Бог это Человечество 11

Бог — это Человечество 11
(Бессмертие для смертных)
Мировоззрение для Человечества
(Для верующих и неверующих)

Мыслеграфия Романа и Сергея (Радикала и Сфинкса)

Сборник мозговых сообщений, замечаний, анализов, перепалок, а порой и штурмов, зафиксированных на материальных носителях информации

Так говорил Платон

Такими словами Роман встретил друга и тут же начал объяснять, что же за мысль оставил потомкам древнегреческий философ:

— Прочёл, так сказать, осмысление, продвижение в массы философии Платона, сделанное современным идеалистом и, скорее всего, не поклонником традиционных религий. Приводит он четыре доказательства бессмертия души…

Сергею тут же захотелось спросить:

— Убедительные?

— С точки зрения формальной схоластической логики, притягивая за уши примеры из материального мира, возможно, и убедительно. Ведь, если есть нечто, чего нельзя, грубо говоря, потрогать, то в любых логических построениях этому «нечто» можно приписать всё что угодно.

— Душе, ты имеешь в виду?

— Вот именно. Только в самом последнем доказательстве бессмертия этого призрака даётся его краткое определение. Это «причина или эйдос жизни». Не будем вдаваться в сложности всех этих эйдосов, ибо, в конце концов, все они — идеалистическое понятие несуществующего. Каждый в своем сознании может искать свой эйдос и говорить о нём. Типа: «моя душа полна тобою…»

— И душа, так как доказана её бессмертность, всю вечность будет «полна тобою», — Сергей, передразнивая, тоже фальшиво напел два слова.

— Сначала разберёмся, почему по Платону причиной жизни являются его мысли, сновидения, волнения, а не его тело…

— Почему?

— Да так он решил. Похоже, тело не обременяло молодого Платона тяжким физическим трудом и болезнями, поэтому свои мыслительные упражнения он ставил выше тела. Про работу мозга тогда ещё вообще ничего не знали, он вместе с остальными частями тела философу казался совершенно ненужным, чтобы философствовать, радоваться, страдать… За что ещё там душа ответственна?.. Для всего этого достаточно ему было своего эйдоса. А существующей в воображении душе можно приписать всё что угодно, и, конечно, бессмертие.

— А величие?..

— О, точно. Но самое главное, абстрактно не скажешь, что у этого индивидуума замечено величие души. Раз есть величина, ее нужно как-то измерить, не так ли?..

— Полагаю, деяниями…

— Именно так. А деяние — это не мысль. Руки ноги для этого нужны, или хотя бы язык, даже изливающий словесный бред. Ну, никак душа не может существовать без тела, в пар превращается, испаряется…

— Платон такого не говорил.

— Действительно, вот мы опять и вернулись от бессмертия к вечности. По Платону, душе в ней, беспредельной во всех отношениях, делать нечего, нужно возвращаться на бренную землю… Надо полагать, чтобы вселиться в очередного младенца. Похоже, вся эта реинкарнация, когда «если глуп, как дерево — родишься баобабом», оттуда еще пошла, от древних греков. Потом уж душе дали другое предназначение, не тыщу лет быть баобабом, а маяться вечно, не зная, куда себя девать…

— А как же Платон все-таки доказал бессмертие души?

— Кажется, довольно логично для схоласта, сравнивая, малое и большое, теплое и холодное, жизнь и смерть, но в материальные понятия внешнего мира он не вселял душу, а только в человека… Кажется, не оказал такой чести даже собаке. Прогресс очевидный. А то ведь первобытные люди были более великодушны, обыкновенно считали, что не только звери, птицы, но и деревья, камни «они тоже люди» — уважать их тоже надо…

— Не слишком Платон уважал материальный мир.

— Но хотел бессмертия именно в нём… Хотел возвратиться.

Чтение с комментариями

— Уж извини, великий Сфинкс, опять потревожу тебя своими мысленными порождениями…

— Меньше пафоса, меньше красивостей и начинай.

