Любанька - 9 глава

Глава 9

Бабушка Ефросинья возле зеркала засуетилась в беспокойстве испешно засобиралась.
 
Разбудила внучку Любаньку:

– Внученька, не пугайся, что посередь ночи бужу. Дюже надость до деревни доскочить. Фомку предуведомить об опасности. Неминуема она. Грозит.

Любанька встревоженно соскочила с кровати:

– Не отпущу я тебя одну в ночь непроглядную, бабуля! – и быстрёхонько в выходные одежды облачилась.

За бабушкой поспешила. Деревни достигли, так старушка прежде к товарке своей Акулине Кузьминичне направилась. Рассказать побыстрей обо всём, что в зеркале узрела. Любанька за ней да вперёд ней попрыгивает.

Акулина Кузьминична, поражённая услышанным, поведала подруге, что Фомка уж много дней, около двух недель как, дома не объявлялся. Ясно было, что это он за сбежавшей с кучером Иваном Василиской в сторону, обратную бору, побежал. Не разобрался толком впопыхах. Да так и пропал. А Василиска, как в ту ночь по
небу улетела, так больше и не казалась.

– Поколе ночь не закончилась и луна полная не ушла, до первых петухов успеть надо посмотреть в зеркальце. Где он, Фомка-то, – заторопилась от мысли догадливой бабушка Ефросинья.

Старушки с Любанькой к дому Ефросиньиному так и ринулись со всех ног. Быстро домчались. Вбежали в избу запыханные и ну давай зеркальце, со слов сбиваясь, пытать,  показало чтоб, в дали какие Фомку занесло и где он, заполошный, судьбой жены встревоженный, пропадает.

Зеркало всю путь-дорогу Фомкину им и выложило без обиняков. Вот отмахнулся он в досаде от Акулины Кузьминичны. Вот пошёл он не по пути, обратному бору, как указывала ему соседка, а совсем другой, одному ему ведомой, дорогой. Точно был уверен, что именно там найдёт то самое вонючее болото, которым комната его пропахла. Об этой уверенности походка его решительная говорила. И там-то, около него, болота того, пещеру обнаружит. Туда, в неё, как он думал, кучер Иван обманом заманил его возлюбленную. В ней он силой удерживает её. Зеркало показало, как нашёл Фомка болото зловонное. По пути повстречал медведя, лису и зайца. Они-то, добродушные, и объяснили ему, что до пещеры добраться можно было, если осторожно, наощупь, опасную трясину пересечь. По колено в воде, но путь верный, пожалуй, точно найдёшь. Отважный Фомка там же шест длинный подобрал и отправился водную преграду насквозь преодолевать. Осторожно пробирался, легонько путь себе верный под водой намечал, но так отчаянно торопился, что оступился всё же – в топь вязкую так и ушёл. Над местом тем, где парень утоп, в одно мигание тень чёрная пронеслась над болотом, и вместе с ней вздох лёгкий послышался и за ней же исчез. Болото только булькнуло. А издалече вроде как смех протяжный ехидны раздавался. Долго хахала.

Совсем опечалилась Любанька от увиденного в
чудном зеркальце и решила про себя, что найдёт Царя Болотного непременно и как-нибудь: словами ли добрыми, слезами ли горючими, да уговорит ведь всё ж таки нечисть болотную отпустить Фомку со дна омута серного. Засобиралась спешно, перед бабкой своей Ефросиньей винясь да каясь за то, что уходит от неё одна, вот так - в темь непроглядную, почитай, в никуда, в неизвестность, на поиски своего давно любимого Фомы. Разрешения спрашивать не стала, а решила и сделала.

– Спасу я, бабуля, Фомку и непременно вернусь, – только и услышала бабушка Ефросинья из глубины ночи.

Счастье ж в воздухе не вьётся – трудом достаётся. А под лежач камень вода не течёт. Вот и решилась Любанька враз путь-дорогу до любимого своего прознать. Выскочила на улицу, а там темь непролазная: ни конному, ни пешему ни проходу, ни проезду. Ни зги. Всё равно пошла.