Полуостров. Глава 188

Глава 188.
- У вас, Светлана Владимировна, - как это говорится? - ни дня без происшествий!
Светочка стояла возле школьного крыльца, крепко держа за руку Макса. Тот крутил головой по сторонам, явно ожидая, когда она зазевается, и он сможет оказаться на свободе.
На нижней ступеньке притулился Арсений, плечи которого сотрясались от рыданий. Коновалов, присев перед ним на корточки, что-то ему доказывал, судя по тону, с нулевой степенью убедительности.
- Опять она! - Светочка ткнула пальцем в безмолвную Айгуль, стоящую чуть в стороне от основной композиции. - Опять из-за неё все!
- Арсений угостил меня шоколадкой, - меланхолично сообщила мне девочка. - А Макс ему врезал. И у него очки разбились! Теперь он из-за этого ревёт...
- Очки разбились, стекла в глаза могли попасть, - вздохнул я. - Надо бы промыть... А ещё лучше в травмпункт с ним съездить!..
- Да промывали уже... - отозвался Коновалов. - Все там нормально... Очки просто дорогие, говорит, мать его убьёт...
- За что убьет-то? - испуганно произнесла Светочка.
- Ну, типа за неосторожность...
- Пусть его родители выплачивают! - заметив меня, завизжал Арсений. - Они дохрена денег стоят! А этот м...к...
- Арсений, я попрошу тебя не выражаться! - вскипела Светочка.
- Да а что тут, - пожал плечами Коновалов. - М...к и есть, без предупреждения врезал...
- Ваня, мне уже надоел твой лексикон! - возопила Светочка. - Я скажу матери Айгуль, она запретит с тобой ей заниматься...
- Ну, пусть другого репета за пятьсот рублей ищет... - пробормотал Коновалов,  наклоняясь к Арсению. - Ну, а что, тупо в ремонт нельзя отдать? Стекла там хоть какие-то вставить?..
- Они стоят, как самолёт!..
- Я по очкам не бил! - подал голос до сего момента прислушивавшийся к разговору Макс. - Он сам с крыльца е...ся! Ноги не держат!..
- Васильев! - длинные ногти Светочки впились в его руку. - Поговоришь сейчас у меня...
Я подошёл к Айгуль.
- Ну, как дело было?
- Я ж говорю! Арсений угостил меня шоколадкой! - она достала из кармана куртки кусочек, завернутый в блестящую фольгу. - А Макс его за это двинул. Сильно, - подумав, добавила она. - Он и упал. С крыльца! Очки вон туда улетели, - она развернулась в направлении школьной калитки, - и разбились. Вот...
- Они сначала разбились, а потом улетели, - уточнил Коновалов. - Он мордой по асфальту проехал...
- А ты не видел и не п...и! - Макс попытался вырваться из лап Светочки, она только сильнее сдавила его ладонь.
- Васильев, сейчас мать в школу вызову!..
- Она к вам не пойдёт, у неё совещание!
- Прямо вот сейчас? - удивился я.
- У неё каждый день совещания! - с гордостью за родительницу провозгласил Макс.
- Он до дома не дойдёт сам, - Коновалов кивнул на Арсения. - Говорит, не видит ни хрена...
- А никто его домой и не отпускает! Я сейчас матери наберу! Пусть приходит забирает! Какого черта ты, Айгуль, эту шоколадку взяла! - в сердцах выкрикнула Светочка. - Дома, что ли, не кормят!
- Это дорогая шоколадка! - сквозь рыдания возмутился Арсений. - В чуркестане такие не продаются...
- На, жри...
Айгуль опустила руку в карман, достала оттуда подаренное и швырнула ему точно в голову.
Кусок шоколадки ударился мальчику по уху и рухнул на асфальт, рассыпавшись на мелкие куски, уже не сдерживаемые фольгой. Макс восторженно заулюлюкал.
Айгуль сорвалась с места и побежала к калитке.
- Стой!
Она бежала быстро и постоянно меняя направление, и я не мог сконцентрироваться.
- Стой, Айгуль! Остановись!
Недалеко от заброшенного дома она начала притормаживать, и я тоже остановился, приводя дыхание в порядок.
- Айгуль, послушай меня...
Выброс силы был настолько мощный, что я почувствовал боль во лбу, словно меня на полном ходу стукнуло по нему гирей от часов с кукушкой.
- Айгуль же, блин...
В глазах потемнело, и я упал на асфальт на одно колено.
- Мастер Пауль... - её тело подрагивало от озноба.
Неконтролируемый скачок Потенциала. Я должен был предвидеть, зачем я за ней погнался вообще...
- Мастер Пауль, меня тошнит, ужасно...
