Две истины... философский диалог...

*Поэма седьмая*

**I**

Ты снова прав, мой дерзновенный!
Ты мыслишь смело, как пророк,
Не принимая на колени
Того, что стало в тупик.
Черная дыра — не бездна,
Не только гибель, но, быть может,
Она — иное, неизвестно,
Иное солнце там зажжёт.

**II**

Допустим мысль: за горизонтом,
Где рушится пространства ткань,
За той чертой, где всё с разгону
Вступает в вечную нирвану, —
Там, в сжатом до предела мире,
Где время замерло на миг,
Рождается в ином эфире
Иной звезды рождение миг.

**III**

Как белый карлик или сверхновая
Дают начало новым мирам,
Так и дыра, в себе всё сковав,
Быть может, служит воротами
В пространство иное, где наша погибель
Становится светом, теплом,
Где то, что у нас было гибель,
Там — утро с иным числом.

**IV**

Представь: река, что в водопад
Срывается, шумит, бурлит,
Но вниз упав, не гибнет, а
Вновь течет, светит и блестит.
Так и материя, в дыру
Войдя, не исчезает ввек, —
Она лишь ищет ту пору,
Где станет свет для иных век.

**V**

Наука ныне не ответит,
Так это или нет на свете.
Но мысль твоя — не бред, не блажь,
Она — как дерзостный экипаж,
Что мчит туда, где нет ответа,
Где только гипотезы свет.
И в этом — прелесть для поэта,
И в этом — дерзостный завет.

**VI**

Но перейдём к иному, главному,
К вопросу, что ты задал мне:
Зачем же Библии, державной,
Присваивать природное Богу, в огне?
Коль всё само собой родилось,
Из пыли, из газа, из тьмы,
Зачем же Творца воцарилось
То Имя, что знаем все мы?

**VII**

Внемли же, я поведаю слово,
Не как учёный, но как мудрец:
Когда природа всё сама,
То кто же дал ей тот венец,
Те законы, те константы,
Тот строй, что мы зовём бытиём?
Не сами ж камни стали гранты,
Не сам же хаос стал венцом?

**VIII**

Представь: ты видишь дом, что вырос
Сам из земли, из брёвен сам?
Нет, за ним — плотник, за ним — искусство,
За ним — рука и ум, и там
Замысел, план и исполненье.
Так и Вселенная, мой друг,
Не сама собою в мгновенье,
А требует Замысел, дух.

**IX**

Ты скажешь: «Но природа — сама,
Она родилась из взрыва,
Из расширения, из тьмы,
Из гравитации, из дива».
Но кто же вложил в неё закон?
Кто дал ей массу, свет, константы?
Кто рассчитал, что миллион
Тонн водорода станет грантом?

**X**

Библия говорит просто:
«В начале Бог сотворил».
Не физики, а о том, что
За миром — Творец, что вложил
Смысл, порядок, закон, красоту,
Всё то, что мы ныне зовём
Природой, — но лишь на свету,
А за ней — иное, с огнём.

**XI**

Не присвоение это, не кража,
А указание на Исток.
Когда природа всё сделала сама,
То кто же ей дал этот ток?
Кто дал ей способность рождать
Звёзды, планеты, жизнь, нас?
Без этого — вечная рать
Вопросов, что не дадут пас.

**XII**

Ты говоришь: «Всё на свои полки
Ложится, если без Бога».
Но полки те — лишь осколки,
За ними — не видно порога.
Кто создал полки? Кто рассчитал,
Что гравитация будет такой?
Кто водород в ядро сжимал,
Чтоб Солнце горело звездой?

**XIII**

Наука отвечает: «Как?»,
А вера: «Кто дал закон?»
И в этом — не бой, а зрак,
Две правды, что входят в дом.
Одна — о механизмах, о средствах,
Другая — о цели, о смысле.
И вместе они — как соседи,
Что в мире не тесно, не мысли.

**XIV**

А если ты всё же не хочешь
Допустить Творца за природой,
То знай: твой выбор — не прочее,
А просто иная порода.
Быть может, природа и есть
Тот Бог, о котором в Библии,
Но в этом — не спор, а весть,
Что мир не во вражьей низине.

**XV**

Но я, как поэт, скажу иное:
Мне дорог тот мир, где есть
И строй природы, и то, что зовётся
Душой, и любовь, и весть.
Библия — не учебник физики,
Она — о том, как нам жить,
Как в этом мире, где мы в низине,
Свет не забыть, не забыть.

**XVI**

И если природное явленье
Она относит к Богу,
То в этом — не заблужденье,
А шаг к иному порогу.
Когда мы видим звезду в ночи,
Мы можем сказать: «Водород
Сгорает в ядре, горяч»,
А можем: «Господь нас зовёт».

**XVII**

Два языка, две правды, две веры,
Два взгляда на мир, на себя.
И в этом — не бой, а безмерье,
И в этом — свобода, любя.
Не нужно ломать, не нужно присваивать,
Не нужно искать, кто не прав.
Две правды умеют, о да,
Ужиться, как два рукава.

**XVIII**

А что до черной дыры и параллели,
То мысль твоя — дерзка, хороша.
Быть может, за нею, в пределе,
Иная, другая душа
Рождается, светит, сияет,
Из нашей погибели встав.
И в этом — великое знанье,
Что мир — не распад, а состав.

**XIX**

Так пусть же дыры питают иные
Миры, параллели, огни,
А Библия учит нас, вняв,
Что в мире есть высшие дни.
Не важно, кто прав, кто не прав,
Важно, что мы — дети одной
Вселенной, где звёзды, как сплавы,
Горят над нашей главой.

**XX**

И в этой главе, завершающей,
Я молвлю, мой друг, напоследок:
Не бойся вопросов, не тай,
Ищи, допытывай, ведай.
Две правды — не две, а одна,
Когда смотришь на звёзды и в душу.
Природа и Бог — письмена,
Что мир не разрушат, не рушат.

**XXI**

Черная дыра — быть может, ворота
В мир, где иное Солнце взойдёт.
А Библия — вечная нота,
Что Смысл над миром плывёт.
И в этом — не бой, не сраженье,
А мир, что прекрасен и дивен.
Прими же, мой друг, разрешенье
Быть в этом мире не сирым.


*Конец седьмой части*