Пурпурный туман и порождения тьмы Глава 22

   Когда он вернулся домой, то во дворе толкались парни из школы Никодима и о чем-то оживленно разговаривали.Поднявшись в дом, Варяг увидел озабоченную Олесю.

   — Что-то случилось, что там за собрание? – спросил он.

   — Состояние Оксандра не улучшается, одной магией не удается вернуть его к жизни. Туман высосал из его организма все жизненные соки, и оракул посоветовал сделать ему переливание, вернее вливание крови, потому что в теле почти ничего не осталось.  Анфиса, подумала и согласилась. Ведь кровь — это основа жизни, самое необходимое и таинственное вещество в организме. Ее надо много, и Никодим бросил клич среди ребят. Очень многие согласились, и сейчас ИСКИН подбирает людей с наиболее подходящими параметрами.

   — Схожу сдам, вдруг не хватит.

   —Я узнавала, оракул сказал, что наша с тобой кровь не подойдет. Да и уже набралось необходимое количество доноров.

   К ним подошел Никодим.

— Хорошие у тебя ученики, — сказал Егор, — Как кстати показал себя Митяй из Приполья?

   — Оказался смышленым пареньком, да он и оружием отлично владеет, — улыбнулся старик, — Думаю сделать его своим замом, а так ребят много толковых.

   — Значит я не ошибся в выборе, он завтра с утра отправится с обозом в Азгардон начальником охраной, — затем Варяг продолжил, — После победы над навями к нам потянулись крестьяне окрестных деревень, да еще Корней добавил свою лепту в набор войска, сумев убедить Совет о необходимости установить жалование для добровольцев. Поэтому вам с Лаской сейчас прибавится хлопот по их размещению и обеспечению всем необходимым, в том числе и оружием. И, конечно, в первую очередь, обучение воинскому делу. У тебя это неплохо получается, по себе знаю, — улыбнулся Егор.

   — И когда ты льстецом стал? – незлобиво поддел старик, но было видно, что ему приятно.

   — Сейчас на вас с Анфисой много всего навалилось, она хотя и крепкая бабка, но ты за ней приглядывай. Надеюсь, не сильно тебя обижает? – сказал Варяг и они засмеялись.

   Егор окликнул Митяя, и они наедине обговорили подробности поездки в Азгардон.

                ***

   Вскоре во двор вошла Руслана с детьми. Походную экипировку Даньки дополнял висящий на поясе небольшой меч, подаренной Лаской, а Мила решила оживить неяркий цвет одежды и вплела в волосы светлую ленточку под цвет полоски у волков на лбу.

   — Молодцы, хорошо подготовились, а сейчас помогите одеть броню на волков. Даня покажи сестре как это делается, — и парень повернулся к женщине.

   Он спиной почувствовал, как мальчишка, гордый оказанным доверием, показывает язык девочке.

   — В моем возрасте уже тяжеловато скакать на зверях, — пожаловалась Руслана, — Когда закончится эта пурпурная напасть, то мы с детьми на повозке еще раз съездим туда. А пока возьми вот это.

   И она протянула Егору живую веточку с красивыми оранжевыми цветками.

   — Что это? —удивился тот, — Таких я еще не видел.

   — Это глациус, он очень нравился Головану. И воткни возле валуна. Знахарки пообещали, что цветок прирастет.

   — Надо же, — подумал Варяг, бережно принимая растение, — И не знал, что магу нравились цветы.

   Вышла их проводить и Олеся.

   — Вы там осторожней, и детей береги, — напутствовала она мужа.

   — Мы уже не дети! — дружно возмутились подростки.

   Пешком у Егора этот путь занял бы несколько дней, но верхом на зверях он рассчитывал обернуться достаточно быстро. Он ехал впереди на Громе, за ним ребята на волках. Герда, оказавшаяся свободной, то бежала рядом с собратьями, то обгоняла кавалькаду и исчезала в зарослях. Используя птиц, парень заранее просмотрел маршрут и знал, что у них по пути не должны встретиться ни туман, ни отряды навей. Вечер брал уже свои права и потихоньку темнело. Хищники бежали по широкому тракту, мелькающие деревья и мягкий бег зверей убаюкивал. Тянуло в сон, и Варяг скомандовал Грете приглядывать, чтобы кто-нибудь не упал.

