Роман Багровая Цитадель. Глава 23

Глава 23

Первое время она жила как нищая. В буквальном смысле слова. Обосновалась в разрушенном доме и ночевала там прямо на подогреваемой подземными источниками земле. Одежду не снимала, бодрствовала и спала в ней, и спустя неделю её одеяния начали издавать пока что ещё легкое зловоние.

Ей было всё равно. Она была морально сломлена и подавлена.

Хотя чего она ожидала? Ведь бытность Подземелья описывали другие даже в сотни раз хуже, чем то, что довелось ей увидеть воочию. Но что-то не срасталось... Айна ощущала себя обманутой ложными надеждами не пойми на что.

На рынке она с первого дня научилась попрошайничать еду и напитки. Здесь варили нечто вроде очень некачественной и совершенно безвкусной браги. Кислое, треклятое пойло. Но его пили тут многие, практически все. Опьянение позволило скрасить серые будни.

Убийства здесь были не редкостью. Именно поэтому за ней никто не пришел. Торговцы на рынке любезно обьяснили, что здешним властям просто нет дела до того, как здесь копошатся нищие.

Пусть выживают как могут...

Здесь все предоставлены сами себе.

Местные, почуяв запашок, быстро сориентировались и показали Айне, где находится термальный источник, в котором можно искупаться и постирать вещи. В основном, большая часть людей на рынке была безобидной. Это были простые, запуганные рабочие или торговцы, не желавшие ни с кем конфликтов. Они походили на пугливых зверьков. От всего шарахались, ходили с опущенной головой. Никогда и ни с кем сами не заводили разговоры.

Была и отдельная группа людей. Они не брезговали грабить и убивать. Айна старалась держаться от них подальше.

Из-за того, что все были свидетелями её убийства, местные Айну причисляли к той же категории бандитов. Здесь всякий был сам за себя. И бандиты не обьединялись в шайки. Максимум своры по два-три человека.

Царила общая атмосфера - каждый сам за себя.

Путницу боялись и потому отдавали ей беспрепятственно все блага. Она брала в основном лишь самое необходимое. И пойло. Чтобы отвлечься от тяжких мыслей.

Всё это отдавали ей бесплатно, не прося ничего взамен. Просто из страха.   

***

«Кто убил, Айна, твоего врага? Его уничтожила ты сама. Уничтожила в пух и прах и мокрого места не оставила на нем. И лишь его смутный образ кроется где-то в уголках твоей памяти как напоминание о том, что он когда-либо вообще смел существовать в этом мире.

Но разве это имеет смысл, хоть какой-то смысл перед ликом Вечности?».

Айна часто напивалась в своих покоях до беспамятства. Всё таки пьянство пересилило её изначальную трезвость. И да, в этом состоянии ей часто приходили бредовые мысли, снились какие-то запутанные, нереальные сны.

Привычки местных людей одержали над ней верх, и правительница этих земель также, как и все в Цитадели, предалась гедонизму.

Пьяная она могла орать, разговаривать сама с собой и горланить песни часами напролет, совершенно напрочь забыв о ходе времени. И никто не смел вторгнуться в её полудрему и ей помешать. А ещё её сотоварищ подливал ей в вино чудодейственное зелье, от которого и вовсе с рассудком творились чудеса. Она лежала и как будто видела сны наяву. Это состояние было средним между сном и явью. Очень сложнопередаваемые ощущения, если честно.
Товарищ потом рассказывал что конкретно она вытворяла по пьяни, и Айна порой диву давалась.

Время в Подземелье шло крайне медленно. Дни сменялись неделями, недели месяцами... и в перерывах между редкими делами, где требовалось её присутствие, Айна начинала незаметно терять себя... но её поистине это устраивало.

Иногда к ним в гости захаживал Алерик, которому женщина доверяла, в отличие от остальных, и они предавались забытью втроем.

Радостный и порой безумный смех, крики и вопли, отдаленно похожие на куплеты песен, раздавались тогда по всему залу ещё сильнее. Они бесновато веселились в радужном угаре и, казалось, их ощущению беззаботности и счастья не было никакого предела. Его попросту не могло существовать в мире весов и мер.

