Про жизнь

         
Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения с реальными людьми случайны



          Не знаю как у вас, а у меня жизнь не идет ровно, как по накатанной колее, а как будто скачет вприпрыжку, как расшалившийся ребенок. Если случается что то важное, то на это важное наваливается еще что-то более важное и еще, и еще одно, собирая в кучу огромный ком проблем. И мне приходится барахтаться во всем этом, отбиваясь от неприятностей, как от стаи бездомных собак, пока события не закончатся, проблемы не улетучатся, иногда даже сами собой, и пока не установится полный штиль. Какое-то время я наслаждаюсь покоем, даже начинаю немножко скучать, слегка позевывая, а потом снова начинается кутерьма. Особенно это заметно за месяц - полтора перед моим Днем рождения и перед Новым годом. В такие периоды происходят разные неожиданные неприятные события, начинается полоса невезения, все валится из рук, все не так. Вещи рвутся, посуда бьется, могу заболеть и все в таком же духе. Или вдруг происходит неожиданная потеря денег, поломки бытовой техники, ссоры. Проблемы преследуют везде, в повседневных делах, в семье, в бытовых мелочах, хотя казалось бы ничто не предвещало. Себе я объясняю это так: что значит не предвещало? Например, может сломаться машина, и если давно не меняли тормозные колодки, то не удивительно, что они вышли из строя. Я из числа водителей — пользователей, которые ничего не понимают в устройстве автомобиля и умеют только рулить. И что, там где-то внутри автомобиля стучит или капает, замечают далеко не сразу. А если десятилетиями веранда на даче была хлипкой и никто ее не чинил, не стоит удивляться, что она наконец развалилась. И это понятно, так у многих людей происходит. Как только пройдет День рождения или Новый год, все на свои места становится, как будто и не было ничего.

          Но со мной это происходит не только перед праздниками. И у меня есть с чем сравнить. Две мои подруги обе Лены, поэтому их часто приходится называть по фамилиям Виртанен и Новак, живут себе ровно, как ни в чем не бывало, то есть и у них тоже иногда происходят разные события, но не все же одновременно наваливается как куча мала, как у меня. Мы дружим больше тридцати лет и познакомились еще когда у нас не было ни мужей ни детей. Какое-то время работали вместе  на одном предприятии, потом пути наши разошлись. Мы повыходили замуж, отгуляли на свадьбах друг друга, родили детей, но никогда не теряли друг друга из виду. И поначалу довольно часто встречались по праздникам и на днях рождения наших и наших детей.

           Таким беспокойным  у меня выдался сентябрь. Я долго ждала место в больнице, и мой сын и его девушка, устав дожидаться, когда я освобожусь, решили подать заявление в ЗАГС, а за день до свадьбы мне вдруг позвонили и сообщили, что появилось место в стационаре. Мои дети не могли больше откладывать свадьбу  потому что невеста была беременна, и на следующий день после свадьбы родила девочку, мою первую внучку, а еще на следующий день после рождения внучки мне сделали операцию. А спустя три недели после моей выписки я потеряла  мою лучшую подругу. Вот такой произошел калейдоскоп событий, где собрались все самые значимые в человеческой жизни явления. Любовь, свадьба, рождение ребенка, болезнь и смерть. Все что у нормальных людей происходит примерно за  год, у меня случилось за месяц. Но обо всем по порядку.