   Он заметил, что когда стал со Змеем единым целым, то его чувства резко обострились, в том числе и ночное зрение, поэтому темнота не сильно мешала ему наблюдать за окружающим. Несколько раз дорогу им перебегали то одиночные, то передвигавшиеся небольшими группами, мутанты, среди которых Егор узнал, похожую на переростка страуса, большую птицу Рох, громадных львов пещерников, и другую зловещую живность. Порождения магии тоже замечали людей, но не обращали на них никакого внимания и исчезали в лесу. Зная их злобное отношение к человеку, это поведение сначала удивило парня, а потом насторожило. Создавалось впечатление, что мутанты, повинуясь чьему-то приказу, двигаются в одном направлении. А уж догадаться по чьей воле и куда они направляются, было не очень сложно. Он вошел в сознание воронов и с высоты птичьего полета убедился в правоте своей догадки.

   — Похоже, туман сумел подчинить магических тварей и собирает свои силы для решительной битвы с людьми, так что впереди предстоят тяжелые времена. Надо привлечь еще дополнительные резервы из Златина, в том числе и волшебников. Да тут еще непонятки с Азгардоном, нужно, чтобы все города действовали заодно. Да и Эллара говорила об этом же.

   Под эти мысли он и заснул на широкой спине Грома…

   Пляшущие блики солнечных лучей, пробивающихся сквозь верхушки деревьев, разбудили его. Начиналась перекличка пернатых, то одна, то другая птица сначала робко прочищала горло, но постепенно голоса становились все увереннее и звонче. Вскоре весь лес наполнился щебетанием и пением. Он осмотрел свою команду. Ребята еще спали, а волки на удивление выглядели довольными и сытыми.  Похоже Герда ночью поймала какую-то живность и по-братски поделилась с собратьями. Многокилометровый пробег казалось нисколько не утомил вурлоков. Вскоре вековой лес закончился, и маленький отряд поскакал среди бескрайних лугов.

   Мила проснулась первой и, лениво потягиваясь, огляделась. Увидев спящего брата, ее глаза хитро прищурились и, наколдовав водяной комок, она бросила его в лицо спящего брата. Попав в цель, брызги разлетелись во все стороны. Паренек ошалело встрепенулся, сначала ничего не понимая, но потом, увидев смеющуюся сестру, погрозил ей кулаком.

   Впереди показалась широкая лента реки и вскоре они подъехали к берегу. Могучий водный поток величаво нес свои слегка зеленоватые воды. Через всю его ширь был перекинут деревянный мост, опиравшийся на шесть быков. Высокие деревянные фермы укрепляли и украшали грандиозное сооружение, но что-то насторожило Егора.  Он еще раз окинул мост внимательно взором, но переправа казалась прочной и не предвещала подвоха.

   Доверяя своей интуиции, Варяг решил все-таки проверить и послал на противоположный берег одну Герду. Волчица медленно пошла по деревянному настилу. Вопреки предположению парня, тот даже не скрипнул под ее немаленьким весом, а лежал как влитой. Когда зверь дошел до середины, Егор уже начал успокаиваться, решив, что опасность ему только показалась.

   Внезапно, с громким всплеском, из воды взметнулось громадное щупальце и устремилось к вурлоку. Герду спасло только то, что щупальце врезалось в раскосину фермы, за которым в тот момент находилась волчица. Бревно затрещало, но выдержало. Волчица резко отпрыгнула и, моментально развернувшись, из-за всех сил помчалась обратно. Щупальце, оставляя сероватую слизь на мосту, медленно и лениво сползло в реку. Через минуту уже ничего не напоминало о происшествии.

