Глава 2. Семь суток тишины

Глава 2. Семь суток тишины
Железный ритм съел тишину моего детства. Поезд не просто ехал — он пережёвывал километры, отделяя меня от запаха парного молока и нагретой земли. В плацкартном вагоне время свернулось клубком, застыв в дребезжании ложек в гранёных стаканах и бесконечном сером полотне за окном. Я сидела на узкой полке, чувствуя, как с каждым оборотом колеса невидимая пуповина, связывавшая меня с домом, натягивается до звона.На вторую ночь, когда состав уже миновал пограничные степи и в окна заглянули первые суровые перелески, сон не шёл. Я прижалась щекой к холодному стеклу, пытаясь рассмотреть в темноте хоть что-то знакомое, но мир снаружи стал чужим. Дядя Юра, заметив мой неподвижный взгляд, медленно отложил газету.— Грустишь по виноградникам? — негромко спросил он, и в его голосе впервые прорезалась не только строгость, но и какая-то древняя, таёжная мудрость.Я только шмыгнула носом, не в силах ответить.— Понимаю, — кивнул он. — Но ты слушай, Оля. Там, куда мы едем, в Кошурниково, земля не шепчет сказки, она говорит правду. Саяны — это не наши южные холмы, которые можно вспахать. Это каменные исполины, у которых облака путаются в бородах.Он чуть наклонился вперед, и его глаза блеснули в полумраке вагона:— В Саянах есть места, где человек — лишь гость. Там тайга такая плотная, что солнце до земли добирается только к полдню. Но знаешь, что самое удивительное? В этих горах живет эхо. Если ты крикнешь там от чистого сердца, горы тебе ответят. Они не терпят фальши. Если ты слаб душой — они тебя согнут, но если в тебе есть стержень — они сделают тебя своей.Я завороженно слушала. В плацкартном вагоне пахло дорожной пылью, но мне на мгновение почудился запах мокрой хвои.— Там, в Кошурниково, ты пойдешь в четвертый класс, — продолжал дядя Юра. — Тебе будет непросто. Местные дети — они как молодые волки, с детства знают, как по сопкам ходить. Но у тебя, Оля, есть то, чего им не хватает — южный огонь. Если соединишь его с нашим северным льдом, станешь такой сильной, что никакой ветер не сдует.Он протянул руку и слегка коснулся моей русой косы.— Саяны ждут тебя, племянница. Они уже знают, что ты едешь. Спи. Семь дней пути — это время, чтобы твоя душа успела сбросить лишнее и приготовиться к встрече с вершинами.