Глава шестнадцатая

~ Глава шестнадцатая ~

Тихие сумерки ложились бархатом на крыши домов, меланхоличным полумраком заполнялись комнаты, и лишь непокорные фонари за окном вспыхивали тусклым светом и тут же гасли. Вихрастый ветер поднял шум, точно и не ветер он вовсе, а задиристый мальчишка. Гонял по улицам промокшие листья, поддевал опавшие ветки деревьев, переплетал меж собою запахи, разносил их то сюда, то туда; грохотал по крышам, гнул деревья, подгонял редких прохожих, точно мешали они ему. Ветер знал, совсем скоро случится осень. Он точно гостеприимный хозяин готовился к встрече: старательно взбивал облака, страстно желая, что вот-вот пойдёт снег. Но упрямые облака лишь дразнили задирчивого мальчишку, изредка даруя скупые капли дождя.
По губам Амели скользила смешливая улыбка, сквозь оконные стёкла она подмечала тщетные старания ветра. Это изрядно веселило девушку. В комнатах было стыло, бродяга-ветер пробирался сквозь тонкие щели и бессовестно разгуливал в доме. Амелия, крепко закутанная в свободный свитер горчичного цвета, время от времени подбрасывала тонкие можжевеловые веточки в камин, древесный аромат заполнял собою пространство, но от холода помогал не особенно. Амели пыталась согреть озябшие ладони о чашку горячего пуэра. Чай этот был в новинку. На любителя. С тех пор как Герман помог Амели раскрыть новые горизонты, девушке посчастливилось стать подлинным ценителем чая. Она с лёгкостью осваивала все тонкости заварки сего напитка, с радостью читала о чае те скромные заметки, что присылали ей чайные поставщики. Делилась своими наблюдениями с Германом, продолжала записи в маминой тетради и благодарила Бога за возможность быть счастливой.
Стены дома густо наполнялись странным неизвестным доныне ароматом. Размышляя об этом, Амелия сочла вкус пуэра богатым, но не всякий будет готов принять и оценить его. Аромат чуть землистый с тонким шлейфом хвои. В подобные ветреные вечера он звучал ярче. Амели подметила, чай сей обладает удивительным свойством согревать, побуждая созерцать и дивиться, сколько всего ещё неизведанного в запасе у Создателя. Лили, укрытая двумя одеялами, что-то сладко бормотала во сне.
Из цветочной лавки монотонно плескался тонкий аромат цветов, перемешанный с щедрой порцией морозной свежести, и Амели казалось, что она где-то далеко в горах. Она мечтала, что когда-нибудь обязательно побывает в горах, мечты, тем не менее, так и оставались мечтами.
Но события тех дней сами собой прокрадывались в сознание её, по-прежнему не давая покоя.

***
— Это Вера…
— Здравствуйте, Вера, — тяжело выдохнула Амели. — Вы всё-таки разыскали меня. По правде говоря, я и сама задумывалась найти вас…
— В одной из клиник обнаружена девушка и по документам это ваша… родственница, — говор девушки был тороплив и сбивчив, робость и волнение крепко скрутили её.
— Карина?
— Д-да.
— Где? Назовите адрес, — голос Амели наполнился доныне несвойственной ей требовательностью и строгостью, в ту же секунду готова она была броситься к дорогой подруге своей, как и несколько лет назад в тот страшный день.
— Дело в том, что мы в городе.
— С Кариной? — Амели была ошарашена, с одной стороны она понимала, что это просто невозможно, но неожиданное заявление Веры сбило её с толку.
— Я и Лили, и мы бы хотели…
— Лили?
— Ох, Амелия! Вы не можете оставить её, она ведь совсем одна.
— Вера! Я всё понимаю, но не могу, я не могу позаботиться о себе, вам не стоит доверять мне ребёнка… Понимаете… я… — щёк вдруг коснулось что-то ласковое, тёплое, точно кто-то заботливо дотронулся чуть шершавыми ладонями… слёзы… Это просто слёзы. Задыхаясь, девушка перешла на шёпот.
— Но у неё больше никого нет! Ещё немного, и девочка отправится в приют… Я прошу вас!
— Она знает о… Карине и…
— Я расскажу ей, обязательно.
— Что же вы говорите ей теперь?
— Я…я просто… говорю, что… что она временно поживёт с вами, кажется, она вас знает заочно.
— Ну хорошо, — бравада Амели спала. — Я подумаю.
Впрочем, всё давно было решено свыше. Вся наша жизнь — это время и случай.*
Амели устало потёрла виски и вышла на веранду. Пальцы её сами собою легко касались, оплетавшего стены и ставни вьюнка, ей вспомнилось, как старательно мама силилась украсить сим растением веранду, хотя и сорняк то, но столь прихотлив оказался он для дел этих. Губы девушки дрогнули в едва заметной улыбке. Бодрящий воздух тут же отрезвил разум. Да, Амели не бросилась к подруге своей, хотя сердце её горячо желало быть с ней, но сейчас, Амели должна позаботиться о Лили. Амели должна спасти её. Себя никак не получилось спасти, но Лили… Лили непременно нужно спасти.
Амелия не знала, как сумеет справиться с этим, но странное дело, теперь вера её была крепка.

«Вьюнок, или как звала его мама — повителька. Научное название рода происходит от лат. convolvere — «свёртываться», так как стебли многих видов рода завиваются вокруг других растений.
Повителька не садовый цветок, впрочем, растёт она там, где вздумается ей самой. Как по мне дивное растение, и мне удалось приручить его-таки. Теперь он нежно оплетает оконные ставни, и стелется по веранде. Главное, не забывать прореживать его. К слову, сорняк этот, впрочем, нет, сорняком называть его досадно, этот полевой цветок оказался весьма и весьма капризен. Это удивительно! А как чудесен аромат его. Тонок и нежен. Амели говорит, что это колокольчики, они звенят, когда приходят посетители. До чего фантазёрка!»