           У меня онкология и примерно раз в полгода я обследуюсь и иногда ложусь на операцию, время от времени мне делают химиотерапию или радиотерапию, в которые я слабо верю, а иногда не делают ничего, кроме операции. Главное в этом деле  обнаружить рак как можно раньше, от этого зависит объем и стоимость операции, состояние и восстановление больного. Рак, как известно, болезнь неизлечимая, но если вовремя обследоваться и принимать необходимые меры, то можно прожить довольно долго. Я в этой теме уже пятнадцать лет, конечно, если учитывать периоды ремиссии. Иногда сами врачи озадаченно говорят, что с этой болезнью так долго не живут, но мой опыт показывает, что живут. Рак считается загадочной болезнью, даже мистической, никогда точно не известно, как поведет себя опухоль. И появляется он не извне, посредством проникновения  вирусов, микробов, бактерий, а возникает внутри организма, когда происходит поломка в ДНК. Онкологи даже говорят, что двух одинаковых раков не бывает. Получается, что они сами понимают, насколько мало знают об онкологии, и насколько далеки от четкого понимания закономерностей развития раковых клеток. Я даже представить боюсь, когда, кем, а главное - зачем они могли быть созданы, эти злокачественные клетки.            
           Заболевание настолько древнее, что раком болели даже динозавры и некоторые египетские фараоны, поскольку в их костях обнаружили типичные следы разрушений. Первые упоминания о раке встречаются в папирусе, написанном великим жрецом Имхотепом, который считается основателем египетской медицины. В папирусе отмечается, что это заболевание не поддается лечению. Среди онкобольных за пятнадцать лет я видела людей разных возрастов, статусов, вероисповеданий, национальностей, физических и финансовых возможностей. От онкологии погибают президенты, знаменитые ученые, известные артисты, а главное - дети. Чем же успели провиниться дети-то, на лечение которых мы скидываемся на ТВ? Рак не имеет предпочтений, от него не откупишься, его не обманешь, не уговоришь, от него не спрячешься, не отмолишься. Святой Паисий Святогорец тоже болел раком и говорил, что эта болезнь дала ему больше пользы, чем долгая жизнь на Синае и Афоне. Это какое же смирение надо иметь, чтобы так сказать?
          Кто-то считает причиной онкологии плохую экологию - выбросы в атмосферу,  дымы, нефтехимические предприятия, химические добавки в пищу, но выходит, что раком болеют и в высокогорных районах, где хрустально - прозрачная вода, где чистейший воздух и в идеальной древнеегипетской экологии болели. Одно время мне казалось, что от рака страдают только совестливые, чувствительные, интеллигентные люди, а тех, кому на голове хоть кол теши, рак не берет, но опыт показывает, что иногда и редкие твари, совсем не божьи, попадаются среди больных. Теперь мне кажется, чтобы возник рак, нужно определенное стечение обстоятельств, чтобы несколько составляющих совпали. А стрессы сыграют роль катализаторов, запускающих механизм деления раковых клеток.         
               
            Свадьба моих детей прошла весьма скромно, без особого официоза, но судя по фотографиям, была хорошо организована. Всеми хлопотами занимался мой сын Глеб, Вика помогала по мере своих возможностей. После регистрации молодые посидели в ресторане с небольшой компанией самых близких друзей и отправились домой. Так что, тещу не роняли, два баяна не порвали. Но атмосфера была теплой, цветы красивыми, еда вкусной, гости не подрались. Это была слегка панковская свадьба без пупсов на машинах, фаты на невесте, бабочки у жениха. На следующий день у Вики начались схватки, сказались видимо волнения из-за свадебного переполоха, сын отвез ее в роддом, где Вике сделали кесарево сечение. Девочка родилась на две недели раньше срока и была очень слабенькой. Ее назвали Аделиной. Сначала древнегерманское имя мне не очень понравилось, показалось чуждым, не славянским, даже вычурным, но когда я узнала его значение, полюбилось очень. Это имя  воплощение женственности, грации и благородства. Оно несет в себе энергию успеха, целеустремленности и творческого потенциала. Имя Аделина  дарит своей обладательнице множество талантов и возможностей. Оно формирует сильную личность, способную преодолевать трудности и достигать поставленных целей. Дай Бог, чтобы все это оказалось правдой. Мы с Викой постоянно были на связи, переписывались в сети и я всегда была в курсе всех их дел.
 
           На следующий день после рождения внучки мне сделали сложную полостную операцию, которая длилась три с половиной часа. Во время подготовки, лежа на операционном столе, я конечно не удержалась и поделилась, распиравшей меня изнутри, как воздушный шарик, радостью с медицинским персоналом операционного блока, врачами и сестрами, о том что вчера я стала наконец бабушкой, что у меня родилась внучка, а я к сожалению, вынуждена находиться вдали от нее. Мне казалось, что от этой новости всем вокруг обязательно станет также радостно и хорошо, как и мне. И я не ошиблась, медики очень доброжелательно меня поздравили, интересовались, как назвали девочку, советовали не торопиться с выпиской, потому что внучке нужна здоровая бабушка. Я буквально физически ощущала душевное тепло атмосферы, окутавшей меня в прохладной операционной, ну конечно, пока мне не дали наркоз и я не уснула. Торопиться выписываться мне действительно не стоило, мои девочки провели в роддоме целый месяц.
 
