Дневник. День 21-22. Душа

На выходных решал, нужно ли продолжать вести дневник. Решил, что нужно. Для меня — для моей израненной души.
Поэтому сегодня пишу за два дня.
Иногда слова — это единственное, что остаётся от человека. Не деньги, не работа, не даже любовь. А слова, которые он написал в темноте. Они — как маяки на берегу. Кто-то их увидит. Кто-то — нет. Но они будут гореть.

Вечер субботы провёл в гостях у Стомата. Возникло обоюдное желание напиться. Успешно удалось.
Жарили мясо на мангале. Пили джин, танцевали под мои треки. На его хорошей акустике музыка звучит особенно сочно. Вечер прошёл на ура.
Алкоголь — это не всегда побег. Иногда это просто — разрешение быть неидеальным. Разрешение смеяться громко, танцевать криво, говорить лишнее. Один вечер в месяц — это не слабость. Это напоминание: ты живой. А живые иногда пьют джин возле мангала.

Много говорили о жизни. У него дар — он читает мысли других людей. Верится с трудом, но на нескольких примерах я понял, что это реально.
Бывает, что человек видит тебя лучше, чем ты сам. Не потому что он умнее. А потому что он смотрит со стороны. Без твоих страхов. Без твоих оправданий. Стомат — такой. Он не судит. Он просто — видит. И это редкость.

Уехал от него поздно ночью в хорошем настроении.
Хорошее настроение после долгой боли — это как первый луч солнца после недели дождя. Ты не веришь, что оно настоящее. Но оно — есть. И этого достаточно.

Вчерашний день прошёл тихо. Проведал маму. Покушал вкусного супа.
Да, да — именно вкусного. Удивляюсь, что говорю это. С детства не нравилось, как она готовит. Но сейчас, когда хочется чего-то домашнего — её суп очень даже.
Возможно, это не суп изменился. Изменился я. Раньше я искал идеал. Сейчас — ищу тепло. И в её супе есть тепло. То самое, которое я не замечал в погоне за чем-то большим.

Вечером, ненадолго, заехал Урфин. Попили кофе, поговорили за жизнь.
Урфин приезжает без предупреждения. И это — правильно. Потому что настоящая забота не стучится. Она просто — приходит. Привозит травяной чай. Или кофе. И сидит рядом. Молча. Или говоря о пустяках. Но — рядом.

Я не знаю, что происходит, но Оля снится каждую ночь.
Наверное, много думаю о ней. Ведь сон — это отражение наших мыслей.
Но думать о ней невозможно. Это рана, которая нескоро затянется.
Сны — это не прошлое. Это будущее, которое не случилось. Ты видишь то, что могло бы быть. Тихую жизнь. Её руки. Её смех за завтраком. И просыпаешься — в пустоте. Это больно. Но это — честно. Душа не умеет врать, даже во сне.

Сегодня с утра прошёл очередное обучение по банковским картам.
Решил это дело не бросать. Надеюсь, всё у меня получится.
Каждый новый навык — это не про карьеру. Это про доказательство себе: ты ещё можешь учиться. Ты ещё можешь расти. Ты ещё — живой.

Много думал: для чего человеку дана душа?
Кто-то говорит, что это частица Бога в каждом из нас. Кто-то говорит, что это наша совесть. Кто-то говорит, что это любовь, которая живёт в нас.
Я же считаю, что все эти утверждения верны.
Душа — это то, что остаётся, когда всё уходит. Деньги — уходят. Люди — уходят. Даже тело — уходит. А душа — остаётся. Она не видна. Не слышна. Но она — есть. И она помнит всё. Каждую боль. Каждую радость.

Душа есть. Она существует.
Она умеет смеяться и плакать. Моя плакать устала.
Когда душа устала плакать — она начинает молчать. Не потому что перестала чувствовать. А потому что чувствует слишком много. И молчание — это её способ выжить.

Стараюсь найти в жизни хорошее. Ценю людей. Ценю встречи с ними.
Раньше я думал, что счастье — это большая любовь. Большой дом. Большая жизнь.
Сейчас понимаю: счастье — это Стомат с мангалом. Мамин суп. Урфин с кофе. Треки на хорошей акустике. Один вечер без боли.
Это — маленькое счастье. Но настоящее.

Скорее бы уже войти в рабочий режим. Он поможет отвлечься.
Работа — это не про смысл. Это про ритм. Вставай. Делай. Возвращайся. Спи. Повторяй. Ритм не даёт утонуть в мыслях. Он держит на поверхности. И иногда этого достаточно.

Я не сдаюсь.
Это не про героизм. Это про упрямство. Простое, человеческое упрямство. «Ещё один день. Ещё одна строка. Ещё одно дыхание».

Доживу до завтра.