На грани

Посвящается мои внучкам Мире и Ксюше

«Истинно, Дух и Воля претворяют жизнь.
Законна сила Духа, идущего Красотою.
Утверждаю спасение всем, кто за Нами следует. Кто с Нами, тот спасен»/Учение Живой Этики/

Родился я на станции Кизнер, которая находится на стыке  трех республик: Удмуртской, Татарской  и Кировской, в 15  км. от большой реки Вятка. Дом наш стоял и стоит до настоящего времени в сотне метров от железной  дороги, по которой идут поезда пассажирские и товарные на запад и восток страны. Естественно, что с малых лет пристрастился к поездкам на поездах; и пассажирских и товарных. Чаще всего ездили к реке Вятка. И, конечно, бесплатно. На пассажирских-на  крышах вагонов; на товарных-на тормозных площадках. Кататся на поездах нравилось. Но было и нечто другое. Например, прыгали с крыши пассажирского вагона в вагон товарный, груженый углем. Это когда пассажирский поезд начинал движение. Или пролезали под грузовым вагоном  поезда, который начинал движение. Но эти безумные занятия взрослые останавливали, вплоть до физической расправы. Длились они недолго. Но было еще нечто. Мимо нашей станции следовали товарные поезда с арбузами. Арбузы везли в вагонах пульманах. Окна этих вагонов забивались деревянными решетками. Воровать арбузы на станции было невозможно. Охрана, путевые  осмотрщики вагонов... Арбузы везли на север. От станции Кизнер в сторону станции Ягул подъем. Паравозы шли медленно. Этим мы и пользовались. Только поезд начинал движение, мы заскакивали на тормозную площадку. Через километр приступали к работе. Двое залазили на крышу вагона. Старший разбивал молотком решетку. Затем, держа за ноги более легкого, спускал в вагон. Тот, кто попадал в вагон, подавал на  крышу старшему арбузы. Тот передавал человеку на тормозной площадке. Следующий осторожно спускал арбузы на землю. Они почти все  разбивались, но  есть можно было. Также кто-то на тормозной площадке складировал арбузы в мешки. С этими мешками прыгали с площадки. Эти арбузы оставались целыми. Их мы приносили домой. Эта добыча с номерами акробатики продолжалась несколько лет. Так вот: лазить в вагон старший доверял только мне . Потом вместо паровозов стали ходить тепловозы, которые с места набирали большую скорость и прыгать с арбузами было невозможно. Эти занятия прекратилсь. Видимо этот  навык  пригодился позже  мне при лазании по скалам.

Чандалаз. 1972 год. Восхождение по «Носу» Чандалаза-скала, имеющая до 80 %, то есть почти вертикальная. Свидетель-Боря Алимов. Зачем полез? Бесшабашность! Другого названия этому безумию дать не могу. Как позже узнал, что без страховки по ней подняться невозможно. Но некоторые скалолазы не полезут и со страховкой. Вероятность сорваться-наивысшая. Но полез. Через метров 20-30 осознал, что совершил смертельную глупость, но спуститься уже не представлялось никакой возможности. Помощи ждать было не от кого. Ни у меня, ни у Бориса веревки не было. Пролез через полочку, на которой была змея. Мое лицо и тело было в сантиметрах двадцати от змеи. Не тронула. Ясно понимал, что меня кто-то ведет. Указывает мне за что цепляться и на что наступать. Чуть позже осознал, что находился все время в другом состоянии сознания. Поднялся.

Позже. Весна. У Ворот Чандалаза. Между двумя скалами лежал огромный валун. Запрыгиваю на него, чтобы сделать снимок ущелья. Валун опрокидывается. Мгновенно спрыгиваю. Малейшее промедление и валун бы меня придавил. И покатился вниз он со страшным грохотом, увлекая за собой кучу других камней.

И опять Чандалаз. Цель-сделать снимок восходящего Солнца между Воротами Чандалаза. Время-конец марта-начало апреля.  Палатку поставил выше этих скал, у вершины хребта, где останавливаются на перекус туристы. Только лег; слышу шаги зверя, подходящего к  палатке. Понял, что это медведь. Ранее встречался с медведем на Чандалазе. Вылез из берлоги. Голодный. Вкючил фонарик. Стал периодически свистеть в свисток  и стучать ножом о котелок. Другой защиты у меня не было. Позже стал брать фейерверки, но никогда не успевал ими воспользоваться. Зверь отошел. Прилег, не выключая фонарика. Вновь слышу его шаги. Приближается к  палатке . И опять стал стучать и свистеть.Так продолжалось до наступления рассвета. Не удалось поспать ни одной минуты. Ждать появления солнца не стал. Спустился вниз по ущелью.

