Новогоднее чудо

Каждый год Алена с девочками искали жертву. В этом году ею стала Настя – новенькая, которая пришла три месяца назад и которую тут же прозвали Мышкой из-за глаз – невинных, блестящих, словно дымчатый топаз. А когда она пришла в школу с контейнером для еды, прозвище закрепилось за ней пуще прежнего. Помню, как подошла Алена и вместо приветствия сказала: «Мышкам тут не место». После чего, откинув волосы назад, выхватила контейнер и вывалила обед на тетрадь. Ее подруги снимали на телефон, комментируя происходящее тонким писклявым голосом. Настя выбежала в коридор со слезами на глазах. Повисло легкое нежданное молчание, которое я поспешила нарушить:
— Вам не надоело издеваться над людьми?
Алена достала из кармана влажные салфетки, брезгливо вытерла испачканные от гуляша руки.
— Что? Кошка-одноглазка проснулась? Знай свое место.
— Познаю, когда тебя поставлю.

Не просто вот так вот взять и ответить Алене после насмешек, терзаний из-за потерянного глаза, желанием уйти из школы и больше не возвращаться: не каждый выдержит ежедневное психологическое давление.

— Привет, как тебя зовут? – Спросила я новенькую после разговора с Аленой.
Мышка забилась в угол туалета. Боялась. Я присела на корточки рядом и стала рассказывать легенду, в которой говорилось о тайном посвящении в ряды сильных из сильнейших учеников. Посвящение проводилось путем публичного унижения. Самые стойкие проходили путь до конца и становились всемогущими. Никакая нечистая сила, никакое проклятье не могло нарушить их покой. А если и нарушали, то существовали помощники, стражники психологического состояния испытуемого.
— Так вот, Настя, позволь мне стать твоим стражником. Я помогу тебе расправить крылья.
Я знала, что глаза – зеркало души. Доброта отражалась в глазах моей новой подруги. А в моем глазу, я думаю, счастье.
Так кошка подружилась с мышкой. И в этом союзе до сих пор никто никого не съел. Аленка на время приутихла. Хитрая лиса явно что-то затевала. Но а мы, бойкая пара, стали постигать новые горизонты в учении.

— Мам, а можно мне пригласить в гости Настю?
В гостиной было натоплено. Мама вязала спицами варежки на зиму мне и моему младшему брату. Мудрая и седая не по годам. Жаль, что папа уже не сможет сдуть пепел с ее головы.
— Настя? Это твоя новая подзащитная? Конечно можно, дорогая, только что вы собираетесь делать?
Мама насторожено взглянула на меня.
— Уроки.
— А помимо уроков?
Если не Аленка, то мама была хитрой лисой. Все-то она знала преждевременно, прежде чем я успевала ей рассказать.
— Я хочу озеро Насте показать. Она с детства фигурным катанием занимается. Сейчас возможности нет у нее на занятия ходить.
Мама отложила вязание, подошла ко мне и обняла крепко, насколько морщинистым рукам на это хватало сил.
— Какая ты у меня благородная, дочурка! Пускай приходит, когда захочет.