По пьяни Айна часто обнималась с Алериком. И они, скучковавшись, сидели у костра. А Алерик, в свою очередь, как-то несколько раз даже умудрился поцеловать Айну, будучи нетрезвым. Правда, потом они продолжали вести себя по-приятельски, как ни в чем не бывало. И как будто женщина не замечала этих аккуратных, до дрожи приятных поглаживаний по спине, ссылаясь на то, что это всё было плодом её разбушевавшегося под градусом напряжения.

Царице вообще не было дела до мужчин, иначе бы она давно со всеми переспала, ведь многим дай только повод - особей женского пола в Цитадели было по пальцам пересчитать. А этот товарищ воспринимался ей исключительно как добрый, душевный и вечно печальный друг. Немногословный, в меру эмпатичный и чуткий мужчина всегда мог выслушать её... и она ему доверяла. С ним было как-то комфортно и безопасно что ли...

И испытывала страсть она лишь к делам, но омут веселья, беззаботности, пьянства всё сильнее её затягивал в пучину своих вод. И Алерик стал уже по сути её основным советником во всех делах. И незаметно стерлись между ними все мыслимые и немыслимые границы.

И как-то раз во время очередной попойки Айна даже ответила вполне себе с ощутимой страстью на его поцелуй...

А затем, разумеется, отстранилась, оставив товарища в немом замешательстве наедине со случившимся прецендентом. 
 
Прошло семь лет с момента её восхождения на трон.

Из-за многочисленных попоек у Айны начал мутнеть рассудок. Разум как будто всё время застилала пелена. Раньше такого не наблюдалось. Она понимала, что сильно сдала... осунулась... стала слабой.

Потенциально это было опасно для власти, и важно было не показывать виду, что с ней что-то не так.

Это было невероятно важно для сохранения авторитета. Иначе Айне припомнят все её прошлые преступления, а это означало свержение, возможные пытки, насилие и по итогу - казнь. Ни в коем случае нельзя давать слабину.

И Айна начала тщательно скрывать тот факт, что ослабла. Видимо, она, помимо прочего, начала ещё и стареть... ведь здесь стареют быстрее обычного. Гораздо быстрее.

У Айны давно не осталось естественных врагов. Практически с тех самых пор как она невероятно жестоким образом заняла трон. С тех пор её все посчитали за авторитета, стали бояться, трепетать и уважать её. И это длилось уже восьмой год...

Семь лет самой лучшей жизни...

Наконец, она решила поделиться своими опасениями с Алериком. Осмелилась, так сказать.

Они остались в очередной раз наедине в её покоях, и поддатая Айна поделилась своими переживаниями.

- А ради чего вообще ты заняла трон? - внимательно выслушав, выдал мужчина. И тут же слегка коснулся пальцами её плеча - Не ради ли того, чтобы править? А что это значит? Это же пирушки, веселье и радость каждый день! Когда захочется! Разве не ради этого люди проливают кровь?!

Мужчина искренне так считал, хоть и сам к власти никогда не стремился. Но плоды её вкушал.

- Я люблю тебя, Алерик! - скривила косую ухмылку пьяная Айна - Ты как всегда зришь в корень! И, знаешь что... если вдуматься - ты совершенно прав. Но, - внезапно на неё нахлынули воспоминания - Знаешь зачем изначально я решила участвовать в поединке?

- Зачем? - ему и впрямь было интересно это понять.

- Это безумно глупо, но меня схватила толпа сумасшедших и сказала, что я якобы избранная, - королева рассмеялась - А я и поверила в это!

- И прямо из-за этого ты пошла драться в пирамиду?

- Ну... получается... так.

Айне сейчас стало смешно. Ведь это реально нелепейшая совершенно мотивация. Но как есть...

Да и слова Дракона всплыли в памяти. Про свободу и прочие сложные вещи, от которых правительница за долгие годы успела уже отойти. В начале царствования она была ещё в тонусе, обладала ясным рассудком, и всё ей было нипочем. Но сейчас годы брали свое, и женщина явно состарилась... стала проще и приземленнее.

Не существовало уже той великой Айны, которая готова была всеми силами улучшать общество. Вся её жизнь превратилась в сплошную стагнацию. Но её это вполне устраивало. Ей больше не требовалось никому ничего доказывать. Как будто великие идеи остались в глубоком прошлом... далеко позади там...