Март месяц. Цель похода- сделать утром на рассвете снимок с вершины «Хвоста» Чандалаза через ЛЭП хребет Чандалаза. Такого снимка у меня еще не было. Переночевав на своей даче, тронулся в путь. В доме на даче Владимира Трофименко отдыхали школьники, которых Трофименко намеревался сводить на другую сторону Чандалаза под ЛЭП, где он обнаружил хрусталь. От дороги, которая идет вдоль хребта Чандалаза решил подняться на вершину хребта под ЛЭП. От дороги показалось, что это возможно, так как снизу на склоне лежали камни, скатившиеся с вершины от взрывов. Поднимаюсь. А камней все меньше и они все мельче. Наконец, впереди не вижу  ни одного камня, за который можно было бы зацепиться,-голая скальная стенка метров пятьдесят впереди. Метрах в десяти от меня, с левой стороны небольшая полянка с кустами. Там можно подождать Трофименко. Знаю, что он всегда в подобные походы берет веревку и я буду спасен. Но как добраться до этих кустов? О спуске вниз не может быть и речи. Падение неминуемое. На стене скалы были камешки, вмерзшие в грунт скалы и небольшие трещинки. Медленно, цепляясь за камешек, ищу опору для ноги. Таким путем преодолеваю эти десять метров не менее, чем за полчаса. Потом долго лежу в ожидании Трофименко. Но изучив рельеф в скале, вижу трещину, глубиной 10-15 сантиметров. Она тянется вверх. Конца ее не вижу. Рискую. Решаю, цепляясь пальцами за края трещины, подниматься.Чем выше поднимаюсь, тем она становится глубже и шире. И вот впереди вижу корни дерева. Зацепившись за эти корни, можно вылезть к дереву. Там уже спасение. Преодолев, последние метры, вылажу к спасительному  дереву. Потом долго лежу. Снимок «Хвоста» Чандалаза мне уже не нужен. Да и солнце  уже давно начало свой круг по небосклону. Услышал голоса школьников. Они по дороге шли в обход «Хвоста» Чандалаза. Отдохнув, решил сходить в Грот пещеры «Мечта спелеолога». Через полчаса пришел в этот грот. Фотографируя, услышал голоса школьников. Они раздавались с дороги, откуда я начал совершать восхождение. Появилось нехорошее предчувствие. Быстро спустился к дороге и бегом к ЛЭП. Точно, предчувствие не обмануло. Несколько школьников начали подниматься по моему пути. Грозно крикнул им, чтобы они вернулись назад. Послушались. Спустились. Объяснил им, что впереди голая стена. Цепляться не за что. И спуститься будет невозможно. Посоветовал им подняться на вершину хребта по лесу. Так и поступили. Они могли разбиться еще по той причине, что вмерзшие камешки, под солнечными лучами могли оттаять и могли не удержать тяжести тела человека. Вверху их ждала верная гибель.

Как-то в походе к вершине Чандалаза, решил сделать снимок Ворот Чандалаза/три высоких скалы, стоящих над ущельем/ не из ущелья, а с вершины отрога хребта. По этому отрогу я никогда не поднимался и не спускался. И вообще, не знаю, кто по нему ходил. День был летний, солнечный, с белыми облаками. Хорошо бы поймать облако  над Воротами Чандалаза. Спускаясь, ищу лучший ракурс. Делаю снимки. Подхожу к стенке, то есть почти вертикальная стена метров десять высотой. Осмотрев, решаюсь на спуск. Можно сказать, ползу. По диагонали скалы. Но вот не вижу, кажется, ни одной трещинки или уступа, за что бы можно было зацепиться или поставить ногу. И назад вернуться невозможно. Как глупо получилось! До спасительного места не более трех метров. Но как их преодолеть? Как сползти, не разбившись. Услышал какой-то разговор. Неужели  туристы поднимаются по ущелью? Обрадовался. Хотел уже кричать. Разговор продолжался, но где-то совсем рядом. Стал оглядываться. Никого нет. А разговор продолжается. Вдруг слышу: Отвечайте! Что с вами случилось? Только в этот момент дошло, что со мной разговаривают по телефону. Телефон, шоркаясь о скалу , набрал «Спасателя». С огромным трудом вытаскиваю его из кармана и отвечаю: -Все нормально. Нажал кнопку случайно. Отключилась служба спасения. Но все ли у меня нормально? Но глупо вызывать сюда спасателей. Надо искать выход. И нахожу. Вероятность разбиться была высокой. Чудо какое-то произошло!