Она согнулась над палисадником, и её несколько раз вывернуло наизнанку. Потом поднимется температура и начнутся судороги. А я ее к себе домой, в отличие от Коновалова, отвести не смогу...
- Айгуль, зачем же ты это сделала...
- Я боялась, что вы меня обратно потащите... К ним...
Я поднялся на ноги.
- Сила, которая в тебе, велика... А дисциплины, как не было, так и нет... Тот, кто передал её тебе, осознавал темперамент. Тихий ребёнок подавлял бы способности, в тебе же они зрели...
- Почему заклинание не работает, мастер Пауль?.. - Айгуль обтерла рот своим грязным носовым платком.
- Оно работает, просто оно формирует привязанность! Или усиливает, если она и так там была... - Айгуль сосредоточенно смотрела на меня, ожидая продолжения. - Но оно не корректирует манеру поведения! Ты смотрела "Ералаш"? Помнишь, как мальчик училке кнопки сердечком сложил?
- То есть он будет меня ещё сильнее доставать? - заключила она.
- Он будет жаждать твоего внимания в тройном размере! Пути могут быть различны! Может шоколадку дать, а может и в лужу толкнуть! И ещё Макс этот, чтоб его... Пойдём, Айгуль!
Я протянул ей руку.
- Валя не говорила, что это плохое заклинание... - насупилась Айгуль. - Она говорила, что я - девочка, а девочка должна с детства уметь управлять мальчиками... И что заклинание в этом помогает...
- Ты и без заклинания успешно управляешь мальчиками, - заметил я. - Ты сегодня сдвинется с места, нет?
- Мне плохо, мастер Пауль... - призналась девочка. - Как будто я заболела... Болит все! Даже зубы...
- Это ещё где-то сутки будет продолжаться... - кивнул я. - Ну, Господи...
Я поднял её на руки, одновременно читая заклинание снижения видимости.
- А куда мы сейчас?
- В проклятую школу! Нужно же отчитаться перед Светланой Владимировной...
Светочка озабочено мерила шагами площадку перед школьным крыльцом.
- Я матери его позвонила, Павел Александрович! - она махнула рукой в сторону Арсения, который, перестав плакать, обсуждал с Коноваловым компьютерные игры. - Пусть приходит, забирает! У него зрение отвратительное, я до конца дня держать не буду, ещё влетит во что-нибудь, а я отвечай! А эта... - она, понизив голос, показала глазами на Макса, который сейчас примостился на краю лавки. - Реально не берет... Потом удивляемся, что дети такие... Плевать на них в принципе... Так, - она, наконец, заметила Айгуль, которую я усадил на ту же лавку. - А с ней что делать?
- У неё лоб очень горячий, - дипломатично заметил я. - Температура, по-видимо, высокая, поэтому так себя ведёт... Наберите тоже матери...
- Павел Александрович! - спохватилась Светочка. - Я вас отвлекаю, наверное!
- Я вообще шёл курить, - сообщил я. - У меня доп в принципе, но один из учеников - вон! - я показал на Коновалова. - А второго я предупредил, что немного задержусь...
- Так идите на доп, - всполошилась она. - Я тут разберусь!..
- Светлана Владимировна! - молодая, стильно одетая женщина практически вбежала в школьную калитку. - Ну, что с ним?
- Да ничего страшного, - Светочка передернула пышными плечами. - С глазами все нормально! Очки только разбились, расстроился! Вот пошла с ними гулять, думала, что в такую погоду в классе сидеть! Но за ними разве всеми уследишь! С крыльца навернулся... Ничего страшного! - повторила она, видимо, заметив, что губы матери Арсения сжимаются в тонкую линию. - Отделался лёгким испугом!
- Арсений!
Мальчик, хвастаясь в тот момент Коновалову своими достижениями в Майнкрафте, неохотно поднял на неё голову.
- Арсений, ты почему так себя ведёшь?!
На лице Макса появилось выражение злорадства.
- Арсений, я кому говорю?
Я сделал знак Коновалову, чтобы он подошёл ко мне.
- Ты знаешь, сколько эти очки стоят?
- Иван! - позвал я. - У нас вообще-то занятия! Полчаса уже прошло, Попов ждёт...
- Подождёт, - прошептал Коновалов, не трогаясь с места.
- Он меня ударил! - в голосе Арсения снова послышались слезы.
- Кто он?.. - его мать обвела взглядом по сторонам и задержала его на Максе, замершем на краю лавке с выражением на физиономии "меня здесь нет".
- Вот он...
- Да не бил я его! - возмутился тот. - Столкнулись просто! Случайно! Я извинился!
Светочка в нерешительности кусала губы.
- Иван, пойдём! Сейчас занятия отменю, напишу Попову, чтобы домой шёл... Полчаса уже прошло!
