Гнездо Ворона 15. Тайна Чипа

23 января 2389-го года
Хларау - Альдана
База Ванниково - Рамидия


 - Тебя вообще где носило?  -  Ион покосился на стоящий посреди плаца "крокодил"  -  Веником убиться! "Мне только в Камостров"! Красавец ты, командир. Его тут с фонарями ищут, а он у девок зависает. И налимонился с какой-то  радости.

 - Последний нонешний ден-нёчек,  -  Влад попытался обойти Иона, но тот осторожно придержал его за рукав.

 - Ты бы хоть мозгами пораскинул,  -  тихо, с горечью, сказал террианец.  -  Что ребята подумают? Что сенс алкаш и раздолбай, да?

 - Я правда к Марье ездил. И остался. Для здоровья полезно.

 - Угу. А ещё для здоровья полезно синусоиды по шоссе рисовать.

 - Да нормально же все!

 - Это ты местным покланяйся, что умеют от пьяни на "кроках" уворачиваться.

 - Вот блин.

 - Ой, горе с тобой последнее время. Серёга мессовал, что высылает за тобой аэр, а Рязанов велит двадцать пятого быть на месте и готовым выступать как можно быстрее.

 - Список накатали?

 - И, представь, немедля получили!

 - Молодец.

 - Иди в душ, командир. И вернись, плизз, не под конвоем. Надо ещё покумекать как речку перейти. Перешеек вообще  непроходим, а течение сильное.

 - Есть один способ, Ион. Рисковый, правда, но либо так, либо аэры просить, а им там сейчас и сесть негде.

 - Ладно,  -  Ион хлопнул Влада по плечу, тот шатнулся.  -  Вернёшься, потолкуем. Ну и нажрался же ты, однако!





Памятуя о своем неприятии полетов, Влад летел с закрытыми глазами. Аэр был гражданский, не истребитель, но всё равно подташнивало. Пилот вела ровно, не как тот сержант, что обожал виражи и резкий сброс-набор высоты. Он даже не почувствовал посадку. Сели они не в астропорту, а на каком-то частном аэродроме. Одна полоса, вокруг лес, диспетчерская вышка, заправка, маленький паркинг и на этом паркинге всего две машины. Седан и маленькая спортивка.

 - Это моя малышка,  -  похвасталась пилотеса, указывая на спорткар.

 - Красавица,  -  сделал комплимент Стахов.

 - Триста за четыре секунды. А вас ждут.

 - Благодарю вас.

 - Удачи.

Спустившись на землю, Влад увидел девушку в белой шубке и длинной юбке - карандаше.

 - Господин обер-ротмистр Стахов?

 - Да, я.

 - Лейтенант Голикова. Прошу,  -  она указала на угловатый, как и все "нордеры", коричневый седан.

Влад забросил сумку на  сиденье и сел там же, сзади. Голикова уселась за руль.

 - Все отели забиты,  -  сказала лейтенант, выруливая со стоянки.  -  Начался высочайший визит.

 - Государь?

 - Наследник. Но с большой свитой. Министры транспорта, ресурсов, обороны, казначей, камергер, директор АМД,  -  Голикова тряхнула чёрной гривой.  -  И с каждым по сотне-две всяких референтов, лакеев и прочих холуев.

 - Какая честь!  -  иронично заметил Влад.

 - Высокая,  -  сухо ответила Голикова.  -  Рубид ни разу не удостаивался столь высокого внимания первых особ.

 - Одно беспокойство от такого внимания.

 - Да уж. Меры безопастности приняты беспрецедентные. Для вас мы приготовили оперативную квартиру. Не лучший район, конечно, зато до госпиталя близко.

 - Госпиталь КА?

 - Нет. Частный. Профессор Батюшков, слышали?

 - Не имел чести.

 - Нейрохирург. Он согласился обследовать вас, исходя из интересов науки.

- То есть бесплатно.

 - Не совсем. Но это уже дела между ним и Сергей Максимовичем.

 - Понятно.

 - Район Нивеевка.

 - Хм, а почему в таком-то месте?

Девушка пожала плечами:

 - Клиника старая, возможно строилась тогда, когда Нивеевка была ещё приличной.