Сопка Сестра. Зима. После большого снегопада, решил сделать снимки с северного ребра этой сопки. Захожу под скалой к вертикальной стенке, метров пять высотой. В теплое время поднимался по этой стенке  неоднократно. Знаю все выступы, за что зацепиться. Но после снегопада этих выступов не видно. Оставалось еще немного и я мог бы ухватиться за ствол кедра, как всегда делал, но рука соскальзывает с выступающего камня и я спиной  лечу вниз. Падаю на снег и переворачиваясь меня несет к пропасти. Спасают кусты. Их немного, но они спасли меня от верной гибели. Там обрыв метров пятьдесят глубиной.

Сопка Племянник. Никогда не поднимался на ее вершину с северной стороны. Какие  с этого ребра виды не знаю. Полез. Сначала все было хорошо. Поднимался без проблем. Подошел к стенке. Изучив ее, понял-смогу подняться. И поднялся. А там дальше хребет как лезвие ножа;- около 20-30 сантиметров шириной  и с обоих сторон вертикальные обрывы. И назад уже не спуститься.Тут же  вспомнилось, как я полз по такой же узкой скальной полоске в каньоне Черный Шаман с целью сделать снимок водопада Черный Шаман с такой точки , откуда этот водопад никто никогда не снимал. Там надо было лезть метров двадцать. И я пролез. На животе. И сейчас надо пролезть этот участок пути на животе. И полез. Чуть засомневался, задрожал от страха,-все! Конец. Гибель. Преодолел. Оглянулся. Стало страшно. А если бы.,.Глупо погибнуть на Племяннике. Хотя погибать везде глупо.

Сопка Сестра. Лето. Никогда не поднимался по правому ребру этой сопки со стороны реки Сучан. Это ребро находится с правой стороны ущелья. И вообще, не знаю, поднимался ли  кто-либо по этому ребру. Зачем же я полез? За оригинальным снимком с этого ребра. Есть ли этот снимок, не знаю. Значит, надо поднятся. С огромным трудом преодолел более половину пути. Но вот передо мной вертикальная стенка. Зацепиться не за что. И назад уже не спуститься. С обоих сторон ребра отвесные стены, то есть -бездна. Но с правой стороны полочка. Она в одном метре от меня. Но до нее надо допрыгнуть, Ухватиться за нее. Подтятутся; и вылезти. По другому-никак. Что делать? В устье реки рыбаки на лодках. Рыбачат. Они  не знают о моем положении. Кричать им? Глупо. Сижу с полчаса. Надо решаться. Или прыгать. Или кричать и звать о помощи.
Мысленно прыгал десятки раз. Но...пропасть. Если сорвусь, то гибель не избежна. Наконец, принимаю окончательно решение: прыгать. И прыгаю. Цепляюсть за  край полочки. Подтягиваюсь. Вылажу. И долго лежу, смотря на устье реки,  которое мог и не увидеть...

