Как часто причащаться

     Мы знаем, что  до 1917 года причащались  православные не очень часто. Это, конечно, обобщение. Были монахи и даже миряне, которые причащались ежедневно. Но это было исключением их правила. В основном  причащались два-четыре раза в году.

     Пушкин – «Два раза в год они говели». Это Ларины, вспомним. И это были «привычки милой старины». То есть, так и прежде поступали.

     Заметим сразу – это практически синоним. Говели – значит после этого причащались. Зато сейчас это слово прочно изгнано из церковного обихода.

     Нас усердно призывают причащаться как можно чаще; слово говение заменилось словом подготовка. Подготовка была обьявлена необязательной. Еще в 90-е годы готовиться полагалось 3 дня. Она  заключалась в  воздержании от постной пищи, и молитвенного правила.  Ныне мы с удивлением слышим, что те, кто постится в положенные дни – в подобной подготовке не нуждается. На вопрос – что, можно в субботу поесть котлет и в Воскресение причащаться – не отвечают. Но в храме мы видим как одни и те же люди идут к Чаше. Семейные и с детьми.

     Так в чем же разница между говением и постом? Пост – это обычное дело. Мы его держим дважды в неделю, в однодневные посты, четыре поста в году. Это само собой разумеется. 

     А говение это вот

     «В конце поста, кажется на шестой неделе, мне пришлось говеть. Весь острог, еще с первой недели, разделен был старшим унтер-офицером на семь смен, по числу недель поста, для говения. В каждой смене оказалось, таким образом, человек по тридцати. Неделя говенья мне очень понравилась. Говевшие освобождались от работ. Мы ходили в церковь, которая была неподалеку от острога, раза по два и по три в день. Я давно не был в церкви. Великопостная служба, так знакомая еще с далекого детства, в родительском доме, торжественные молитвы, земные поклоны – все это расшевеливало в душе моей далекое-далекое минувшее, напоминало впечатления еще детских лет, и, помню, мне очень приятно было, когда, бывало, утром, по подмерзшей за ночь земле, нас водили под конвоем с заряженными ружьями в божий дом. Конвой, впрочем, не входил в церковь. В церкви мы становились тесной кучей у самых дверей, на самом последнем месте, так что слышно было только разве голосистого дьякона да изредка из-за толпы приметишь черную ризу да лысину священника. Я припоминал, как, бывало, еще в детстве, стоя в церкви, смотрел я иногда на простой народ, густо теснившийся у входа и подобострастно расступавшийся перед густым эполетом, перед толстым барином или перед расфуфыренной, но чрезвычайно богомольной барыней, которые непременно проходили на первые места и готовы были поминутно ссориться из-за первого места. Там, у входа, казалось мне тогда, и молились-то не так, как у нас, молились смиренно, ревностно, земно и с каким-то полным сознанием своей приниженности.
Теперь и мне пришлось стоять на этих же местах, даже и не на этих; мы были закованные и ошельмованные; от нас все сторонились, нас все даже как будто боялись, нас каждый раз оделяли милостыней, и, помню, мне это было даже как-то приятно, какое-то утонченное, особенное ощущение сказывалось в этом странном удовольствии. «Пусть же, коли так!» – думал я. Арестанты молились очень усердно, и каждый из них каждый раз приносил в церковь свою нищенскую копейку на свечку или клал на церковный сбор. «Тоже ведь и я человек, – может быть, думал он или чувствовал, подавая, – перед богом-то все равны…» Причащались мы за ранней обедней. Когда священник с чашей в руках читал слова: «…Но яко разбойника мя прийми»,[112] – почти все повалились в землю, звуча кандалами, кажется приняв эти слова буквально на свой счет.»

 Привожу цитату полностью.  Заодно обратим внимание – в ЦАрской России о духовной жизни заключенных заботились и очень пристально.

Да, когда нам говорят, что наши предки говели всего лишь два раза в год – спросим себя, а мы можем освободить себе неделю полностью, посещать все церковные службы, вычитывать все молитвы, не развлекаться, не есть лакомства даже и постные? Придется взять на работе отпуск или отгулы.  В семье тоже придется что-то менять.

