Глава 25. Рекруты поневоле

Город Сквендихольм стоит прямо на берегу полноводной реки Мьёрк. Так как в городе есть пристань, через реку можно легко переправиться на понтоне. Однако, если пойти по дороге вдоль реки на восток, то ближайшая переправа будет в посёлке Азур — там, где в реку Мьёрк впадает не менее полноводная река Азур-Ра, которая берёт своё начало далеко на севере, в горах.
Переправившись на понтоне, вы попадёте прямо на развилку дорог. Указатель подскажет: дорога на запад ведёт в город Светлоград, на юго-запад — в город Зеленодольск. Табличка же, указывающая на юг, гласит: «Замок Сурж». Однако любой путник знает, что по пути находится городок Осколок, в котором можно получить уютный ночлег и ужин в местной таверне. Именно туда и направилась Инга, сойдя на берег и ведя под уздцы лошадь.
Она поправила промокшую от речных брызг попону. Сапоги хлюпали по размокшей колее, а в воздухе висел тяжёлый запах прелой листвы и речной тины. Обычно на этой развилке всегда было людно: торговые обозы из Зеленодольска, крикливые паромщики, паломники... Но сегодня развилка пустовала. Даже указатель на Сурж казался каким-то зловещим в лучах заходящего солнца, будто он указывал не дорогу, а путь в пасть огромного зверя.
Инга привыкла доверять тишине, но эта тишина ей не нравилась. Она была не лесной, а мёртвой — такой, какая бывает перед грозой или большой бедой.
— Потерпи, — тихо шепнула она кобыле, поглаживая её по тёплой шее. — В Осколке нас ждут овёс и горячий суп. Если, конечно, таверна всё ещё стоит на месте.
До Осколка оставалось всего несколько миль по лесной дороге вдоль русла Волчьей реки. Инга не стала садиться в седло — её инстинкты, отточенные годами, требовали чувствовать землю под ногами. Она шла, внимательно вглядываясь в подлесок, где тени становились всё длиннее и гуще. Где-то там, за деревьями, уже должен был показаться дым из труб, но ветер принёс лишь запах гари и едва уловимое гортанное эхо, которое заставило её руку непроизвольно лечь на рукоять ножа…
Невольно мелькнула мысль о том, как вести себя при нападении гоблинов, но Инга тут же откинула её — ведь она не в их землях. Однако всё равно постаралась держаться поближе к небольшому леску.
— Скорее всего, где-то пожар, — прошептала она. — Надеюсь, не таверну сожгли.
Инга сжала покрепче поводья и смело двинулась дальше, но лошадь упёрлась копытами, замотала мордой, отказываясь двигаться.
— Ну, пойдём, чего ты испугалась? — Инга потянула поводья, уперевшись ногами в мягкий грунт.
 — Почему так мягко? Как будто копали здесь, что ли…
Не успела она договорить, как земля взорвалась у неё под ногами. Туча сухой земли и камней взлетели в воздух.
Инга не успела даже вскрикнуть — что то вцепилось в её лодыжки.
Оказалось, из глубокой ямы, замаскированной ветками и свежим слоем земли, словно взведённая пружина вылетел гоблин. Земляной фонтан осыпал Ингу с ног до головы, забивая глаза и рот едкой пылью.
— Попалась! — прохрипел гоблин. Его голос звучал так, будто камни тёрлись друг о друга.
Лошадь, обезумев от страха, взвилась на дыбы, вырывая поводья из рук Инги. Девушка потеряла равновесие и рухнула навзничь, прямо в развороченную землю. Прежде чем она успела дотянуться до ножа, из подлеска, который она считала безопасным, бесшумно вынырнули ещё трое.
Она вскинула голову, пытаясь смахнуть грязь с лица, и увидела над собой острие идеально заточенного гоблинского тесака.
— Не дёргайся, — прогремел его владелец, оскалив жёлтые зубы. Его дыхание пахло гнилью и сырым мясом.
— Кто это у нас тут? — прохрипел другой, хватая Ингу за подбородок. — Э! Да это ж дриада! А ну подними её!
Гоблин выбрался из своей ямы и поднял Ингу прямо за ноги, вниз головой.
— Ещё одна! Отличный выкуп получим! — обрадовался его напарник и, насторожившись, поднял уши. — Погоди-ка…
Он наклонился к напуганной Инге и принялся её обнюхивать. Другие гоблины озадаченно тоже принюхались.
— Не может быть! — воскликнул он, подавшись ближе и щурясь. — Это же Чёрная Проныра!
— Что?! — взревел держащий Ингу гоблин и поднял её повыше. — И точно! Эй, Азур! Ты не поверишь!
