Эксперимент...

В шестидесятые годы провели один очень смелый эксперимент. Не с ракетами, не с атомами и даже не с кукурузой, а с человеком.

Решили проверить, можно ли создать человека, если у него почти ничего нет: ни зрения, ни слуха, ни слов, ни представлений о мире. Только руки и другой человек рядом.

Учёные утверждали, что сознание формируется деятельностью, что личность — продукт общества, что, если правильно выстроить обучение, то можно буквально построить человека шаг за шагом, как дом.

— Сначала действие, — говорили они.
— Потом знак.
— Потом слово.
— Потом мысль.
— Потом личность.

Получалась очень стройная схема. Почти как инструкция по сборке шкафа. Только собирали не шкаф.

Сначала ребёнку давали ложку. Рукой ребёнка зачерпывали суп. Потом на ладони медленно выводили пальцами буквы. И снова ложка и снова буквы. Долго, месяцами, годами.

Постепенно из темноты и тишины начинал появляться мир. Сначала — как набор тёплых и холодных предметов.Потом — как набор действий, после — как слова. И наконец — как мысли.

Учёные радовались:

— Мы показали, как рождается сознание...

Они писали статьи, выступали на конференциях, спорили с философами.

Лишь один старый преподаватель, который работал там много лет и меньше всех выступал на конференциях, напомнил о главном:

— Вы думаете, что создаёте человека. А на самом деле вы просто очень долго и терпеливо его любите. Душа появляется только там, где один человек нужен другому.

Впрочем, в отчётах написали другое: о формировании психики, о поэтапном развитии мышления, о роли деятельности и знаковых систем.

Эпилог.

Прошли годы. Город переименовали, учёные разъехались, статьи легли в архивы, а слова «смелый эксперимент» стали звучать чуть тише, чем раньше.

Некоторые из тех детей выросли. Один защитил диссертацию. Другой писал тексты — медленно, тщательно, будто каждое слово по-прежнему нужно было нащупывать рукой. Кто-то просто жил — без формулировок, без теорий, без желания что-либо доказывать.

И это, пожалуй, было самым убедительным результатом. Те, кто когда-то спорил, тоже изменились. Одни продолжали говорить, что эксперимент доказал: человека можно сформировать. Другие — что он как раз ничего не доказал, потому что в нём было слишком много того, что нельзя измерить и воспроизвести.

А старого преподавателя к тому времени уже не стало. Говорили, что он до последних дней приходил туда, где когда-то начинали с ложки и первого слова, садился рядом и просто держал чью-то руку в своей.

Иногда казалось, что именно это и осталось от всей истории — не выводы, не статьи и не споры, а простое, упрямое действие, которое невозможно сократить до формулы: быть рядом.