Гнездо Ворона 6. Проект Алмаз

11 января 2389 года
Альмарак
Рубид
Альдана
Рамидия, башня "Корона", третий этаж, конференц-холл.



Приглашённые промышленники Рубида входили в зал один за одним. Те, кто бывал в этом здании раньше, возбужденно переговаривались  -  куда исчезла роскошная отделка, изящные фонарики, бархатные занавеси, картины и ковры? Князь Николай увёз? Другие рассаживались в кресла, подстраивали их под себя. У них были темы поприземлённей  -  отсутствие заказов, падение спроса, как удержаться на плаву и сохранить костяк фирмы.

Вытянутый в ширину эллипсоидный зал был средне освещён светопанелями от пола до потолка. В самой широкой части находилась трибуна, установленная так, чтобы нельзя было выстрелить в стоящего за ней человека через дверь. Вместо окон в зале стояли круглые голоэкраны.



С правого края в пятом ряду сидел Ольгин, которому удалось выпутаться из когтей аудиторов Торговой Палаты относительно целым. Но едва он вздохнул полной грудью, как его арестовала контрразведка, и господин член правления СЗРМ понял, что такое небо с овчинку.

 - Почему Адашьян интересовался севером?

 - Он вступил в кумпанство, которое хотело там действовать.

 - Почему вообще сталелитейщик связался с сахарозаводчиком? Это же разные сферы.

 - Мне это неизвестно.

 - Где Адашьян?

Вот что было лейтмотивом пожилого капитана КР.

Где находится Адашьян? Что за интерес у него был в Сорокаречье? Кто такой фон Диккерс? Кто представил профессора Адашьяну?

- Кажется, господин Рыжиков из департамента образования.

Капитан велел помощнику разыскать сведения о Рыжикове, а сам отёр потное лицо рукавом и рухнул на стул.

 - Вляпались вы, Леонид Петрович, по самые колокольцы,  -  сказал контрразведчик вполне сочувственным тоном.  -  Этот чёртов профессор неким образом был связан с пиратами, да и Цукар, между нами говоря, мутный тип. Руда для графа Рубена - отговорка. Запасов Лигурдии хватит ещё лет на двести пятьдесят. Так что лучше расскажите всё, что знаете.



Но Ольгин больше ничего не знал. Через неделю его выпустили, наказав сразу сообщить, если он узнает где прячется Адашьян. Отдышавшись, отлежавшись и отъевшись, Леонид Петрович решил не доносить, но и с юландцами больше не связываться. А ещё через несколько дней генеральный директор мессовал ему просьбу сходить на совещание у наместника, поскольку Ольгин оказался единственным членом правления, кто на тот момент находился в столице..

"Впрочем, Леонид Петрович, если вам нездоровится-с"... 

Леониду Петровичу здоровилось  и он поехал в резиденцию.



Он бывал здесь при великом князе Николае и перемены привлекли его внимание. Новый виц-император демонстрировал аскетичный деловой стиль. От одного полузнакомого Ольгин услышал, что виц хочет оставить за собой двенадцать верхних этажей и крыло "В", выходящее на крепость, а остальное сдать под коммерцию.

 - Он же наш, коммерс,  -  сказал хозяин инжиниринговой фирмы.  -  Чёрта ли ему содержать такую громаду? Снять тут офис, что ли?

Ольгин уловил тему. Офис в "Короне"... близость к власти... престиж... молись, чтобы тебе на уголок в коридоре хватило! Да риэлторы передерутся за право представлять интересы наместника.

Зал заполнялся всё быстрей и быстрей. Четыре лифта доставляли новых приглашённых и с посадочной площадки, и с автостоянки под башней. Наконец, двери прикрыли, свет остался лишь над трибуной, зато зажглась ленточная подсветка рабочих десков, встроенных в спинки кресел. Первыми вышли эсбэшники князя, охватили трибуну полукольцом. Затем на неё поднялся ладно сложенный брюнет в сером деловом костюме. О его статусе напоминал только значок с коршуном на левом лацкане. Благодаря видеосистеме, наместника можно было рассмотреть на любом деске, что большинство и сделало.

 - Добрый день, дамы и господа,  -  начал виц-император, держась обеими руками за края белой  кафедры. Он говорил, глядя в зал, то есть без подсказки и без звукоусилителя. Поставленный в Пажеском голос, отражённый продуманной акустикой зала, был хорошо слышен и на последних рядах.

