Клевец и младенец. Глава 26

Разумеется, боль жуткая, чуть в обморок не упал, разница в мощи, минимум, троекратная, пернатая слетела с плеса, благо, недалеко укатилась. Нападающий навалился всей своей массой, попытался мне голову откусить, но я раньше руку подставил с антимагическим клевцом. Чудовище её немедленно и сцапало зубами, оторвало по самое плечо, да и проглотило рефлекторно. Объединённый разум не давал преимущества, наоборот, увеличенная злоба последние мозги заставляла умолкнуть. Тварь сразу почувствовала, что что-то не то скушала, застонала, желудок начало разъедать, а я скинул соперника, вытянул длинную руку свою, не без труда и не сразу, дотянулся до меча спутницы, выдернул его как раз в тот момент, когда поганец, преодолев боль, снова накинулся, и вонзил оружие в место, где должна была располагаться сердцевина, а соперник ещё и навалился на клинок, глубже всаживая в себя лезвие, взмахом лапы, вскрыл мне брюхо, и лишь после завалился, хрипя. Сомневаюсь, что даже новой живучести хватило бы мне, чтобы выжить после столь серьезных повреждений, или добраться до сердцевин демонов, но тут над поляной взмыл волшебный камень с розой, засветился. В первую очередь, засветились наши с соратницей тела, раны просто исчезли, после начали появляться феи, которых сжёг демон, одна за другой, пока не возродились все, а когда процесс закончился, лепестки цветка отделились, их понесло ветром куда и рассыпались красивыми искрами, по камню побежали трещины и развалился на мелкие кусочки, утратив силу. Тут же исчезли крылья у фей, на али они расти, пока не превратились в обычных женщин очень разного возраста от старушек, до маленьких девочек, без следов какой-то там красоты. Наверное, последний подарок камня перед тем, как потеряли магическую силу, чтобы их и демоны не нашли, не отличили от смертных, и люди не уничтожили.


Я поспешно подполз к демону, плоть которого уже начала распадаться, завладел сердцевинами, благо, лишь три из пяти оказались полностью уничтожены мечом и доел оставшееся. Дальше, извлёк из желудка покойника свой клевец, благо, цепь сразу же обратно на законное место зацепилась. Однако, победа была такая, с горьким привкусом, вот разве что никто не погиб, пока что, а так...


— Плохой ты борец с демонами, — главная фея бывшая скрипнула зубами, — по-моему, слабоват несколько, с каким королём собрался воевать, коли, извини за прямоту, с паладином управиться не в состоянии, чтобы не оказаться на грани гибели? Может уже не будешь никуда лезть, приманивая адских тварей и ставя под угрозу окружающих, потому как нам вот сейчас ни капельки не легче от того, что ты там пару мелких чертей извёл, их, таких, только в нашем мире сотни тысяч, кабы не больше, и в аду столько, что и сосчитать невозможно, в любой момент явиться могут. Мы же уже ныне обернулись простыми смертными и если даже никто специально убивать не станет, то долго не проживём, а ещё придётся тяжко трудиться чтобы прокормиться, к чему не приучены совсем. А если даже сможешь нас прежними сделать, то демоны нарочно добьют, дабы тебе сделать больно, мол, зря старался, и никакие паладины с их чарами не помогут, вот.


— Я бы извинился, но это бесполезно, подобное не прощают, — я поморщился, — однако, в свою защиту, хочу сказать, что пусть я и хочу всю работу сам сделать и расту, и эволюционирую постоянно, однако, поручено собирать святые кольца для героини настоящей, просто она ещё младенец, и нет ни одного способа, к сожалению, чтобы предотвратишь атаки демонов на нас и окружающих. А совсем ничего не делать нельзя, потому как все одно, скоро, начнётся война, в которой все живое будет уничтожено. Вы могли прожить ещё пятнадцать лет феями и все, собственно говоря, дальше потеряли тела и души. А так приходится нести потери неизбежные, потому как враги проигрывать не желают в принципе, как и помирать, и имеют достаточно талантов и силы, увы. Вот и думайте, что хуже. Кроме того, я как раз могу поискать новый источник магической энергии, а уж после, как повезёт, сумеете отбиться или нет. Так-то как раз чары паладинов должны спасать, я для этого вон с собой эту птичку таскаю бесполезную совсем.


— Какое счастье, теперь я из «курицы» доросла уже до «птички», — Ноа Сладкоголосая хохотнула, — ещё лет пятнадцать постранствуем вместе м станет считать человеком. А там глядишь и вовсе до воительницы дорасту, когда-нибудь.