Декабрь встретил нас суровыми ветрами и заснеженными дорогами. Дворники волшебными метлами только так успевали разгребать искристые хлопья, чтобы путники-странники могли спокойно шагать через кварталы и улочки, либо беспокойно, ершась от сезонного холода.
На выходные в гости пришла Настя, относясь ко второму типу людей.
— Принесла? – Вместо привета встретила я ее с порога, скорее запуская бедняжку к теплу.
— Принесла, - живо ответила Настя, стряхивая с рыжих косичек снег. – Скажи, а зачем?
— Все увидишь, это мой тебе новогодний подарок.
Мне приятно было видеть затуманенный взгляд подруги. Что может быть лучше, нежели делать друзьям подарки.
— Но прежде чем мы отправимся, я напою тебя имбирным чаем с домашним песочным печеньем. Мы с мамой постарались.
Я взяла верхние вещи Насти и повесила рядом с камином, чтобы они высохли и успели согреться, и пригласила подругу за стол, любезно украшенный елочными ветками вместо букета. После чаепития и совместного делания уроков, когда день перевалил за полудень, мы с Настей стали собираться на прогулку.
— Самое главное – коньки не забудь!
— Неужели у вас есть рядом с домом каток?
— Все увидишь!
Конечно, она сразу догадалась про озеро. Просто не подавала виду, чтобы меня порадовать, ведь я так люблю делать сюрпризы. В этом и заключается дружеская солидарность, когда ты будто случайно притворяешься, чтобы порадовать другого, дорогого тебе человека.
Мы шли медленно сквозь сугробы и пургу. Закружила вьюга, новый год чуется.
— Знаешь, Марин. – Начала разговор в межпереходье Настя. – о чем я мечтаю?
Я кивнула озябшим подбородком.
— Я мечтаю о выступлении, как выступают настоящие фигуристки, с аплодисментами, цветами и игрушками, с письмами и слезами счастья от творческого взлета души. когда я слышу музыку, я не могу усидеть на месте. Я делаю лутцы и аксели. Бабушка, мой единственный зритель, говорит, что у меня талант.  Мне хочется развить его, хочется хоть на минуту ощутить себя в деле перед публикой.
Настя замолчала, когда мы дошли до озера. Восхищение, перемешанное со страхом. Бескрайний русский простор глубокой Сибири. И легкое дыхание мечты, подгонявшее ветром Мышку встать на коньки.
— Ты думаешь, у меня получится?
— У тебя все получится. Поздравляю, я отныне твой второй зритель.
Настя обрадовалась, стала скорее переобуваться, мороз не мешал, а еще сильнее подгонял к движению, к жизни, к мечте. Когда она ступила на лед тоненькими ножками, стала неуверенно переступать елочкой, то случилось несчастье. Или счастье, что хотя бы так, а не после того, как она стала делать акробатические упражнения.

Скорая приехала быстро, не смотря на буран. Растяжение или сильный ушиб, а ли вовсе перелом. Лед треснул, мечты хрустальные разбились, а последние слова, которые сказала Настя забили крышку гроба ее стремлений: «я больше никогда».
Я чувствовала вину все время, пока она лежала в больнице. Ведь если бы не мои благие намерения, если бы не моя жажда сделать ее счастливой, если бы не моя воля, она бы не ступила за порог депрессии. Настя не хотела меня видеть. Никого не хотела слышать.
Скрипучий карандаш на уроке биологии раздражал. Знакомьтесь – этой мой класс, некоторые из которых не перевоплотились из обезьяны в человека. Когда биологичка вышла из кабинета на экстренное совещание, цирк с животными начал беготню по загону, а я одна, праведная, осталась сидеть на месте. Хорошо, потому что услышала кое-какие перешептывания.
— Мышку скоро выпишут, слышали?
— Да. Жаль, надо было сильнее коньки сточить.
— Чтобы она коньки отбросила!
Не праведная, подошла к Алене в бешенстве от услышанных слов. Да как она смеет говорить такое? Класс насторожился.
— Товарищи! – Я обратилась к одноклассникам. – Благодаря нашим уважаемым одноклассницам, мы чуть не потеряли Настю. – Я указала рукой на вторые парты, девочки, сидящие там, пооткрывали рты. – Я слышала все прекрасно, не смейте перебивать меня.
Я сделала паузу, дождавшись, когда класс успокоится и начнет слушать мое первое в жизни политическое заявление.
— Наши одноклассницы сточили Настины коньки. Но дело даже не в этом. Моя мама учила меня жить по справедливости, нести благо в окружающий мир и дарить добро дорогим людям. Разве ваши родители не так вас воспитывают?
— Да, так...
— Определенно, - послышались детские голоса.
— Хорошо. Так почему мы опускаем глаза на такой ежегодный беспредел от наших родных одноклассниц?
На слове «родных» Алена побогровела. Стала теребить руки и оглядываться по сторонам.
— Алена, - та взглянула на меня, - я знаю, что творится в твоей семье, знаю, что тебе тяжело сносить постоянную ругань родителей. Отсюда можно понять твое поведение, но почему ты стремишься отвечать злом на зло? Разве этому учат нас сказки, прочитанные родителями в детстве?
Тут я поняла, что совершила ошибку. Слезы Алены еще долго будут ходить в словах школьных легенд. Оказалось, что никто ей сказок не читал. Она, краснющая, выбежала из класса, а я последовала за ней с извинениями перед одноклассниками.