— Спасибо за благие советы. Так вот, прямодушному наивному человеку былых времен, не обременённому тогда только зарождающимися знаниями, физическим трудом обеспечивающему себя и семью чечевичной похлебкой, всё-таки нужны были доказательства существования бессмертной души, защищенной безграничной силой. И он охотно верил, что такой силой владеет сын небесного божества в облике простого человека, но способного доказать свое божественное естество. Самыми простыми для дикаря методами: пройти по поверхности воды, превратить её же в вино и даже воскресить умершего. Нынешнему обывателю, далеко не наивному и не прямодушному, таких чудес недостаточно, ему подавай псевдонаучные достижения, оформленные современным словесным блудом — и он получает желаемое.

 — Ну, то, что ты назвал словесным блудом, порой звучит, пусть и замысловато, но притягательно. Будоражит умы ищущих.

— Согласен, есть и заумные труды, пытающие доказать бог невесть что, но теперь, особенно во всемирной паутине столько информационных перлов, которые писаны, как говорится, «левой холодной немытой ногой». При этом нередко ссылаются на конкретных специалистов, да не лишь бы каких, а физиков.

Сергей достал смартфон, стал чиркать по нему пальцем, сказал:

— Да, вот как раз зачитаю последнее сообщение на один из дней начала XXI века.

«Американские ученые считают, что сознание человека бессмертно. Об этом пишет издание «ПолитЭксперт». Другими словами, специалисты из США думают, что после физической смерти человека его душа возвращается обратно во Вселенную…

Роман уже не мог слушать дальше, прервал:

— Стоп! А до этого она была не во Вселенной?.. Ага, она была в сгустке жировой ткани в виде мозга, или, как думали раньше и думают некоторые и теперь — в мускульном мешке-насосе в виде сердца…

— По-моему еще достоверно не установлено, где прячется в человеке его душа. И вес ее никак не могут измерить…

— О, даже ты, покладистый Сфинкс, и то ёрничать начинаешь. Ладно, будем считать, что была душа в конкретной точке вселенной…

— Кажется, всякая конкретика противоречит теории относительности…

— Хорошо, была где-то душа и потом вернулась обратно во Вселенную. Читай дальше.

«Физик Стюарт Хамерофф провел сравнение между человеком и компьютером. Человеческое сознание теоретик сопоставил с компьютерной программой. По его словам, при выключении компьютера данные могут сохраниться, а могут и не сохраниться…»

— Тут вполне логично. Не будет постоянных запоминающих устройств, винчестера, как его раньше называли, информация исчезнет и наоборот. Так и человеческое сознание… Заморозят индивидуума, а потом в каком-то закоулке вечности и пространства разморозят — и, пожалуйста», продолжай оперировать сохранившейся информацией. А если взрывом бомбы разнесет человека вместе с его головой на мелкие брызги, никакие данные при таком «выключении» не сохранятся. Ай да физик, до чего дошел, видно, долго думал. Что дальше?..

«Поэтому он считает, что и сознание не может просто так взять и исчезнуть в никуда».

— Не исчезнет в никуда, а растворится во Вселенной… Кстати, с трудом верится, что размороженный человек оживет и останется без необратимых патологических изменений.

— Ну, а заключительную часть статейки лучше не читать… Хотя посмейся и ты.

«Развивая свою теорию, эксперт отметил, что душа — это продукт эффекта квантового притяжения, получаемого из расположенных в мозгу микротрубок».

— Чего уж смеяться. Грустно. Классический образец словоблудия, на полном серьезе выдаваемого в толпу. И такими вот сообщениями регулярно пичкают её представителей, и те в восторге от подобных «открытий», которых даже псевдонаучными не назовешь — полный бред или, как говорили наши предки, «сапоги всмятку».

Существует ли информация?