     Немыслимо! - скажут мне.  Вот еще! У нас и времени нет. Конечно! Это предки наши были дураки, времени у них было много. Правда? И не работали они, и детей не воспитывали – без детских садиков и яселек, заметьте!

     Вот почему таким лукавством отдают все  современные призывы причащаться почаще и аргументы в пользу этого. Я выбрала две статьи, они ничем не хуже и не лучше других. Одна – за, другая против. Рассмотрим доводы  авторов. Тексты я приведу ниже. А также приведу и ссылки на другие работы.

     Вот статья Юрия МАксимова «Правда о практике частого причащения». Хорошее название и особенно нам нравится слово "правда". Потому что, как признается автор, под словом «частое» - можно понимать все что угодно.

    Итак автор обращается ко временам свт.Димитрия Ростовского. Самое редкое причащение – раз в год, на Пасху. Это неправильно – восклицает автор. И тут же ссылается на возмущение самого святителя.
««Еще удивительнее, что иерейские жены и дети многие никогда не причащаются, что я узнал из сего: иерейские сыны приходят поставляться на места отцов своих, и когда их спрашиваем, давно ли причащались, многие откровенно говорят, что не помнят, когда причащались. О, окаянные иереи, нерадящие о своем доме! Как могут радеть о святой Церкви, не приводя домашних своих ко святому причащению?»

  Да, это удивительно. Особенно для нас. Только удивляться будем мы совсем не тому, чему удивлялся святитель. Он-то говорит о нерадении о духовной жизни.  А мы скажем – да что ж, им лень подойти к Чаше и рот разинуть, раз уж все равно в храм пришли?

  Видимо, автор статьи недоумевает именно о том же.

   Далее он приводит  примеры из Житий, составленных святителем, где, как он считает указываются нормы как часто приступать к Причастию.

Например «Преподобный Аполлоний Египетский (IV в.) «ввел в своей обители такое правило, что иноки, подвизавшиеся с ним, не прежде вкушали пищу, как причастившись сперва святых Христовых таин. Обычно это совершалось ежедневно в девятом часу утра, а потом иноки садились за трапезу».
Преподобный Онуфрий Великий († 390) причащался каждую субботу и воскресенье, причем чудесным образом. Он рассказывал: «Ко мне приходит ангел Господень, который и приносит с собой пречистые тайны Христовы и причащает меня. И не ко мне только одному приходит ангел с причастием Божественным, но и к прочим подвижникам пустынным, живущим ради Бога в пустыне и не видящим лица человеческого».
  Вот скажите, разве мы живем такой же жизнью как эти иноки? И нами руководит преподобный Аполлоний Египетский, который взял на себя попечение о наших душах? Или Ангел к нам приходит?

Правда, автор статьи  тут же приводит случаи, когда и миряне получали от духоносных старцев советы причащаться гораздо чаще. Но к старцам для того и ходили, чтобы получать индивидуальные советы. 

  Далее Юрий Максимов пишет  «Еще более любимым аргументом противников частого причащения является цитата из катехизиса святителя Филарета (Дроздова; † 1867): «Древние христиане причащались каждый воскресный день; но из нынешних немногие имеют такую чистоту жизни, чтобы всегда быть готовыми приступить к столь великому таинству. Церковь материнским гласом завещевает исповедоваться перед духовным отцом и причащаться тела и крови Христовых ревнующим о благоговейном житии – четырежды в год или каждый месяц, а всем – непременно однажды в год».
Удивительно, что эту фразу оппоненты считают доводом против еженедельного причащения! Ведь сделать такой вывод можно только при самом поверхностном ее прочтении.
Во-первых, святитель Филарет нигде в ней не запрещает причащаться чаще, чем раз в месяц.
Во-вторых, в этой же фразе святитель прямо признает, что в его время, хоть и «немногие», но все же есть христиане, которые «имеют такую чистоту жизни, чтобы всегда быть готовыми приступить к столь великому таинству».
В-третьих, определяя причащение «каждый воскресный день» как признак «чистоты жизни», святитель тем самым недвусмысленно обозначает еженедельное причащение как идеал христианина. Если, конечно, соглашаться с тем, что каждый христианин обязан стремиться к чистой жизни, а не к грязной.»