- Они не столкнулись... - на висках Айгуль выступил пот, и она дрожала, как в лихорадке, хотя на улице нещадно припекало солнце. - Макс ему спецом двинул, я видела...
- Что ты врешь, дура?
- Арсений! Ты опять нарывался? Что тебе психолог говорил!
- Простите, вы не могли бы забрать его домой и там уже устраивать разборы?
- Ваня, ты как... - под взглядом Коновалова Светочка начала отступать к крыльцу.
- Коновалов! А, ну, пошёл на занятия! Обалдел, что ли? - я приложил воздействие, но оно не произвёло на него ни малейшего эффекта.
Он даже не отражал, он просто не реагировал.
Арсений снова рыдал, мне показалось, что ещё горше, чем в первый раз. Мать подняла его за капюшон с лестницы и чуть ли не силком потащила к машине.
Светочка, не скрывая облегчения, громко выпустила из себя воздух.
- Сейчас ещё её мать придёт, заберет... Через час сказала только сможет...
- Да давайте я её до дома доведу... - предложил Коновалов.
- Иван, ты пойдёшь на занятия! - рявкнул я. - Или домой! А к следующему уроку решишь задачи самостоятельно, я на перемене объяснять не буду!
Коновалов, засунув руки в карманы куртки, поднялся на три ступеньки, всем своим видом выражая крайнее несогласие с моим решением.
- Ты чего лезешь? Защитник униженных и оскорбленных выискался! У них тут у всех рыльце в пушку, у каждого!
- Ну, западло же, Павел Александрович!..
Мы уже подходили к площадке четвёртого этажа, когда Коновалов вновь остановился.
- Это Айгуль сделала?
- Разумеется! А научила её Валентина!
- А почему вы ей позволили?
- А почему ты ходишь к Валентине? Пьёшь с ней чай?! Ты моего мнения не спрашиваешь, и я как-то без твоего обойдусь!
На лестнице, ведущей на чердак, Попов целовался с Машей Гавриковой. Рука его скользила по её груди.
Коновалов, не глядя на них, прошёл в кабинет.
- Простите, Павел Александрович...
- Мы не знали, когда вы вернётесь, Павел Александрович... - смущённо сказал Попов.
- Иди на занятие! - я смотрел на Машу, украдкой подтирающую размазанную помаду. - Ты тоже можешь присоединиться! ЕГЭ скоро, а занятия бесплатные...
- Я ей говорю, Павел Александрович! - подхватил Попов.
Я продолжал смотреть на Гаврикову. Её мысли тянулись в кабинет и обвивались вокруг Коновалова, доставшего из рюкзака тетрадь и начавшего набрасывать новый рисунок. Она хотела, чтобы он оказался на месте Попова.
Как счастливы обычные люди, не ведущие о чужих мечтах...
Айгуль написала мне, что у неё температура почти сорок, и мать вызвала скорую. Сейчас ещё, твою мать, в больницу заберут. Антибиотики колоть будут...
- Павел Александрович... - доп был завершён, но Коновалов продолжал восседать за партой.
- Хочешь вытереть с доски, Иван?..
- Ну, могу... - он вразвалочку подошёл к моему столу. - Я просто считаю, что тема - отстой. Он ему врезал, когда тот отвлёкся на что-то...
- Ты так тоже делал, Иван, - напомнил я.
- Я очки никому не бил! - вспыхнул Коновалов. - И у меня другой повод был! Не из-за девчонки!
- Из-за девчонки ты хотел разрезать меня на куски...
- Я думал, мы проехали, Павел Александрович... Я извинялся... Даже... - он с остервением тер тряпкой на одном месте. - Вы думаете, мне легко было...
- Мы проехали, да, - согласился я. - Но из искры в любой момент может возродиться пламя! И все начнется заново...
- Не начнётся! - Коновалов прополоскала тряпку под краном. - Я сейчас понимаю, что это и её решение было, не только ваше... Она сказала мне, что хочет все вернуть! Только я понимаю, что мы для неё не люди! Ни я, ни этот... Ну, Козлов... - недовольно пояснил он. - И Айгуль тому же учит! Чтобы она стала такой же стервой... Они из-за неё рожу друг другу бьют, а она и рада... С Владимиром Артуровичем спала, который её с тринадцати лет хотел... - он вновь перевёл разговор на больную для себя тему. - Педофил херов!
- А ты-то откуда знаешь?
- Я их на улице видел, ещё тогда, он ей что-то травил, а она улыбалась...
- Слушай, ну, если ты на неё внимания не обращал... Я не говорю, конечно, что она должна была обязательно бежать к Шварценбергу... - поправился я. - Все, Коновалов, - я захлопнул крышку ноута. - Давай, до свидания! Мне ещё к Тихоновне зайти нужно!
- Зачем? - напрягся Коновалов.
- Даже себе представить не могу...