   — Вот и я такое же щупальце видела, только поменьше! — воскликнула Мила. — Когда встречала отряд из Заполья, тогда чудовище большого вепря утопило.

   Атака монстра произвело на всех неизгладимое впечатление. Все молча уставились на Егора.

   — Судя по всему, это громадный спрут, или как его называют в голливудских фильмах кракен. Такое чудовище выросло, мама не горюй. Как с ним справиться? —  пригладив подбородок, стал размышлять Варяг, — Ударить по нему магией? Это бесполезно, так как река заблокирует заклинания. Думаем дальше. У нас его естественным врагом является кашалот. Тогда превратиться в кита? Так он должен быть соответствующего размера, в несколько десятков метров, здесь для него будет мелковато и тогда эта тварь получит преимущество. Еще неизвестно, кто победит. А если попробовать снова стать пупсом, только большего размера?

   Отогнав всех подальше от реки и запретив вмешиваться, Егор начал трансформацию. Вскоре на берегу стоял громадный, метров десять высотой пупс, только уже почему-то не в трусах, как в последнем сражении, а в плавках. Меч Потрошитель тоже подрос в размерах и превратился в гарпун. Варяг медленно побрел в реку, аккуратно переставляя ноги, при ходьбе образовывались бурлящие воронки. Глубина все увеличивалась.

   На удивление спрут не спешил нападать. То ли он испугался соперника, то ли выжидал удобного момента. Когда парень добрался до места, откуда в прошлый раз произошла атака, то там под толщей воды темнело большое бесформенное пятно. Он не знал, где у кракена находятся жизненно важные органы, и, примерившись, всадил гарпун в середину черноты, надеясь попасть прямо в сердце. Темная жидкость окрасила воду, но убить врага не удалось и к парню сразу же метнулись громадные щупальца. Они, как черные змеи, оплели его руки. Он попытался сбросить чужую плоть, но присоски держались крепко. Егор понял, что недооценил силу и размеры монстра, и напрягшись из-за всех сил, резко дернул, пытаясь подтащить того ближе к берегу. Ему удалось немного сдвинуть чудовище с места, и оно всплыло, показав над поверхностью свою огромную серую голову.  Бесцветные глаза, размером с приличный щит, уставились на него, квадратные черные зрачки не шевелились и гипнотизировали.

   Тут что-то больно ожгло плечо, скосив глаза, парень понял, что в него попал небольшой фаербол.
 
   — Только Милы еще здесь не хватало, — мелькнула мысль.

   Затем дернулся глаз спрута. Это девочка, поняв свою ошибку, стала стрелять в монстра более прицельно, используя синие молнии. Воспользовавшись замешательством кракена, Егору удалось еще ближе подтащить его к суше. Он заметил, что за чудовищем тянется черный мутный след из крови.

   — Ага, значит я все-таки зацепил, — обрадовался парень.

   Он видел торчащий из монстра гарпун, но как его вытащить для нового удара, если руки прочно связаны?

   Внезапно в мозгу возник образ шестирукого защитника Будды Махакала.

   —Точно, это спасение, — сообразил Варяг и, сосредоточившись, провел очередную трансформацию тела, вырастив еще четыре руки.

  А в это время спрут тоже не дремал и перешел к более активным действиям. Над водой с шумом взлетело еще несколько щупальцев и потянулось к шее человека.

   — Ну уж нет!

   И второй парой рук парень отбил метнувшиеся конечности, а свободными руками, вытащив гарпун, со всей силы ударил им в глаз чудовища, чтобы наверняка добраться до мозга.

   От хаотично бьющихся щупалец вокруг вскипела вода, образовались высокие волны и хлынули на берег. Подростки еле успели отскочить, чтобы их не окатило. Агонизирующий кракен свалил Егора с ног, но это было последнее, что он успел сделать. Вскоре погибшее животное полностью всплыло. Оно ужасало своими размерами, от головы до кончиков щупальцев было больше двадцати метров.
После смерти монстра Потрошитель ярко сверкнул серебром, и жизненная энергия чудовища потоком полилась в варяга, скомпенсировав усталость от боя.

