Оргеев - суровая поступь веков

Юрий Иванов
Оргеев – суровая поступь веков.

Нынешний город Орхей или, традиционно в русском языке, Оргеев – является городом и муниципией в Республике Молдова, административным центром Оргеевского района. Он расположен на реке Реут, впадающей в реку Днестр, в 40 км севернее Кишинёва по трассе республиканского значения Кишинев-Бельцы. Город занимает площадь 1402 га, имеет очень разнообразный и живописный пейзаж, холмы и склоны расположены так, что позволяют создавать городские перспективы. Сельскохозяйственные земли в пределах города занимают 218 га, карьер «Иванос» занимает 54 га.

У Оргеева древняя и богатая история. Первоначально селение размещалось в другом месте, в 18 км. ниже по течению реки Реут (12 км. по прямой) от современного местоположения. Старый город, покинутый в первых десятилетиях XVI века, ныне называется Старым Орхеем, а новый населенный пункт, возникший в середине XVI века, именуют просто Орхей или Оргеев. На старом месте сейчас расположены остатки древнего города — историко-ландшафтный заповедник «Старый Орхей» (молд. «Orheiul Vechi). Руины крепости и пещерных монастырей с подземными ходами сохранились до наших дней, они находятся между сёлами Требужены и Бутучены.
 
Археологи открыли в Старом Орхее древнерусскую крепость XII–XIII веков, возведенную из дерева и земли. Она была построена тиверцами – представителями многочисленного восточнославянского племени, проживавшего в Пруто-Днестровском междуречье, о котором говорит анонимный баварский географ второй половины IX в.: «…Многочисленный народ уличей имел 318 городов, а свирепейший народ – тиверцы – 148 городов» [Николай Тельнов. О славянах в Молдавии в раннем Средневековье. Международный исторический журнал «Русин» № 1(1) за 2005 г. – Кишинев, С. 41-42; Третьяков П. Н. По следам древних славянских племен. – Л.,1982. С.92-94.].
 
Открытие русинской тематики в Молдове в начале двухтысячных годов позволило по-новому взглянуть на некоторые загадки и неясности в истории древних славян этого региона, и, установить прямую связь между русинами Молдавии и летописными тиверцами, которых автор «Повести временных лет» в начале XII века именует – толковинами. Как выяснилось, у современных русинов Молдавии, до недавней поры, вся хозяйственная и общественная деятельность основывалась на решениях коллективных собраний-вече, которые назывались толоками. Эти толоки опирались ещё и на авторитет самых опытных и уважаемых членов общины – толковинов (по-русински – толковэниув). Они не только выступали с решающим словом на самой толоке, но и вне её совмещали в себе функции родовых старейшин и вождей, жрецов и врачевателей, судей и законодателей, наставников и хранителей племенных традиций, и ещё ряд других. Поэтому этноним толковины до сих пор ещё жив в самосознании русинов Молдавии [Ю.В. Иванов. Великое небесное индоевропейское и древнеегипетское божество РА-СОЛНЦЕ в сакральных толковинских текстах русинов Севера Молдавии. Научно-популярный журнал «Общее дело» №14 за 2022 г. – Кишинев. С.53-58.].
 
В Русино-тиверском (толковинском) летописном своде, постоянно вводимым в научный оборот автором этой статьи, сохранились сведения о строительстве этой крепости. Она была возведена по приказу великого толковина, кагана Скифского и царя Земли Молдавской Юрги Красное Слово (1080-1190), главы тиверцев-толковинов, правителя Пруто-Днестровского междуречья [О великом толковине Юрге Красное Слово см.: Юрий Иванов. Ранние представления о солнечном божестве в толковинской мифологии русинов Молдавии. Научно-популярный журнал «Общее дело» №7 за 2015 г. – Кишинев. С.26-28]. Вот что гласит текст летописи (возможно второй половины XII – начала XIII вв.), описывающий деяния Юрги Красное Слово, в переводе на русский язык (Рис.1):

И надумал, и решил наш великий дядька великий толковин Юрга Красное Слово поставить (построить, возвести) на Великой Ворыге на Ревуте (Реуте) крепкую и мощную насыпную крепость, от клятых и бешенных печенегов, которые очень хотели прорваться через Великую Ворыгу на Великий Пересечен, и на Великую Яванчу, и на Великую Йаколу. Которые вольно и широко раскинулись на тучных полях да широких хлебных нивах, длинных и сочных; да на рыбных берегах, да на заводях лебединых, и гусиных, и утиных; и на полных добра сундуках глубоких, доверху набитых товарами заграничными, (которые размещены) на судах (лодьях, лодках) стремительных, выдолбленными и вырезанными тесалами острыми с дубов высоких и толстых; да на тех лугах зелёных и холёных; да на тех огородах засаженных (засеянных), да на тех стадах жирных и напасшихся; да на наших святых храмах гордых от нашего Великого Ра-Отца и Великой Матери освящённых, да от нашего Великого Дядьки Трояна Стримира Стрикуса и Великого Андрея (Первозванного) серебряными и золочёнными. И поэтому наш великий дядька великий толковин, и великий каган, и царь скифский и русский Юрга Красное Слово назначил великим главой той крепкой крепости Великая Ворыга державного мужа Чеслава из великого рода Властимировичей, великих царей и базилевсов сербских из Великой Рашки на Днестре, (и дал ему под руководство) триста крепких воинов с лошадьми.

