Цикличность

Пролог.

Длинная дорога. Сегодня она казалась длиннее, чем обычно. Эта была обычная прямая проселочная дорога, уходящая далеко за горизонт. Сильный ветер, как всегда налетавший в этом месте, поднимал пыль с песчаной дороги и мешал идти. С трудом пробираясь сквозь песчаную бурю, я добрался до перелеска. Сверился с часами – стрелка стояла на пяти утра – осталось три часа пути. Торопится не куда – идя в бурю, я потрачу в десятки раз больше сил, лучше переждать ее. Я прилег на сырую, от росы, траву, закрыл глаза и стал слушать, когда ветер стихнет.
Буря казалась бесконечной, но я все же дождался ее конца. Еще раз посмотрел на часы, надеясь, что стрелки сдвинулись хоть на пять минут, но они продолжали стоять на пяти утра. Вернувшись на дорогу, я вынул из узелка, который мне собирают в деревне на дорожку, буханку хлеба, и на ходу, отламывая грубые куски, стал его есть. После четырех часов ходьбы, на горизонте начали виднеться крыши домов – я снова сверился с часами – семь утра. Как обычно – один к двум.
Еще через час я уже был в деревне. Все жители собрались вокруг меня, дети бегали, радовались странному путнику – не часто к ним в такую глушь кто-то заходит. Прослушав мои рассказы о подвигах, они успокоились и убежали играть в другое место. Останавливаться в деревне не было смысла, и получив в дорогу от гостеприимных жителей маленькой деревушки узелок с провизией, я отправился дальше по проселочной дороге.
С трудом верилось, что на сегодня мой путь почти закончен. Последний раз сверившись с часами, я вышел из деревни, под крики детворы и напутственные пожелания от взрослых. На часах стрелки подползали к восьми – пора.
Псевдорешение.
Как и обычно, в восемь утра, меня будит жена. Она залазит на меня и начинает страстно целовать. Проснувшись, я крепко ее сжал, и, перекувыркнувшись, оказываюсь сверху.
Постельная сцена.
Я посмотрел на часы – уже девять утра – пора идти на работу. Время – наш друг и враг.
- Юля, времени уже много – пора собираться на работу. – Грустно сообщил я.
- Ну еще разочек. – Обижено попросила Юля.
- Неужели тебе не хватает трех раз? Давай продолжим завтра утром.
Каждый мужчина бы завидовал такой жене, но не я. Каждый день – как и прошлый и позапрошлый – они одинаковы, ничем не отличаются. Самое ужасное для чувств это их монотонность. Повторяя одно и тоже изо дня в день, они гаснут, а потом и вовсе исчезают.
Я быстро собрался на работу и вышел из дому. Прежде чем идти на работу, нужно перекусить в кафе, стоящим в нескольких метрах от дома, в котором мы жили.
- Даша, мне как обычно. – Попросил я официантку, садясь за столик.
Уже через минут заказ был принесен – уже все знают, что я приду в это время и закажу мою любимую яичницу, пару кусков острой пиццы и кружку кофе.
- Олег, я хотела с тобой поговорить. – Подсаживаясь, начала разговор Даша.
- Говори, у меня есть несколько свободных минут. – Медленно жуя пиццу и запивая кофем, ответил я.
- Я, - Даша начинала запинаться, - я по поводу вас с Юлей. Я же вижу, ты ее не любишь, зачем ты ей причиняешь боль?
- Боль? Она счастлива. И я ее люблю, пусть моя любовь угасла и стала словно онемевшая часть тела, которая уже не ощущается, но она все же есть.
- Когда ты ей скажешь, что не любишь ее? Не тяни, чем больше протянешь, тем больнее ей будет.
- Я ее люблю и точка! Я жизнь за нее отдам, и это не пустые слова. Я знаю что я тебе нравлюсь, но не пытайся меня заманить грязными приемами!
Даша встала, подошла ко мне и наклонившись, так что ее мини юбка высоко задралась, и страстно, с чувством идущим искренно от всего сердца, поцеловала меня.
Оттолкнув ее я спешно вышел из кафе, но на работу сегодня мне было не суждено попасть. На крыше двенадцатиэтажки, стояла Юля.
- Олег, - едва слышно доносилось с крыши, - Ты не любишь меня, теперь у меня нет смысла жизни.
- Я выполнила твою работу. – Подойдя сзади, сказала мне на ухо Даша.
- Это ты ей наплела чуши?
- Я всего лишь сказала правду…
- Юля, - заорал я, - не верь ей – я все отдам за тебя, я больше никого не люблю, так как тебя!
- Тогда докажи это! Доберись до меня, в течение двадцати минут, не сводя с меня глаза, если хоть на секунду отвернешься – я спрыгну с крыши. – она подошла на самый край карниза.
Единственный путь, который она мне оставила – залезть на крышу по стене. Это не так невозможно, как кажется, но смотреть всегда наверх, на нее все усложняет.
После трех этажей, которые я пролез, я запомнил весь алгоритм – куда ставить удобней ногу, и за что цепляться рукой. В районе седьмого этажа нога сорвалась, и я едва не упал, вися на руках.
- Время выходит, - сказала Юля, когда я уже был на десятом этаже.
Сил уже не хватало, и шея сильно затекла, и тут Юля наклонилась вперед.
- Время вышло, ты не успел. – Прошептала Юля и прыгнула вниз.
Моментально я оттолкнулся от стены и поймал в воздухе ее. Последний раз в жизни я крепко сжал ее.
После падения на асфальт с двенадцати этажей выжить невозможно, если только кто-то не послужит для тебя подушкой. Юля осталась цела – я сработал на отлично и спас ее.

Эпилог.

Снова в путь, к новым деревням, походим одна на другую как две капли воды. Теперь у меня не было на руках часов – теперь не важно сколько времени – я уже никогда не проснусь утром, никогда не поцелую Юлю – все кончено. Теперь я должен вечно ходить по бесконечной дороге…