Чандалаз. Зима. Цель похода-сделать снимок  «Хвоста» Чандалаза с Утеса 650 метров высотой после снегопада на рассвете.  Ночую на даче . Снегопад закончился вечером. Поднялся как обычно ветер и стало холодать. Снега навалило много. Выше  колен. Выхожу в 4 часа ночи. На градуснике минус 25 градусов.На мне две   куртки. Но на серпантине стал замерзать. Первую часть петли серпантина преодолел. По второй части петли надо идти навстречу  ветру. Чем ближе подходил к утесу, тем сильнее был ветер. Начал замерзать. Но самое  главное, я уже  не мог вытаскивать ноги из снега. Не хватало сил. Неожиданно правую ногу схватила судорога. От боли присел, и тут же  судорога схватила левую ногу. Этого я не ожидал. Что же делать? Лежать? Замерзнешь. Ползти? Невозможно. Боль не дает. Выход один-катится. Барахтался в снегу более часа. В какой-то момент почувствовал, что судорога отпустила. Сначала одну ногу, а затем другую. Далее до самой дачи шел осторожно. Не делая резких движений ногами. Какая радость после пережитого войти в теплый домик и напиться горячего чая! А снимок «Хвоста» Чандалаза после  снегопада я все-таки сделал. В третью зиму походов к  этому Утесу. И он получился прекрасный.
Гора Ольховая. Осень. Поход десятидневный. Через вершины гор: Ольховой, Крутой, Поворотной или Поперечной, горы на карте 1450 м., за ней Лысая, потом Белая и Синяя. Не знаю кто делал этот маршрут из туристов. Рюкзак 45кг. Первый день поход в верховье реки Алексеевки до зимовья. Расстояние от трассы более 30км.  Более двадцати переходов через реку Алексеевку. После  тайфуна река полноводная. Каждый переход-по грудь. К концу  пути сильно заболела поясница. По-хорошему надо было бы вернуться. Решил погреть спину огнем костра. Но и к  утру боль в пояснице не исчезла. Все-таки пошел на восхождение, то есть к  вершине горы Ольховой. Поднялся к  озеру Ольховому после обеда. Поставил палатку. Затем нагнулся, чтобы постелить  коврик и...рухнул от страшной боли в позвоночнике. Боль скрутила меня.  Встать не могу. Даже ползти. Что же делать? Ведь я пропал! В любом случае надо двигаться. Выполз с огромным трудом из палатки. Пополз без всякой цели вдоль озера. И...вижу дымок в лесу за озером. Неужели люди? Когда услышал голоса, покатились слезы. Спасен! Дополз до людей. Мужчин и женщин было более пяти человек. Неожиданно слышу голос: -Да это же фотохудожник Владимир Маратканов. Я был на его выставках. Этот же мужчина спросил: Что с вами случилось?
-Что-то с позвоночником. Промямлил я.
-Валентин Васильевич, вот вам и занятие нашлось!
-Я понял, что в этой группе находится народный целитель Валентин Семененко, о котором я много уже слышал. Он пришел на гору Ольховую со своими близкими учениками собирать бруснику. В этот же день он сделал мне два массажа поясницы и ног. На следующий день четыре медовых массажа. В третий день еще четыре массажа. И я выпрямился. Боль в пояснице исчезла. Это было равносильно чуду. Я понял, что массаж делал высоко профессиональный целитель. Так на горе Ольховой, у озера я был спасен от верной гибели народным целителем Семененко.

Через несколько лет в походе на гору Лысую случилось нечто подобное. Поставив палатку в ложбинке между вершинами, также наклонился в палатке и был сражен сильнейшей болью в позвоночнике. Даже ползать не мог. Даже поднять руку было больно. Или почти невозможно. Весь был скован этой болью. Вылезти из палатки не мог. Лежал трое суток не спав ни одной секунды. На четвертый день услышал голоса людей. Закричал. Это пришла семья из села Беневского за брусникой. Они дозвонились до моих друзей. В этот же день приехали мои друзья и на носилках отнесли меня к  машине. Сразу же отвезли в больницу  Водников. Лечили три недели. А если бы жители из села Беневского не пришли? Верная гибель. Умер бы от болевого шока. И это было чудо!

Зимне-весенний поход в верховье реки Ворошиловки. Сначала хотел идти один. Но напросился мой родственник Володя Проценко. Взял. За водопадами, поднимаясь по глубокому  снегу к зимовью, ноги схватила судорога.  До зимовья оставалось чуть более сотни метров. Володя отнес рюкзаки, а затем помог мне добраться до зимовья. Был спасен. В это же лето это зимовье сожгли. А если бы сожгли его годом раньше? А если бы я не взял в поход Володю?...

Возвращаясь от реки Ванчин/Милоградовка/ лесной дорогой к трассе, вышел на поляну, а там...Три тигра: тигрица и два тигренка. Они чуть меньше ее. Она рявкнула и они тут же скрылись в лесу. Сама осталась на поляне. А поляна размерами сто на сто метров и дорога идет посередине поляны.  А я как шел, так продолжал идти тем же темпом. Но скованный ужасом. Не переставая смотреть на тигрицу, прошел эту поляну. Как только зашел в лес, бросился бежать. Забыл и про свисток. Бежал до пасеки. Пасечник, увидев меня, и поняв, что со мной что-то не то, спросил о том, что случилось. Рассказал ему о встрече с тиграми. Он мне ответил, что сегодня ночью тигр утащил его собаку. Вместе с цепью. Если мне кто-то скажет, что он сфотографировал тигра в лесу , никогда не поверю этому. Сделал снимок либо в зоопарке , либо фото-ловушкой.

