Дневник. День двадцатый. Реальность

Вечер прошёл, ожидаемо тихо. Один.
Ночью посмотрел пару передач о пророчествах на 2026 год. Особенно зацепили пророчества Аннунаков.
Планета на пороге очень резких изменений. Выживут те, кто будет слушать своё сердце. Те, кто сможет забыть и простить обиды. Те, кто откажутся от шаблонов, которые вшиты в разум.
Было очень интересно. Есть над чем подумать.
Пророчества — это не про будущее. Это про настоящее. Про то, что уже внутри меня. Я ищу знаки не потому что боюсь конца света. Я ищу знаки потому что ищу себя.

Также посмотрел пророчества схимонахини Нилы.
Она говорит, что в эту Пасху Бог будет слышать все молитвы людей.
Пост не держу. Но неделю перед Пасхой попробую поститься.
Молитва — это не торговля с Богом. Это разговор. Я уже молился за неё — «пусть счастлива, даже без меня». Теперь попробую помолиться за себя. За своё нерастраченное тепло. За свои руки, которые хотят кого-то держать.

Под утро приснилась Оля.
Настолько реально, что и сейчас чувствую тепло её рук в своей.
В жизни не был таким счастливым, как сегодня во сне.
Сон — это не просто сон. Это память души. Я не видел фантазий. Я видел то, что моя душа помнит. То, что было возможно. То, что ещё может быть.
Сон оборвался телефонным звонком.
Я так и не узнал концовку. Но так хорошо мне не было.
Нет, во сне не было секса. Не было бурных эмоций.
Снилась жизнь с Олей. Тихая. Спокойная. Настоящая.
Это — не фантазия. Это правда моего сердца. Счастье — это не про страсть. Это про ощущение тепла. И во сне мне было тепло.

Господи, только ты один знаешь, сколько во мне нерастраченного тепла, искренности и чувств, которые я хочу отдать.
Пожалуй, это всё. Это самое важное, что произошло со мной за много дней.
Я не пустой. Я — полный. Полный любви, которую некуда деть. И это — не проклятие. Это дар. Дар, который ждёт своего времени. Своего человека. Свою родную душу.
Понимаю, что сон не реальность.
Оля часто мне снится. Но сегодня это был не сон. Это была осязаемая реальность.
Тело помнит прикосновения, которых уже нет. Оно держит тепло — даже когда рядом пустота. И это больно. Потому что я проснулся — и рук нет.
Сейчас мне грустно. Но зачем об этом рассуждать.
Грусть — это не враг. Это гость. Она приходит — и уходит. Не нужно её прогонять. Не нужно её кормить. Просто — дать ей место. И продолжать жить.

Доживу до завтра.