глава двадцать вторая. Первая публикация

Книга пятая. Сопротивление.
Глава двадцать вторая. Первая публикация.
 
 После выборов Сергей сразу же направился в редакцию новой газеты "Тульская правда". Он не мог подвести Минакова с Янежичем. Правда, была проблема с транспортом. Автобусы до Тулы ходили редко и всегда были переполненными.
 Но вот он уже на улице Гоголевской в Туле, прошёл мимо бывшего обкома партии, над входом в который висели большие часы. На них было около десяти часов утра. Вот он уже поднялся на четвёртый этаж бывшего райкома КПСС Центрального района, что на улице Тургеневской и отрыл дверь редакции. Ему стало несколько неудобно за своё позднее появление: Минаков с Янежичем были уже за работой.
 - Здравствуйте!,- сказал он негромко, не зная к кому обращаться. Минаков с Янежичем сидели в разных концах этого, достаточно большого, помещения, похожего на аудиторию  разделённую пополам, собранными в кучу, жёсткими сидениями-креслами. Причём, Янежич сидел слева от входа на небольшой возвышенности, типа сцены-подиума, а Минаков, с машинисткой Ниной Александровной Семёновой, за небольшой перегородкой-прилавком, так что Сергею были видны только их головы.
 Все они дружно отозвались:
 - Здравствуй, проходи!
 Сергей пошёл к Минакову. Он почувствовал здесь его главным. Янекжич сидел на своём подиуме-возвышенности, склонившись низко над столом, и что-то быстро-быстро там писал в своих больших очках с толстыми линзами. Сергей решил его не отвлекать хотя к нем ему было ближе. После они с ним очень сдружатся. Потому что иначе и не могло бы быть.
 Александр Алексеевич был довольно талантливым поэтом-фронтовиком, журналистом, обладающий неиссякаемой энергией. Он жил в городе Щёкино, был совсем недавно главным редактором многотиражки химического комбината "Азот".
 Но ему, за свои в ней публикации, как и Сергею, пришлось с газетой расстаться, как и с предприятием. Теперь их свела судьба здесь. Они часто вместе возвращаясь потом домой, ехали в одном 114-м автобусе и Янежич тогда много рассказывал Сергею о своём творчестве и своей жизни  журналиста. В том числе, о своей дружбе с поэтом Ярославом Смеляковым. 
 Не успел Сергей подойти к перегородке-прилавку, как в ней распахнулась дверка и Минаков сам поспешил к нему, протягивая руку для пожатия.
 - Наконец-то, давно тебя ждём! Принёс что-нибудь?
 - Еле добрался, автобусы безобразно ходят, все переполнены. Лучше бы на трамвае, медленней, но надёжней.
 - Об этом позже. Давай материал. О чём он?
 - Прачечную у нас в Крутом Яру прикрывают, народ волнуется. Желательно бы в этот номер.
 - Посмотрим, но тема злободневная. Сейчас пробегу и Нине Александровне на машинку.
 Он опять ушёл за перегородку к своему письменному столу. Сергей взял один стул из общей кучи, и сел, на спинку другого повесил плащ и положил кепи и стал смотреть, как Минаков внимательно и серьёзно читает его материал. На нём тоже были тоже крупные очки, но на со столь толстыми стёклами, как у Янежича.
 Сергей знал его раньше только издали, когда он был заведующим сектором печати, радио и телевидения Тульского обкома КПСС. Тогда он не раз собирал редакторов всех газет области и проводил с ними какие-то занятия. В то время Сергей ещё не был редактором, и  Бутинова на различные подобные мероприятия часто посылала его вместо себя.
 В то же время Сергей знал, что Николай Николаевич был человеком просто удивительным, как и поэт  и журналист. В своё время он много лет учился и трудился в журналистике, проработал немало на комсомольской и партийной работе, окончил факультет журналистики ЛВПШ. Член Союз журналистов СССР. Работал в «Белёвской правде», был редактором Арсеньевской районной газеты.
 И вот сегодня он перед ним. Небольшого роста, лёгкий, сухой и общительный. С ним легко общаться и работать. Доброжелателен ко всем, особенно к к своим коллегам-журналистам.            