Алерик прервал молчание, задумчиво потягивая бутыль с вином и рассматривая языки пламени в камине.

- И что же ты планируешь делать теперь? - промурлыкал он.

Женщина задумалась, посмотрела на полупустой кубок с напитком.

- Да а что я уже сделаю, Алерик? Остается лишь доживать свой век и всё.

***

Король приносит в жертву всех без исключения... ради своей власти. И именно поэтому он становится королем, обретая власть в тяжеленных боях с другими, менее достойными претендентами, выгрызая путь к трону зубами и когтями. Лишь достойнейший по человеческим и личным качествам выходит по итогу живым из мясорубки, чтобы править людьми настолько справедливо, насколько это вообще возможно в принципе. Ибо абсолютной справедливости никогда и не существовало как таковой. Это невозможно - сделать довольными обьективно и без исключения всех. Для того, чтобы трезво это осознавать, вовсе не обязательно обладать проницательностью мудреца.

Восходя на свой трон по трупам врагом правитель духовно очищается от несовершенной, отжившей версии себя, обретает силу, разум и дух. И будучи уже на вершине использует их для максимально возможного справедливого устройства общества.

Все, кто восходил на трон во имя корысти или иных несовершенных мотивов... терпели ужас и крах.

Их правление было бездарным и кратковременным... а имена предаются забвению сразу после свержения.

Нечистых людей перемалывает сама машина Вечности.

И лишь имена достойных правителей, вопреки всем изменениям в мироздании, вечны... и проносятся сквозь века.

***

Ещё вчера они пировали все вместе с военачальниками Цитадели за одним большим столом, рассказывали друг другу похабные анекдоты, пили, веселились и улюкали едва ли не на всю округу...

А с утра...

С утра все обезглавленные тела были выброшены со стен Цитадели на радость оголодавшим бродягам, а головы всех без исключения военачальников насажены на пики и выставлены на три дня на главном рынке.

Айна никому не доверяла. И поэтому устроила столь беспощадную зачистку.

Да и это было вполне себе оправданно. Ведь местные мужчины не славились высоким умом и хоть какими-то понятиями дружбы, морали и уж тем более - сотрудничества. Всё, что они умели - это брать себе. Вот этим они владели в совершенстве, и никто даже близко не мог их в этом искусстве превзойти. Однако, Айне ни к чему были подлые, самонадеянные, эгоистичные и трусоватые сослуживцы, с которыми ещё надо было считаться. Не она их, так они её. И они её... могло произойти гораздо раньше, чем она успела бы не то, чтобы что-то заподозрить... а даже просто глазом моргнуть.

Она никто в глазах других, таких же властных и честолюбивых, падких на власть, силу, выпивку и доступных женщин. Те нещадно просто выжирали людей... и без того замученных жизнью в Подземелье. А Айна... была своего рода освободителем.

Именно поэтому на рынке простой люд был так несоизмеримо рад гибели этих вурдалаков...и, безусловно, эта обратная связь дошла до Айны. Людское веселье и ликование было непрекрываемым.

Люди первоначально с опаской относились к новому правителю. Оно и понятно - скорее всего, они предполагали, что новый поведет себя абсолютно также, как прежние, то есть начнет нещадно грабить, обирать и обьедать народ, использовать их женщин и всё такое прочее...

Но нет... кровавая тиранша очень быстро заслужила доверие и почтение жителей. Дело в том, что Айна вела крайне аскетичный и не транжирный образ жизни. А потребности одного человека народ вполне мог полноценно компенсировать. Что такое за целый день одна мера крупы или даже тушка небольшого животного, или даже кусок человечины, или четверть от головки сыра, или местные сьедобные грибы, которых было пруд пруди, по сравнению с тем, как кормить ораву ненасытных бандитов, которые были до этого? Да это почти невесомость! Разве нет?

Айна питалась практически воздухом в сравнении с предыдущими людьми.

Да, были ещё слуги в Цитадели... немногочисленные. Были двенадцать советников. Но все они довольствовались едой.

Прокормить такую группу было гораздо легче.

