Хитрый пастух и гордый хан

Давным-давно, когда горы были еще выше, а реки — еще шумнее, правил в одном районе гордый хан. Был он богат, но характер имел крутой, как тропа к Гунибу. Решил он однажды проверить, остались ли в горах люди, которые соображают быстрее, чем стрела летит.
Вызвал он к себе пастуха из дальнего аула, про которого говорили, что он с ветром разговаривает.
— Послушай, чабан, — говорит хан, поглаживая рукоять кинжала. — Дам тебе задачу. Приведи мне завтра к воротам дворца сто баранов. Но так, чтобы среди них не было ни белых, ни черных, ни серых, ни рыжих. Если приведешь — озолочу. Если нет — заберу твою отару!
Пастух поклонился, папаху поправил и ушел. Весь аул переживал: «Вай, бедный Магомед! Где он найдет таких баранов? Таких и в природе-то нет!»
На следующее утро, когда солнце только коснулось вершин, Магомед пришел к хану один, без единого барана.
Хан засмеялся:
— Что, пастух, не нашел ты чудо-зверей? Прощайся со своей отарой!
Магомед спокойно ответил:
— Почему не нашел, великий хан? Нашел! Отличные бараны, шерсть как шелк, и масть именно такая, как ты просил: ни белой, ни черной, ни серой, ни рыжей. Стоят они сейчас за перевалом, ждут, когда ты за ними пришлешь своего нукера.
Хан удивился:
— Ну, так зови его, пусть ведет!
— Хорошо, — кивнул пастух. — Только у меня одна просьба. Пусть твой человек придет за ними не в понедельник, не во вторник, не в среду, не в четверг, не в пятницу, не в субботу и не в воскресенье. Пусть выберет любой другой день недели — и я отдам ему всё стадо!
Хан замолчал. Посмотрел на пастуха, потом на своих визирей, которые рты разинули. А потом как захохочет на всю долину:
— Валлах, джигит! Твой язык острее моего меча!
Снял хан со своего плеча дорогую бурку, накинул на пастуха и сказал:
— Иди с миром. Пока в наших горах есть такие люди, которые за словом в карман не лезут, наш народ никто не одолеет.