Идеализм — это словоблудие, когда можно вещать о том, что никто никак и ничем не может проверить. А материализм ощущаешь, то ли на морде, в виде фингала, то ли на языке, в виде подслащенной горькой пилюли, то ли на сердце, которое замирает от ужаса, созерцаемого глазами, да и задницей, приземлившейся на стул с рассыпанными кнопками. Да и чисто идеалистические радости мы получаем разве что в виде мечтаний и фантазий, а не совсем чистые — от созерцания и общения с неживой и живой природой, и особенно с людьми, как нам наиболее близкой и интересной части всё того же материального мира. Последние даже свою так называемую душу раскрывают только деяниями, а не восторгами, пожеланиями, обещаниями и прочими поначалу впечатляющими идеалистическими эффектами.
Иван Кефалов.

— Рекомендую чай со сливками — нет напитка вкуснее, но только сладости — ограничено и вприкуску. Размешанный чай не чай, как учил меня дядя.

Любезность Романа вызвала чуть заметную улыбку у Сергея, которую он тут же погасил словами:

— Начинай, умный разговор делает чай вкуснее, как считают китайцы.

Роман мельком бросил подозрительный взгляд на друга и заговорил:

— Как всё-таки и весьма умным, думающим людям хочется доказать, что первичность материи недоказуема.

Чай не помешал Сергею прокомментировать:

— Почему хочется? Им не хватает доказательств, что она первична?

— Так ведь пытаются доказать первичность идеи, слова, информации, как стало модно подкреплять этим последним термином свой идеализм. Хорошо, хоть самые умные остаются на распутье, но и они продолжают искать аргументы в свою пользу.

— Так, видимо, какие-то мыслители и находят их. Возможно, такие, которые трудно опровергнуть.

— Вот у тебя нет-нет, да и проскользнет сомнение. Ленишься думать. Тебе обязательно нужны ссылки на авторитеты…

— О, по этому поводу зачитаю тебе одну мысль Шопенгауэра, подожди секунду, пока найду… О!..

«Подавляющее большинство людей... не способно самостоятельно думать, а только веровать, и... не способно подчиняться разуму, а только власти».

— Ну, ты самокритичен настолько, что никак не могу тебя отнести к подавляющему большинству.

— Тут еще есть одна цитата, из Софокла…

— Читай, — не очень довольным голосом проговорил Роман, подозревая какую-то каверзность со стороны мудреца.

— «Блаженна жизнь, пока живешь без дум!»

— Здорово. Уж он-то познал тяжесть дум, многие из них до сих пор цитируют потомки… не прямые, не пытайся возгордиться… Но вернусь к началу. Обнаружил на одном из форумов дискуссию, в которой некто разумно считает мысль, информацию не материальными… субстанциями… Как еще их назвать?

— Значит, их нет в природе? Ты так считаешь?

— Да, их нет!

— О, Радикал, ты парадоксов друг.

— Мог бы по дружбе по-другому назвать друга парадоксов. Сославшись на авторитет Пушкина.

Сергей понял, но никак не среагировал, продолжил по предложенной теме:

— Нет того, для чего создана целая индустрия по передаче, обработке, приёму и использованию?..

— Ну, ну, продолжай…

— Депеша пришла, последовало нажатие кнопки и… не будем глобальные примеры обсуждать… где-то, кто-то взлетел на воздух после взрыва.
— И ты считаешь, что такое громкое событие в материальном мире совершилось под действием нескольких черточек на бумаге или вполне материальных колебаний воздуха в наушниках того, кто нажал на кнопку?

— Да, ты сам назвал материальными звуки…

— Да, черточки на бумаге — это способ материальными предметами передать то, что называется мыслью, но лучше будем оперировать словом «информация». Люди научились, сначала жестами, членораздельной речью, потом письменностью и так далее передавать друг другу её — то, что видели вокруг, что обдумывали, делали, хотели делать, хотели заставить кого-то делать… Чтобы нажать на кнопку, не нужна запечатанная в пакет депеша, порой достаточно одного незаметного взгляда другому. Заметь, этот обмен взглядами вполне материален. А ведь в принципе и он не нужен. Нажать на кнопку, если она имеется под рукой, можно и просто так, даже без мысли… Машинально. Как Шура Балаганов машинально кошелек стащил в переполненном трамвае. Так же без всякой индустрии производства и доставки информации вдруг кто-то взлетел на воздух…

— Хорошо, для начала соглашусь… Как и тот материалист, на которого ты ссылаешься.

