Леушанки. пр. 11
шево,рассказала:
-Мои родители Назаровы из деревни
Якушево пели на клиросе церкви села Вос-
кресенское на Мусоре.
В 1937 году меня там крестили,родители
брали меня с собой в гости к монахиням в
Романово.
Мы шли туда на богослужение ежегодно,
обязательно с гостиницами,несем им моло-
ко,пироги,яица.
Одна монахиня жила в отдельном доме,а
пять или шесть вместе в другом доме.
Дома у них была идеальная чистота,у
каждой был свой уголок,кровать,а на стене
иконы.
Перед домом росли цветы,это было боль-
шой редкостью тогда в деревнях.
Жители шли к ним с просьбой о религио-
зных обрядах,в наших краях православные
отмечали все праздники.
Монашенки были добрые и приветливые.
Они радовались,что я поступила в мед-
техникум и стану сестрой милосердия.
Имён их я не помню.
Анна Волкова,уроженка деревни Починок,
рассказала:
-Моя мать Мария Куликова до 13 лет
была послушницей Леушинского монастыря.
В раннем возрасте родители отдали её в
монастырь по обету,данному Богу.
После разорения монастыря мама верну-
лась в Починок.
В Починок приехали две монахини:Даша
Погодина и Дуня,они поселились в домике
на ключе.
Монахини стегали одеяла.Они часто при-
ходили к нам домой.
Монахини называли друг друга ласково:
Машенька,Дашенька,Дунюшка.
Они крестили мою дочь Ольгу.
К нам в деревню ходила ещё одна монахи-
ня Леушинского монастыря Елизавета,она
была нищенкой.
Мама всегда приглашала её за стол.
Другая Елизавета жила в семье у Кули-
ковых.Она занималась рукоделием и делала
игрушки,а мы,дети,носили ей траву для
изготовления игрушек.
Я училась вместе с дочерью священника
отца Капитона,церковь закрыли,а старосту
и священника увезли.
Мой отец был активист.Мама строго на-
казала ему не приносить из церкви ни од-
ной тряпочки.
(пояснение - церкви разоряли,местные жи-
тели всё забирали себе,даже по кирпичеку
церковь разбирали,всё несли в дом:в хозя-
йстве пригодится).
В войну в церкви жили заключённые.
Мама и монахини похоронены на кладбище
в Воронино.
продолжение 12
Свидетельство о публикации №226033101335