Не русский человек

         


О татарских корнях   время от времени  мне неизвестно кто или что не забывал напоминать. В домашней библиотеке с десяток книг с дарственными надписями, в том числе три Корана в переводах Крачковского, Саблукова и Валерии Пороховой.


Я их не покупал. Видимо, дарили.  С годами где-то затерялись  несколько брелков, которые дарили  в разное время мне, православному, мусульмане, совершившие хадж в Мекку. Кто эти люди, к сожалению, не помню.


А вот этот эпизод, которому я свидетель и который хорошо помню, случился в году 1978 или 1979 прошлого века. В советские времена.


Областной комитет партии совместно с Советом министров и министерством сельского хозяйства республики проводил семинар по изучению вахтового метода  подъема зяби в колхозе имени Жданова Ковылкинского района.


В состав этого колхоза входили три села: Бранчеевка, Старая Сазоновка и Изосимовка. Старая Сазоновка - это село, где я родился, где четыре года работал председателем колхоза мой отец Утешев Александр Ильич.


Семинар проходил в сентябре в поле.  Участников семинара  было порядка ста человек, а может и более. Руководил им сам первый секретарь областного комитета партии. Докладывал председатель колхоза С.П. Субботин, сместивший на этом посту моего отца.


От первой фразы,  которую он произнес, начав свое выступление, я едва не упал в обморок. Он сказал: «Уважаемые участники семинара! Мы начинаем работу на «утешевском»  поле».


Поскольку я был ответственным  за проведение семинара,  это было для меня полной неожиданностью. Однако пронесло. Ни начальство, ни участники  семинара  никак не среагировали  на то, что поле «утешевское».


А почему «утешевское?».


После семинара я, естественно, поинтересовался у председателя колхоза, почему поле называется «утешевским?».  «Так оно именуется на карте сельхозугодий колхоза», - объяснил он.


Позже выяснилось, что в окрестности сел Троицк и Волгапино, что соседствуют  с колхозом имени Жданова, есть большие территории сельскохозяйственных угодий, называемых «утешевским».


Семинар завершился благополучно. Не сразу, конечно, а позже, сильно сомневаясь, я предположил, что Утешевы были крупными землевладельцами.


Занятость на службе не позволяла разбираться в подобных вопросах. Да и забывались они очень быстро. Однако судьбе было угодно, время от времени ставить меня в недоумение. И все  по поводу моей фамилии.


В ноябре 1999 года  по приглашению мордовской  общественной организации Республики Башкортостан я выезжал на  отчетно-выборное собрание эрзянской общины Федоровского района. Это самый южный район Башкортостана. Граничит он  с Оренбургской областью.


Эрзя, проживающая в этом районе, сохранила родной язык, многие обряды и традиции, характерные для этого субэтноса.


В составе  правительственной делегации, которую я возглавлял как председатель Государственного комитета РМ по национальной политике, были еще два человека:


  заместитель Председателя Государственного собрания республики   Е.И. Кулдыркаева, эрзянка по национальности, и доктор исторических наук профессор А.И. Брыжинский, большой знаток эрзянского языка, автор нескольких популярных книг на эрзянском языке.


Встречали нас очень радушно. Были встречи с коллегами  в администрации  Президента Башкортостана, занимавшиеся  вопросами национальной политики, общественными организациями башкир, татар, мордвы  и т.д.


Сейчас уже не помню,  на какой из встреч мне подарили книгу «Очерки истории татарского дворянства». Автор ее  Саид мурза князь Еникеев.  Выпущена она  отделением гуманитарных наук Академии наук Республики Башкортостан в издательстве «Гилем» в 1999 году тиражом 600 экземпляров.


Подарил мне ее не автор, а предводитель Меджлиса татарских мурз Риф мурза  князь Акчурин.  Автор книги, он же  и организатор Меджлиса,  и ее  первый председатель Саид мурза  князь Еникеев  умер в 1997 году. Ему не довелось увидеть свой труд, над которым работал тридцать лет.


Посвященная мне надпись в книге  гласит: «Анатолию мурзе Александру сыну Утешеву.  История предков всегда любопытна для того, кто  достоин  иметь Отечество. Предводитель Меджлиса татарских мурз Риф мурза князь Акчурин. 24.09.99 г.»


Подпись заверена большой круглой печатью с гербом и двумя надписями: «Меджлис татарских мурз» и «Татарское дворянское собрание».


Так вот, я, православный, был удостоен сана мурзы.