Да и Айна, наоборот, наводила порядки во всех районах близ Цитадели. Устраняла остатки преступности. Людям стало жить проще и безопаснее. Она следила за справедливым распространением и без того дефицитных ресурсов среди всех слоев населения. Да, жизнь в Цитадели не была радостной... но со справедливым правителем у людей появилась надежда. Они воодушевились. Начали просыпаться от того кошмара, в котором столько времени пребывали.

Вот и всё...

Как просто быть нормальным правителем. Достаточно править ради самой идеи правления. Иметь власть ради власти, а не прикрываться властью ради набития брюха и удоволетворения своих страстей.

Те люди никогда и не были истинными правителями. Они вообще не принадлежали к категории людей власти. Только к той касте, главной целью которой являются безграничные удовольствия и насыщения. Такие готовы продать весь милый свет. По их вине может вымереть всё живое... но им так всё равно на всех, кроме себя.

Именно поэтому таких людей всегда сменяют те, кто рожден для власти, именно для власти самой по себе в чистом виде. Это их награда, корм и опий. И ничего им более не надобно.

А вкусно пожрать правитель может всегда за счет подданных. Это по сути такая мелочь для общего котла. Определенные роскошь, комфорт и статус являются сами собой разумеющимися для короля. Не важно где он правит и кем... даже для короля Подземелья.
 
***

Айне предстояло свыкнуться с королевскими обязанностями, в одночасье свалившимися ей на голову. Она внимательно рассматривала каждый уголок своего огромного кабинета. Всё сюда явно перетащили от хороших мастеров Верхнего Мира. В конце зала находился дубовый, лакированный стол. На нем - чернильница, перья на подставках, различные печати (их использовали крайне редко для переговоров с Поверхностью). Там же, правее - пергаменты, упакованные в свитки и ещё какая-то мелочевка. Свечи, разумеется. Стол был усыпан несколькими подсвечниками. На стенах также покоились факелы. Было в помещении размером тридцать на двадцать шагов и несколько жаровен, походящих на огромные металлические чаши, залитые горящим маслом, что было крайне удобно для обогрева слегка сырого каменного помещения.

Неподалеку от одной из них располагалась кровать. Одноместная. Ещё был диван. То есть, как минимум, там могло жить два человека. И, разумеется, камин тоже присутствовал в данном помещении.

Вскоре Айна научится ценить это место и начнет запираться в нем изнутри.

А пока ей предстояло привыкнуть ко всему великолепию.

Многочисленные статуэтки на полочках, чей-то бюст.... какого-то предыдущего правителя.

Большой сейф высотой в полный человеческий рост и шириной примерно в половину этого роста со всякой всячиной. Серебряный ключ от него Айна носила на шее, тщательно запахав его в свою рубаху, ведь именно там хранились все ценности - важные архивные свитки с записями всего и вся, договора с купцами и королем Верхнего Мира, пяти слитков с золотом, о которых ведали лишь некоторые советники (опять же - на случай обмена с внешним миром), несколько толстенных мешочков с золотом в поллоктя высотой.

Ещё в сейфе хранилось оружие, например, редкие виды кинжалов и колчан арбалетных болтов, которые подходили только одному арбалету во всем Подземелье.

Были и ещё вещицы, но всех предметов там было не счесть.

На каменной стене, прямо над камином, располагался железный треугольный щит с гравировкой в виде вставшего на задние лапы дракона посередине, за которым покоились два перекрещенных между друг другом меча без ножен. Банально? Возможно и так. Но а какое еще оружие должно было быть?

Также близ камина находилось кресло. Старое, слегка вонючее, кожаное кресло. Большое и толстое. Неподьемное для того, чтобы его можно было с легкостью передвинуть в другой конец зала.

Можно ещё долго в деталях описывать зал... ибо предметов интерьера там и впрямь находилось немало. В целом, Айне ещё лишь предстояло привыкнуть к этому ко всему. Слишком резко она стала из бродяги, скитавшейся по Подземелью, правительницей здешних мест.

Но вещи ей нравились. Однозначно. Этого ей в жизни очень не хватало. Большого, огроменного дома с кучей всего. Как же в некоторых моментах приятно и даже как будто бы необходимо быть королями. Всем рекомендую!