— Даже не мечтай, курицы так долго не живут, — фыркнул я, — или демоны прикончат, или кто-то из встретившихся монстров, или мне надоешь окончательно своим кудахтаньем, или просто проголодаюсь и съем, одно из четырёх. Или просто найду тебе больного на всю голову мужика, которого перья не смущают с клювом, и отдам по сходной цене, за пару мелких медяков, или сытный обед, смотря что нужнее окажется. А до воительницы тебе ещё расти и расти, как отсюда до луны пешком шестьсот шестьдесят шесть раз и то не сможешь. Лучше займись своей непосредственной работой, свяжись с паладинами и спроси, где можно подходящий источник энергии добыть, дабы вырастить новую розу и вернуть этим бедняжкам их фейскую сущность истинную.


— Не совсем уверена, что им такое надо, на самом деле, — спутница откашлялась, — подумай сам, если демоны захотят отомстить, то людей, возможно, искать не станут, а пикси так легко обнаружить из-за их магической энергии специфической. Могут даже специальных чудовищ создать, охотящихся именно на сих малышек. А если разбредается по округе, да кому они нужны? В нынешнем виде столько настрадаются и намучаются, что ни один злобный враг подобной пытки не придумает, как бы ни старался, оставят в покое насовсем.


— Или же продолжат охотиться, но станут истреблять с теми поселениями, в которых они попробуют поселиться, уничтожив и других местных жителей, — возразил я, — им же все одно людей убивать надо, так чего бы не сейчас? Тем паче, ради каких-то селян никто с порождениями тьмы ссорится не захочет, сделают вид, словно все нормально и никого из убитых не существовало никогда, а кто начнёт возражать, сами рты заткнут. Феи хоть как-то, где-то в состоянии попробовать себя защитить, люди только лечь и скончаться в пасти чудовищ. К тому же, если я не сделаю ничего, то получится, что сдался и проиграл, а вот приложив максимум усилий, пусть они и окажутся тщетными, покажу недругам, что огнисто способны лишь на одно - на крайности, то есть, убивать, а все остальное у них не получается. А чем агрессивнее гости из ада станут себя вести и больше невинных отправлять на тот свет, тем сильнее увеличится количество тех, кто пожелает им помешать, потенциальных героев. Те же правители испугаются за свою власть и сокровища, зашевелятся. Да, самые трусливые и глупые из них, откроют охоту на меня непременно, или постараются с демонами заключить договоры, лишь бы не тронули, но будут и другие, которые примутся готовиться к войне, собирать оружие, артефакты, воспитывать героев и прочее. И организации, вроде паладинской, поспешат очиститься от шпионов, предателей и трусов, дабы заняться тем, ради чего и были созданы - борьбы со злом. А дальше или одолеем общих врагов и случайно выжившие продолжат жить дальше и возражать сей мир, или сгинем и тогда вообще окажется неважным.


Но кому-то надо начать, стать тем камнем, который упадёт в болота, создав многочисленные круги, пока не примчался иссушающий знойный песчаный вихрь и не превратил все планеты в мультивселенной в каменистые пустыни без единой искры жизни. А вам, пусть это и ужасно звучит, радоваться надо, бывшие феи, потому как уже потеряли все, кроме жизни, и можно пытаться выжить и даже сделать лучше, чем было, вдруг новое понравится? Тогда как сколь многим это ещё только предстоит в будущем. Не зря же камень пожертвовал собой и воскресил всех убитых. Пока жив - борись обязательно, даже если шансов нет, в этом мире не зачтется, так в ином, лучшем, немало грехов простят за трагический конец и адские усилия. Глядишь, в рай попадёте.


— Тебя послушать, так должны пасть на колени и целовать тебе ноги, — бывшая правительница сплюнула, — так вот не дождёшься, даже если вернёшь силу фей и потом, случайно, живы останемся, не простим никогда и продолжим ненавидеть, проклинать, а получится, так и вредить всячески, не признаем героем, сколько бы подвигов не совершил и чего бы не думали все остальные.


— Это уже сколько угодно, — я передернул плечами, — я вам не святой, и не девушка, и не ребёнок, не нуждаюсь ни в чьей любви, уважении или признании. Просто продолжу борьбу, пока не умру, или не окажусь в заточении, в таком месте, откуда не выбраться, и все тут. А попробуете мешать, или интриговать, тут уж не обижайтесь, демоны покажутся милыми шалунами, не люблю тех, кто под ногами путается. Не веришь, спроси хоть у пернатой, она всякого насмотрелась и наслушалась, пусть мы и знакомы достаточно непродолжительное время.