            Домой меня забрал Глеб на пятый день после операции. Мест, как всегда, в стационаре не хватало, больные лежали даже на застеленных диванах прямо в коридоре, поэтому долго церемониться со мной не стали. Вот уж кому досталось больше всех в этой истории, так это Глебу за то время, что я лежала дома после операции, а Вика с Аделькой в роддоме. Глеб раз в неделю прибегал ко мне, приносил продукты, пылесосил, мыл посуду и бежал навещать девочек. А надо было еще и на работу ходить, деньги зарабатывать, стирать одежду, покупать продукты и готовить себе какую-то еду. Перед выпиской жены и дочки Глеб заказал клининг квартиры, приехала приветливая женщина из компании «Чистый дом» и навела порядок. Глеб забрал девочек из роддома, а я начала учиться потихоньку справляться со своими делами сама. Я как барон Мюнхаузен составляла себе на день расписание:
6 часов утра подъем, чтобы не залежаться в постели.
7 часов утра разгон облаков - выглянуть в окно на предмет хороша ли сегодня погода.
8 часов утра  подвиг - я не стану утверждать, что спуститься с четвертого этажа по лестнице это подвиг, но что-то героическое в этом все таки есть. Я составила график побед на ближайшую неделю, сначала надо научиться спускаться  - подниматься  по лестнице на четвертый этаж, следующий этап - дойти до мусорного контейнера во дворе и выбросить мусор. Потом предстояла целая экспедиция - добраться до ближайшей булочной. И труднее всего было возвращаться назад, когда идешь вперед, сил и энтузиазма гораздо больше.
 
            А вчера мы с сыном даже съездили на дачу, конец сентября у нас на севере - конец летнего сезона, пора подготовить участок к зиме. И как-то незаметно для себя я сильно устала. Все таки еще не так много времени после операции прошло, сил маловато. Сначала мы вдохновенно убирали в сарай все лишнее с участка, Глеб вылил, накренив, баки с позеленевшей водой, вытащил из колодцев насосы, смотал тяжелые, непослушные, жесткие шланги, похожие на анаконд своей черно-зеленой, похожей на чешуйчатую змеиную кожу, оплеткой. У нас два колодца, один маленький, старый, в нем скапливается немного воды, но зато она чистая, как слеза, питьевая, «белая», как говорят в поселке, а второй глубокий, обильный, но вода в нем желтоватая, железистая, ею мы поливаем огород. Потом собрали яблоки, в три небольшие корзины, отдельно розовые, нежные тонкокорые, кисло-сладкие, в другую - белый налив, нежные некрупные яблочки, почти белого цвета, тающие во рту, и третью корзину наполнили антоновкой, кисленькой, крепенькой, надежной, она пролежит на балконе до заморозков. Почти все яблоки пришлось  поднимать с  травы под  старыми яблонями, видимо стукнули ночью небольшие заморозки, яблочки и осыпались. Вот уж и покланялись мы яблоням в пояс, вспомнив  все русские народные сказки о молодильных яблочках. В очередной раз мысленно похвалила себя за предусмотрительность потому что первое, что я сделала, купив дачу, посадила эти три яблони. Весной они наполняют воздух восхитительно-нежным, трепетным благоуханием, когда бело-розово цветут, густо облепляя ветки. А осень прибавляет ароматам печали от мокрой земли, обволакивающего дыма костров, терпкого и приятного запаха прелых яблок. Красную смородину собрали в ведро, и она уже перезревшая, темно-бордовая, своими тяжеленькими кисточками быстро сделала наши пальцы липкими от накопившегося в ней сладкого сока, черную Глеб собрал в прошлый свой приезд, а еще набрали глубокую миску синих, сизых, невероятно вкусных мелких слив. Я обрезала ароматную зелень с грядок, укроп, петрушку, кинзу. Собрали в пакет постельное белье в стирку. А к вечеру мои жизненные батарейки окончательно сели, я  пришла в состояние крайней усталости, даже изнеможения и поняла, что переутомилась. Еле хватило сил доехать до города и не уснуть в машине, и пока сын затаскивал в квартиру на четвертый этаж корзины с яблоками, ведро со смородиной, ну и все остальное, я решила прилечь на диван и проснулась только утром на следующий день от телефонного звонка.
 
             Звонил сын моей подруги Лены Виртанен Кирилл, в его голосе сквозила не свойственная ему глубокая печаль, он сообщил, что его мама умерла. И они с сестрой Катей, приехавшей из Москвы, занимаются похоронными делами. Умерла Лена Виртанен! Самый близкий мне человек, лучшая подруга. Тупая боль разлилась по  сердцу. Ужалила мысль: "Значит, я - следующая". Ни для кого не было секретом, что у Лены тоже онкология. Два года тому назад она перенесла тяжелую операцию и вроде бы восстановилась, стала чувствовать себя хорошо, осталась очень худенькой, но мы надеялись, что со временем поправится. Потом возникли метастазы в печени и, как оказалось, неоперабельные. Установили порт на ключицу. Начали капать химию. Лечение должны были проводить раз в три недели, но то мест в стационаре не было, некуда было класть больных, то препарата нужного не закупили, и Лене приходилось каждую процедуру ждать по месяцу, а то и больше. Состояние ее начало ухудшаться и было понятно, чем все это закончится, но мне казалось, что это произойдет не сейчас, а потом, позже, не понятно когда, но не сейчас. Я зарыдала в трубку, Кирилл тоже. В общем он назвал адрес и время  прощания  и мы положили трубки. Да, и он добавил еще, что  венков не надо, так хотела Лена, только живые цветы.

