Серебрянка 1

Серебрянка
1

Морозно. Безлюдно.
Два светящихся окна на втором этаже мэрии погасли, как только я увидела мужской силуэт в одном из них. Теперь совсем темно.

Хороший тут мэр, видимо, если до поздней ночи печется о своих горожанах. А может, это уборщик? Или вор? Да какая разница? Через полчаса мой поезд. Сниму пуховик, сапоги и наконец-то лягу. Целые сутки буду спать в тепле после этой леденящей Серебрянки.

Ещё три раза протопаю вокруг площади, и можно идти к вокзалу. На мобильнике время 23:23 и четыре процента заряда. Достала из сумки билет, посветила на него экраном. Поезд прибудет в 00:01. Всё верно. Пальцы без перчатки тут же задеревенели, стужа поползла под рукав куртки.
 
Быстро убираю телефон в сумку, надеваю перчатку и продолжаю идти. Город засыпает под мерный хруст моих шагов по заснеженной улице.

Зачем они закрывают на ночь вокзал? Даже на малюсеньких станциях всегда открыто, можно зайти, посидеть, погреться. А тут! Топай и топай, если не хочешь окоченеть.

Зачем меня вообще сюда отправили? Никакой Тернистой улицы здесь нет! А о Золотницкой Калерии Михайловне никто никогда не слышал. Целый день я только и делала, что ходила и спрашивала, ходила и спрашивала. Но даже в библиотеке ничего о ней не знают!

Наверняка есть какая-то другая Серебрянка. А секретарша всё перепутала и купила билеты не в ту область. Послали меня в какую-то тьму-таракань, где даже интернет не ловит. Целый день без связи! Бедная клиентка наверно уже трясется, думая, что я решила присвоить её «ценную» бандероль и сбежать.

Оставалось пять минут до полуночи, когда я стояла напротив вокзальных часов, с надеждой глядя на запорошенные рельсы, уходящие в безмолвную черноту. Ни красных, ни зелёных сигнальных огней — ни справа, ни слева. Как так? Утром, когда я приехала, точно горели зелёные светофоры. Почему они выключены? Вдруг из-за этого поезд проедет мимо? Мне что, встать на рельсы, чтобы машинист меня заметил?

Достала мобильник. Осталось три процента заряда. А время! На экране — четыре нуля, а никакого стука колёс или гудка ещё не слышно. Позади что-то щёлкнуло и заскрипело. Я резко обернулась.

Из открывшейся двери вокзала вышел старичок с метлой и тут же принялся подметать снег возле входа. Я подбежала к нему, затараторила:
— Здравствуйте! Скажите, поезд до Казани остановится здесь? А то темно, никаких светофоров.
— Поезд? — старик перестал мести и озадаченно уставился на меня. — Так поезд теперь через месяц только будет.
— Как через месяц? — я была уверена: он что-то путает. — У меня билет на шестнадцатое января, в ноль часов, одну минуту. Он сейчас приедет, а здесь темнота!
— Никто сейчас не приедет, — пробурчал старик. — Говорят тебе, через месяц!

Я вернулась к рельсам и стала всматриваться в темноту, будто пытаясь взглядом притянуть свой поезд и увидеть, как вспыхнет яркий луч его прожектора. Но он не вспыхнул.

Снова вынула билет, посветила на него смартфоном. Напечатано же: ноль-ноль-ноль-один, шестнадцатое! Где поезд?

— Месяц-то посмотри, — усмехнулся старик, шоркая метлой.

Он что — наблюдал за мной? Я посветила на дату. Шестнадцать ноль два, две тысячи двадцать шесть. Ноль два? Февраль? Я убью эту секретаршу. Как можно так ошибиться?

Или она специально? И город не тот, и дата не та. Отправила меня подальше от директора. Из-за того, что он танцевал со мной на новогодней вечеринке и сам отвёз домой? Неужели из-за этого можно так...?

Неожиданно что-то царапнуло куртку. Я повернула голову и увидела синичку. Она уселась мне на левое плечо, нахохлилась и замерла, будто нашла подходящее место для ночёвки.