Со временем она полюбит посиделки у камина в массивном кожаном кресле с бутылью откупоренного вина. Полюбит размышлять в задумчивости о судьбах вверенного ей королевства. И однозначно Айне понравится этот зал. Вся Цитадель. Её укромное местечко с просторами. Все эти вещи станут дороги её сердцу как никогда ранее. И она забудет вообще, что когда-то скиталась по Подземелью одна, в диких сумерках порой, но большую часть времени - в полутьме. Из её головы выветрятся голод, страдания и вынужденный каннибализм. Всего этого больше не станет. Оно развеется в пыль. Атрофируется в памяти.

Останется лишь она... и камин. И эти вещи в зале. Как, впрочем, и сам зал.

Первым делом она заказала в свои покои вина. И напилась как свинья на радостях, что, наконец-то весь предыдущий кошмар в её жизни остался за бортом. Она была вне себя от радости, и просто в уединении лежала в отключке. Кстати, вина принес ей Алерик. И составил ей компанию первые две ночи в качестве собутыльника.

Алерик... она ничего толком не знала о нем, как и обо всех членах совета. Но он был явно непрост. Совершенно непрост. И лишь казался таким пустым, непонятным. Айна всё время ловила на себе его внимательный взгляд. Женщина ощущала его сквозь прорези в его маске. И странное, учащенное дыхание... она услышала его краем уха, когда была на грани отключки и валялась в кресле в полудреме с сильным опьянением. Ей даже показалось, что он тихонечко стонал... так приглушенно и тихо. Как будто боялся, что она его ненароком услышит.

Странный этот человек Алерик... загадочный и необычный. Явно отличался он от остальных членов Совета. Человек-маска. Человек-тень. Но она почему-то доверяла ему больше, чем остальным. Айна сама не понимала чем он так ей симпатизировал, что в нем было такого, чего не было в других. Но, впрочем, какая разница? Пусть будет.

Они вместе провели несколько вечеров. Она разрешила ему переночевать на своей кровати, а сама отрубилась в кресле.

Он ввел её в курс дел, творящихся в Цитадели. Рассказал о народе, о правилах здешних мест, о каждом Советнике по отдельности. Это было немыслимо и одновременно интересно. Чужестранка с Верхнего мира, победившая в жестоком побоище, и ставшая в одночасье правительницей здешних мест.

Про себя Алерик сухо рассказывал. Можно сказать, и не рассказывал вовсе. Да и Айне было не особо интересно о нем слушать, честно говоря.

А вот что он поведал о Цитадели и Подземелье в целом...

Изначально людей сюда то ли согнали... то ли они сами добровольно спустились под землю... уже никто достоверно сообщить и не может...

Да и не так уж и важно это всё было. По итогам, в Подземелье существовало несколько довольно сильных традиций. Одна из них - это как раз те ожесточенные бои за власть, участницей которых и стала сама Айна лично.

Побеждал сильнейший. И мудрость этого была в том, что только достаточно сильный и выносливый царь мог просто-напросто совладать с откровенно говоря тупым и озверевшим народом здешних мест. Если правитель был недостаточно силен, то всё, что он мог принести людям своим правлением - это приумножение скорби, материальных проблем и создание ещё большего хаоса в жизни государства. А хаоса, как известно, и без того было много на этой гиблой земле. Как, впрочем, и боли, и страданий, и всего остального, с чем местные жители и без того неплохо справлялись.

А правителем должен был стать тот, кто был в силах хотя бы немного, на небольшую долю изменить уже укоренившийся миропорядок хаоса. Народ в глубине души жаждал стабильности и порядка. Это Алерик так поделился своим видением ситуации. И Айна была с ним солидарна. Да и в общем-то этот факт был очевиден для любого умного человека.

Но не только лишь с чужой болью должен был справиться жестокий воевода. Но и совладать со своей собственной. Быть достаточно сильным. А мясорубка была своего рода инициацией. Способом выразить накопившуюся у воина злобу. И обрести силу через гибель других, более слабых и с меньшей волей жить. Ведь решала в итоге всего-навсего воля жить... ну, разумеется, и воля случая...