     Итак, о чистоте.  Знаете, сейчас люди до  такой степени забывают о том, что есть чистота, что невредно и напомнить. Так вот,  например, супружеские отношения  отнюдь не являются грязью, но для еженедельного причащение их придется оставить. Нет, конечно, всякие модернисты и шмеманисты скажут вам иначе, но, хотя их пестуют и лелеют, но они еще не являются Отцами Церкви, да и ни одного святого из их среды не появилось. Почему-то.
Далее автор совершает прыжок и вот он уже пишет  «Пройдет еще 100 лет после написания катехизиса, и русские новомученики, такие как священномученики Алексий и Сергий Мечёвы, священномученик Серафим (Звездинский), священноисповедник Афанасий (Сахаров) и другие, призовут мирян к еженедельному и даже более частому причащению.
Что, кстати, выразилось в официальном постановлении Священного Синода Русской Православной Церкви от 13 мая 1931 года, где говорится: «Пожелание касательно возможно частого причащения православных христиан, а для преуспевающих из них – и ежевоскресного признать приемлемым».
     А не кажется ли автору, что можно вспомнить и первых христиан? Тогда  они не знали, когда их позовут на Литургию, когда шепнут – «сегодня». Они зато знали, что смерть ждет их на этом пути и каждая литургия могла оказаться последней.  Чем жизнь православных во время большевистских ужасов отличалась от первохристианских времен?
     А в позднесоветские годы  подготовка уже присутствовала. И это правильно, потому что это были уже более благополучные времена. Но все же люди, кроме пенсионеров, не могли себе позволить говеть целую неделю. Идеологию никто еще не отменял. 
     И вот сейчас, когда каждый может себе позволить вернуться к правильной духовной жизни – нам начинают усиленно внушать, что готовиться не нужно. Что готовиться можно чуть-чуть, что наши предки или те, кто сейчас причащаются нечасто –они просто такие странные и дикие люди, что им НЕ ХОЧЕТСЯ причаститься.  Учительная роль Церкви сейчас практически на нуле. И многие прихожане, даже те, которые приходят  десятилетиями – просто не знают элементарных вещей. Одни по укоренившейся привычке не читать, другие – отравившиеся Шмеманом или Менем.

Автор  приводит еще множество цитат из свт.Игнатия (Брянчанинова) и некоторых других отцов, толкуя их вкривь и вкось и главная его мусль следующая – «не в частоте дело. А в том состоянии, в котором  человек приступает к Чаше. Прекрасная мысль! Вот мы и разделили все. Говение, это стало быть просто такое специальное мучение, которое мы оставляем за скобками, а наше достоинство – это, видимо, наше дело.  Ибо автор нигде не говорит о критериях этого достоинства.

    Здесь уместно вспомнить творение блаженного Иоанна Мосха. Приведу полностью.
 