 Прочитав материал он сказал:
 - Злободневно, правда, наспех, но чтобы всё было верно. На прочти ещё раз.
 И протянул  Сергею. Тот встал и подошёл к перегородке прилавка. За ней была совсем небольшая территория. столы Минакова и машинистки впритык стояли к стенке-перегородке. А их стулья упирались в стену.
 Сергей пошёл к Янежичу. Стол, за которым он сидел был длинным и не письменным, такие обычно стоят в президиумах, покрытие красным полотном. Сергей пристроился с другого конца стола, чтобы не мешать работать Янежичу и начал читать. Вот что он написал: 
 "ПРАЧЕЧНАЯ ОЧЕНЬ НАМ НУЖНА!
 Так говорят все, с кем мне довелось беседовать. В последнее время вся общественность, все жители посёлка, встревожены слухами о возможности закрытия единственной в Крутом Яру прачечной. Так ли это? Вот потому я обратился с этим вопросом                непосредственно в прачечную, к её оператору Елене Пугачёвой. И всё то, что услышал от неё, относительно будущего прачечной, описал и решил сразу же опубликовать.
 Но сначала к этому краткое предисловие. Помнится, что в самом начале «перестройки» нам всё время вдалбивали в голову, настойчиво обещали в средствах массовой информации:
«… Если плохо и не вкусно, люди, вас кормят в общественном питании, то есть, в столовых, то рядом, после перестройки, с общественной столовой будет частная! Так там вас так накормят от души, пусть и чуть дороже, но зато как вкусно, вежливо да с комфортом!..».
 Вот такими, примерно, словами нас угощали, вот такие нам песни пели. А что получается на деле? Что же изменилось в лучшую сторону?
 Вместо двух столовых в посёлке ныне ни одной! Как их и не было в помине. Также и ни кафетерия, кафе, словно корова их слизала? Даже исчезло детское кафе-мороженое «Сказка»! А вместо них появились одни питейные заведения!
 Ничего пока не скажу против частных магазинчиков и различных товариществ с ограниченной ответственностью. Пусть себе торгуют для «блага народа», пока в стране с товарами туго, а государство торговлей почти и не занимается. Самоустранилось. Был бы у них только, у торговцев этих, коробейников, товар качественным, красивым, да дешёвым, пусть торгуют.
 Но только и этого нет! Всё одноразовое, на одно лето. На "холодную" ногу. Всё в Турции скупили самое дешёвое и некачественное. Но и этого-то в России сегодня нет! А ведь всё было до перестройки и многое со знаком качества!
 Пусть частник торгует и обслуживает народ. Пусть! Лишь бы только он не вытеснял, то, что было. Не занимал бы помещения тех службы нашего быта, которые раньше так  изначально и назывались - бытовые услуги! Теперь-то их и не стало. грустит народ.  Тоскует по ним.
Вот, к примеру, стоит в самом центре нашего посёлка Дом быта. Построен он руками самих рабочих комбината. Помните:сколько сил вложил в него весь коллектив в советское время?!
 Именно, в это строительство, о котором столько копий тогда ломалось на внутризаводских совещаниях и конференциях комбината, сколько за него бились:«…Нужен он крутояровцам в самое ближайшее время!».
 Так тогда это звучало на всех собраниях и заседаниях. Ну,что же, построили, сделали, смогли!
 Сколько радости было во время его пуска и сколько звучало благодарностей в адрес поселкового руководства и комбината?! Так это же и словами сейчас трудно передать!
 Так это же есть то самое здание, за которое столько бились, оно ныне совершенно запущено, необитаемо и напоминает скорее всего замок с привидениями, чем службу нашего быта.
 Всё внутри пусто и изгажено, искорёжено, стёкла в окнах побиты, одним словом, полное запустение!И вот в таком виде оно стоит уже который уж год! И до него нет никакого дела поселковым властям. Похоже, что к такому его виду жители посёлка тоже потихоньку стали привыкать.
 Вот так безропотно остались они без сапожной мастерской, без часовых дел мастеров, без ремонта сложной бытовой техники,  без парикмахерской с маникюром, без фото мастерской с различными печатными услугами. И так далее.
 Как в довоенные и послевоенные времена, когда они жили без Дома быта, Дома культуры, широкоформатного кинотеатра и спорткомплекса.