   Парень махнул рукой команде: «Давайте на другой берег!».

   Вряд ли здесь еще водился такой же монстр, но он решил не рисковать и не стал выходить из режима боевой трансформации. Убедившись в благополучной переправе, он вернулся в человеческий облик. Подростки с восхищением уставились на своего защитника, даже вурлоки как-то притихли, выражая свое уважение.

   — Я и не сомневалась, что дядя Егор победит, — заявила Мила.

   — И поэтому попала в него фаерболом, — поддел ее брат.

   Девочка смутилась.

   — Это не больно, но зато потом она уже точно попала в цель, — подбодрил ее Варяг, довольный тем, что рубашка скрывает следы ожога на плече.
 
   Тигра беспечным видом было не обмануть, и он мысленно передал Егору: «Олеся положила заживляющую мазь в левый кармашек рюкзачка».

   Анализируя бой, Варяг отметил произошедший с ним прогресс: трансформация удалась   во время схватки. Раньше для изменений физической формы ему требовалась предварительная подготовка и значительные усилия. Теперь это выходило все более проще и естественней.

   — Как сказали бы геймеры: перешел на более высокий уровень, — улыбнулся он про себя.

   Дальнейший путь до места гибели Голована прошел без происшествий. Приметный, сероватый с красными прожилками, валун Варяг заметил издалека. На камне еще виднелась нацарапанная им надпись: «Голован, светлый маг. Погиб, доблестно сражаясь в бою». Егор обсыпал валун размягчающим порошком, подаренным Ониксом, и вызвал в памяти образ друга. Под действием магии гранит стал медленно изменяться, и вскоре перед ними предстал каменный волшебник с посохом в руках. На его мужественном лице не было ни гнева, ни печали, он уверенно глядел в даль.
Они расчистили небольшую площадку вокруг памятника, и Мила посадила у подножия веточку глациуса. Ярко оранжевые цветы затрепетали под ветром, наполняя жизнью это мрачное место.  Даже густо растущий хвойник, казалось, приподнял свои мохнатые лапы, чтобы стало светлее.

  Обняв ребят за плечи, Егор сказал: «Вашему отцу было бы приятно, что о нем не забывают. А еще больше он гордился бы вашими успехами».

   Вскоре они отправились в обратный путь. Неожиданно один из воронов сопровождающий их, предупреждающе подал сигнал. Установив с ним связь, Варяг увидел, что по лесной дороге в нескольких километрах от них идет отряд навей, состоящий из двух десятков нежити и колдуна. Парень вспомнил, что недавно Оникс сокрушался по поводу отсутствия пленных нелюдей. Волшебник хотел исследовать их и заодно проверить эффективность создаваемых эликсиров.

   Егор решил подкараулить этот отряд и попробовать взять в плен несколько врагов. Оставив в метрах двадцати от дороги подростков и приказав Альфе охранять их, сам с тигром и двумя оставшимися вурлоками притаился в засаде.

   Поднимающуюся пыль от бредущих навей, он увидел издалека. Нежить шла молча. По мере приближения Егор разглядел обезображенные злобой лица и выделил идущего в центре группы мага, низенького старика в пурпурном балахоне, на темном лице которого выделялись кустистые брови и спутанная борода. Волшебник вскоре что-то почуял и беспокойно завертел головой. Не дожидаясь, пока их обнаружат, Варяг запустил в него огненный бумеранг. В этот раз он не промахнулся и светящийся диск, располовинив высокого нави, загораживающего своего командира, аккуратно срезал голову и не успевшему пригнуться колдуну. Кверху потянулся небольшой дымок и вскоре от главаря остался только пепел. Нелюди заозирались и, заметив Егора, двинулись на него, беспорядочно размахивая оружием. Даже разрубленная бумерангом половинка нежити, опираясь на руки и подтаскивая туловище за собой, стала перемещаться к человеку.