Небольшой по объёму текст содержит уникальнейшую информацию по самой крепости и её защитной роли в центре Пруто-Днестровского междуречья, особо интересную ещё и потому, что мы до сих пор не обладали ни одним, дошедшим до нас, письменным источником, хотя-бы что-то говорящим о событиях в этом регионе в XII в. Крепость Великая Ворыга (Орыга) прикрывала важнейшее стратегическое направление от печенежских орд (печенегами в толковинских текстах того периода называли и других кочевников, вплоть до появления татар в середине XIII в.), которые стремились прорваться к богатым поселениям и городищам в центре Пруто-Днестровском междуречье на нынешних реках Иванча (Яванча) и Икель (Йкола). Комендантом крепости (великий глава) был назначен державный муж Чеслав из Великой Рашки на Днестре, нынешнего Вадул-Рашкова Шолданештского района Республики Молдова. Воевода Чеслав принадлежал к знатному роду царей и базилевсов сербских Властимировичей из первой княжеской династии Сербии, последние представители которой в конце X в. перебрались на территорию Пруто-Днестровского междуречья, после гибели первого Сербского государства [О молдавских Властимировичах см.: Ю.В. Иванов. Церковь Архангела Михаила в селе Вадул-Рашков и её ранняя история в толковинских текстах русинов Молдавии. Научно-популярный журнал «Общее дело» №9 за 2017 г. – Кишинев. С.153-155].

В тексте мы видим и древнерусское название места и крепости – Великая Ворыга или Орыга, учитывая, что впереди стоящая буква В очень слабо звучит, как в старых толковинских летописях, так и в нынешнем языке русинов Молдавии. Оно этимологически и генетически связано с древнерусским (толковинским, старорусинским) словом - орало (плуг, соха), появившимся в X-XI вв. от общеславянского orati (пахать) [См.: Федорова Т.Л., Щеглова О.А. Этимологический словарь русского языка. – М.: «Лад-Ком», 2010. С.283].
 
Суть этого названия глубже и полнее раскрывает другой толковинский мифологический текст из той же летописи, посвящённый Великой Ворыге. Которая, согласно тексту, вырыта (вспахана) в теле (лице и грудях) Великой Матери сырой Земли светоносной силой и могучей лапой мифической Великой Медведицы (Великой Вурусы Горней), видимой нами в качестве созвездия из семи ярких звёзд в северной части ночного неба возле Полярной звезды, по желанию верховного божества Ра-Отца Солнца. С целью соединения рек Реут и Днестр для того, чтобы люди – любимые дети этих богов и мифических существ, могли сыто и безопасно жить в данном месте, которое является ещё и Лоном Великой Матери сырой Земли (Рис.2):

Или не Вы – Великая Наша Мать Великая Медведица, которую мы величаем и славим уже сто туч великих гонов на Великую Гору Нашего Великого дядьки Ра-Отца Солнца Горнего, ибо видим Семь Великих Дыр-Звёзд на Вашей Великой Шкуре-Ночи, (славим) как ту Великую Вурусу или Вурусу Горнюю. Ибо Наш Великий дядька Ра-Отец Солнце Горний вурил (пробил) Вашу Великую Шкуру на той Великой Капе Горней Ночной (ночном небосводе) своей Силой Ярой, и сотворил Семь Великих Звёзд, которые сияют (зияют) твоим детям с той Великой Капы Горней в наши ясные очи. И поэтому Наша Великая Мать Веча нарекла Наш Великий Род – Великими Вурусами (Урусами), ярыми великими детьми Великой Матери Медведицы Вурусы Вуры Ярой. О, Великая Наша Мать Медведица Вуруса Вура Ярая, (которая) на нашей Великой Ворыге Старой вурила и орала (вырыла и вспахала) те Лики и Груди Нашей Великой Матери Сырой Земли, той своей Великой Вурой да Ярой Лапой Горней! Ибо Наш Великий Дядька Ра-Отец Горний яро захотел и пожелал, чтобы Великая Ревута (река Реут) потекла в Великий Данястри (реку Днестр) Могучий, чтобы даровать своим детям – Великим Вурусам (Урусам) – жирное и сытое, и весёлое жытие-бытие в этой Великой Ворыге, которая стала для нас любимым и тёплым Лоном Нашей Великой матери Сырой Земли.

Стоит обратить внимание на огромную древность и архаичность названия Старая Ворыга (Орыга) в толковинской летописи, давшего имя современному городу Орхею-Оргееву, так как в тексте говорится о сто туч великих гонов на Великую Гору Нашего Великого дядьки Ра-Отца Солнца Горнего, что в переводе на современный язык равно, примерно, 100 тысячам лет по современному летоисчислению!!! Конечно, гиперболические параметры временных дат средневекового мифологического текста – можно легко списать на наивность, фантастичность и примитивность средневековых человеческих знаний об окружающем мире. Однако ещё советский исследователь профессор Юрий Александрович Карпенко (1929-2009), доктор филологических наук, член-корреспондент НАНУ, в своей капитальной монографии «Названия звездного неба» [Ю.А. Карпенко. Названия звездного неба. - М., Издательство «Наука», 1985. С.6-12] авторитетно утверждал:

«Есть веские основания считать, что имя Медведица существует, по крайней мере, 100 тыс. лет. Дело в том, что семь ярких звезд этого созвездия имеют разнонаправленные собственные движения, поэтому общая их конфигурация на протяжении веков несколько изменяется. И сейчас очертания этих звезд с медведем ничего общего не имеют, напоминая большой черпак или кастрюлю с ручкой, почему и распространено именование Большой Ковш…
 
А вот 100 тыс. лет назад дело обстояло иначе: фигура ярких звезд созвездия была определенно медвежьей.
Профильный рисунок медведицы создавался шестью звездами, а седьмая, Бенетнаш (;), как бы привлекала взоры зверя, задравшего морду. И поскольку зверь этот — медведь, то естественно было думать, что смотрел на медвежонка. Это, может быть, объясняет, почему созвездие оказалось Медведицей, а не Медведем.
 