Из леска к ним приблизилась ещё группа. Во главе её шёл гоблин, явно отличающийся от остальных. Он был немного мельче, на нём был надет дорогой кожаный камзол, штаны и сапоги, а на поясе раскачивалась широкая сабля. Именно его звали Азур.
— Ты представляешь, мы поймали Чёрную Проныру! — чуть не прыгая от радости, кинулся к нему один из гоблинов.
Азур подошёл не спеша, похлопывая ладонью по эфесу сабли. Его взгляд был острым и непривычно умным для гоблина. Он остановился перед Ингой, которая висела вниз головой, и прищурился. Затем жестом приказал гоблину поставить её на ноги. Ингу грубо встряхнули и ткнули в спину, заставляя выпрямиться.
— Хм, мелкая какая-то, — протянул Азур, оглядывая усмехающихся товарищей. — Я думал, ты крупнее.
— Меня зовут Инга, и я личная охранница королевы, — гордо произнесла Инга, морщась и потирая лодыжки.
Гоблины разом разразились смехом.
— Ну простите, ваше светлейшество! — насмешливо воскликнул Азур, и его уши смешно дёрнулись. — А ну, тащите сюда её кобылу, что поймали у оврага!
Двое гоблинов подвели притихшую лошадь Инги. Азур подошёл к ней, похлопал по крупу и внимательно осмотрел клеймо на сбруе. Затем он снова перевёл взгляд на Ингу, и его лицо вытянулось от изумления.
— Это же лошадь Зураша, — медленно произнёс он, и в голосе его прорезалась опасная нотка. — Ты что, у него лошадь стянула?
Инга растерянно смотрела по сторонам, не зная, что ответить.
— Берегись, Проныра, если ты украла лошадь у нашего друга, тебе не сдобровать! — грозно продолжил Азур. — А ну, признавайся!
— Что? — растерянно ответила Инга. — Да это моя лошадь… ну, наша с Зурашем…
— Что значит «наша»? — спросил Азур. — Ты ему кто?
Инга смутилась и сильно покраснела. Она опустила голову и какое-то время молчала.
— Ну… — наконец тихо протянула она, — я его невеста…
Окружившие её гоблины затихли, все разом подняв уши. Мгновение — и все разразились смехом и гамом.
— Вот так Зураш!
— А ты говоришь — мы поймали!
— Это он первый поймал Проныру!
— Заарканил!
— Ну дела!
— Всё, снимаем засаду, — пытаясь перекричать всех, заревел Азур. — Всем отдыхать!
— Пошли, Проныра, — хлопнул он Ингу по плечу, — угостим тебя пивом.
И ничего не понимающая Инга поплелась за группой гоблинов в сторону города. Она всё ещё была растеряна и напугана, однако чувствовала, что гоблины ей больше не угрожают. Во всяком случае, ей всё равно нужно было где-то переночевать.
Приблизившись к Осколку, Инга поняла, откуда был запах гари. Оказалось, что городок почти сгорел дотла. Повсюду валялись груды обугленных брёвен, а дома выглядели как чёрные огрызки, некоторые из которых ещё дымились. И ни одного голоса — только треск тлеющих балок. Мельница и амбар на окраине города всё ещё были целы. Туда и направился отряд гоблинов.
— Что здесь произошло? — произнесла Инга, растерянно оглядывая сгоревший город.
— Ну знаешь, — начал Азур, почёсывая кинжалом за ухом, — где-то факелы горели, где печки… В пылу сражения никто за ними не приглядывал… Там загорелось, тут вспыхнуло — и сгорел городок.
— Какое сражение? — спросила Инга.
Азур покосился на неё хитрым взглядом.
— Мы тут пошуршали немного, понимаешь меня? — сказал он.
— Так вы что, начали войну против земель Суржа?
— Не совсем, — начал Азур. — Видишь ли, Сурж объявил мобилизацию…
— Что? — опешила Инга. — Какую мобилизацию? Зачем?
— Послы от Суржа, прибывшие к нам, — продолжил гоблин, — заявили, что белые дриады собираются напасть, и поэтому объявляется мобилизация. А так как Сурж считает наше королевство своим, то мобилизация касается и нас.
— Не может быть, что белые собираются воевать, — пробормотала Инга. — А зачем вы Осколок-то сожгли?
— А ты думаешь, мы будем подчиняться Суржу? — хмыкнул Азур. — Вот ещё! Мы только сделали вид, что собрали отряд, получили задаток и прибыли в Осколок. И тут выяснилось, что все рекруты съезжаются в Осколок, и у каждого в кармане задаток…
Азур провёл пальцем по носу и шумно втянул воздух.
— Ну как тут не воспользоваться? — заявил он, оскалив зубы. — Когда золотишко само в руки идёт!