 К примеру, поломалась у тебя стиральная машина, так тебе эту машину и отремонтировать  в посёлке негде? И если бы ни руководство АО «КМК», взявшее на себя груз поселковых бытовых услуг и по оказанию необходимой помощи его населению, взяли все расходы в связи с этим, то было бы нам, крутогорцам, жить в несколько раз тяжелее, чем сейчас.
 Нашёл, всё-таки, комбинат возможность открыть в пустующих полуподвальных помещениях  старых жилых домов и в других имеющихся нежилых помещениях барачного типа, разместить фото мастерскую, сапожную и даже для ремонта часов, как и парикмахерскую!
 В достаточно сложном положении существуют ныне мастерская по ремонту радио-теле-аппаратуры, а также вот эта самая прачечная о которой сейчас и пойдёт речь. Сегодня она погибает…
 Кстати, о прачечной! С какими неимоверными трудностями построил коллектив комбината и её тоже в ещё до перестроечное время. Да и сейчас, лишь благодаря полной поддержке руководства АО «КМК» и личному энтузиазму работницы (оператора) прачечной Елены Пугачёвой прачечная и пока существует!Вот,что говорит по этому поводу сама оператор  Пугачёва:
 - Мы существуем только благодаря лишь поддержке генерального директора АО «КМК» Михаила Ильича Литвинова. Иначе бы мы не выдержали непомерной для нас арендной платы. Ведь за это помещение, которое принадлежит Жилищно-коммунальному отделу АО «КМК» и которое мы занимаем, нам нужно платить также как и за тепло, электроэнергию, а мы не платим. Не из чего! Вы сами понимаете, какие у нас, в связи с этим, расходы!
 - Вы же видите, продолжает она,- какие у нас большие стиральные машины, станки для глажки белья, машины для сушки. Они, эти машины, требуют, то есть потребляют, очень большое количество электроэнергии!
 Она с надеждой смотрит на меня, как будто я сейчас могу ей чем-то помочь:
 - Так что в месяц до шести миллионов рублей доходит арендная плата. А доходы наши в месяц всего восемьсот тысяч рублей!
 Спрашиваю:
 - Сколько же стоит одной хозяйке постирать своё бельё в вашей прачечной?    
 Отвечает:
 - Постирать двадцать килограммов белья стоит двадцать тысяч. Это я считаю оптимальная цена. А если ещё хозяйка купит у нас пачку «Лотоса», стирального порошка, за шесть тысяч рублей, то цена такой стирки достаточно высока…
 Всё-таки, насколько ощутима сегодня помощь комбината для каждой хозяйки, воспользовавшейся услугами прачечной? В чём она, эта помощь выражается конкретно и для прачечной. Оператор Пугачёва и на этот вопрос отвечает подробно и довольно компетентно:
«…Так, в течение двух лет (в 1994 и 1996 годах)комбинат не брал с нас ни копейки арендной платыю Но это, конечно, не могло продолжаться бесконечно. Ведь,когда-то и у комбината не станет сил «тянуть» на своих плечах весь посёлок! Вот это и была самая для нас ощутимая помощь, когда за аренду помещения комбинат не брал с нас деньги!..».
 В связи с этим возникает, естественный и резонный, вопрос:
 - А вы, ваша прачечная, к комбинату относитесь или непосредственно к муниципалитету?»
 В ответ услышал следующее:
 - Да, мы муниципальное предприятие…
  И тогда у меня возник следующий вопрос:
 - Кто-то из городских властей вам помогает?..
 Горькие слова в ответ:
 - Никому мы не нужны!Ни у кого нет денег. Я вот здесь одна работаю, кручусь, как могу. Не только, как оператор,но и за уборщицу. Вся обслуга здесь в одном лице.Не буду же я здесь сидеть в грязи, ведь мои клиенты должны стирать бельё в соответствующих санитарных условиях. В чистоте!..