Так изобразил Большую Медведицу Альбрехт Дюрер. 1515 г.

Если изложенное предположение верно, то оно означает, что 100 тыс. лет назад люди уже разговаривали и в языке их уже было название медведя. Это важный вывод, поскольку споры о времени возникновения языка дают очень пеструю хронологическую картину. И созвездие Большой Медведицы подсказывает: говорить о том, что человеческий язык возник 20 тыс. или 50 тыс. лет назад уже нельзя. В то время созвездие свою схожесть с медведем утратило, и поэтому такое его название возникнуть не могло бы. Названия звезд не только раскрывают свои секреты при языковом их анализе, но и сообщают кое-какие сведения о языке».

Автор был знаком и некоторое время общался с Юрием Александровичем в начале 2000-х годов; показывал ему толковинские тексты посвящённые Большой Медведице, в том числе и предложенный вниманию читателей данной статьи. Это вызвало у профессора неописуемый восторг и огромный интерес к толковинской мифологии русинов Молдавии, так как показанные мной тексты подтверждали его давнюю теорию о стотысячелетней истории славянских языков и славянского этноса, на которую он пытался завуалированно намекнуть в своей «звёздной» монографии. По его словам, он не мог об этом, без риска для собственной научной карьеры, открыто говорить и писать, ибо советская наука не признавала древности славянских народов, тем более – стотысячелетней… Конечно, данная тема требует более полного освещения и раскрытия, что автор надеется сделать в ближайшем будущем в своих новых публикациях.

Считается, что крепость была разрушена в ходе, так называемого, монголо-татарского нашествия 1241-1242 годов. На том же месте около 1330 года были построены новые укрепления и золотоордынский город восточного типа под названием Шехр аль-Джедид (в переводе — Новый город). Он занимал площадь около 2 кв. км.
В центральной части находились крупные каменные сооружения, окруженные жилищами рядового населения, ремесленными мастерскими. От одного из этих каменных сооружений сохранились основания стен толщиной 1,3 м., очерчивающих большой прямоугольник (57,7x51,5м.), примерно ориентированных по странам света, почти лишённый остатков внутренней планировки. На одном из углов сооружения после его постройки была возведена шестиугольная башня. С юго-востока к зданию примыкала, по-видимому, гончарная мастерская с обжигательным горном. Назначение постройки, условно названной «караван-сараем», пока остаётся невыясненным [Бырня П.П. Краткие итоги археологических раскопок в Старом орхее в 1969 г. – В кн.: Археологические исследования в Молдавиив 1968-1969 гг. – Кишинев, 1972. С.191.].
Северо-западнее, в районе более позднего феодального двора XV в., на краю обрыва к реке обнаружены развалины крупного кирпичного здания. От этого сооружения сохранились лишь три сильно углубленных в землю, сложенных из кирпича помещения, вероятно служивших погребами и впоследствии, уже в XV в., вошедших в конструкцию построенного на этом месте дворца правителя города.

Западная часть города была застроена жилищами и ремесленными мастерскими. По мере удаления от центральной части города возрастал удельный вес жилищ более бедного люда. Ближе к центру раскопаны наземные жилища с деревянными стенами и одним или двумя помещениями. Системы отопления в этих домах представляли собой кирпичные лежанки с обогревательными каналами внутри, через которые проходил горячий воздух из небольшой одноярусной печи.

Недалеко от окраины города находились очень маленькие, примитивные однокамерные жилища, сооружённые из деревянных прутьев и глины. Фундаменты их были сложены из необтесанных известняковых камней разной величины. Там же открыты выложенные из камней круглые основания юрт [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.159.].

В южной части города располагались также жилища и ремесленные мастерские, кузнечные и кирпичные. На восточной окраине, близ берега реки, открыты остатки большой каменной бани XIV в., состоявшей из двух отделений. Фундаменты и стены её, в плане представлявшей удлиненный прямоугольник (38Х23 м.), были сложены из грубо обтесанного известняка. Хорошо тесанным камнем отделаны дверные проёмы. К одному из купальных помещений крестообразной формы примыкало пять других. Все они были оборудованы водопроводом из керамических труб, утопленных в нишах стен. Баня обогревалась системой центрального отопления по типу античного гипокауста. Некоторые помещения были отделаны мрамором, обломки которого найдены местами при раскопках. Своим планом баня из Старого Орхея чрезвычайно напоминает восточную баню из булгар на Волге, так называемую Красную палату [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.159-160; Смирнов.А.П. Волжские Булгары. – М., 1951, С.210-222, табл. XIII-XVII].
Невдалеке от бани – кладбище. В захоронениях с костяками в вытянутом на спине положении, ориентированными головой на запад, были найдены джучидские монеты середины XIV в. на склонах террасы, в западной части городища, раскопаны остатки мусульманской гробницы, сложенной из кирпича.

На северной окраине города, по-видимому, находился гончарный ремесленный квартал. Здесь раскрыт производственный комплекс: землянка гончарная, мастерская и два обжигательных горна. Наряду с ведущими дифференцированными отраслями ремесла XIV в. – обработкой металлов и керамическим – в городе существовали многие другие: обработка кости и рога, каменотёсное и камнерезное дело, плотничье и столярное, хлебопекарное и др. [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.160.].