            Попрощаться лично мы с Леной не успели,  но переписываясь в мессенджере, постоянно мечтали, что когда поправимся, снова, как прежде начнем гулять по городу, будем много фотографировать, она умела это делать мастерски, очень верный глаз был у Ленки. Мы с ней любили спонтанно забрести на какую-нибудь выставку и нам было все равно, персональная это выставка какого-то художника или тематическая экспозиция народного костюма или керамической посуды, например, а еще лучше случайно попасть на вернисаж, где представляют художника и детально рассказывают о его работах. Получая новую информацию, хочешь не хочешь, образовываешься, такие выставки  очень нужны людям, не имеющим больших возможностей, но любящим прекрасное. Потом мы с Леной долго обсуждали увиденное, попивая необыкновенно ароматный чаек у Чехова. Так мы называли колоритную кафешку в ретро-стиле под названием «Антон Павлович», где в меню предлагают огромный выбор чаев на фруктах, травах и ягодах, подают маленькие свежие фирменные калиточки с картошкой, грибами или ягодами. Там присутствует своя неповторимая ретро-атмосфера: аппетитно, вкусно, интересно. Отдельное удовольствие пообщаться с девушками-официантками. Они все, как на подбор милые, доброжелательные, интеллигентные, тургеневские барышни, из прошлого века, видишь такое лицо, и хочется с человеком познакомиться или узнать о нем как можно больше. Где таких берут? Я думала, что теперь такие лица уже не делают. В кафе часто заходят известные актеры, музыканты, творческая интеллигенция. А позже мы непременно поедем с Леной к ней на дачу в Сосновый бор собирать грибы, там среди белых мхов ягеля таится тьма-тьмущая белых грибов, но в последние дни она перестала отвечать в сети.

             Мы с сыном приехали на улицу Вольную, где находится городской морг и при нем работают несколько залов для прощания. Наш зал представлял собой не очень большое мрачное помещение, посередине которого стоял на длинном узком постаменте закрытый гроб, обтянутый голубой плотной шелковой тканью. Вокруг стояло несколько незнакомых мне старушек. Глеб положил на гроб букет белых лилий, а я белых роз, любимых Ленкой при жизни цветов. Оказалось, что Лена попросила ее кремировать. Не припомню, чтобы мы с ней обсуждали такие вопросы. В нашем городе кремации нет, поэтому после прощания гроб отправили в Санкт-Петербург. Прошло уже больше ста лет, с тех пор как в России появился первый крематорий, но кремация в стране по-прежнему находится в начальном состоянии. Неужели невозможно выделить в пригороде километровую зону без жилых домов вокруг? Кладбища занимают более значительную территорию и их площадь продолжает постоянно расти.

             После прощания самые близкие отправились в кафе на поминки.
Поминки и похороны оплатила Катя, дочь Лены, она уже лет десять жила в Москве, выйдя замуж за очень богатого  бизнесмена по имени Владимир, у них родились два сына-погодка, внуки Лены. Вова старший и Сева младший. Мы с Леной часто обсуждали их невероятно роскошную, как в зарубежном кино, жизнь. Поражались московскому, барскому размаху. Семья Кати жила в квартире за тридцать миллионов рублей. У меня такие суммы вообще в голове не укладываются, я и миллиона живыми деньгами никогда в руках не держала. Ездили они только на автомобилях премиум класса, я не запоминаю марки машин, потому, что не разбираюсь в них. Разрушало красивую сказку только то, что муж Владимир был на десять лет старше Кати и имел тяжелый характер. Часто, распилив жену за придуманные им же самим проступки, мог недели по две не разговаривать. И если он имел возможность общаться с коллегами, партнерами и с кем он там еще общается на работе, то Кате не с кем было даже двух слов сказать, кроме мамы по телефону. Главной темой его недовольства были болезни детей, «вот его мама умела лечить их с братом в детстве, поэтому они  почти никогда не болели». Забывал только, что сам рассказывал, как мама пахала в их деревне с утра до ночи на ферме и на детей у нее просто не оставалось ни сил, ни времени. Мама для мужа Владимира всегда была непререкаемым авторитетом. Крупная,  ширококостная с тяжелыми руками и ногами, сильным взглядом и характером, мама была некрасивой, но привлекала внимание своей харизмой, которая  притягивала к ней даже незнакомых людей, почему-то сразу становилось понятно, что надежная, эта не бросит, не предаст, но и дорогу ей  переходить не стоит. В остальном же обычная простая деревенская женщина, она иногда приезжала в гости в Москву, пекла деревенские экономные, но вкусные пироги, где было много теста и мало начинки, давала сильно устаревшие советы по воспитанию и лечению детей. Привозила дешевые подарки, в основном одежду внукам, которые Катя расхваливала, но никогда на сыновей не надевала, а отдавала брату Кириллу и его детям.
 