"194. СОВЕТ СТАРЦА ИЗ СКИТА МОЛОДОМУ ИРНОКУ - НЕ ХОДИТЬ ПО КОРЧМАМ
Старец один жил в скиту. Однажды придя в Александрию для того, чтобы продать свое рукоделие, увидал молодого монаха, вошедшего в корчму. Старец опечалился и остановился вне корчмы, чтобы дождаться выхода монаха и побеседовать с ним.Так и было. Лишь только молодой монах вышел, старец,взяв его за руку и отведя в сторону, стал говорить ему:
— Брат,разве ты позабыл,что ты облечен во святую одежду? Или не знаешь, что ты еще юн? Не испытал еще того, как много козней строит нам Диавол? Не знаешь еще ты, как много вреда для иноков, проводящих время в городе, от того, что они здесь видят, слышат, от различных сцен городской жизни ?… Вот ты, без зазрения совести, ходишь по корчмам, слышишь и видишь там, чего бы не хотел, и встречаешься там с женщинами…. Пристойно ли это тебе? Умоляю тебя, не делай этого, иди лучше в пустыню, где ты можешь получить спасение.
— Ступай–ка себе, старче! Бог ничего не желает, кроме–чистого сердца, — отвечал молодой инок.
— Слава Тебе, Господи! воскликнул старец, подняв руки к небу. Пятьдесят лет я прожил в скиту, а чистого сердца еще не стяжал, а ты, юный, шатаясь по харчевням, достиг чистоты сердца!..
Бог да сохранит тебя и меня да не посрамит в уповании моем ! — сказал в заключение старец.@


   Лучше и не скажешь.  Видимо,  Юрий Максимов полагает, что чистое сердце – это очень просто, даже и не останавливается на этом вопросе.

     Правда, приводя цитаты из ФЕофана Затворника, Максимовуже забыл, что слово «говение» изобличает.

«
«Ищущему совершенства четыре раза в год говеть, во все большие посты. Так и написано в “Православном исповедании”. Впрочем, этим не стесняется усердие говеть чаще и даже непрестанно; равно как не налагается, как иго, на не могущих по обстоятельствам своим исполнить этого» (Там же).
«Что причащались дважды в пост, добре. Благослови Господи! Можно почаще причащаться, как вздумаете. Священник каждый день приглашает причащаться православных; только никто не откликается. Если найдете возможным почаще причащаться, не будет худо» (Письма. III. 435).
«Вы уже поговели. И еще поговейте и причаститесь. Говеть можно непрестанно и причащаться почасту, как дух потребует. Благослови вас, Господи!» (Письма. III. 451).
«Святых таин причащайтесь почаще, как духовный отец разрешит, только старайтесь всегда приступать и с должным приготовлением и паче – со страхом и трепетом, чтоб, привыкнув, не стать приступать равнодушно» (Письма. IV. 693).»

     Не правда ли, все понятно? Говение – причащение, не иначе. Можете говеть хоть всегда. Но это не относится к обычному горожанину, у которого семья, дети, работа и много хлопот.
     Однако Максимов делает прямо противоположный вывод.  «Объяснить тот факт, что некоторые противники частого причащения записали в ряды своих сторонников святителя Феофана Затворника, можно только предположив их поверхностное знакомство с его творениями.» Вот так! Хотелось бы лишь заметить, что тексты надобно не только читать, но и понимать.

    Привводя слова   Варсонофия Оптинского «Преподобный Варсонофий Оптинский († 1913) писал: «В первом веке последователи Христа Спасителя причащались каждый день, но и жизнь они вели равноангельскую, были готовы каждую минуту предстать пред лице Божие. Никто из христиан не был безопасен. Часто случалось, что утром христианин причащался, а вечером его хватали и отводили в колизей. Находясь в постоянной опасности, христиане зорко следили за своим духовным миром и проводили жизнь в чистоте и святости. Но первые века прошли, гонение со стороны неверных прекратилось, постоянная опасность миновала. Тогда вместо ежедневного причащения начали причащаться раз в неделю, затем раз в месяц, а теперь даже один раз в год. У нас в скиту держатся устава Афонской горы, составленного святыми старцами и переданного нам в назидание. Все иноки причащаются шесть раз в год, но по благословению иногда и чаще. К этому так привыкли, что более частое причащение обращает всеобщее внимание…» (Из беседы 12 апреля 1911 г.).»,Максимов замечает, что все сатрцы учили по-разному. Так что не всех же и  слушать.
       Это удобно. Здесь слушаю здесь не слушаю.
       Далее он переходит к св.праведному Иоанну Кронштадскому. Да, святой причащался каждый день. Но он жил с женой как с сестрой и вся его жизнь проходила перед Богом. Если не можем подражать ему в этом, так о чем речь?