Конструкция и планы капитальных сооружений (караван-сарай, баня, гробницы), наземных жилищ, оснований юрт и др. близки подобным постройкам в поволжских золотоордынских городах. Распространенный в Старом Орхее в XIV в. способ обогрева жилищ в виде системы горизонтальных отопительных каналов в лежанках-канах также широко известен в Поволжье, откуда, очевидно он и привнесён пришедшим в Днестровско-Прутское междуречье населением. В развалинах различных сооружений города найдены арабские лапидарные надписи XIV в. В быту жителей также употреблялись предметы поволжских типов: большие глиняные сосуды – хумы, копилки и др. Найдено также много фрагментов привозной поволжской поливной керамики. На городищах за время раскопок собраны большие коллекции джучидских серебряных и медных монет XIV в. [Федоров-Давыдов Г.А. Раскопки Нового Сарая в 1959-1962 гг. – СА, 1959, №4. С251, 259; Акчурина З.А., Воскресенская Л.П., Смирнов А.П. Раскопки на городище Великие Булгары; Егоров В.Л. Жилища Нового Сарая. – В кн.: Поволжье в средние века. – М.,1970].

Наряду с поволжскими, в культуре города, особенно в поливной керамике, ярко прослеживается влияние Крыма и Закавказья – тондиры, формы посуды, конструкции ряда сооружений и др.

Ещё в советское время исследователи, занимавшиеся раскопками и изучением золотоордынских городов и поселений в центральной части Пруто-Днестровского, пришли к поразительному выводу, резко отличавшемуся от общей тогдашней государственной идеологической концепции, так называемого, монголо-татарского ига. Ибо согласно её непререкаемым постулатам: монголо-татарское иго являлось страшной материально-культурной катастрофой для восточнославянского этноса, приведшей к почти двухвековому обезлюдиванию земель Юго-Западной Руси, к которой тогда относилась и территория нынешней Молдавии, и отсталости её на целые века от остального европейского мира.

Однако тщательные многолетние исследования неожиданно высветили совершенно иную картину – появление и быстрый рост в первой половине XIV века в центральной части Пруто-Днестровского междуречья крупных ремесленно-торговых центров городского типа, таких как Старый Оргеев, Костешты и другие. Возникновение этих центров, по мнению советских историков, было связано с подъёмом сельскохозяйственного производства, прежде всего земледелия, выделением ремесла в товарную отрасль производства, сопровождавшимся развитием товарно-денежного обращения и формированием местных рынков [Полевой Л.Л. Городское гончарство Пруто-Днестровья в XIV в. – Кишинев, 1969.С.192-204; Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.160].
 
Вот оно как, а мы и не знали!..

И далее: «В этот период происходит довольно интенсивное заселение находившихся под властью золотой Орды [Параска П.Ф. Золотая Орда и образование Молдавского феодального государства. – В кн.: Юго-Восточная Европа в средние века. -Кишинев, 1972] глубинных районов Днестровско-Прутского междуречья, за пределами зоны татарско-монгольских кочевий, располагавшихся южнее в Буджакской степи. В результате в первой половине XIV в. центральная часть Днестровско-Прутского междуречья стала населенной и хозяйственно развитой областью с многочисленными поселениями земледельцев и значительными городскими центрами, возникшими на северо-востоке и юге…

Исследования, проведённые в последние годы, позволяют составить некоторые представления о населении центральной части Днестровско-Прутского междуречья в XIV в. Оно включало восточнороманский и славянский элементы [Хынку И.Г. Балкано-Дунайская культура лесостепной Молдавии в X-XIV вв. – В кн.: Рикман Э.А., Рафалович И.А., Хынку И.Г. Очерки истории культуры Молдавии. – Кишинев,1971, С.174-178]. Кроме этого, в этот период, наблюдается прилив значительных масс разноплеменного населения из Северного Причерноморья и Нижнего Подунавья. Население городов, нужно думать было также очень пестрым в этническом отношении…
Значительную часть населения Золотой Орды составляло покоренное оседлое земледельческое и ремесленное население, разнородное по этническому составу. Оно обычно сохраняло свой общественный уклад, находясь в экономическом и политическом подчинении золотоордынских правителей [Греков Б.Д., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее падение. М.-Л., 1950. С.230].

Вот как-то так получается!..

Но, вполне естественно, что слишком далеко отрываться от официальной идеологии местным пытливым умам, конечно же, особо не позволяли, и, непременно возвращали их в прокрустово ложе царствовавших тогда догм:
«Археологические изыскания послевоенного периода показали, что в Днестровско-Прутском междуречье в XIV в. татаро-монголы владели землями, заселёнными оседлым земледельческо-ремесленным населением. Здесь существовала неизвестная по письменным источникам и выявленная недавно в результате археологических работ ещё одна область оседлой цивилизации с многочисленными поселениями и городами, входившая в пределы золотоордынского государства [Полевой Л.Л. Археологические материалы к истории Молдавии XIV. – СА, 1965, №3]. Население находилось в зависимости от местных феодалов, под экономическим и политическим давлением улусных ханов и центральной золотоордынской администрации. Как и в Волжской Болгарии, городах Нижнего Поволжья, областях Северного Кавказа, Крыму и Хорезме, здесь трудом покоренных татаро-монголами народов создавалась синкретическая золотоордынская культура [Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. – М.,1966. С.209-212].

Сами же татаро-монголы продолжали оставаться в основном кочевниками. Поэтому, говоря о развитии культуры, торговли и ремесел золотоордынского времени, мы имеем в виду материальную культуру, производительные силы народов, населявших области, подвластные джучинскому государству. Эти соображения касаются также непосредственно той части Днестровско-Прутского междуречья, которая в первой половине XIV в. входила в состав Золотой Орды» [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.152.].

Да, конечно, понятно – проклятые монголо-татарские кочевники-феодалы непрерывно, из года в год, из века в век, тиранили, грабили и гнобили всех работяг и трудяг вокруг!..