— В том-то и дело, что он думает по-другому. Считает, что нематериальная информация «лишь проецируется на материальные носители».

— И что тебе не нравится?

— То, что он считает ее первичной, по отношению к материальному миру.

— Почему?

— Не она проецируется, а её создают, перерабатывают и проецируют в разные стороны материальные производители, и накапливается на в материальных носителях. Начиная от мозга и языка человека, и, грубо говоря, заканчивая громкоговорителем, вещающим на всю площадь города. Поясню его же примером. Сообщение, что идёт дождь, это информация для человека и других людей, и её можно легко передать, хотя пока это происходит, дождь может прекратиться, и информация станет не нужной. Ненужная информация — это и её отсутствие. Информация — это отражение состояния материального мира в мозгу одного человека, зафиксированная там и при необходимости переданная каким-то путем в мозг другого человека. Надеюсь, не надо объяснять, что камень, лежащий на горе, не передает камню, лежащему в низине, что начался дождь. Хотя бы потому не передает, что такая информация не нужна: зонтика-то у него нет. Камень в низине никак не воспользуется ей, так и будет лежать, пока его не смоет еще ниже водяной поток.

— Значит, по-твоему, информация присуща только человеку?

— Отнюдь. Всей живой материи, живому миру. Когда куропатка-мама издает тревожный крик при виде пролетающего даже в стороне луня, её подрастающее потомство горохом сыплется в куст лозняк и затаивается там. Но это не удивительно для поведения птицы — довольно высокоразвитого существа. Гораздо удивительнее, что какая-нибудь бабочка, учуяв обонянием некие феромоны, далеко летит на встречу с возлюбленным…

— Возлюбленным… Сильно сказано, не думал, что это тебе свойственно. Живой мир не только животные. Растениям тоже присуща передача информации?

— Вполне возможно, не так давно ученые выдвинули интересную гипотезу по передаче информации африканскими акациями, кроны которых сильно страдают от жирафов. Но листья акаций содержат много танинов, из-за чего становятся несъедобными, а то и ядовитыми даже для жирафа. Но танины довольно быстро поступают в листья, когда жираф начинает их обрывать, и тогда он вынужден переходить к следующему дереву, которое в свою очередь начинает защищаться таким своеобразным химическим оружием. По предположению исследователей, дерево при «нападении» листоядного агрессора, выделяет в атмосферу «сигнальный газ» — этилен, который предупреждает окружающие деревья о приближающейся угрозе. Конечно, только стоящих по ветру, и те успевают приготовиться, также наполняя листья ядовитыми веществами. Якобы жирафы уже привыкли к этому и сразу идут к более дальним деревьям. Мне кажется, что информация и эволюция развивались параллельно. Вот только не знаю, нашелся ли ученый, который вслед за Дарвином проанализировал громадный объем сведений и доказал это.

— Значит, по-твоему, после телесной смерти вся накопленная человеком информация исчезает бесследно.

— И сомневаться не приходится, если она накоплена лишь в его памяти. Если только он, как сделал это, например, Лев Толстой, не позаботился оставить хотя бы часть её на каких-то носителях информации, хотя бы на этилене, уносимом ветром. Кажется, после Толстого осталось 90 томов его мыслей, занесённых на бумагу. А теперь, каждый сможет на миниатюрной флэшке оставить во много раз больше байтов…

— Только кому они нужны будут…

— Вот именно. Ценной информации человечеством накоплено много, но еще больше ненужной шелухи возле неё.