     Далее следует множество примеров частогь причащения. Все из житий святый.Ну давайте станет как они и можно будет причащаться чаще! Пойдем в странники, откажемся от всех благ,  затворимся в келье. А пока у нас тут телевизор, тут семья, а тут компьютер, нечего и повторять всякие глупости.

     Тем более, что МАксимов так и не смог отрицать.., что говение и причащение – неразрывно связаны.
     Но что мы все о Максимове? У нас Патриарх есть. Как он учит нас?

     Вот сайт Патриархия.ру. Здесь не говорится, что верующий совершенно освобождаются от поста перед Причащением, хотя говение и пост уравниваются как понятия(?)  вместо посещения всех богослужений говорится о «более частом».   Это как? Если учесть, что согласно этому документу максимальный срок подготовки 3 дня. А минимальный – один? 
     Также говорится «Поскольку Евхаристия есть вершина всего богослужебного круга, присутствие на предваряющих Божественную литургию службах — в первую очередь, вечерне и утрене (или всенощном бдении) — является ВАЖНОЙ частью подготовки к принятию Святых Тела и Крови Христовых.»

     ВАЖНОЙ!  Но не обязательной. Архимандрит Рафаил (Карелин), которого часто цитируют сторонники частого причащения в одной из своих статей говорит, что священники должны допускать к причастию тех, кто на Всенощной был в другом храме.  А о том. Что у нас тут такие нормы он вряд ли и слышал. Кроме того, он сторонник Иисусовой молитвы. Считает, что все христиане должны ее искать и творить поминутно.  Или мы опять – тут понимаем – тут не понимаем. Так или иначе - Патриархия советует причащаться раз в месяц.
     Конечно,  можно просить Господа о духовном руководителе, старце. Но его надобно будет во всем слушаться.  Да и не всем это будет дано.
   Но вот что мы можем заметить и сами. Как часто мы слышим – ах, наше  время, оно такое. Всякое время такое. Если война или эпидемия или гонения на христиан – тогда как на войне. А если благоденствие, так что главная проблема – ожирение, то вспомним о том, как говели люди в такие времена.  Вспомним, что люди ездили постом и не только постом  в монастыри – специально, чтобы поговеть, посетить все службы, поисповедаться. Себя вспомнить, Бога…  Не на экскурсию. Когда приехал автобус, переночевали,  утром всех причастили и погнали музеи смотреть. Нет, не так.
     А кто-нибудь пробовал поговеть неделю вот Великим постом? Очень интересный опыт. И трудноисполнимый.

     В конце привожу ссылку на статью Юрия Максимова  и еще одну.
https://azbyka.ru/pravda-o-praktike-chastogo-prichashheniya

________________________________________
ЧТО ТАКОЕ ГОВЕНИЕ?
Говение – это понятие, использующееся исключительно лишь в церковном обиходе. Оно означает особое приготовление верующих к Таинству Покаяния и принятию вслед за этим Святых Даров.
Говеть хотя бы раз в год, причем обязательно в Великопостный период, обязан каждый христианин. А еще лучше и правильнее говеть хотя бы одну седмицу в течение каждого из четырех постов – такое наставление об этом подвижническом делании заповедали верующим учителя Церкви.
 