   Представив мысленно в руке рыболовную сеть, парень набросил ее на группу вырвавшихся вперед противников. Заклинание его не подвело, и враги тяжело зашевелились в запутавшей их магической сети. Не обращая на них больше внимания, группа Варяга выскочила на дорогу и приняла бой. Превращаться в большого пупса на неширокой лесной дороге не имело смысла, и он решил атаковать, верхом на тигре. Бой проходил по тому же плану, что и под Припольем. Сначала Гром пламенем выжег широкую просеку посреди толпы, а затем его отряд атаковал противника. Чтобы не быть окруженным, в этот раз Егор не стал въезжать в центр толпы, а встречал соперников, медленно отступая и заставляя их вытянуться в линию. Без колдуна, управляющего ими, наскоки нелюдей были хаотичны, они лезли на парня, мешая друг другу. Эффективно восстанавливал силы парня Потрошитель, после каждой уничтоженной нечисти он вспыхивал серебром, и поток энергии вливался в Варяга. Неожиданно один противник оказался умелым фехтовальщиком, видимо при жизни он был наемником. Он ловко отбивался от атак парня, но здесь на помощь пришел Гром, своим длинным хвостом подсекший ноги врага. Когда противник стал заваливаться, то Егор воспользовался моментом и отрубил ему голову. Кверху потянулся дымок. Наиболее близко подлезших к ним нелюдей тигр рвал своими страшными клыками, от него не отставали и волки…

   Вскоре все закончилось полным разгромом банды и, облегченно вздохнув, Егор поехал посмотреть пленников, но к его удивлению, в сети лежал только один нави, одетый в лохмотья, с бешено сверкающими глазами. В руке у него был зажат нож, а рядом виднелось несколько кучек пепла. Мужчина выбил нож и задумался, как же погибли остальные.

   — Похоже эта тварь, поднятая из могилы, как-то умудрилась отрезать головы остальным, — догадался Варяг. Он уже заметил, что вновь возрожденные отличаются от преобразованных туманом живых людей своей дикостью и звериной жестокостью, словно они завидовали всему существующему и стремились отомстить за мрачные годы, проведенные под землей.

   Он немного разочаровался, так как рассчитывал захватить нескольких экземпляров. Хорошенько связав врага, он погрузил его на Боню и поехал к подросткам. Вот знакомый куст, где он их оставил, вот примятая трава, а ребят не было.

   — Странно, где же они? – подумал он и громко окрикнул, — Даня, вы где?

   — Мы здесь, — отозвался подросток.

   Егор оглянулся на голос и в просвете между деревьями заметил подростков, напряженно за чем-то наблюдающих. Мальчик держал в руке меч, а Мила вытянула вперед руки, словно готовясь произнести заклинание. Варяг подъехал ближе и увидел Альфу, которая всей своей тяжестью навалилась на лежащего на животе нави. Одежда у нелюди была добротная и еще не истрепалась, похоже, что этот преобразованный еще недавно был человеком.

   — К концу боя, один из пурпурных свернул в лес и побежал прямо на нас, — стала рассказывать раскрасневшаяся от волнения Мила. — Мы решили взять врага в плен, и предупредили Альфу, чтобы его не убивала. Когда нежить увидела нас, то резко свернула в сторону, но волчица быстро догнала и повалила на землю. Когда мы подбежали, то помогать вурлоку уже не потребовалось.

   Егор похвалил ребят за то, что не растерялись, а потом погладил лобастую голову волчицы.

   — Молодец Альфа. Нам как раз такого экземпляра не хватало.

   Второго нави погрузили на Герду, а Даню парень посадил сзади себя на тигра, и вскоре вся компания отправилась обратно в Кромберг.

   До города они добрались к вечеру. Сначала отвезли в магическую школу пленных навей и передали Ониксу, а потом отправились к Руслане, которая, приготовив обильный ужин, с нетерпением ждала путешественников. Но подростки так умаялись в дороге, что сразу завалились спать, и отдуваться за всех, уминая выставленное угощение и рассказывая о приключениях, пришлось самому Егору.