             Кирилл перебивался случайными заказами на ремонт квартир, регулярного источника дохода никогда не имел. Лена часто говорила мне, что он страдает эргофобией, так называют устойчивый страх, связанный с трудовой деятельностью. Это не просто нежелание выполнять свою работу или усталость от рабочих нагрузок, а выраженная тревога, возникающая при мысли о профессиональных обязанностях. Проще говоря, это отвращение к работе. И на мой взгляд это вовсе не болезнь, а просто махровая лень и Кирилл  не страдал, а наслаждался ею. Но Лене я об этом, конечно, никогда не говорила, чтобы не огорчать ее. Зато жена Кирилла Настя трудилась младшим инспектором дежурной службы СИЗО, имела звание прапорщика внутренней службы, наблюдала  по мониторам телекамер за порядком в камерах заключенных. Должен же хоть кто-то в семье стабильно зарабатывать. У каждого из них было по ребенку - подростку от первых браков и общая дочь, которую всегда в семье называли по имени отчеству Ксения Кирилловна, несмотря на ранний детский возраст.

             Дети Кати оба ходили в детский садик и ловили, как бабочек сачком все инфекции или цепляли их друг от друга. Муж Владимир не понимал насколько тяжело было Кате с сыновьями-погодками и физически и психологически. Особенно в раннем детстве. Недосып был такой, что она иногда  боялась упасть на улице в обморок. Вставать по ночам нужно было к двум детям, одного  чтобы кормить грудью, а второго укачивать, ведь он просыпался по несколько раз за ночь. Старший Вова сильно ревновал. Ему был всего годик, ему нужна была мама, он не понимал, почему она вдруг перестала принадлежать только ему. Когда Катя кормила грудью младшего Севу, он пытался стянуть братика с ее рук и залезть к ней на колени. А если не получалось, падал на пол в истерике, которую Катя даже не могла успокоить, ведь она в этот момент кормила младшего грудью. У них был совершенно разный биологический ритм жизни. Только уснул один, сразу проснулся другой. И он хочет бегать, веселиться, кричать, а в год ребенок еще не понимает, почему надо вести себя тихо.

              Владимир был очень похож на свою маму, но как будто немного недобрал породы, был чуть пониже и чуть пожиже, как испитой чай. Вроде напиток тот же, а общего не много. Зато он был красивее своей матери лицом и изящнее телом. Они с братом с детства мечтали вырваться из бедности и не знаю, каким уж образом, но им это удалось. Владимир вел дела в Москве, а его младший брат в Дубае и являлся, судя по всему, паровозом, главным бизнес-партнером совместного дела, возможно  в его руках находилась большая часть активов компании и соответственно большая доля в бизнесе. Младший брат был женат на молоденькой начинающей модельке, тощей, истеричной и злющей, как чихуахуа, она однажды, когда вся семья гостила у младшего брата в Дубае, проявила характер, показала насколько остры ее мелкие зубки. Дети тогда порвали какую-то моделькину бумажную салфетку и отхватили от нее по полной, впервые узнав, какие они невоспитанные. И так было всегда, если только что-то пойдет не по ее нраву, она тут же без стеснения показывала свою неблагородную ярость. Катя тогда сильно обиделась и навсегда запомнила, что ее муж Владимир в этой истории как-то даже подобострастно принял сторону брата и его «прошмандовки», как она уже про себя начала называть родственницу, и трусливо не стал защищать ее и детей.