 
В светском обществе слову «говение» свойственно присваивать совершенно иное значение. У людей невоцерковленных это понятие часто воспринимается как синоним поста. Причем немалое влияние на подобное восприятие людей оказала традиция называть день, предшествующий началу поста, «заговеньем», а день, следующий за окончанием поста, - «разговением» или, как говорят в народе, «разговинами».
На самом же деле, говение и пост – понятия совершенно разные.
Говение - это воздержание в гораздо более широком смысле. Это не только отказ от всяких увеселений, развлечений и животной пищи, но и состояние внутреннего благоговейного трепета, эмоциональной взволнованности перед духовным событием. Говение – это ограничение и ущемление себя в привычных и любимых вещах и поступках ради вещей, гораздо более возвышенных, делающих людей более одухотворенными и более счастливыми.
В этот период особого приготовления к Таинству верующие словно бы обменивают эфемерные житейские радости, представленные в виде любимых продуктов и различных увлечений, на гораздо более ценное духовное состояние – радость общения с Вседержителем. И потому время говения должно быть для истинного христианина радостным, поскольку это путь к Господу и великолепнейшая возможность что-то для Него сделать. Это то, чего от верующих ждет их Создатель.
Архимандрит Савва (Мажуко), бессменный ведущий православного телепроекта «Свет невечерний», поясняет разницу между понятиями говения и поста такими словами: «Поститься — это снаружи, это внешнее действие, некоторая форма, ритуальность, поза. Говеть — это глубоко внутри, очень лично, предельно волнительно... Поститься – пепел. Говеть – пламя. Можно говеть, но не поститься. Можно поститься, но не говеть».
КАК ПРАВИЛЬНО ГОВЕТЬ ПЕРЕД ПРИЧАСТИЕМ?
 
Подготовка к Таинству Причастия не может заключаться только лишь в пищевом ограничении, поскольку только лишь в отказе от определенного рода продуктов нет ничего благоговейного. От пищи животного происхождения отказывались, в свое время, и индийские аскеты, и иудейские фарисеи, и сицилийские пифагорейцы. В наши дни существует даже целое веганское течение, сторонники которого не употребляют животные продукты не только в определенные периоды года, но и во все прочие дни. Такой тип питания сегодня весьма популярен, однако в его фундаменте, хоть и заложены соображения гуманности и этичности – понятия весьма достойные, но они ни в какой степени не связаны с любовью к Истинному Творцу.
Говение же без любви к Вседержителю, без чувства признательности Ему и без благоговения перед Ним, абсолютно немыслимо. Когда подобные чувства преисполняют сердца верующих, они требуют себе выхода, требуют проявления и выражения в делах подвижничества и в трудах милосердия, совершаемых ради Триединого Создателя.
Говение - проявление внутреннего пламени веры. И чтобы поддерживать этот сердечный жар, необходимо погасить все препятствующие его разгоранию страсти. Для этой цели и применяют, в частности, воздержание от продуктов, получаемых от животных - то есть пост. Но это отнюдь не самая главная составляющая подготовки ко Причастию.
Церковнослужители наставляют, что наиважнейшая и первейшая задача в период приготовления ко принятию Божественных Даров – «перестать продуцировать негативные греховные проявления, скрывающиеся в нашей личности и вырывающиеся наружу в виде раздражения, обид, неприятия и оскорбления ближних и прочих подобных подавляющих духовную благодать эмоций». Говея, нужно, напротив, всеми возможными силами созидать все доброе и хорошее. Созидать и помыслами, и речами, и деяниями.
Если христианин говеет не в установленное Церковным Уставом время поста, а в период мясоеда, то говение, как правило, заключается в недельном (с понедельника до субботы) воздержании от животных продуктов и полнейшем ограничении всякого рода увеселений и развлечений. При этом в обязанность верующему вменяется посещение всех недельных богослужений или, как минимум, богослужений трех дней перед Причастием.
Дома в этот период тоже необходимо усиленно потрудиться: прочитать все положенные перед принятием Святых Даров каноны, почитать душеполезные святоотеческие труды и, по возможности, совершить какие-либо полезные дела ради ближних.
Человек, говеющий в период церковного поста, дополнительно ограничивает себя воздержанием от какого-либо вида дозволенной пищи. Священнослужители поясняют, что необходимо это для того, чтобы «освободив тело от лишней пищи, дать большую свободу пребывающему в нем разуму», а некоторые из них даже называют период говения «проекцией рая на земле», потому что это время максимально посвящается человеком богообщению – тому, что и является, по сути, устремлением жизни всякого христианина.
Завершается говение обычно субботней исповедью либо исповедью в воскресный день непосредственно перед Евхаристией, с последующим принятием Благодатных Даров.