— К тому же, никто не бывает от рождения настолько сильным, чтобы всех побеждать, — моя спутница скрестила руки на груди, — Клевец тренируется, поедает сердцевины демонов, эволюционирует, потому, если враги не поспешат, то перерастет их и уничтожит непременно. Мне вас искренне жаль, но вам в одном не повезло, что оказались хранительницами священного кольца, без него, даром были бы никому не нужны, ни нам, ни демонам. Возможно, где-то в этой жизни, изрядно нагрешили и теперь расплачиваетесь. Но предлагаю ненавидеть и мечтать извести тех, кто вправду вам жизнь сломал - демонов, а никак не тех, кто с ними воюет, не жалея сил, здоровья и самого своего существования. Мой соратник вообще мог бы, после того, как очистил подземелье, сидеть в выкупленном родовом замке, на троне и поедать мясо сутками, ни о чем не заботясь, а он странствует, словно какой-то бродяга, и только и сражается сутками напролёт, без помощников, союзников и даже благодарности окружающих. Потому, крепко подумайте о будущем или не будет никакого, ни для кого вообще.


Дальнейшие разговоры смысла никакого не имели, потому, Ноа открыла портал и пошла к своим, информацию выведать, а я просто потопал дальше. Горы на плечах все росли и росли, множились печали, как и жертвы напрасные, но если остановиться, то станут еще более бесполезными, потому, придётся привыкать и продолжать. И сколько бы демонов ни было, они все одно закончатся, однажды.


— Узнать бы, в какой момент моя воспитанница обзавелась темпоральным артефактом, — пробормотал я себе под нос, — даже элементарно становиться сильнее стало проще. Убил демона, вернулся на минуту раньше до того, как схватка началась, повторил и вот уже у тебя две сердцевины вместо одной, а победить будет легче, оттого, что и сам усилился, и опыт приобрёл, знаешь слабости противника. Тогда бы мигом стал на только могучим, что скушал короля демона вместе со всей его армией. И, разумеется, вернул погибших и не только в эту компанию, но и вообще всех, кого потерял с момента рождения. Вот эта мечта - всем целям цель. А раз возможность существует, уцепимся за неё и так не сойдём с ума от горя напрасных потерь. Каким бы равнодушным монстром я ни был, а печаль в сердце никуда не девается. Увы, такова судьба каждого из гигантов, вечно на кого-то наступаешь, или задеваешь, случайно, лишая жизни и здоровья, иногда даже и не знаешь, что какая-то жертва была. Не могу же я стать призраком, или неспешно лететь в воздухе, дабы даже медлительные и маленькие насекомые успевали огибать стороной.  Если не обзавестись соответствующими волшебными предметами, конечно. Не помешали бы. Но как их совмещать с антимагическим клевцом, не представляю.


К счастью, вскоре прибыла пернатая и прервала грустные размышления. Уж источников энергии хватало с избытком, к счастью. Лишь бы добыть. Кстати, сообщила, что паладины бывших фей точно не оставят одних, заберут к себе, начнут кормить, обучать и прочее, пока я чем-то не обзаведусь и не верну их. Да и после можно оставить в крепости, достаточно малы, чтобы не стать проблемой, а магия их пригодится. Если же останутся женщинами, прислуга, которой некуда больше идти, всегда пригодится. Маленькое, но облегчение. Самое смешное, что одним из источников, была как раз кристаллическая роза, нечто знакомое малышкам, коли обзавестись, считай, ничего и не потеряют. Правда, раздобыть сложно, потому как хранят в одной зачарованной пещере и охраняет достаточно опасный монстр, но и это не самое страшное, потому как тот, кто чудовище одолеет, немедленно в него и превращается, причём, навсегда, и как предотвратить подобное, никто не знает. Потому, и желающих достаточно мало.


— Ну, у нас есть два хороших варианта, — я подмигнул, — или дам добить противника тебе, в любом случае станешь полезнее несколько, или мой артефакт защитит. Тут зависит от того, накладывают ли на тебя заклятье, или надо непременно укусить, оцарапать, или потрогать. В первом случае, ерунда, бояться нечего, второй может стать проблемой. С другой стороны, можно ведь никого и не одолевать, а забрать прямо с предметом. Пусть и фей тоже охраняет от демонов. Славная придумка, так и поступим непременно. В худшем случае просто что-то не получится. Отправляемся в путешествие. И молчи, и так знаю все, что можешь или захочешь сказать. Ничего нового, умного или интересного.