 - Вы немало прокляли меня за последние дни. Что же, понимаю. Но пора приобщаться к двадцать четвёртому веку, а не сидеть в девятнадцатом,  -  Серебрянский вздохнул.  -  Я пригласил вас сюда, чтобы сообщить важную новость: Рубид выходит на новый виток развития. Если вы, дамы и господа, не подведёте, мы станем первой по значению колонией Славянской Империи.

В зале загудели: какой виток, если ты гайки крутишь, на динамометр не глядя! Какая важность, если скоро придётся увольнять рабочих и переходить с вина на квас? Что задумал этот молодой да ранний?

Князь Игорь спокойно выдержал паузу.

 - Империя даёт нам поручение. Построить орбитальный завод. Проект называется "Алмаз-1". Бюджет  -  шестьсот двадцать миллиардов рублёв.

Зал взорвался. Баснословные деньги! Три четверти годового дохода Славянии. Живём, а? Кажись, живём.

 - Обязательное условие  -  до запуска завода всем участникам проекта воспрещается разглашение истинного назначения объекта "Алмаз-1". Официально мы строим терминал. Кто проболтается,  -  князь чуть наклонился вперёд  -  пожалеет, что на свет родился. Впрочем, он сам будет жалеть недолго, а вот его ближайшие сотрудники и члены семьи  -  до конца жизни. Я не запугиваю вас, я предупреждаю. Итак, прошу выйти тех, кто не желает работать в условиях секретности.

В зале началось шевеление, шепотки. Вкусен кус, конечно, но эта секретность, эти угрозы. Зашаркали ноги, захлопали подлокотники. Наместник молча ждал. Зал опустел процентов на восемьдесят. Охранники закрыли двери, опустили на них плотные портъеры, а двое включили генераторы белого шума и ещё какую-то аппаратуру скрытую в стене. Деск перед Ольгиным подёрнулся рябью.

 - В Сорокаречье обнаружен синтрид, который был  изготовлен на заводах "Стального Союза". Нам стала известна технология. Империи нужны орбитальные заводы для его производства, танкеры для перевозки и склады.

Леонида Петровича чуть кондратий не обнял.

Синтрид! Синтетический ингридий, универсальное порошкообразное топливо. На нём ходят все современные космические корабли. Работают электростанции, заводы. Да ингридий и его искусственный аналог синтрид  -  кровь экономики! Судя по возгласам в зале, прочих охватили те же эмоции:

 - Наконец-то!

 - Теперь монополии волжан конец.

 - Хватит им диктовать всем условия.

 - Это же новая эра, мадамы и паны!

 - Чёрт возьми, да мы галактику за яйца схватим.

 - Ура нашим ученым!

 - И военным!

 - Господи боже, волгари нас в клочья порвут.

 - Да здравствует Империя, дамы и господа!

 - Ваше Сиятельство, мы согласны!  -  закричал тот самый осведомлённый строитель.

  -  Никаких торгов, господа, заказы я распределю между вами здесь и сейчас, - сухо заявил Серебрянский, окинув присутствующих огненным взглядом. - Мне не нужны подозрительные люди в проекте "Алмаз". Вы все  -  представители и хозяева компаний, безупречно выдержавших проверку контрразведки Империи. 

Князь включил проекцию и над рядами кресел появился целый ряд орбиталов - шаров, связанных фермами и переходами. В центре находился завод, по его окружности  -  охранные станции. Затем круг складов, круг терминалов, круг жилых, бытовых, социальных помещений. И опять шар из шаров орбитальных батарей.

 - Вот так в общих чертах выглядит проект первого орбитального синтзавода. Ещё раз  -  полная секретность. Что такое синтрид и что он значит для волжан, вы и сами можете просчитать. Методы же СибВолги всем известны.  Срок  -  девять лет. К декабрю девяносто восьмого года завод должен выпустить первую партию синтрида. Начнём, господа. Итак, кто возьмётся за главный корпус?



Ольгин вывалился из "Короны" потный и трясущийся. В машине он включил комм ещё до того, как завел двигатель.

 - Михал Михалыч, живём!  -  крикнул он прямо в опешившую проекцию генерального, не обращая внимание на то, что тот голый в ванной.  -  Готовьте транспортёры под тяжёлые конструкции! Собирайте совет! Это неописуемо! Живём! Я  -  в офис!

"А из "карги"-то никого не было. Проверочку, значит, не прошли. Вот тебе и компания с госкапиталом! Хе-хе, а проект-то с нумером! Значит, будут ещё. Живём, живём, живём"!  -  Ольгин вырулил со стоянки и его "экселенц" влился в поток машин.