Восточная мать Агарь

Платок, паранжа,
Кормит гордо грудью она,
Восточная мать,
Грудь левая, правая,
Слева течет примесь превратности,
У молока,
Учение ложное 101 по Святому Иоанну Дамаскину,
А справа - традиция языческая Аравии,
Или же Турции и Туркменистана, Северной Африки,
Как индейцы американские смешивают змею с птицей летающей,
Здесь скорее бабочка с ящерицей,
На ступень более хладно,
И прикладывает чадо свое слева иль справа в зависимости от обстоятельств,
Детенышей маленьких,
Справа и слева - опять же девочек с мальчиками,
Есть дифференциация,
Желтый и красный,
Но почти без оранжевого,
Пятна,
Немного оттенки света бывают лишь иногда,
Слева - у добрых нескольких самарян,
Несмотря на примесь превратности по апостолу Павлу,
Сердце таковых самарян сильнее всякого яда,
Добродушно склоняются,
Справа - у волхвов мудрецов некоторых, если идут по звезде Рождества,
Возвышаются правда,
Сквозь уши игольные надобно,
Не богатясь,
Иначе деградируют до пятнистости леопарда,
Возвращаясь к жестокости Ирода страшного,
В засаде, прыгает, как камикадзе,
Набрасывается, вдруг наезжает,
Пантера в темном всем от тайны греха покрывале,
Слышен плач в Раме,
Попытки единобожия были и у греков и египтян,
Но нужно смириться Агари под руку Сарры,
Сарры пророчицы, христианки прежде Христа,
Настоящий ангел, обращаясь к Агари, так и прежде сказал,
Выйти из под наваждения лунатика,
Ворующего таланты,
Призрака надзирателя,
Добыча Наполеона не укрепляет,
Фарт дан за более чем сомнительные практики,
Скрепляющие общину эту тоталитарную,
В некую хищную черепаху,
Нидзю иногда очень опасную,
Системный косяк самовоспроизводящийся и повторяющийся в популяции,
Чем бы не клялись, что это не так, но безобидные в рогах как бы агнчих,
Иначе многие только ад населяют,
Работа по жизни пустая,
Милость обличения праведного, как лекарство последнего шанса,
Две стадии ради обещания Аврааму им попускались,
Но третья стадия уже невозврата,
Даже много оснащенному каравану,
Юродство, уродство иначе вот уже не поправить,
Не Христа ради юродствующий лишь горящие стрелы без разбора бросает,
По книге Сираха,
Измаил из лука кривдой стреляющий,
Как без прелести ангел сказал в книге Бытия Писания без фальши:
"Настоящий дикий ишак,
Рука его против всех его братьев",
Раб и рабыня греха в подчинении злобному князю,
Бог подтвердил растроившемуся Аврааму о неверной служанке,
И даже ожесточаются в Бей Булатовича,
Кровью пиджак напитав,
Жалить пытаются, увы, всякого заклинателя,
Джина горного выпустил Саул,
Которого Давид в бутылку обратно было загнал,
Перешел раскормленный Бей Булатович на службу к врагам англосаксам,
По апостолу Павлу нижний Иерусалим - тоже Агарь,
Воплотили алхимией западной снова Хазарию,
На равнине теперь, а не в горах,
Сказали "проиграли в горах, на равнине будет удача",
Кровоточит окраина,
С востока ожидается новый удар в тыл и во фланг,
Напрасно за архистратига парящего с журавлями Саул себя выдавал,
При том целуя чуждый вал, ваал и кордан,
Хлопали богатящемуся напрасно,
Давид не нищий всегдашний,
Которому можно свиснуть - и повторится петля временных обстоятельств,
Себе плаху строили иначе с этим Аманом,
Среди временного процветания,
Смотрели не преткнется ли малый, который спасал,
"Без пророка Закона не потеряем",
(Это о Иеремии так говорили, лунатика их не касается),
Твердили в ментальном и телесном пространствах,
В яму попали,
Сделали ситуацию злокачественной,
Устойчивой, злоупотребляя однобоко лекарствами и талантами,
Передозируя иерахию и приказы,
В неудобоносимые бремена,
Так и не подчиняясь кроткой Деве Мариам,
Но лепя из нее рабыню служанку,
Чтобы рыбка вся золотая подчинялась гаремной рабыне из шатра Шамаханского,
Мария Юнее греха,
Не паночка Саломия, которой надменны в домах - саркофагах окрашенных,
Поправить нельзя?!