улыбнулась я.
— Обращайтесь, — серьёзно кивнула она.
И я поняла одну важную вещь.
Дело ведь совсем не в росте. Дело в характере.