Поход в верховье ключа Огневка, впадающего в реку Кривую к так называемым оригинальным Огневским скалам.  Не смотря на то, что поход был групповым, я по воле какого-то неведомого рока  оказался в походе один. Позже узнал, что вся группа под руководством Станислава Кабелева ушла к другим Огневским скалам, которые находятся не в верховьях Огневского  ключа, а где-то ниже. Вышел к заброшенному лесоскладу. От него видны были эти скалы. Конечно, оставив рюкзак, налегке пошел к ним. Скалы, действительно, оказались оригинальными. Сделав снимки, вернулся к лесоскладу. Поставил палатку. Уже вечер, а туристов все нет и нет. Где же они? Наступила ночь. Почему туристы не дошли до этого лесосклада, не понимал. Уснул. Ночью слышал как шел дождь. К утру прекратился. Вылез из палатки и...у самой палатки на глинистой почве увидел следы тигров. Их было два. Один  след крупный, второй меньшего размера. Наследили они на поляне и вокруг палатки изрядно. О перекусе не было и речи. Быстро собрал вещи в рюкзак и пошел по лесной дороге к реке Кривой. С группой туристов так и не встретился.

Поход к Зубам Дракона в октябре месяце. Скал с названием Дракон в крае много. Но эти, к которым я пошел, находятся в Лазовском районе у гор Сестры. От трассы до Зубов Дракона около 30 километров. В долине, по которой я шел, было тепло, солнечно. Где- то над горами Сестры висели кучевые облака. Поднявшись на вершину хребта, который примыкает к хребту, на котором стоял эти скалы, неожиданно начался дождь, который перешел в снег, а затем началась метель. Сразу же вымок как говорится «до нитки». Пришел к поляне, где обычно останавливаются туристы. Здесь в полсотне метрах есть родник. Быстро поставил палатку. Благо спальник оказался сухим. Снял с себя мокрую одежду и залез в спальник.  Впервые  пожалел, что не взял газовую горелку. Да и запасной одежды также не взял. Спальник же  был летний. А за палаткой уже начался ураганный ветер и резко стало холодать. Недалеко послышался рев изюбра. Конечно, изюбр на человека в палатке  не нападет. А что если его гонит тигр или медведь? Стал замерзать. Надел на ноги рюкзак. Но тело замерзало. Пришлось в спальнике делать разминку. Крутится. Боялся заснуть. Если бы заснул, то, наверное, бы и не проснулся. Замерз бы. Только показался рассвет, одел мокрую одежду. А вот ботинки одеть не смог. Заледенели. Так и пришлось на цыпочках идти в них до теплого места, где остановился перекусить, высушить одежду и ботинки. А сделан был за поход один снимок. Утром на рассвете отснял палатку в снегу.

Поход с Олегом Дмитриевым за бухтой Краковка от Водозабора в сторону бухты Самбовая строго по берегу моря. За оригинальными скалами. Весь этот берег до самой бухты Самбовая скальный. Бесконечно приходилось перелазить, преодолевать, прыгать. Но вот мы уперлись в непроход. Перед этим непроходом два ущелья. Мы поняли, что возвратиться назад по берегу уже невозможно.. Выход один-подниматься по ущелью к вершине скал, где начинается лес. Разделились. Олег поднимается по первому ущелью, я по второму, которое ближе к непроходу. Крутизна ущелья до 80%.. Цепляясь за скалы, корни растений, лезу. Время от времени перекликаемся. Слышу:-Я выбросил бинокль. Наверное, и фотоаппарат придется бросать. Значит- дело дрянь. Но я пока лезу. Хотя лезть становится все труднее и труднее. Впереди небольшая кедрушка в руку толщиной, а за ней голая отвесная стена. Зацепившись за ствол  кедра обоими руками, кричу Олегу: Все, Олег! Спастись можно только веревкой. -Понял. -ответил он.-Я лезу. Держись!. Через несколько минут Олег уже сверху крикнул мне: -Я вылез. Бегу за веревкой. Держись! И Олег убежал. Выдержу ли я? Ведь мы отошли от Водозабора не менее километра. Сильнее прижался к скале. Вниз не смотрю. Страшно! Так высоко, что не слышно даже плеска волн. Надо мною летают чайки и вороны. И почему мы не летаем? Нет, с жизнью не прощался. Даже в мыслях не было, что сорвусь и погибну. Олег прибежал с Щеголевым Павлом Ивановичем. С ним мы приехали в бухту Краковка. -Жив? -Крикнул Павел Иванович.-Живой.-ответил я. -Спускаем конеец веревки. Обвязывайся хорошо. Мы вытянем. Вытянули. Потом долго лежали на вершине этой скалы. Они оба признались, что никогда так еще не бегали.