              В кафе нас уже ждали, поминальный стол был роскошно накрыт и на большее, раза в три наверное, количество персон. За стол сели дети усопшей Кирилл и Катя, их отец и первый бывший муж Андрей, свекровь Галина Васильевна, две двоюродные сестры Лены  Ирина с мужем Сергеем и Анита, однокурсница Лены по университету Надежда, я и мой сын Глеб. Наши с Леной дети выросли вместе. Да и не мог Глеб отпустить меня одну в такую крупную, первую после тяжелой операции, экспедицию. Поминки это не просто еда, это особый ритуал, возможность помянуть человека, отдать ему дань уважения, рассказать о его благих делах. Мы вспоминали Лену самыми добрыми словами, делились историями из разных периодов жизни, сокрушались, что Лена так рано ушла. Красивая женщина, добрый, глубоко порядочный человек. Отличная хозяйка, жена и мать, четко ориентированная на семью. Она никогда не курила, не злоупотребляла алкоголем, была воздержана в еде, вела здоровый образ жизни, мыслила позитивно. Творческая натура, рукодельница и талантливый художник, Лена хорошо рисовала, шила, вязала, валяла. Ее валяные игрушки это целый мир бесконечного умиления и восторга! 

              Ждать пока придет урна с прахом из Санкт-Петербурга пришлось больше сорока дней. Кирилл попросил меня позвонить Лене Новак и сообщить об этом событии. На кладбище поехали все те же, кроме Галины Васильевны свекрови Лены, она осталась с детьми Кати. На этот раз Катя приехала из Москвы с сыновьями. Муж категорически отказался с ними оставаться. Насиделся в прошлый раз, хватит. Похоронили урну с прахом на Соломенском кладбище, рядом с могилами дедушки, бабушки и других усопших родственников Лены. На кладбище уже был установлен небольшой памятник с  именем, отчеством, фамилией и датами рождения и смерти Лены и выкопанной под урну ямой. Все мы отметили, что день выдался на редкость яркий, погожий, солнечный, соответствовавший тихой грусти происходившего. В кронах сосен  стрекотали сойки. Они издавали громкий трескучий звук, не печальный и не веселый, просто деловито переговаривались.
 
             Я почему-то представляла себе урну, высокой и узкой, похожей на кубок, амфору или вазу для цветов, но с крышкой. На самом деле она выглядела, как довольно объемная металлическая овальная шкатулка черного цвета и оказалась довольно тяжелой, когда я взяла ее в руки, на крышке размещался золотого цвета вензель. Урну положили в яму, закрыли землей, сформировали холмик. Положили на могилу цветы, сфотографировались, постояли в молчании, мысленно прощаясь с усопшей, и отправились в обратный путь, рассевшись по машинам. Катя пригласила всех на поминки на сороковой день в ресторан «Сказка», он находился по пути в город. Расположенный на берегу Онежского озера, ресторан пользовался огромной популярностью в летнее время года, но сегодня был совершенно пуст. На этот раз каждый заказывал себе из меню то, что ему хотелось. Все мы проголодались, ели с аппетитом, было невероятно вкусно, не смотря на общую печаль. Я заметила, что на поминках произошло душевное объединение родственников и друзей, укрепились сложные семейные связи и появилась солидарность среди близких, все были предупредительны и подчеркнуто вежливы, видимо совместно справляться с утратой легче.

           На улице мы попрощались с Катей, она на следующий день уезжала с сыновьями в Москву, когда обнялись, она тихонько на ухо спросила меня: “Ну почему так рано ушла мама?». Не могла же я ей сказать, что Лена последние десять лет прожила со своим вторым мужем Димой с зажатым пальцами носом. С первого дня она не переносила запах тела Димы, он был ей противен: «Еще когда намоется хорошенько, то терпимо»,-  призналась как-то она. Лена была из тех женщин, которые не представляют себе жизни без мужчины и дело не только в сексе, просто ей нужно было при ком-то обязательно состоять. «Ко мне же не стоит очередь из претендентов на руку и сердце, поэтому надо брать то что есть, выбирать не приходится», - повторяла Лена. Как чеховская Душечка, она растворялась в мужчине полностью, жила его интересами, внимательно ухаживала за ним. А мужчина вдруг предает и исчезает. Лена к этому была не готова. Когда сам не совершаешь подлости, то и от других ее не ждешь. Лена из последних сил терпела этого скунса столько лет, а он ее бросил. Ну вот как так то? Продолжительный, многолетний стресс плюс предательский удар спровоцировали онкологию.