Но всё же историческая правда, извлечённая собственными руками из молдавской земли, не давала покоя, и в тех же самых научных сборниках проскальзывали такие интересные слова, значение которых нам начинает открываться только теперь:
«Население, пришедшее в Днестровско-Прутское междуречье из Северного Причерноморья и Галицкой Руси (подчёркнуто автором – Ю.И.) , принесло с собой развитую культуру земледелия, сложившуюся в результате многовекового развития хозяйства [Плетнева С.А. От кочевий к городам. – М., 1967, С.144-147; Возникновение и развитие земледелия. – М., 1967. С.207-210.]. Само местоположение поселений в лесостепной зоне с относительно слабохолмистым и малопересеченным рельефом, значительными открытыми пространствами черноземных земель показывает, что основным направлением хозяйства являлось земледелие [[Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.160.]».
Оказывается, что население в центре Пруто-Днестровского региона далеко не всё было пригнано кровожадными ханами с Юга и Востока?.. Многие поселенцы добровольно спустились из северных лесов свободной Галицкой Руси, да на открытые пространства и незащищённые, пусть и плодородные, места, вместо того, чтобы бежать в эти леса, как можно подальше, от набегов безжалостных конных монголо-татарских орд, которые оставляли после себя только пепелища и горы трупов?!
 
Более того – археологи установили повсеместное мирное соседство золотоордынских поселений со славянскими и другими, цитирую:
«Поселения XIV в. с красно-желтой керамикой (золотоордынского типа) появляются в центральной части Днестровско-Прутского междуречья рядом с существовавшими там поселениями, в культуре которых прослеживаются восточнороманские и славянские традиции.  В бассейне р. Реут селища с красно-желтой керамикой располагаются в непосредственной близости с одновременными им галицко-русскими. На поселении Бранешты III красно-желтая керамика найдена в комплексах с керамикой галицкого типа. В Высоких кодрах на поселениях с красно-желтой керамикой часть материала представляет собой посуду, изготовленную по местным традициям. Поселения с красно-желтой керамикой имели контакт с поселениями балкано-дунайской культуры, на которых часто встречается эта керамика и золотоордынские монеты середины XIV в. [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.154-155.]».

Удивительная картина мирного сосуществования различных этносов, культур и традиций, совершенно не похожая на те мрачные апокалиптические описания, которые мы находим в летописях этого же периода в остальной Средневековой Руси!.. Процветание – вместо разорения, мирная жизнь – вместо кровавой резни, богатая товарно-денежная международная торговля – вместо грабежа и насилия, высочайший уровень земледелия и различных ремёсел, развитые городские структуры – вместо примитивных землянок и пепелищ!..

Все перечисленные ранее моменты ставят под сомнение, созданную в советское время и ранее, идеологическую концепцию, так называемого, монголо-татарского ига, по крайней мере – в наших краях. Конечно, данный вопрос требует более глубокого и обширного анализа, чем позволяют рамки данной статьи, что автор надеется сделать в своих следующих работах.

Кстати, пепелища и трупы начинают массово появляться в этих местах в 60-х гг. XIV в. – с рубежа, достаточно чётко отмеченного монетными находками. Эти находки в золотоордынских культурных слоях поселений, многочисленные для первой половины и особенно середины XIV в., обрываются на 60-х гг. В середине этого десятилетия многие поселения и города гибнут, о чём красноречиво свидетельствуют разрушения, пожарища, скелеты убитых и так далее [Полевой Л.Л. К топографии кладов и находок монет, обращавшихся на территории Молдавии в конце XIII-XV вв. – «Изв. МФ АН СССР», 1956, №4(31), С. 92.]. Советская молдавская историческая наука объясняла всё это – успехами борьбы с монголо-татарами и возникновением около середины XIV в. на восточных склонах Карпат Молдавского княжества и постепенный охват им территории между Карпатами и Днестром [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.152-153.]. После всего сказанного выше, полагаю, что настало время пересмотра этой ошибочной концепции, ибо высочайший для Средневековья уровень развития этих земель – не был достигнут в последующий молдавский период, вплоть до новых времен.

В 1369 году монголо-татары были окончательно изгнаны из Пруто-Днестровского междуречья, а оставшееся население вышло из Оргеевских кодр и заняло город, получивший название Орхей. Расширение территории Молдавского княжества за счет пространства между Прутом и Днестром благоприятствовало развитию Старого Орхея, который стал центром ремесленного производства и товарообмена. Относительная политическая стабильность в годы правления господаря Александра Доброго (1400–1432) способствовала преобразованию Старого Орхея в богатое торговое поселение. Свидетельством тому служит множество молдавских и зарубежных монет времен Александра Доброго, найденных археологами в Старом Орхее [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.126.].

Каменная крепость, возведенная татаро-монголами, хоть и была повреждена, но продолжала служить в качестве оборонительного центра. В период княжения Стефана Богдановича III Великого (1457-1504) цитадель была реконструирована и превращена в резиденцию пыркалабов. В документе от 1 апреля 1470 года упоминается пыркалаб крепости Орхей пан Гангур, выполнявший и административные функции в цинуте [Молдавия в эпоху феодализма. Том II. Славяно-молдавские грамоты XV-XVI вв. – Кишинев, «Штиинца». 1978. С.160-163.]. Построив земляные и деревянные фортификации в Старом Орхее, Штефан Великий стремился укрепить оборонительную систему Молдовы, защитить княжество от набегов татар. На важность, которую придавал Старому Орхею господарь, указывает то обстоятельство, что пыркалабами туда воевода назначал верных себе бояр. Это Раду Гангур, Галеш, Влайку, Грозя Микотич, Иванко и Алекса, и другие.