 - Возможно,  -  Влад уставился в окно. Они подъезжали к Рамидии с юго-запада, через Людиновку, которая была больше похожа на деревню, чем на столичный район. Узкие улицы, деревянные ограды, густые сады, одноэтажные домики.

 - Сейчас забросите вещи и сразу на обследование,  -  строго сказала лейтенант.  -  Времени мало.


 

 - Признаться, я такое вижу не в первый раз,  -  крупный мужчина средних лет с аккуратно подстриженной испанской бородкой огладил седую львиную гриву.

Влад сидел на кресле-кушетке против врача. На этот раз не было арки, не понадобилось стричься накоротко. На голову офицера навесили нечто вроде шлема из металлических полос с тонкой ниточкой оптоволокна, соединяющего "шлем" с деском. Кабинет профессора больше походил на средней руки контору. Если бы не медробот на блестящих рельсах под потолком, не что-то вроде ложемента в углу, не ассистентка в зелёном медицинском костюме, можно было подумать, что ты на приеме у нотариуса.

Мебель под "красное дерево", вычурные полукресла, деск, встроенный в настоящий деревянный стол. Окна высокие, стрельчатые. За ними  -  больничный парк с голыми серыми ветками деревьев. Клиника была небольшая, двухэтажная, в пять крестообразных корпусов.

Врач осторожно взял Стахова за подбородок, а вторую руку положил ему на затылок.

 - Когда нажимаю  -  больно?  -  он чуть сжал пальцы в основаниях челюстей.

 - В голове - нет.

 - Кхм... Так, сейчас... Анна Ивановна, поднесите сканер.

Ассистентка поднесла к шее Влада плоский длинный прибор с голубым овалом посередине белого корпуса. Доктор осторожно надавил пальцем чуть ниже затылка пациента, не отрывая взгляд от деска.

 - Есть реакция,  -  сказала Анна Ивановна.

 - Угу, угу,  -  врач отпустил палец.

 - Пропала.

 - У меня затухание. Так... и тут пропало.

 - Доктор, что же это всё-таки?  -  спросил Влад, когда врач отпустил его челюсти.

Батюшков помялся.

 - Это... как бы вам сказать... биочип,  -  Врач провёл ладонью по сухим губам, словно вытирая их.  -  И биочип этот ещё действует, но ограниченно.

 - Ограниченно?

 - Он подаёт сигнал, надо сказать слабый, когда предполагает опастность для себя или носителя, то есть вас. А в обычной обстановке он молчит. И на организм, мозг  -  не воздействует. Так... сказал бедняк...  -  врач задумался.  -  Ну что же, придётся провести испытания... кхм... на выживаемость.

 - Это как?  -  насторожился Стахов.

Врач ободряюще улыбнулся:

 - Вы же у  нас человек привычный, не умрёте от лёгонькой тренировочки, верно? Аня, дружочек, готовь пока камеру. А вы, сударь, пожалуйте на тренажёр,  -  доктор сыграл пальцами на деске. В стене открылась ниша, где стоял внешне обычный велотренажёр. Влад слез с кресла и прошёл к машине, за ним тянулось оптоволокно. Врач сидел у деска, поставив локоть на край и подперев подбородок пальцами.

 - Готовы? Разгоняйтесь до пятнадцати вёрст, держите три минуты... я скажу когда.

Стахов залез на тренажёр и, чувствуя себя идиотом, приступил к упражнению. Налегать на педали приходилось от души, а проклятая белая стрелка все никак не хотела покидать первого сектора шкалы  -  от 0 до 10 в/ч.
 
 - Активнее, пожалуйста.

"Сам бы попробовал".  -  Стахов уже устал.  -  "Приклеил он, что ли, этот спидометр"?

Наконец, стрелка дошла до двенадцати, но с Влада пот катил градом.

 - О!  -  врач уставился на деск.  -  Давайте ещё, поднажмите. Интересантус...

Влад сжал зубы, выводя скорость на заданую отметку, в висках заломило.
 
 - Отлично. Стоп.

Стахов, наконец, смог перевести дух, спина взмокла, в нише было душновато, да и в кабинете тоже. Топили тут сильно.