Алена забилась в угол туалета и не смотрела в глаза говорящего. Боялась. Я присела на корточки и нарочито стала рассказывать легенду, в которой говорилось о тайном посвящении в ряды сильных из сильнейших учеников. Посвящение проводилось путем публичного унижения. Самые стойкие проходили путь до конца и становились всемогущими. Никакая нечистая сила, никакое проклятье не могло нарушить их покой. А если и нарушали, то существовали помощники, стражники психологического состояния испытуемого.
— Так вот, дорогая. Позволь мне стать твоим стражником. Я спрошу у мамы книжки, принесу их на неделе в школу, и мы вместе почитаем их, хорошо?
Я знала, что глаза – зеркало души. Благодарность отражалась в глазах моей новой подруги. А в моем глазу, уверена, счастье.

— Ребята! – Крикнула я в класс, запыхавшись. – Внимание. Завтра все-при-все приглашаются на великолепное вечернее мероприятие. Никаких отговорок. Дресс-код строгий: теплые вещи, сменные теплые вещи, термос и бутерброды. Вас ждет шокирующее представление!
Одноклассники переглянулись от неожиданного объявления.
— А что там будет? – Спросила Алена.
— Сюрприз! Ах, да. Желающие возьмите с собой коньки. Только в этот раз без глупостей!
Седьмой класс. середина между возрастами. Хорошее время. Ты все еще можешь верить в волшебство, в Деда Мороза, в чудеса прекрасного мира, и в дружбу.
Все было готово для торжественного предновогоднего вечера. Накануне мы с мамой украсили наш уютный ледовый зал гирляндами, мишурой и огоньками. Сделали из старых бревен сидения, а из спилов столики, на которых поставили мини-лампадки из керосиновых ламп. Расчистили снег и отполировали лед, успели даже покататься и поиграть в снежки. А вечером стали ждать гостей.
Первыми по договору пришли Настя с бабушкой. Настя ошеломилась, завидев бусины и ряды с сидениями, многозначительно взглянула на меня и спросила:
— Ты же предложила просто покататься на коньках? Что это?
Я схватила подругу за плечи и сказала:
— Это исполнение мечты.
Настя с энтузиазмом стала повторять заученную золотую программу, которую видела на олимпиаде в исполнении Анны Щербаковой.
Со временем стали приходить гости. Одноклассники занимали места, доставали чаи и разливали по кружкам, делясь между собой согревающими напитками. «Вот, попробуй, с мятой», «А ты – мой, с чабрецом», «Держи, он с вареньем, потом скажешь, с чем он», «а этот чай удивительно странный». Я тоже не отказалась попробовать, коли новогодняя чайная ярмарка такое позволяла. А после объявила о выступлении нашей одноклассницы. Все завороженно смотрели выступление. Я стояла поодаль, прислонившись к дереву.
— Ты молодец, - я чуть не подавилась чаем, до чего неожиданно было услышать голос за спиной. Это был Никита.
— Спасибо, - я обернулась и улыбнулась, - будешь? – Я протянула кружку. Пальцы соприкоснулись. Он с благодарностью выпил чай из моих рук.
Нас отвлекли аплодисменты. Зрители дружно встали со своих мест и начали обнимать будущую звезду. Мы с Никитой тоже пошли, по пути захватив коньки.