— А ты хоть представляешь каково красивой девушке превратиться в чудовище? — Ноа сверкнула на меня глазами гневно. — Это же куда хуже любой смерти.


— Не представляю, никогда не был девушкой, так вышло, и не общался с ними на такие темы, да и на другие тоже, мне как-то интересны лишь троллихи, а их словарный запас ограничивается малым количеством слов и понятий: еда, не еда, опасно, не опасно, полезное, не полезное, самец, не самец и детёныш или не детёныш. Никаких серьезных чувств или глубоких эмоций, — я пожал плечами, — и причём здесь ты? Полагаю, что если и могла бы считаться привлекательной, хоть в какой-то степени, то лишь для других крылатых зверолюдов. И не девушка никакая, а самка, самая настоящая. Так не наплевать ли, к какому виду чудовищ относиться? Наоборот, в качестве стража розы, принесёшь некоторую конкретную пользу.


— Да ну тебя, — пернатая надулась, — кроме гадостей, ничего не дождёшься, какими старайся. Может, и вправду лучше превратиться в чудовище и не испытывать никаких чувств, кроме голода, жажды и злобы, тогда не сможешь обижать. И почему именно мне доверили такого мерзкого ученика, спрашивается?


До нужной пещеры добрались моментально, через портал, как-никак, срочное задание, а не просто поиски святых колец. Уже у входа послышался злобный рык. А стоило войти, как показалось нечто непонятное, дело в том, что страж постоянно менял форму, медленно превращаясь то в одно животное, птицу, насекомое, пресмыкающееся, или человека, то в другое, правда, умело пользуясь преимуществом всех. В данный момент, являлся огромной ящерицей с одной лапой, как у богомола. Немедленно попыталась тварь на меня напасть и ударить той самой смертоносной и «лишней» конечностью, я клевец антимагический подставил, просто потому, что никаких других вариантов не существовало, и лапа тут же лишилась кончика острия. Враг отпрыгнул с ревом, а я принялся наступать, вращая вокруг себя цепь и беспрестанно нанося удары. Противник отличался стремительностью, да и силой не обделили, благодаря размерам, но надо же ещё по цели попасть, между прочим, лапа богомола быстро рассыпалась, а вместо неё начала расти клешня, как у краба, но, когда она ещё достигнет подходящего размера, вопрос отдельный, а вот я продолжал бить противника в голову. Меж тем, Ноа устремилась дальше, пользуясь тем, что крылья давали преимущество, не надо попадать в ловушки, отыскала розу, извлекла ещё из сумки специальную рукавицу, которая защищала от подобных предметов, и завладела сокровищем. Страж почуял это, развернулся, готовый наброситься на крылатую воительницу, но я его за хвост ухватил. Немедленно паладины открыли портал, я рывком оторвал тело от земли твари, раскрутил и зашвырнул в проход, а после вместе уже с розой. В подходящем подвале как раз поместили подходящий пьедестал, на который моя спутница и положила сокровище, взмыла в воздух. Ящерица попыталась в неё выстрелить языком, как у хамелеона, но я её немного об пол приложил, так чтобы в сознании осталась, но и драться желание потеряла.


Теперь бы ещё поболтать. Оказалось, бы здорово, коли умела понимать человеческую речь или знала общедемонический, на котором вся нечисть с нежитью разговаривает. Это как латынь у людей, сколько бы языков ни было у каждого из малых и волшебных народцев, в е одно способны договориться. Очень удобно, особенно для всяких гордецов, вроде альвов, которые и иные наречия учить считают ниже своего достоинства и альвийскому никого не учат принципиально, сколько не проси, а общедемонический их ушей так не оскорбляет, потому как появился чуть ли не с этим миром одновременно. В общем, попробовал я с монстром как-то нормально пообщаться.


— Послушай, — начал я, — у нас с тобой есть отличный вариант, полезный для всех. Розой мы уже завладели, по сути, однако, не собираемся её отнимать, пользоваться для собственных целей и прочее. Останешься стражем и непобежденным, парочка дружеских шлепков не в счёт. Просто рядом поселятся феи и будут твой волшебный предмет использовать для зарядки магии, но не являясь хозяйками, однако, предоставят дополнительную защиту, дабы уже вообще никто в принципе не сумел отнять. И не будучи монстрами, справятся лучше. Или же я тебя добью своим антимагическим клевцом, артефакт не даст превратиться в чудовище и предмет все одно останется пикси в качестве источника силы. Надеюсь, сообразишь, какой вариант лучше из предложенных.