 Подхожу к стирающим бельё здесь женщинам. Клиентам прачечной. Оказывается,что они приехали сюда стирать бельё даже из города  Щёкино. Ничего себе! Знакомлюсь с ними. Это Лидия Пронина и Елена Горбатенко. Вот их слова об услугах нашей прачечной:
 - Очень нам здесь нравится стирать бельё. Это великолепно, что у вас в посёлке есть такая замечательная прачечная. Просто чудо!То,что мы в домашних условиях стираем два, а то и три дня, здесь стираем за два-три часа. Тем более, что у нас в Щёкино воду дают «по часам», о какой стирке в домашних условиях может теперь идти речь?..
 Подхожу ещё к двум другим стирающим здесь своё бельё женщинам. Знакомимся. Это жительницы нашего посёлка. Из Крутого Яра! Наталья Рудченко и Ольга Астахова. 
 Спрашиваю:
 - Дорого ли для вашего семейного бюджета двадцать тысяч рублей за десять килограммов белья?
 Отвечают очень доброжелательно:
 - Да,что вы! Вовсе нет! Мы здесь всего третий раз стираем. И нам очень понравилось. Особенно отдельно хочется сказать спасибо оператору Елене Пугачёвой. Это очень внимательная к посетителям женщина. На этих машинах стирать нам просто одно удовольствие. Быстро и чисто! К тому же, сразу же и погладить бельё здесь можно. Одно жаль, что не все здесь машины в строю. Не все они работают. И потому в прачечную такая большая очередь…
 Очередь, действительно, есть. И она большая, начинается с улицы и на второй этаж по лестнице. Прачечная на втором этаже. Из трёх больших стиральных машин работает лишь одна.
 - Вот «достанем» к ним запчасти,– обещает Пугачёва,– тогда они и заработают. У меня здесь и мастер-ремонтник есть на половине ставки. Очень добросовестный и умелый работник! Думаю,что уже в апреле все машины будут работать!..
 Получается, что она одна, с этим своим пол-ставочником, крутится-и вертится?! Потому и спрашиваю:
- А что, глава посёлка не помогает поселковой прачечной в приобретении запчастей? Вы что, существуете здесь сами по себе, на одном энтузиазме?
 Елена лишь только плечами пожала:
 - От администрации посёлка, помощь? Какая может быть нам от неё помощь? Если она сама  должна жилищно-коммунальному отделу комбината за аренду своего помещения где находится? Потому я хочу ещё раз сказать огромное спасибо работникам комбината от меня лично и всех жителей посёлка, от моих посетителей,за эту прачечную и за то, что она ещё жива!..».
 Да! Что же сказать в итоге? Много сил, в своё время, вложили в строительство этой бани-прачечной работники комбината. Не только в само строительство,  а ныне и в её содержание. И в том, что она сегодня очень нужна людям сомнений ни у кого нет, с кем бы я ни беседовал поле её посещения и это го интервью. И помощь прачечной в посёлке должна бы исходить не только со стороны комбината, но и, в большей степени, со стороны главы администрации посёлка А.В.Чекмазова, который вопросы организации быта крутояровцев должен решать в городской администрации. Не на словах, а на деле.Крутояровцы ждут, что господин Чекмазов через газету «Тульская правда» расскажет её читателям о будущем служб быта в посёлке и перспективах их развития. В том числе, что будет дальше с работой этой прачечной, как и о том, что будет и с ныне угробленным Домом быта".
 Вот и всё. Сергей прочёл свой материал и положил на стол машинистке Нине Александровне Семёновой.
 - Можете печатать. Всё правильно поправил Николай Николаевич. Только вот поставьте под заметку мой новый псевдоним Правдин. 
  Ему не хотелось, чтобы его материал выглядел, как бы его обидой на посёлок и комбинат. В тому же, он мог пригодится ему и в дальнейшем. Минаков услышал и спросил:
 - А почему не Гончаров?
 - Можно и так, но моя фамилия слишком известна, чтобы её произносить всуе,- пошутил Сергей,- а псевдоним привлечёт к заметке большее внимание, чем моё имя. Неизвестность всегда ведь настораживает?
 - Может ты и прав,- согласился Минаков,- внимательно посмотрев сквозь свои очки на Сергея,- на... размечай макеты.
 И подал пачку отпечатанных Ниной Александровной материалов, подготовленных им в номер. В том числе, и заметку Сергея. Полос в газете должно быть четыре, формата бывшей областной газеты коммунистов "Коммунар". Сергей принялся за работу.      
А.Бочаров.
2026.