Казалось, все обычаи Подземелья строились на бесчеловечной жестокости. Но это было отнюдь не вся часть картины. Основной смысл всех этих обычаев заключался в искуственном отборе лидера - самого сильного, самого везучего, а, значит, избранного самими богами для власти над этой грешной, измученной всеми и вся землей. И, разумеется, такой человек получал право жить на десять шагов выше, сытнее, роскошнее и лучше всех. Но только, если действовал. И действовал безупречно. 

Итак, победитель считался избранником богов и достаточно сильной личностью, чтобы вести за собой людей. Это было своего рода непререкаемым, не подлежащим сомнению и критике, законом.

И именно на таких простых постулатах держалось всё общество. Эти правила были сродни религии, местным верованиям. За неимением никаких других религий и верований. Это было то, с чем соглашалось абсолютное большинство. И то, на чем безукоризненно держалась общая власть.

Можно сказать, столь неписанные законы являлись своеобразными духовными скрепами Подземелья. Ведь духовность, стремление к индивидуальной истине - необходимый элемент для существования любого без исключения общества. Не бывало исключений в этом правиле.

Что ещё было непререкаемым для жителей? Это то, что избранника богов было просто немыслимо и кощунственно самостоятельно убить. Если его уже избрали боги, то только они и имели право забрать его душу. Этот закон давал лидеру общества своего рода неприкосновенность. Как правило, все предыдущие правители умирали своей смертью, и это считалось в Подземелье немыслимой привилегией элитарного уровня - либо от болезней, либо от старости, иногда - в бою с врагами во время набегов на Внешний мир.

Так что, если ты победил... ты по праву вытянул билет в беззаботную жизнь.

А убийцу правителя здешних мест ждали лишь проклятья и ужасная, мучительная смерть в агонии.

Боли в жизни такого человека становилось воистину меньше.

У правителя появлялось право творить беспредел. Причем, беспредел, не требующий каких-либо логических обоснований. Он просто брал что хотел и делал что вздумается. Чем, собственно, и злоупотребляли предшественники Айны. И да, люди таких ненавидели... но терпели. За неимением иных вариантов.

Так что Айна со своей врожденной тягой к справедливости, аскетизму и отсутствию извращений была на правах местной святой... это был воистину подарок для местных. Многие вскоре начнут воздавать ей почести и едва ли не назначат богиней при жизни.

Жить для народа или жить для себя? Десятки правителей до этого выбирали второе. Это было чем-то настолько естественным, что глупо было даже думать о существовании других вариантов.

Но Айна стала перпроходцем, заложив основы принципиально чего-то нового, пока ещё даже не понятно толком чего.

Но то, что до этого местный мир не сталкивался ни с чем подобным, это неукоснительный и очевидный факт, хоть и существовавший пока что ещё на грани фантастики.

Айна знала только одно... она всё интуитивно делает верно. И что бы не думали другие о ней - только она знает как надо. Остальные слепы в своих мелочных интересах, жажде наживы и прочем.

Алерик вызывал в ней неприкритую симпатию. Что-то его и впрямь кардинально отличало от других. Она пригубила вина и взглянула на этого человека, который всегда ходил в маске и даже во время трапезы лишь слегка приподнимал её, но не показывал своего лица.

Мужчина любил выпить - в этом он честно сознался практически с порога. А ещё, судя по слегка выпиравшему из кафтана животику, он был также любителем вкусно поесть.

Что-то в нем было... эта мысль постоянно вертелась в сознании Айны.

Она возвращалась к ней вновь и вновь почему-то.

- А что Члены Совета? Как вообще появилась Цитадель? - внезапно продолжила расспросы она.

- О, это, несомненно, интересно, - Алерик уже явно перебрал лишнего в алкоголе - Смотри... когда люди переселились сюда, то начался бардак. Банды убивали друг друга. Требовался порядок. Но никто не хотел никому подчиняться. И тогда самым сильным из тогдашних людей было принято решение соорудить Цитадель, чтобы действующая власть могла прятаться там от тех, кто был против единого правителя. Кроме того, припасы разворовывались, и требовалась их защита от совсем уже конченого сброда. Ну и, как ты понимаешь, это всё решалось только одним способом... В общем, через какое-то время совместными усилиями всех, кто был хоть за сколько-то здравомыслящее общество, был сооружен замок. Жизнь стала стабильнее, у власти появилась надежная опора. Тех, кто был против, как ты понимаешь, наказали...

