Глава 5. Цена битого фарфора

«Когда рушится империя, самое дорогое, что в ней было — фарфор и человеческая жизнь — бьется с одинаковым хрустом. Только фарфор потом склеят, а людей — нет».

Утро 26 октября выдалось серым и промозглым. Штурм Зимнего закончился. Потери? По официальным данным, которые любят приуменьшать, — 7-10 человек . Реально — больше. На Дворцовой площади нашли тела шестерых солдат и одной ударницы. Кто-то умер от шальной пули, кто-то — под развалинами от снаряда.

Но страшнее всего были не погибшие в ту ночь. Страшнее всего были живые, вышедшие из дворца. Юнкера — мальчишки, которых разоружали и отпускали, но с клеймом позора. Ударницы — девушки, над которыми надругались не столько физически (хотя и такое было), сколько морально. Их называли «путанами Керенского», хотя они просто хотели служить стране.

Внутри дворца началась странная жизнь. Большевики, только что взявшие власть, вдруг стали хранителями. Пришло осознание: они заняли не просто здание правительства, а музей мирового значения. Пьяные матросы, которые крушили всё подряд, были с позором выдворены. На выходе поставили охрану, которая обыскивала каждого, чтобы не вынесли икон или серебра. Ирония истории: воры, ставшие сторожами.

Арестованных министров привезли в Петропавловку. Они не знали, что их ждет. Расстрел? Показательный суд? Керенский, сбежавший в Гатчину, потом попытается вернуться с войсками, но будет бит. Его легенда рухнула окончательно. Кстати, насчет женского платья, в которое он якобы переодевался, — это выдумка белогвардейцев и драматургов. Когда он бежал из Гатчины позже, он переоделся в матроса . Но миф о платье оказался живучее правды. Потому что он смешной. А смех — лучшее оружие против тех, кого ты сверг.

В Зимнем — теперь уже просто в здании — наводили порядок. Часы в Белой столовой так и остались стоять на 2:10. Их не заводили. Это был памятник.

А по городу поползли слухи. Что «Аврора» стреляла боевыми. Что Зимний утопал в крови. Что Керенский сбежал в женской одежде. Эйзенштейн снимет свой великий фильм «Октябрь», где эти мифы обретут плоть и станут официальной историей . Толпа, бегущая по лестнице, выстрелы в дверях, героические смерти — это было красиво. Это было не так, но это было красиво. А правда была скучнее: пара часов перестрелки, потерявшиеся в коридорах матросы и усталые люди, которые просто перестали сопротивляться.