— Так в Сурже узнают! — сказала Инга.
— Не, — отмахнулся Азур, — мы никого не упустили, только пару дриад поймали. Обменяем их, как всегда, благо ваши неплохо платят за своих.
— Каких дриад? — встрепенулась Инга. — Я хочу их видеть.
— Ну я так и знал! — возмутился Азур. — Оставишь нас без выкупа.
Они подошли к амбару, и один из гоблинов, отомкнув замок, открыл массивную деревянную дверь.
— Инга! — послышалось из глубины амбара.
Не успела Инга сообразить, как из темноты выскочила Калька и повисла у неё на шее.
— Инга! Это Инга! — верещал лепрекон. — Ты пришла за нами! А я думала, тебя спасать надо, а ты нас спасаешь! Как ты из Суржа выбралась? Ты принесла выкуп за нас?
— Калька? — удивилась Инга. — Ты тут откуда? Я думала, ты в подвале сидишь.
— Не, — махнула рукой Калька, — нет такого подвала, из которого я не выберусь. Мы добрались до Осколка, а потом гоблины погром устроили. Мы спрятались, но они нас всё равно нашли…
Следом за Калькой из темноты вышла Варга.
— А, это Варга, помнишь её? — сказала лепрекон.
— Да, добрый вечер, госпожа Варга, — сказала Инга и поклонилась.
Инга обернулась на Азура и вопросительно посмотрела на него.
— Ладно, — махнул рукой он, — друзья Проныры — мои друзья.
Гоблин вложил кинжал в ножны на груди и жестом позвал всех за собой.
— А чего он тебя Пронырой называет? — шепнула Калька.
— Понятия не имею, — ответила Инга.
— Ты дружишь с гоблинами?
— Нет!
— Она дружит с гоблинами, — шепнула Калька в сторону Варги.
Варга вышла на свет, щурясь от закатных лучей, и смерила Ингу внимательным взглядом. В отличие от Кальки, она не спешила бросаться на шею, но в её осанке появилось заметное облегчение.
— Значит, «Проныра», — негромко повторила Варга, поправляя разорванный рукав. — Никогда бы не подумала, что у личной охранницы королевы такие… специфические связи.
— Я сама ничего не понимаю, госпожа сенатор, — вздохнула Инга, чувствуя, как краснеют уши. — И, поверьте, я не знала о своей «славе» среди гоблинов до этого вечера.
Азур тем временем по-хозяйски расположился на поваленном бревне у входа в амбар.
— Откуда вы меня знаете и почему меня называют Чёрной Пронырой? — наконец решилась спросить Инга, подходя к общему костру.
Сидящие на бревне гоблины усмехнулись и повернулись к Азуру.
— Видишь ли, в чём дело, — начал он, улыбнувшись, — ты единственная чёрная дриада, которая за много лет ни разу не попалась в нашу ловушку.
— Мы вот всегда чуяли тебя, — вклинился другой гоблин, — но никому не удалось тебя поймать!
— У нас даже спор есть — кто первый тебя сцапает! — вставил третий.
— Не может быть, — смутилась Инга, — я знаю дриад, которые уходили из ваших ловушек.
— Врут! — махнул рукой один из гоблинов. — Всех ловили, абсолютно всех. Выкуп платили, а потом рассказывали сказки, что ушли от гоблинов.
И все разразились дружным смехом.
— И только одной всегда удавалось улизнуть! — воскликнул Азур, хлопнув себя по коленям.
— Чёрной Проныре! — хором крикнули гоблины и снова рассмеялись.
— И знаешь, — продолжил Азур, — мы решили так: если нам когда-нибудь удастся поймать тебя, мы не причиним тебе вреда.
— Азур, Азур! — подхватил третий. — Вот не удивлюсь, если в ней течёт кровь гоблинов!
— А учитывая, что ты ещё и подружка Зураша, — смеясь, сказал Азур, — можешь считать себя почётным гоблином!
— Да, а откуда вы знаете Зураша? — спросила Инга.
— Мы многих фермеров-дриад знаем, — ответил один из гоблинов.
— Понимаешь, — начал Азур, — это вам, воительницам, кажется, что вы гроза гоблинов и защитники отечества! Но когда вы снимаете дозоры с окраин, фермеры остаются без охраны.
— Да, но дозор прогоняет гоблинов, и они не сразу возвращаются, — ответила Инга.
— Ха! — засмеялся Азур. — Никуда мы не уходим. Вам даже невдомёк, что фермеры на вас не слишком-то и полагаются. А так как фермеры не воины, они приспособились договариваться. Многие из них просто платят нам урожаем — и мы их не трогаем.