 - Вот смотрите какая петрушка,  -  Батюшков откинулся на спинку кресла и потёр руки.  -  Когда вы просто нагрузили организм, наш паучок молчал. Но когда у вас начало повышаться давление, он ожил. Теперь посмотрим, как он будет реагировать на внешние раздражители. Вот туда, пожалуйста,  -  врач указал на нечто вроде узкой будочки у внешней стены. - Можете не раздеваться, снимите только сапоги и носки, пожалуйста.

Стахов повиновался. Анна Ивановна, тощая тётка с каким-то плаксивым выражением на вытянутом личике поставила его к пластиковой доске грудью, закрепила тело широким ремнем и заменила разъём томографа на другой, свисавший из стены непосредственно в камере. С визгом задвинулась дверь.

 - Холод,  -  сказал врач. Влад его не слышал, а потому внезапно распахнувшиеся створки на улицу стали для него полной неожиданностью. Ударил ледяной ветер, босые ноги схватил колючий мороз. Прошло минут десять, в течении которых Влад продрог, казалось, до костей. Створки захлопнулись.

 - Жар,  -  вокруг пяток драгуна ударили вверх струи горячего воздуха. Через пару минут он попытался поджать ноги, поскольку начало ощутимо жарить, а в ступнях забились сотни иголок. Но ремень не держал прочно, а потому тело начало  сползать.

Врач через стеклянную дверь заметил эти маневры и отключил горячий поддув. Поток стал просто тёплым, и Стахов успокоился, хотя его так и тянуло сказать чёртовому профессору всё, что он думал о таких варварских методах.

 - Тьма,  -  стекло изменило прозрачность, погасла панель и Стахов оказался в такой темноте, что глаз закололо. Через несколько секунд лампа снова включилась.

 - Картина более-менее ясная,  -  заметил профессор.  -  Анна, выпустите нашего пациента.

 - Ну знаете, доктор! - воскликнул Влад, едва его выпустили из проклятой будки.

 - Знаю, знаю. Меня ещё не так называли, как у вас в очах бьётся, дружочек. Можно, конечно, имитировать ощущения, но эти машиночки не дураки делали. Имитацию он, скорее всего, отличит.

Влад снова сел на кушетку, боком.

 - Вы ложитесь, ложитесь и расстегните рубашечку,  -  Доктор жестом подозвал робота.  -  Параметры сердечка меня тоже интересуют.

Робот опустил на обнажённую грудь Влада ледяные щупы.

 - Чип не мог дать вам повышеную выживаемость,  -  Батюшков склонился над деском, пока щупы робота стальными шариками катались по животу и груди Влада. Контактный гель на них подавался автоматом и каждый проход робота оставлял на теле жирную желтоватую полоску.  -  Дело в другом. Вы изменённый, как и многие из четвёртого поколения рубидеров.

 - Изменённый чем?

 - Планетой, звездой. Излучение звезд и состав воды, воздуха, клетчатки плодов на каждой планете потихоньку меняют организмы людей. Это естественный процесс. Если во втором поколении колонистов никаких изменений не было, то в третьем они проявились у двадцати процентов обследованных в те годы, а в четвёртом  -  у тридцати двух. Если тенденция сохранится, то ваш внук будет уже хомо альмаракус, а не терранус.

 - И в чём эти изменения, доктор?

 - Шире кость, ниже средний рост, чуть иной метаболизм. Полагаю, ваши дети уже смогут отведать некоторые местные плоды, которые для вас нежелательны или ядовиты.

 - У меня в подчинении есть террианец, который тоже провёл в Хларау больше предельного срока и не умер. Это-то как понять?

 - Он не служил до того в каких-либо специальных службах?

 - Кавалергард.

 - Хе-хе. Так им организм тренируют на выживаемость в училище. Вплоть до приучения его к яду малыми дозами. Не все, правда, выживают, но выжившие, этак процентов восемьдесят, простите за каламбур, живучи до крайности.

 - Ион не говорил.

 - Он мог и не знать, дружочек. Я сам узнал случайно, от одного дедушки, который когда-то готовил препараты в учебке разведки. А на пенсию перебрался сюда, к внучке. У нас жизнь дешевле и проще. Вот он и переехал. А тут непривычная вода и привела его ко мне. Судороги мучили.