             В город я ехала в машине Лены Новак, мы очень давно не виделись и нам было о чем поговорить. Муж Лены Новак еще в молодости решил построить дом за городом, в деревне и жить там с семьей постоянно. Свою небольшую квартирку-двушку в городе сдавали. Сначала построили просторную баню и некоторое время жили в ней, потом осилили большой жилой дом и переехали туда. В доме были даже две комнаты для повзрослевших к тому времени  детей  Саши и Тоши. Пока были моложе ездить в город на работу и с работы было не трудно, даже интересно, но с возрастом длинная дорога туда и обратно начала отнимать много сил и времени. Они реже стали приезжать в город и вытащить их куда-либо на вечеринку, в кино или театр по выходным стало практически невозможно. Если даже согласятся приехать на дачу на шашлыки ко мне или к Лене Виртанен, то обязательно опоздают часа на два или три, испортят все впечатление от праздника долгим ожиданием. Ну вот кому это надо? И постепенно дружеские связи ослабли. А там и дети выросли, внуки появились. Дочь Лены Новак Тоша вышла замуж за офицера Росгвардии, родила двоих детей. В общем, здесь все сложилось хорошо, со всеми вытекающими: отличная зарплата, квартира, хорошие пайки, путевки на отдых. А с внуками не заскучаешь.

            А сын Саша женился на Станиславе и переехал с женой в Израиль. Почему в Израиль? Потому во-первых, что дед Саши и отец Лены был евреем и много лет жил в Израиле, с огромным трудом эмигрировав еще из Советского союза, в те времена, когда билет покупался в один конец, а к эмигрантам относились, как к предателям родины. Саша, как внук еврея имел право на гражданство этой страны. И во-вторых, потому что в Израиле огромное количество русских людей, которые совершили алию - репатриацию при СССР, в 90-х годах или позже. Практически все население  Израиля это эмигранты. То есть либо ты сам эмигрант, либо твой дедушка. «Израиль является многонациональным и демократическим государством где, равные права перед законом имеют все, а не только евреи», - вещал дед, который не смотря на свои убеждения, все равно в Израиле считался русским, а в России евреем. А главное, Израиль это Средиземное море, пальмы, отличный климат, фрукты круглый год. Иврит Стася и Саша предусмотрительно начали изучать еще дома в России, преподавала его интеллигентная старушка, что называется махровая еврейка. Первое время жили в Хайфе – это самый крупный морской порт Израиля. Название в переводе означает «красивый берег». Сначала остановились  в семье деда, в его большом шумном доме, где дед жил с нестарой еще женой и их общими взрослыми замужними дочерьми и их семьями.