На протяжении XV–XVI веков внутри фортификаций в Старом Орхее размещались дворец пыркалаба и дома некоторых горожан [Древняя культура Молдавии. Под ред. В.С. Зеленчука. – Кишинев, «Штиинца», 1974. С.126.]. В 1499 году в результате набега крымских татар торг и крепость Старый Орхей были разорены. И хотя цитадель осталась в руках молдаван, ее оборонительным качествам был нанесен серьезный урон. Новое вторжение татар в 1513 году нанесло очередной удар по крепости. Набеги татар продолжались и в следующие годы, причиняя огромный ущерб крепости, торгу и всему цинуту. Поход турецкого султана Сулеймана Великолепного летом 1538 года в Молдову повлек плачевные последствия для крепости Старый Орхей и цинута. Более того, существовала реальная возможность превращения Старого Орхея в турецко-татарскую крепость с целью укрепления позиций Османской империи в этом регионе.

Разрушения, причиненные в ходе ряда набегов после 1499 года, по всей видимости, побудили жителей города переселиться на новое место. Переход стал происходить активнее после 1530-1540 годов. Новое поселение (его принято именовать уже Оргеевом) возникло в 18 км выше по течению Реута. Старый Орхей был окончательно покинут. Начиная с 50-60-х годов XVI века источники говорят уже о новом торге, который стал административным центром Оргеевского цинута.

Точные данные о городе Орхее появляются во времена правления господаря Молдавии Александра Лэпушняну (1499-1568) — с 1554 года, когда начала взводиться дамба на слиянии рек Кула и Реут, позволившая создать большое озеро. Главным проектировщиком дамбы, согласно толковинским летописям, по просьбе господаря, стал великий восточнославянский просветитель и первопечатник Георгий Франциск Скорина (1491-1572), который некоторое время исполнял обязанности первого портаря (градоначальника) нового города. Ещё ранее посещал эти места и величайший представитель Итальянского Возрождения, учитель и наставник Скорины – Леонардо да Винчи (1452-1519), который был в 1475-1478 гг. воспитателем детей и придворным художником, а также архитектором господаря Стефана Великого [Ю.В. Иванов. Титан европейского и славяно-молдавского просвещения – Георгий Франциск Скорина. Научно-популярный журнал «Общее дело» №11 за 2019 г. – Кишинев.С.8-31.].
 
Летописи Русино-тиверского летописного свода говорят о том, Пётр IV Рареш (1487-1546) — господарь Молдавского княжества в 1527–1538 и 1541–1546 годах, а также его сыновья – последние представители единственной законной молдавской княжеской династии Мушатинов, признали права и власть великих толковинов на земли в районе Старого Орхея и выше, когда утратили контроль над ними после вторжения войск Сулеймана Великолепного. Эти права за великими толковинами подтвердил и Александр Лэпушняну, правда – за дополнительную плату в размере 150 тысяч золотых, которые были ему выплачены вместе с разнообразными ценными подарками.
 
О городе писал и молдавский господарь Дмитрий Кантемир (1673-1723): «Оргеевский округ. Он называется так по имени Орхея, что на реке Реут, города не особенно большого, однако довольно красивого и изобилующего всем, что потребно для жизни человека. Обильную пищу дает Оргеевское озеро, расположенное недалеко от города к востоку, и прекрасный остров на нем». Перепись 1591 года зарегистрировала в Оргеевском цинуте 2657 бедняков, 380 куртян (служилых людей) и 226 немешей (дворян).

С 1559 года Орхей фигурирует в официальных документах как торг. Поселение стало развиваться, превратившись в региональный торговый центр. Среди владельцев появлявшихся лавок был тогдашний оргеевский паркалаб Никоарэ Донич. Он в 1607 году подарил монастырю Секу «несколько домов со всеми местами и лавки с товаром, что находятся посреди Оргеевского торга и построены нами и на наши деньги».
Период экономического расцвета города пришелся на время правления господаря Молдавии Василия Лупу (1595-1661), который провел очистку озера, строил мосты, обустроил ряд улиц, основал под Орхеем слободу, доход из которой полагался господарю. Василий Лупу инициировал и возведение собора Св. Димитрия — одного из 15 учрежденных им храмов и монастырей.
 
Собор Св. Димитрия был построен между 1632-1636 годами на возвышенности в юго-восточной части города, и является одним из старейших молдавских храмов. Толстые, почти двухметровые, стены говорят о том, что первоначально собор имел важное оборонное значение, защищая жителей города от внезапных набегов крымских татар. Он состоит из трех частей, над каждой из которых возвышается сферический купол. Башня-колокольня возводилась одновременно со зданием. Ее внутренние помещения обозреваемы снаружи за счет арок, опирающихся на столбы. Мемориальная табличка с элементами скульптуры, установленная над порталом, ведущим в пронаос, отражает эпизоды жизни основателей храма.

Рядом с собором Св. Димитрия был установлен памятник господарю Василию Лупу. Бронзовая статуя была изготовлена талантливым румынским скульптором турецкого происхождения Оскаром Ханом в 1937 году и первоначально была установлена в Бухаресте 3 октября 1937 года. Но 5 ноября, спустя 33 дня, памятник Василию Лупу непонятно по каким причинам срочно демонтировали и перевезли в Оргеев, где он был торжественно установлен в центре города, став украшением площади.
В 1940 году бронзовый Василий Лупу срочно эвакуируется за Прут и устанавливается в Яссах перед фасадом фешенебельного отеля «Континенталь». Здесь же, в Яссах, на территории монастыря Трех Святителей (кстати, построенного, как и Собор Святого Дмитрия в Оргееве, по приказу Василе Лупу), покоится прах самого господаря.
В 1942 году статую возвращают в Оргеев. Спустя два года, в 1944-м, памятник вторично эвакуируется за Прут, но на этот раз устанавливается почему-то в городе Крайова. В 1945-м он вновь возвращается в Оргеев – на этот раз уже навсегда. Поначалу бронзовая статуя находилась в центре города, но в 1972 году ее перенесли к собору. Но уже в начале нынешнего века памятник переместили на центральную площадь перед зданием районного совета.