— Не защитишься ты от преображения, — возразила тварь жутким голосом, — просто, каждый раз, когда у тебя заберут, отнимут, выманят, украдут или выпросят артефакт, будешь, постепенно и безвозвратно превращаться в меня и стремиться прибежать сюда, да убить наглых воровок, пользующихся чужим сокровищем. Сомневаюсь, что подобное понравится, хоть в какой-то степени. Полагаешь, что первый нашёлся такой умный? Так нет, уже были воины с антимагическими артефактами и даже доспехами, но закончили одинаково. Есть лишь один способ избавиться от проклятия - уничтожить розу, однако, смысл тогда ей завладевать, спрашивается? Собственно говоря, ты уже себя погубил, потому как раз кто-то получил охраняемый предмет и убить его не вышло, то считаюсь проигравшим, а значит, скоро исчезну. И то, что нет каких-то ран или серьезных повреждений, совсем даже неважно, только сама суть произошедшего. Никто не прячет свои вещи где-то и не приставляет к ним охрану, чтобы другие их забирали и помещали в ином каком-то месте, иначе, зачем что-то придумывать, тем более, сложное? Странный ты какой-то тип.


— Разрушить розу? — я погладил подбородок. — А это интересная идея. Ноа, не знаешь, если какой-либо вампирский артефакт, который энергию вытягивает, из него потом её можно извлечь обратно без отрицательных последствий каких-то?


— Конечно, подобных достаточно много, как вещей, так и существ, более или менее живых, — подтвердила пернатая, — и не ослышалась, ты меня сейчас по имени назвал, не «курицей», как обычно, помнишь его-таки? Надо будет запомнить этот день и час, вдруг окажутся единственными за все время знакомства?


— У паладинов, поди, такого добра припрятано немало, — я прищурил правый глаз, — как раз чтобы такие вот вредоносные розы уничтожать. Коли да, то неси, скажи, непременно отработаю, пусть поручат что-нибудь вправду сложное и опасное, с чем ещё никто и ни разу не справлялся, помимо убийства короля демонов, эта задача для чуть более позднего времени, когда сильнее стану.


— Ага, сам в чудовище превращаться не хочешь, — собеседница ткнула в меня пальцем, — только другим предлагаешь подобную горькую судьбу, негодяй?


— У меня чуть иная причина, чем плохая внешность, — отмахнулся я, — первое, не смогу выполнять ни одну из поставленных задач, второе, ещё и не подпущу к предмету фей, что сделает всю затею совершенно бесполезной. Есть конечно, и ещё одна версия, как решить проблему кардинально. Скажем, ставим тут клетку достаточно надежную, чтобы монстр не смог из неё выбраться, приводим кого-нибудь из ваших, из паладинов, лучше бывшего, достаточно старого, или больного, чтобы должен был вскоре умереть, предлагаем самому запереть клетку, её же ему и продаём за условные деньги хоть в одну монету, и выдадим арбалет помощнее. Он данного монстра убьёт, став победителем, преобразится, но останется сам себе победитель, поскольку и узилище его, считай, жилище, и запер своей рукой, никто не помогал, и преобразился добровольно. И пусть страж попробует возразить на это что-то. А феи все одно смогут пользоваться, не будучи ни владелицами, ни воровками, ни победительницами. Не выйдет, применим вампира обязательно. А я никакой не победитель, потому как противника не убил, не ранил, ни заборол, а лишь немного через портал кинул.


Ноа просто в ладоши захлопала и кинулась докладывать. Как раз нашлась ламия достаточно молодая, но в бою оказалась проклята и её тело просто гнило на ходу и распалилось на части, снять такое не смог бы вообще никто, или не перенесла процесса, а помирать-то не хочется, тем более, процесс разрушение сопровождался кошмарными муками, боли совершенно нестерпимые, лучше уж клетка, чужой разум и тело. А уж всяких узилищ у лиги паладинов имелось достаточно, на любой вкус и цвет, можно даже демонов запирать. Страж грязно и злобно ругался, но ничего поделать не мог, получил болт в лоб, а тот ещё с подходящими чарами был, взорвался, разнеся череп на кусочки. И ламия немедленно начала меняться. Чудовище походило на предыдущее, правда, лапа походила на щупальце скорее, но не могло протиснуться сквозь прутья решетки, которые ещё и адаптировались, меняясь под пленницу постоянно. Теперь пригласить волшебника, и он фей привязал к розе, а там их оставалось переместить в защищённый сад, потому как уже привыкли на природе жить.