Дело авиаторов. Реинкарнация

05 апреля 1941 года

Берлин, Великогерманский рейх

Колокольцев был хорошо знаком с менталитетом и методами работы руководства советской внешней разведки (ибо и работал с ними долго и плотно – и элитную учебку ИНО ОГПУ закончил).

И потому не сомневался, что в дополнение к германской разведсети (созданной на основе группы левых экономистов и прочих интеллектуалов), НКГБ или ГРУ всенепременно создаст параллельную (точнее, дополнительную) сеть в Европе.

Наверняка в Париже – излюбленном месте отдыха германских офицеров и чиновников… а, как известно, на отдыхе языки развязываются быстрее и проще… особенно под воздействием вина, роскошной еды и шикарных женщин.

Причём создаст на основе транснациональной (раскинувшейся по всей Европе) торговой компании. Ибо и прикрытие идеальное, и к нейтралам можно ездить, не вызывая подозрений… и финансировать разведку чуть ли не по всему миру, фактически переведя заграничную агентуру на самообеспечение.

Ну, и потому, что успешный пример такой фирмы уже был – ЕМК Гмбх Колокольцева. Нет, советскую агентуру он, конечно, не финансировал – это было бы слишком рискованно и для него, и для получателей денег… но разнообразное Сопротивление (правда, не коммунистическое), его финансовый директор (ибо еврей) финансировал обильно от Польши до Норвегии.

Не сомневался он и в том, что фирма это достаточно крупная – иначе трудно будет вступить в контакт с серьёзными источниками информации – чтобы «попасть на радар» гендиректора ЕМК Гмбх Маркуса Бергера (в «еврейском девичестве» Марека Гринберга – сына раввина и друга детства Колокольцева).

К которому Колокольцев и направился. Изысканно отужинав в роскошной столовой штаб-квартиры фирмы на знаменитой Александер-плац (буквально в двух шагах от штаб-квартиры Крипо), он задал экзистенциальный вопрос:

«Какая из известных тебе достаточно крупных торговых фирм в Париже может быть прикрытием для разведсети НКВД или ГРУ?»

Марек задумался… надолго задумался. «На первый взгляд, нет таких…»

«А на второй?» - улыбнулся Колокольцев. Его гендиректор ещё немного подумал и осторожно предположил: «Есть одна… правда, в Брюсселе. Впрочем, её отцы-основатели сейчас обитают в Париже…»

Сделал паузу – и решительно объявил: «Симекс. Я неплохо знаю одного из её основателей – Лео Гроссфогеля… правда, не лично; я с ним не раз имел дело через посредников…»

«Что тебе о нём известно?» - осведомился Колокольцев. Марек пожал плечами:

«Твой ровесник и соотечественник – родился и вырос в Лодзи, в Российской империи. Еврей; талантливый электрик; ещё более талантливый предприниматель. В молодости увлекался сионизмом… даже в Палестине жил какое-то время…»

«Сионист на службе НКВД?» - усмехнулся Колокольцев. «Ненаучная фантастика»

Ибо трудно представить себе менее совместимые идеологии, чем сионизм и большевизм. Марек задумчиво ответил:

«Разочаровавшись в сионизме, Лео переехал на ПМЖ в Бельгию – он полиглот, как и ты. По слухам, вступил в тамошнюю компартию…»

«Но разочаровался и в коммунизме тоже?» - улыбнулся его босс. Марек пожал плечами: «На первый взгляд, очень похоже на то. С 1929 по 1938 год работал в брюссельской фирме «Король каучука» … собственно, так я и узнал о его существовании – мы с ней плотно работали…»

Ибо ЕМК Гмбх торговала… да чем угодно, на чём можно было делать хорошие деньги. А в этом Мареку Гринбергу было мало равных в Европе. Очень мало.

Он продолжил: «В декабре 1938 года он стал генеральным директором филиала фирмы Foreign Raincoat Company – теперь делал ещё и плащи. В качестве представителя фирмы совершал поездки в Норвегию, Швецию, Данию и Финляндию… и в Германию. С ним работал начальник отдела одежды и обуви…»

Глубоко вздохнул – и продолжил:

«В 1940 году вместе переехал во Францию, в Париж. Осенью того же года основал в Париже фирму Симекс...  которая уже чем только не торгует…»

И сбросил первую бомбу: «Каким-то образом Симекс стал официальным поставщиком вермахта… подозреваю, что за огромную взятку – интенданты повально продажны всегда и везде…»

Это была действительно бомба. Ибо при умелом общении и интендантами (а в разведсети явно работали хорошо подготовленные и опытные профи), из них можно было извлечь ценнейшие знания. Марек задумчиво продолжал:

«Основную работу делает бельгийский филиал фирмы – в Брюсселе. Им руководит некий Винсенте Серра – по документам вроде бы уругваец… я его никогда не видел, он работает через подчинённых…»

Идеальное прикрытие – можно нарисовать любую биографию и её не проверишь, ибо ни в абвере, ни в гестапо просто нет ресурсов для работы в Уругвае. Симекс нравился Колокольцеву всё больше и больше.

Марек продолжал: «Лео лишь совладелец… и у меня сложилось впечатление, что он постепенно отходит от дел… да и никогда не играл первую скрипку…»

«А кто играл?» - в высшей степени заинтересованно осведомился Колокольцев.

Его гендиректор пожал плечами:

«В парижском Симекс – официально в Брюсселе лишь филиал – главным акционером и гендиректором, похоже, является некий Жан Жильбер. О котором никто ничего не знает – два года назад он появился словно из ниоткуда…»

«Из Москвы он появился… как и этот Винсенте Серра» - усмехнулся Колокольцев, которому теперь уже всё было кристально ясно…  почти. Оставалось самое главное – узнать настоящее имя Жильбера.

«Да, вот ещё что» - неожиданно добавил Марек. «Гроссфогель теперь Пипер – по понятным причинам…»

Само по себе превращение еврея в бельгийца или голландца… или даже француза ни о чём не говорило – так многие спасались от преследований. В абвере была целая группа, которая так помогала евреям… такие же были и в полициях оккупированных вермахтом стран.

«… а знающие люди говорят, что настоящая фамилия Жильбера еврейская… да и сам он еврей по крови. Ходят слухи, что у него были какие-то дела в Палестине до войны». Колокольцев вздохнул: «Там он с твоим Гроссфогелем и познакомился…»

Глубоко вздохнул – и благодарно кивнул: «Спасибо — это именно то, что мне было нужно…». И откланялся.

По дороге домой заехал на почтамт, где отправил сверхсрочную телеграмму в Париж, после чего собрал дорожную сумку, снова добрался до аэродрома Темпельхоф… и снова на своём Тайфуне вылетел за границу собственно рейха.

Только на этот раз в Париж.