Павел Алеппский (1627-1669) родной сын Макария, патриарха Антиохийского, сопровождавший отца в трехлетнем путешествии (1654-1656) к московскому царю Алексею Михайловичу, проезжавший через Орхей в 1653 году в своих путевых заметках писал: «Дома построены из камня и дерева, а дороги мощены досками, как в Яссах» [Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским (по рукописи Московского главного архива М-ва иностранных дел) / пер. с араб. Г. Муркоса. - Москва: О-во истории и древностей российских при Московском ун-те, вып. 1: От Алеппо до земли казаков. - 1896. - 245 с.].

Оргеевские пыркалабы играли важную роль в военно-политической жизни Молдовы, сосредоточив в своих руках оборонные и административные функции. Среди них выделяются пыркалабы из династии Данчул-Дурак — представители этого рода становились руководителями Оргеевской крепости и Оргеевского цинута в XVI–XVIII веках. В 1671 году вспыхнуло крупное восстание против господаря Георгия Дуки, который ввел тяжелые подати и утвердил на важные государственные должности безразличных сановников в ущерб интересам боярства и прослойки служилых людей. Большие масштабы движение приобрело в Сорокском, Оргеевском и Лэпушненском цинутах. Возглавили восстание великий сердар (военный предводитель) Орхея Михалча Хынку, бывший великий сердар Апостол Дурак и бывший клучер (боярский чин) Константин. В 1672 году повстанцы дошли до Ясс, вынудив воеводу бежать, однако тот при поддержке турецко-татарского войска сумел затем разбить их. Предводители восстания бежали в Польшу. Михалча Хынку при других господарях вернулся на родину, а вот Апостол Дурак оставался в Польше до конца жизни.

Начало переводу города в частную собственность было положено в 1761 году, когда воевода Скарлат Григоре Гика взамен нескольких домов в Яссах подарил стольнику Константину Рышкану часть господарского домена в Орхее. В 1807 году город уже целиком был во владении Костаке Балша. Позднее Орхей перешл в руки статского советника Александра Гики.

В 1833 году, уже в составе Российской империи, Орхей получил статус уездного города. В 1821 году император всероссийский Александр Павлович I (1777-1825) подтвердил прежние титулы великих толковинов, а также даровал великому толковину Степану Никитичу Иванову-Яванчину (первая половина XIX) и его прямым потомкам, в числе новых званий, и титул великого князя Оргеевского.

Старое поселение расширилось на север и запад, в сторону транзитных путей на Резину, Бельцы и Сороки. Росла численность населения, развивалось ремесленное производство. Однако с экономической точки зрения Орхей уже не мог конкурировать с такими торгово-промышленными центрами, как Кишинев, Бельцы и Бендеры. В 1907 году в Орхее открылась 4-классная женская гимназия, в 1910-м преобразованная в 7-классный лицей.

До 1947 года Орхей оставался центром уезда, в который входили Бравичский, Киперченский, Криулянский, Распопенский, Резинский, Сусленский и Теленештский районы. В ходе административной реформы 1947 года уезды были расформированы, Орхей становится райцентром. В советское время развивалась экономика города, были введены в строй промышленные, перерабатывающие предприятия, объекты соцкультбыта и пр.

В 1998 году Орхей стал центром одноименного уезда. С возвращением к районам 2003 году городу вновь присвоен статус районного центра.

Необходимо сказать, что Оргеев в прошлом, наряду с Кишиневом, Сороками и Яссами, был одной из великих еврейских столиц Молдавии. Евреи впервые упоминаются в его истории в 1741 году. Община начала особенно интенсивно развиваться после вхождения Бессарабии в состав Российской империи в 1812 году, когда многие евреи эмигрировали в регион и наступил период некоторой политической и экономической стабильности. Первая известная перепись дает нам цифру 3.102 еврея, зарегистрированных в 1864 году и 7.144 — 57,9% всего населения — в 1897 году.
Следует отметить, что в этот период были созданы образовательные, социальные, культурные и религиозные учреждения, а в 1865 г. была открыта Талмудическая школа или «Талмуд-Тора», где преподавалось также светское учение; В 1877 году были основаны больница и дом престарелых. Евреи Оргеева были в основном бизнесменами и ремесленниками, но некоторые также занимались виноградарством на окраине города. Сельскохозяйственная учебная ферма была основана в конце 1890-х годов при поддержке Еврейской колонизационной ассоциации (ICA). Среди 1.480 зарегистрированных членов ссудного фонда в 1925 г. было 286 крестьян. В 1930 году, по другой переписи того времени, евреев было 6,408 - 41.9% от всего населения Оргеева, хотя община и демонстрировала некоторый упадок по сравнению с XIX веком, она все еще была очень энергичной и активной.