— Но есть такие, как Зураш, — Азур на мгновение перестал улыбаться, и его взгляд стал серьёзным. — Когда три зимы назад ударили такие морозы, что камни трескались, и наши молодняки начали дохнуть от бескормицы, именно он открыл свои амбары.
— Он сказал тогда: «Мы все хозяева этого леса. Ешьте, а весной отработаете», — вставил один из гоблинов, с уважением качая головой.
— И мы отработали, — кивнул Азур. — Починили ему запруду, отогнали волчью стаю от его отар. Мы не воюем с теми, кто видит в нас соседей, а не вредителей. Зураш — человек слова. А теперь выясняется, что он ещё и выбрал себе в пару ту самую Проныру, за которой мы охотились пять лет…
Гоблины снова зашумели, обсуждая невероятное совпадение. Инга слушала их, и внутри неё что-то менялось. Оказывается, её «незаметность», которую она считала недостатком, на самом деле была высшим мастерством, признанным даже врагами. А Зураш… она и раньше знала, что он добрый, но не догадывалась, какой авторитет он имеет среди лесного народа.
— Ладно, засиделись! — Азур резко поднялся, одёргивая свой кожаный камзол. — Осколок догорает, и нам тут делать больше нечего. Забирай своих подруг, Проныра.
— Инга, так как ты выбралась из Суржа? — спросила Калька.
— Меня отправили к Илоне с вестью о смерти Мары, — вздохнула Инга. — А Илона чуть не казнила меня. В общем, меня изгнали и лишили званий и должности. Так что я больше не на службе.
— Видишь, — сказала Калька, обращаясь к Варге, — в Сурже сразу принялись заметать следы. Отпустили Ингу как знак доброй воли и тут же начали мобилизацию.
— О чём это вы? — спросила Инга.
— Она думает, что это она убила Мару, — сказала Калька. — Но Анетод и Натан подставили её так же, как всех нас.
Инга испуганно посмотрела на Варгу.
— Да, Натан рассказал мне о ритуале вызова призрака. И я провела его, — виновато ответила Варга. — Я хотела отомстить всем из рода Мьёрков, и королева была последней. Но после того, что я сделала, я будто проснулась. Я испугалась, что правда убила эту несчастную девочку. Я решила бросить службу советника и ушла из Суржа. Я покаялась на древнем алтаре дриад и решила вернуться на земли своих предков. Пусть не как хозяин, но как обычный фермер — искупить свою вину трудом.
— Это правда? — тревожно спросила Инга, глядя на Кальку.
— Да нет, конечно! — отмахнулась та. — Нельзя так просто вызвать призрака, заучив заклинание. Её подставили, чтобы свалить всю вину на неё, когда представится случай. Так же, как на тебя, и на меня, и на Сатанику, если она выжила. Уж поверь мне как юристу.
— А я шла в Сурж, чтобы искупить свою вину за трусость, — сказала Инга, глядя на Варгу.
— Однако в обоих направлениях вам путь заказан, — сказал Азур, подходя к ним и уловив обрывки разговора. — Моя разведка доложила, что дриады, узнав о мобилизации, перекрыли переправы. А по дорогам Суржа шастают вооружённые пьяницы и нападают на путников. Если вы втроём выйдете отсюда одни — вас поймают через версту.
— И что ты предлагаешь? — спросила Варга.
— Мы всё равно собирались двигаться в сторону Суржа, — ухмыльнулся Азур. — Сдавать «отчёт» о мобилизации. Мы идём в сторону столицы под видом отряда рекрутов-добровольцев. У нас есть бумаги, есть задаток в мешках и достаточно оружия, чтобы патрули не задавали лишних вопросов. Когда дойдём, тогда вы и сможете поквитаться с кем захотите, а мы поможем.
— Гоблины-рекруты? — Калька хихикнула, подпрыгивая на месте. — Это же гениально! Ни один патруль не захочет проверять телегу, полную вооружённых гоблинов. Мы пройдём прямо под носом у Анетода!
Инга посмотрела на Варгу. Та на мгновение задумалась, глядя на дымящиеся руины Осколка, но в её глазах мелькнул холодный огонёк. Она подняла взгляд и встретилась глазами с Ингой.
— Хочешь, я помогу тебе проникнуть в Сурж, чтобы ты могла вонзить кинжал в горло Натану? — холодно произнесла она.
— Хочу, — твёрдо сказала Инга выпрямившись.
— Что ж, веди, Азур. Надеюсь, твоё пиво, которое мы так и не попробовали, окажется не таким паршивым, как этот амбар. Угостишь нас после всей заварухи.
— Пиво у меня отличное! — хохотнул гоблин, поднимаясь. — Собирайтесь. Выходим на рассвете. Нам нужно успеть к развилке на Зеленодольск до того, как там развернут основной лагерь.