- А Совет из двенадцати как появился? - вставила свои пять копеек Айна.

Алерик усмехнулся.

- Смотри... ты знаешь как проектировать инженерные коммуникации?

Айна покачала головой.

- А как вести учет всех имеющихся ресурсов, планировать какую-никакую экономику? Как поддерживать хоть какую-то медицину? В-о-о-о-т... А теперь представь, что в этом болоте живет всего несколько достаточно образованных людей. Разумеется, им положены нормальные условия и некая доля власти, иначе они вообще ничего делать не станут. И, как ты понимаешь, каждый из членов Совета за что-то ответственен. И не дай Боги он умрет... что мы тогда будем делать?

Женщина задумалась. Меж тем собеседник продолжил:

- Необходимо периодически искать новых. Но с Поверхности люди добровольно сюда не заходят... значит, выход один.

- Какой?

Мужчина усмехнулся.

- А ты не понимаешь? - улыбнулся он - Украсть.

-Э-э-э-э...

- Ты пришла сюда добровольно?

- Ну-у-у... да.

- Вот. Теперь знай, что по меркам местных ты не вписываешься ни в какие каноны. Ты огроменнейшее исключение из правил. Чтобы кто-то... да ещё и такой сильный... добровольно спустился сюда. Такого мы не видели очень давно.

- Да... а что такого?

- Как бы тебе обьяснить... - он задумался - Кстати, а почему ты спустилась сюда?

Алерику стало искренне интересно узнать ответ на этот вопрос. Мужчина до этого даже не думал в таком ключе.

Да и Айна тоже не задумывались. Её привела сюда неведомая сила. И всё. Какой ответ её помимо этого ответа можно было дать? Провидение...

- Айна, - внезапно придвинулся к ней мужчина - Плесни ка ещё!

Это уже звучало как-то по панибратски. Но Айна сдержалась от комментариев. Не помешало бы сдружиться с этим человеком.

Внезапно, её осенило.

- Тебя украли? - прямо задала вопрос она.

Собеседник аж поперхнулся от неожиданности.

- Не ожидал от тебя такого вопроса, - задумчиво протянул он. Секундная пауза и он выдал - Да, меня выкрали. В юношестве, когда мне было пятнадцать лет. Я учился на клерика. Они прокрались поздней ночью и вытащили меня через окно. Били. Долго. Морили голодом. А затем дали комнатушку в Цитадели. Я смирился. Отсюда ведь все равно нет никакого выхода.

Он вздохнул, причем, тяжко. Как же плохо и горько мужчине было обо всем этом вспоминать! Он, если честно, и не разговаривал особо ни с кем в Цитадели. Просто... с новой правительницей он захотел пообщаться. А так его не особо привлекало людское общество, причем, ничье.

За годы пребывания здесь Советник так и не смог ни с кем толком подружиться. Он тихо ненавидел это общество за то, что его вообще в принципе насильно сюда привели, вытащили из прекрасного Верхнего мира, где мужчине было так хорошо и радостно гулять вечерами по светлому лесу, валяться на солнышке, где его любили мама и папа. А здесь не было никого, кто мог бы дать хотя бы чуточку любви и тепла.  Вот и коротал бедный Алерик целые дни и ночи в одиночестве, пристрастившись к вину, которое стало его единственным утешением в этом мрачном и холодном, лишенном обыкновенных человеческих чувств, месте.

Но ведь Айна тоже была родом из Верхнего мира. Как и он. Остальные Советники родились здесь, уже в Подземелье. Лишь они оба были выходцами из прекрасного Наружного мира. Да, и это бросалось в глаза, не могло не бросаться. Алерик любил смаковать в своей памяти то солнечное место, где он провел свое детство. И то, что Айна была способна понять его переживания в полной мере, роднило эти две души. А ещё Айна...

В ней было что-то весьма необычное. Отголоски светлой души, растерявшей свой свет... причем, растратившей его ещё задолго до своего спуска в Нижний мир.