 - С ума сойти, доктор,  -  потрясённо протянул Стахов.

 - А вот это не надо. Значит так... сказал бедняк... чип этот, похоже, подстёгивает какие-то умственные способности. И заодно мониторит ваш организм. Он активизируется при наличии опасных внешних факторов, повышении давления крови, ритма сердца. Но подслушивать он не способен и в обычном режиме он спит. Так что это не шпион. Это хуже.

 - Чем хуже?

 - Кто вам его подсадил  -  как вы считаете?

 - Это мог сделать только врач форта,  -  убеждённо сказал обер-ротмистр.  -  Как технически  -  не представляю, голову мне ни разу не оперировали.

 - Размеры самого чипа  -  три микрона. Его можно запустить внутрь инъектором или даже архаичным ручным шприцем. А вот ножки он раскинул широко. Потому его и видно на томографе. Что за человек был ваш врач?

 - Как выяснилось, он был флибустьером, и я до сих пор не пойму что именно он делал у нас.

 - Ну что же,  -  Батюшков опять пригладил шевелюру.  -  Давайте проверим мою гипотезу. Одевайтесь и садитесь за деск. Вам предстоит решить несколько задач.

 - Психику проверяете?  -  Влад застегнул липучки рубашки.

 - Логику. Нечто вроде теста на Ай-Кью, индекс интеллекта. Анна Ивановна, дайте-ка сканер, пожалуйста.

В течении двух часов Владу пришлось решить несколько математических задач, выделить различия на парах картинок, найти в пересекающихся кривых линиях контуры предметов и даже, основываясь на коротких показаниях нескольких персонажей задачи, назвать предполагаемого похитителя серебряного сервиза. Под конец доктор дал ему  задачу "по специальности"  -  требовалось просчитать расстановку постов на охраняемом объекте так, чтобы часовые видели друг друга на изломанном периметре без применения приборов.

 - Ваш индекс сто семь,  -  резюмировал Батюшков.  -  Показатель нормального, среднего человека. Вы не гений, но и не кретин. Несомненные способности к анализу.  И вот когда вы именно анализировали, чип посылал импульс и подстёгивал вас. И когда считали  -  тоже. Это стимулятор.

 - Стимулятор чего?

 - Как чего, мозга. Очень похоже, что из вас пытались сделать курсер.

 - А это что за дрянь?

 - На заре астронавтики некоторые страны использовали киберов для центрального процессора кораблей. Потом от них отказались из соображений этики и гуманизма.

 - Но киберы есть и сейчас,  -  возразил Влад.

 - Сейчас, дружочек, киберами называют человекообразных роботов, только и всего. А тогдашние киберы  -  это человеческий мозг соединённый с искуственным телом, механизмом.

 - Или кораблём?!  -  Владу стало холодно от жуткой догадки.

 - Верно. Курсер от слова курс. Прежде всего такой симбиот использовался для расчётов курса. Он действовал намного быстрее живого штурмана и мог учитывать те факторы, которые обычный процессор в расчёт не берёт. Короче, курсер ценен тем, что он действует как человек, но гораздо быстрее. Корабль с курсером может совершать такие манёвры, которые обычному кораблику и не снились. И всё это за миллисекунды.

 - А если мозг против?

 - А для этого есть способы, простите за каламбур, вправить ему мозги. Настройка такого чуда интелтехники сложна, но себя оправдывает. Флибустьер и правда был врачом?

 - Да, медиком он безусловно был. И недурным.

 - Но бессовестным вне всякого сомнения. А теперь главное, Владислав Георгиевич. Чип извлечь можно, но это настолько рискованно, что я не возьмусь,   -  Врач демонстративно умыл руки.  -  Он вам не будет мешать в жизни. Скорее  -  помогать. А чтобы он не передавал данные, мы его немного пришибём излучением. Но это завтра. Вы утомлены, а в таком состоянии подобные процедуры - не самое умное дело. Жду вас к десяти часам утра. Отужинайте плотно, завтракайте легко. И поменьше курите.