2. Тихомировы

Вера проболела целых две недели. Поставили на ноги ее быстро. Помимо лекарств, которые выписал доктор, бабушка поила еще отварами. В общем, Вера окрепла.

Петька первое время навещал подругу, а когда Вере стало намного лучше, ходить перестал. И на этом их дружба, как и детство, словно закончились.

— Надо сходить к Тихомировым, Мишке спасибо сказать.

— Боюсь я идти к ним… – Вера посмотрела в окно, за которым во всю играла весенняя капель.

— Глупости не говори, ступай давай, в гости пригласи.

О Тихомировых ходили разные слухи по деревне, начиная от Демида и до самого Мишки. Про Демида говорили, что по молодости парнем он был видным, от того любил гулять на славу и до девок был тоже особо охотлив. Демид за свою бурную молодость до последнего не женился, но дите заделал, назвали Иваном, точная копия Тихомирова. Демид же, особым воспитанием сына не занимался. Все изменилось после военных лет, Демид вернулся с ранением, и стал честно жить с Акулиной, которая и подарила ему сына. В деревне потихоньку, жизнь возвращалась в прежнее русло. Иван вырос красивым парнем, который тоже оказался падок на женское внимание, собственно, девки сами вешались на него. Загулял Тихомиров младший, как мартовский кот. С кем только ни женихался. А родила от него неприметная Соня, которую он как-то пожалел и приласкал. Та и влюбилась без памяти. Девчонка была сиротой, так еще и забеременела без замужества. Иван отцовство не признал, а Демид с женой Соню приютили, относились к ней, как к невестке. Отец Мишки в деревне не задержался, поехал в город на заработки, да так и не вернулся. Через время узнали, что пристрастился к шулерству, с какой-то бандой связался, а там и вовсе его прибили. Соня горевала сильно. Превратилась в серую тень. Мишке было десять лет, когда его мать ушла в лес за ягодами, и не вернулась. Долго ее искали, но тщетно. Как будто Сони и не существовало вовсе.

Мишке исполнился пятнадцатый год, по линии Тихомировых отличался той самой красотой и силой мужской. Никаких сомнений не оставалось, что он родной сын Ивану. С самого детства парень был задумчивым и хмурым, словно знал о тяжелой тайне, с которой ни с кем не делился.

Про Мишку же говаривали, что с Ульяной снюхался, молодой вдовицей, которая приехала в деревню мужа после смерти его. Жила со свекром и свекровкой, помогая тем по хозяйству, потому что за своей душой не было ни копейки. Ульянка Мишку заприметила сразу, во всей деревне то путевых мужиков можно по пальцам сосчитать, а то что он пацан совсем, ее ни разу не смутило, ведь Миша выглядел намного старше своих сверстников.

— Мишенька, приходи ко мне сегодня вечером, на завалинке посидим, поболтаем, — крутилась около кузни Ульяна, когда парень вышел во двор, переводя дух после работы.

— Занят я вечером.

Мишка старался не смотреть на Ульяну, он её почему-то побаивался. И этого страха не мог сам себе объяснить.

— Чего тебе? – во дворе появился Демид, вытирая тяжелые руки чистой тряпкой.

Ульяна игриво улыбнулась, хитро блеснула карими глазами.

— Доброго дня, Демид Игнатич! – и покрыла голову цветным платком, скрываясь со двора.

–  Чего ей надо было?

— Мне откуда знать, — Мишка осмелился взглянуть на фигуру Ульяны, та ни разу не обернулась.

— Бессовестная она, только попробуй блуд с ней устроить! Хватит нам проблем из-за баб, выбери себе честную девицу и живи по-человечьи с ней.

Через неделю на двор Тихомировых явилась Вера.

— Здравствуйте! — зашла в дом, в котором царила полная тишина. Не осмеливаясь пройти дальше порога, стояла на половичке, ожидая, что к ней кто-нибудь выйдет. – Ну и хорошо… — только Вера решила шагнуть прочь из дому, как дверь открылась, Мишка посмотрел на девчонку не без удивления, когда та вскрикнула в испуге, чуть отшатнувшись назад.

— Кричать то чего, я тоже испугаться могу, — проговорил спокойно, пройдя в дом.