— Кстати, по поводу материальности информации в нескончаемых ее интернетовских массивах гуляет и такое утверждение со ссылкой на знаменитого Бехтерева, который, возможно, первым «стал рассматривать мысли как материальные объекты…»

— Здорово… — Роман покачал головой — «Мои мысли мои скакуны…» не затоптали бы ненароком апологета подобных мыслителей. Если не точно знаешь, то не будем обижать Бехтерева, обратимся просто к некоему мыслителю-идеалисту. Это что ж он тогда душе, идеализму оставил, если даже мысли принес на алтарь материализма?.. Скажи, не таи…

— Ну, чувства, эмоции…

— Ага, те проявления своего несдержанного тела, на которые и мысли не нужны. Вскипел, вскричал, кулаком стукнул, хорошо, если по столу — тут и думать не надо. Сплошной идеализм, а последствия каковы?.. Точно, мысли материальны, когда не спеша хорошо всё обдумаешь, то и результат обычно неплохо выглядит…

 — Так и апологеты об этом толкуют. «Энергия мысли, грамотно направленная, может очень многое».

— Кто бы спорил? Мысль, выраженная хоть намеком, хоть буквами, хоть словами многочасовой речи может многое, если к ней кто-то еще и руки приложит… А иначе растворится бесследно во Вселенной…

— Но «мысль изреченная…»

— «Есть ложь…» Вот видишь. Поэт прав. Даже после большой речи тебя поймут неправильно, и, ссылаясь на твою мысль, наворотят такого… что и сами не расхлебают. Значит, «молчи, скрывайся и таи и чувства и мечты свои…» И никто не узнает о них, и никто не воспользуется, и не украдёт… Потому что они нематериальны всё же… 

— А вот апологеты идеализма всё же настаивают, что «душа никуда не исчезает… То, что в нас думает, творит, мечтает, любит, плачет и радуется, никогда не умрет». «Отмирает только физическая оболочка».

— Вот и прекрасно. Кому эта оболочка нужна, истрепавшаяся, запятнавшаяся, устаревшая. Точно так же не нужна никому и «начинка» вместе со всеми слезами и весельем. И никто не воспользуется ей, если будешь молчать и таить. И только никогда не умрет из этой начинки нечто материальное, грубо говоря, мраморный бюст и хотя бы одна бессмертная строка мысли, отражающая то ли чувство, то ли крупицу знания, ранее недоступного остальным… «Как хороши, как свежи были розы…» — это первое. «А всё-таки она вертится…» — это второе.

— Не каждый готов согласиться, что после него ничего не останется… Чувства, эмоции…

— Так пусть не соглашается. На смену его чувствам и эмоциям придут другие, скорее всего, лучшие — его потомков, а заодно его ошибки, заблуждения… Но потомки некоторых весь этот последний хлам не понесут дальше, а захватят только самое ценное… Если оно будет…

— И всё-таки, думаю, что не лишено смысла утверждение, в котором уверены многие. Будто невозможно доказать первичность материи, и что она порождает информацию, а не наоборот.

— Значит, информация порождает материю, образуя какой-то виртуальный мир? Так, по-твоему? Тогда приведи мне хоть один пример подобного рождения.

— Разве что классическое утверждение: сначала было слово.

— Допустим. Но тогда приведи примеры дальнейшую эволюцию порождения каких-то материальных предметов, явлений от этой нематериальной субстанции из пяти букв на русском языке… Кстати, думаю, что «слово» в широком информационном смысле всё-таки зародилось вместе с живым органическим миром и вместе с ним эволюционировало…

— Ладно, не будем дискуссировать…

— Не будем. И мне уже лень это делать. Но не раз уж замечал я, что ты ленишься думать. Вместо того, чтобы самому что-то осмыслить, тебе лучше принять на веру слова другого. Как, наверное, и большинство людей, тебя легче одурачить, чем убедить, что ты был одурачен. Кто-то это сказал из великих… Не помнишь?..

— Кажется, Марк Твен. Но я все-таки предпочитаю думать сам, своим мозгом, который у апологетов «по сути — это просто антенна», нечто принимающая из «информационного поля Земли».

— Вот и славно. Скажи, хорошо иметь в голове мозг, а не антенну?

— Скажу.

Продолжение следует.