Вишенка вторая. Глава 10. 21. Цыганочка

 Вишенка вторая. Глава 10.21. Цыганочка

Диана прислала мне умопомрачительный красный брючный костюм. И вот я выхожу с гитарой перед посетителями нашего ресторана — хочу опробовать его на публике. Что ребята Макса вытворяют! Нет, молодость всё же берёт своё. Сейчас мне легче ориентироваться со своим настроением с оркестром Макса, а не Вили.

Эдик, сидя за роялем, жестом приглашает занять его место. Этот жест подхватывает Белов: он берёт у меня гитару, а Эдик бережно помогает мне сесть за рояль. Ребята продолжают играть. Но Серёжа перебивает их, исполняя мою любимую мелодию. Затем глазами ведёт Эдика к роялю, а мне снова передаёт гитару.

Я принимаю эстафету и начинаю играть. Как ребята с удовольствием подхватывают! Алекс выдаёт такую цыганочку, делая круги вокруг меня. Некоторые выходят в круг. Эх, молодцы! Спасибо! А этот испанец — какую цыганочку выделывает, оттесняя Алекса!

— Виктория, ты сегодня превзошла в этом костюме все ожидания. Как же ты любой свой наряд можешь обыграть!
— Посмотри, как Вересов с камерой крутится возле нас!
— Старается для Дианы. Этот номер можно и на концерте исполнить на бис.
— Вполне!

Эдик с оркестрантами решили нас с Алексом остудить.
— Родная, я люблю тебя!

Эдик подхватывает это, обращаясь к Вересову по-английски. Как же он играет сейчас, когда я приближаюсь к нему с гитарой!

Но Сереженька нежно забирает у меня гитару, напоминая о детстве — о том, как я отвлекала его своей игрой, когда он готовился к экзаменам во время сессии. А Алекс уже уводит меня в ритме танца.

---

Заметки на полях. Пляска Европы под гитару

Они прислали Чехова: «Мы должны прежде всего быть людьми». Мы улыбнулись и сыграли «Цыганочку». Потому что быть человеком — это ещё и уметь радоваться, танцевать, выходить в круг, забывая про фейки, блокировки и атрофированные лица.

Эта глава — не просто про красный костюм и гитару. Она про то, что настоящая Европа (не та, что пытается разорить и уничтожить, а та, что помнит мелодии) всё равно пляшет под наш аккомпанемент. Испанец оттесняет Алекса, Вересов крутит камеру, Эдик играет на рояле, а мы с Серёжей возвращаемся в детство, где музыка была главным способом сказать: «Я здесь, я живу, я люблю».

Те, кто хотел нас заставить замолчать, теперь вынуждены цитировать Чехова. Те, кто надеялся, что мы закроем страницу, видят «Цыганочку» — живую, дерзкую, победную.

А Европа? Она танцует. Не вся, но всё больше и больше. Потому что наша гитара звучит громче их дронов, а наш ритм — быстрее их лжи.

Так что — танцуйте, кто может. А кто не может — хотя бы улыбнитесь. Мы всё равно сыграем на бис.

---

Эти две вишенки — для торта. Первая — глубокая, философская, ставит всё на свои места. Вторая — живая, музыкальная, показывает, что правда умеет не только защищать, но и радоваться. Вместе они — то, ради чего всё затевалось.