— Ой… — Вера крепче прижала узелок к груди с вкусностями, которые передала бабушка для Тихомировых. – Неожиданно так… А дома никого.

— Баню я топлю, а дед с бабкой в центр уехали. Чего хотела?

Вера против воли покраснела, не зная куда себя деть. Аромат бани в самом деле объял невидимым облаком, как только Миша оказался рядом.

— Вот, гостинцы, — протянула узелок. – За то, что на реке… спас меня… спасибо… и… приходите к нам в гости все вместе.

Вера взглянула на Мишу, все-таки люди не врали, что у Тихомировых то ли проклятие, то ли дар – их красота. Петька тоже был красивым парнем, но Миша совсем иначе красив. Глаза голубые, чуть ли не бездонные. Один только взгляд чего стоил. И будто самой души касался. Разве могло быть такое в природе?

— Ладно, передам, — Миша взял узелок.

— Ну… я пойду, — Вера потянулась к двери, Миша уступил ей. Вера споткнулась о порог, чуть ли не вылетев лбом в дверь, но Мишка удержал ее на весу левой рукой, прочувствовав всю девичью худобу и упругость живота.

— Тебя может до дома проводить, чтоб не убилась по дороге? – глаза Миши улыбались, но смех сдержал, чтобы девчонку зря не обидеть. И так неуклюжая.

— Нет! Нет! Не надо… – Вера поскорее выбежала в сенце, а там на двор, сгорая со стыда.

Мишка улыбнулся, наблюдая из окна, как Вера поспешно шла к воротам, приложив руку ко лбу.

Вера злилась на Мишу, из-за того, что в который раз стал свидетелем ее неловкости. И почему он так сильно отличается, будто совсем взрослый, а она наоборот? Смутные чувства поселились в душе девушки.
Когда Тихомировы пришли в гости к ним, Вера вела себя сдержанно, почти не разговаривала и на Мишку не смотрела. Запретила самой себе смотреть на него.

Миша же не стеснялся рассматривать Веру. Сам не понимая почему, думал, красивее ли Вера Ульяны? Но сравнивать их было несерьезно, все-таки одна из них еще ребенок, и когда взгляд Миши остановился на уровне грудок Веры, в это самое время Вера глянула на Мишу, щеки её вспыхнули алым цветом, осознавая, чем он свои глаза бесстыжие радует. Вера дала себе необъяснимое обещание ненавидеть Мишку до конца жизни.

Большим облегчением стало, когда гости наконец-то ушли.

— Ну Миха богатырь. Взять Петьку в пример, так Петька цыпленок еще, — проговорил дед Тарас.

— А чего удивляться, Мишка на кузне с 8 лет помогает Демиду. А Демид разве не такой был? Вся деревня гудела от него, — бабка Наталья взяла чистый полотенчик, пока Вера мыла посуду. – Ладно хоть с годами остепенился. Мишка у них вроде самый скромный считается.

— С годами посмотрим, какой он скромный. Интересный, конечно, поворот, — дед присел за стол. – По юности, мы с Демидом колотили друг друга, а внук его нашу внучку выловил. Ишь как.

Вера обернулась.

— А зачем колотили-то, деда?

— Ну как зачем, бабка то твоя самой завидной невестой считалась, в молодости за ней много всяких прихвостней бегало. А Демид так вообще ни одной юбки не пропускал.

— Больно мне сдался этот Демид! – Наталья сдвинула бровки. – Никогда он мне не нравился.

— Но хвостом покрутила, когда он стал внимание тебе уделять.

— Потому что ты обидел меня, когда обозвал неприглядной простушкой, — Наталья усердно вытирала насухо тарелки.

— А что ж мне еще надо было сказать, чтобы ты не зазналась?

— Так и сказать, что я самая красивая для тебя и что жить без меня не мог.

— Хох! – дед Тарас хлопнул по коленке, — это я сейчас так могу сказать, а в ту пору, ты что! Нельзя было.

Наталья махнула на мужа полотенцем, обняв за плечо, слегка тормоша, и засмеялись оба.

— Ох и помучил ты меня, только об одном тебе и думала… Да что уж, до сих пор думаю.

Тарас взял руку Натальи, нежно сжал, рассматривая колечко на безымянном пальчике, поцеловал руку жены и улыбнулся.