Очень интересно и то, что евреи называли на идише Оргеев – Урив [Эдуард Докс, Молдова, специально для "Вестей"/23.08.24 В музее Молдовы выставили фото Либермана: путешествие в Оргеев. URL:https://www.vesty.co.il/main/article/ryvtvmwua Последнее обращение 10.10.2024]. Это название вызывает у автора некие слуховые и филологические ассоциации с толковинским мифологическим текстом и Большой Медведицей Вурусой-Вурой. Также оргеевские евреи именовали реку Реут – Ревута, Ревта, что тоже удивительным образом соответствует древнему толковинскому названию Ревута, Рвута, которое мы видим в мифологическом тексте, а также названию Ревта в некоторых дарственных грамотах молдавской государственной канцелярии [Молдавия в эпоху феодализма. Том II. Славяно-молдавские грамоты XV-XVI вв. – Кишинев, «Штиинца». 1978. С.86,113,118,137.]. Конечно, для серьёзных заключений необходимы более глубокие научные исследования и изыскания.

Еврейская община Оргеева жила относительно спокойно, без крупных потрясений, вплоть до Второй мировой войны. Когда в 1941 году в регионе начались боевые действия, советская армия, находившаяся в Оргееве в июле того же года, помогла евреям бежать, когда они отступали. Некоторые дошли до Криулян и оттуда разошлись по другим, более безопасным местам. Когда немецкие и румынские войска вошли в Оргеев между 8 и 10 июля 1941 года, перед ними появилась еврейская делегация, чтобы приветствовать их хлебом и солью, но все ее члены были убиты на месте. Еврейское население было заперто в гетто, где оно жило в крайне неблагоприятных условиях, подвергалось постоянному жестокому обращению и ежедневным убийствам. 6 августа 1941 года около 200 евреев были убиты румынским 25-м полком, а их тела были брошены в реку Днестр.

В 1942 году всех выживших депортировали в Тираспольский концлагерь в Приднестровье. Их выезд из города сопровождался музыкой цыганского оркестра, а стариков, согласно свидетельским показаниям, заставляли танцевать на улицах. Когда транспорт доехал до ближайшего леса, молодых людей из числа депортированных вывели в открытое поле, где над ними всячески издевались, а потом многие были застрелены солдатами. Другие погибли по дороге в Тирасполь, большинство из них были убиты в концентрационных лагерях Приднестровья.

Лишь немногие дожили до конца войны, чтобы лично свидетельствовать о пережитых ужасах Холокоста. После Великой отечественной войны жизнь еврейской общины в Оргееве возродилась, но в уже гораздо меньших масштабах. Единственная синагога была закрыта в хрущёвский период всеобщей борьбы с религией в 1960 году.
Еврейское население в 1970 году оценивалось примерно в 3.000 человек. А по переписи, проведенной после распада Советского Союза и обретения Молдавией независимости, когда стал возможен свободный выезд в Израиль и заграницу, во всем городе с 2002 по 2004 год проживало только 97 евреев, в основном пожилого и старшего возраста.

Современный Оргеев, после длительного упадка, вызванного распадом СССР, начал быстро преображаться в самый красивый и привлекательный город Республики Молдовы, с приходом в мэрию команды популярного молдавского бизнесмена и политика Илана Шора. Открыт культурно-развлекательный центр «Орхей-ленд» и новый городской парк возле оргеевского озера. Ремонтируются старые и строятся новые дороги и тротуары. Устанавливается современное освещение, обновляются городские структуры, открываются новые предприятия. Создаются новые рабочие места для горожан и окружающих сельчан.

В 2023 году головная еврейская организация в Кишиневе во главе с президентом бизнесменом Александром Билинкисом – открыла в здании одной из 19 бывших синагог Музей истории евреев.

В городе уже давно работает музей истории и этнографии, который располагается в старинном здании – доме бывшего архитектора г. Оргеева Мирчи Бенжеску и является официальным филиалом Республиканского музея истории и этнографии. Руководитель музея – Калчу Андрей Николаевич.
Музей обладает богатой коллекцией экспонатов, проливающих свет на историю города и занятия его жителей, на биографии известных личностей, родившихся или работавших здесь: почвоведа Николая Димо, поэта Юрия Баржанского, исполнительницы народной музыки Тамары Чебан, писателя Онисифора Гибу, трудившегося в оргеевском лицее в межвоенный период.
Всего коллекция музея насчитывает более двадцати тысяч экспонатов. Самыми ценными являются коллекции монет и старинных книг. В залах музея представлены портреты молдавских господарей, карты дакийского и молдавского государств в разные периоды своего существования. Постоянная экспозиция музея посвящена историко-археологическим исследованиям на территории Оргеевского района.
Экспозиция, посвящённая военному времени, состоит из двух разделов: первый рассказывает об участниках Великой Отечественной войны со стороны Советской армии, второй – о румынских подразделениях немецкой армии и примкнувших к ним местных жителях. В музее регулярно проводятся уроки истории, среди частых посетителей – студенты медицинских, педагогических и технических колледжей, а также ученики школ.

Несомненно – у Оргеева есть не только богатейшее историческое прошлое, но, надеемся, мирное и плодотворное будущее.

Юрий Иванов
Председатель Рышканского районного филиала «Элегия» Союза писателей Молдовы им. А.С. Пушкина, председатель Молдавско-Белорусской международной литературной секции, член-корреспондент ПАНИ
Рышканы, Республика Молдова. 10.10.2024

P.S. Вариант статьи с цветными фотографиями и рисунками можно найти на сайте журнала "Общее дело" №15, 2023 г. Ю.В. ИВАНОВ. МИФИЧЕСКАЯ ГЕОЛОГИЯ И ИСТОРИЯ ОРГЕЕВА(ВЕЛИКОЙ ВОРЫГИ) В ЛЕТОПИСЯХ ТИВЕРЦЕВ. URL: http://planeta-curata.com/articles/our/vip_15.html