             Лена Новак с мужем недавно съездили в Израиль к детям в гости и ее рассказам не было конца. Про то что теперь далеко не все переезжают в Израиль по идеологическим соображениям, люди просто ищут лучшей жизни. Израильтяне это не хилые интеллигентные евреи, к которым мы привыкли в Советском Союзе. Это не скрипачи, не математики и не профессора с  немножко виноватым выражением лица, грустным носом в пол и всей мировой скорбью в прекрасных глазах. Среднестатистический  израильтянин – это здоровый,  не очень культурный, часто даже хамоватый, прошедший армию мужик, который легко может почесать яйца или жопу при женщине прямо на улице. Они простые люди, которые легко могут и в морду дать, если потребуется, люди, работающие на тяжелой работе и не богатые совсем. Здесь не смеются над анекдотом: еврей - грузчик. Здесь грузчиками работают тоже евреи.
«Там же идет война, почему Саша и Стася не вернутся обратно в Россию?», - спросила я.
Ты не представляешь, как мы волновались, рассказывала Лена, когда началась война в секторе Газа, между Израилем и ХАМАС. Нашим детям  приходилось под звук сирен прятаться в укрытиях, спускаться в подвалы, ужас, что пришлось пережить. И все равно процент желающих вернуться в Россию крайне незначительный. Практически никто не возвращается. Если кого-то не устраивает жизнь в Израиле, перебираются в более богатые страны. Люди едут туда, где им лучше. В семьях из России говорят на русском, смотрят ТВ на русском, еще есть и русские газеты, радио. Продаются книги на русском. Есть все возможности сохранять русский язык. Большое количество театров на русском, приезжают артисты из России. В Хайфе огромное количество русских магазинов с русской едой, пекарни. Но многие заведения, магазины, транспортные компании придерживаются кашрута – религиозных правил питания. Суббота – праздничный день. Поэтому попасть свободно в магазин или проехать в общественном транспорте будет невозможно. В общем, жизнь в Израиле для русских это отличная возможность получить хорошую  работу, обеспечить спокойную старость себе и будущее детям.
            Саша поначалу брался за любую работу, мыл салоны пассажирских самолетов, и не надо представлять себе сверкающие никелем и хромом стерильные салоны, они после рейса как правило местами обрыганные. Некоторое время  таксерил, работал в кафе баристой. Последняя работа нравилась ему больше всего, но приносила недостаточный доход. Зато он стал настоящим кофеманом и знатоком кофе. Для нас в России  существуют только растворимый кофе и кофе в зернах. А о том что может быть кофе Сидамо Мока Эфиопия, Желтый Бурбон Реюньон, Сантос Бразилия, Марагоджип Никарагуа, Колумбийская арабика мы даже не подозревали.
              С языком отдельная история у них вышла. Они со Стасей  начали изучать иврит еще в России, но по приезде в Израиль оказалось, что на том языке, который им преподавала старушка-еврейка здесь никто не говорит, он безнадежно устарел. Национальный язык любой страны постоянно меняется, как живое существо. Что то принимает, что то отторгает. Появляются новые слова. Пришлось переучиваться, хорошо, что здесь государство предоставляет бесплатно ваучер на изучение иврита в ульпанах — языковых школах.
              Стася после общеобразовательной школы в России закончила пединститут, факультет дошкольного, начального и специального образования. Учиться было легко и приятно, никаких тебе математик с физиками и химиями. В Израиле она открыла класс для дошкольного развития детей, и он стал очень популярным среди семей с детьми. У нас, русских принято ребенка уравнивать «не выпендривайся, будь как все», «не выдумывай, мечтами сыт не будешь». А в еврейских семьях подход совершенно другой, если видят хотя бы крохотную искорку таланта, помогают ей разгореться. Именно поэтому среди известных евреев столько талантливых ученых, артистов, писателей.
               Но не надо думать, что Израиль - это рай на земле, проблем у эмигрантов хватает. Здесь Саша и Стася впервые столкнулись с проблемой буллинга. Их дочь Стефанию в школе постоянно обижают, дети насильно запихивали ей омлет в рот, который Стася дала ей на обед, обзывают. Буллинг в израильских школах - это реальность, с которой сталкиваются многие дети репатриантов. В средней школе,  например, произошел инцидент, который потряс родительское сообщество города и вышел далеко за пределы школьных чатов. Группа девочек длительное время подвергалась бойкоту и избиениям именно на национальной почве, потому что они  русские. Самое страшное в этой ситуации, что дети боялись рассказывать взрослым о происходящем, опасаясь, что после вмешательства родителей или учителей травля только усилится и будет еще хуже. Или вот еще история. 14-летний подросток из России свел счеты с жизнью после жестокой травли. Несмотря на быстрое освоение иврита, одноклассники высмеивали его произношение, имя и фамилию, ребенка называли нищим за домашнюю еду, и он просил у мамы деньги на школьные обеды, чтобы избежать новых насмешек из-за русского акцента и бедности, одноклассники снимали насмешки и выкладывали в TikTok. Виноваты в этих трагедиях взрослые равнодушно наблюдающие за тем, как ребенка буллят одноклассники, а еще больше те, кто поощряет буллинг.
            За разговором время пролетело незаметно, мы с Леной Новак быстро доехали до города. Попрощались, договорившись встретиться как-нибудь, выпить вместе чаю или кофе, но обе понимали, что вряд ли это произойдет.

            Мы втроем дружили много лет и никогда между нами не возникали ссоры на почве национальной розни или разных вероисповеданий, несмотря на то, что я русская православная христианка, Лена Новак еврейка, которая исповедует иудаизм, а Лена Виртанен была финкой, ей ближе и понятнее католическая церковь. Времена мы переживали разные и всегда они были не самыми простыми для дружбы народов. Но все мы люди. У нас одни чаяния, печали, заботы. В России веками уживается множество людей, различных по национальности и религии. Должно же человечество понять, что планета Земля - наш общий дом и мир в этом доме возможен только благодаря взаимопониманию. Договариваться надо, а не воевать, использовать речь, один из величайших даров, данный человеку не просто для общения, а как средство выражения разума, души и духовной связи с Богом и окружающими. Святитель Иоанн Златоуст о людях другого вероисповедания сказал:
«И не говори мне таких бессердечных слов: «Что мне заботиться? У меня нет с ним ничего общего». У нас нет ничего общего только с дьяволом, со всеми людьми мы имеем очень много общего. Они имеют одну с нами природу, населяют одну и ту же землю, питаются одной и той же пищей, имеют одного и того же Владыку, получили одни и те же законы, призываются к тому же самому добру, как и мы. Не будем поэтому говорить, что у нас нет с ними ничего общего......».

Все совпадения с реальными событиями случайны.