80-е годы. Поход с Олегом Дмитриевым на Пидан. Праздничные майские дни. В городе около 15 градусов тепла. В долине за Лукьяновкой, по которой мы шли, за 20 градусов тепла. Цветет рододендрон, летают бабочки, поют невидимые глазу птицы. Взяли с собой только палатку. Спальники, теплые куртки брать не стали. Лето же пришло! Зачем тащить лишний груз. Поднявшись на вершину отрога хребта, с которой просматривался Пидан, увидели, что вершина горы Пидан и Пидановский хребет в снегу. Этому значение не придали. Продолжили подъем. Вот и дошли до снежника. По мере восхождения к вершине снега становилось все больше и больше. Вот уже проваливаемся до колен. Еще немного-выше колен. Когда пришли к месту стоянки местами снега было выше пояса. Расчистили место для палатки. Нарубили лапника. Постелили его на снег. Поставили палатку. Сверху накрыли ее лапником. Получился стог. Успели даже развести костер, вскипятить воду и перекусить. Как только солнце ушло за горизонт начался сильный ветер и стало резко холодать. Тут же нырнули в палатку. Трехместная палатка без спальников, курток показалась нам большой квартирой. Через полчаса начали замерзать. Выход был один-заниматься гимнастикой. Что мы и делали до самого утра. Больше мы с Олегом на вершины гор без спальника и теплой куртки никогда не ходили. Урок на всю жизнь.

На этом же месте, спустя много лет, я умирал. Но все по-порядку. Затеяли мы с Володей Проценко совершить поход от вершины Фалаза по Пидановскому хребту к вершине Пидана. До деревни Васильевка доехали на рейсовом автобусе. Далее по ключу Прямому на Пидановский хребет. Перед восхождением в самом верховье ключа, набрали воды, перекусили. Чтобы не терять время, костер разводить не стали. Выпили по две кружки холодной воды с сухим молоком. Но уже на восхождении понял, что в груди словно лежит кусок льда. Поднялся на хребет уже больным. Сиденье у костра и горячий чай с медом болезнь не победили. Ночью поднялась температура. К утру встал совершенно разбитым, больным. На Фалазу решили не идти. Дойти по хребту до вершины Пидана. Переночевать, а утром спуститься в верховье реки Литовка, где нас должен был ждать наш друг Вениамин на машине. Только вышли, пошел небольшой дождь. Благо взяли с собой плащи. Уже где-то к обеду подходили к первой вершине Пидана.  Сил хватило у  меня только залезть в палатку и укрыться спальником. Володя сварил кашу, вскипятил воду на чай. Кашу есть не стал. Выпил две кружки горячего чая с медом и тут же вырубился. Володя что-то говорил, но я не понимал. Ночью много раз просыпался. Видел один и тот же сон. Передо мной являлся мой друг Балабай Анатолий Иванович, исчезнувший где-то в тайге еще в 1980 году, то есть пропавший без вести. Он меня уверял, что не умер, живой. Я верил этому. Утром встать не смог. Все тело горело как огнем. Кое-как уговорил Володю идти к Веньке, так как он будет ждать и беспокоиться. Заверил его, что на Пидан почти ежедневно поднимаются туристы и со мной ничего не случится. Он долго уходить не хотел. Можно сказать, почти прогнал его. С  его уходом со мной стало происходить что-то необыкновенное. Все тело продолжало гореть огнем. Периодически я терял сознание. Но как только уходил из реального мира, встречался с Балабаем. Он продолжал меня уверять, что не умер. Даже ходили с ним к месту его работы, но ни местности, ни города, куда он меня водил, я не узнавал. Я ясно только осознавал, что Балабай жив, не умер, что там, где я с ним встречался, мир более реальный, чем тот, в который я периодически возвращался. Сколько это продолжалось, я не осознавал. Но однажды вдруг почувствовал, что я могу шевелить руками и ногами. Вылез из палатки. Было утро. Рядом кострище. На палке висит котелок с водой, рядом сухие дрова. Разжег костер. Вскипятил воду. Напился чая. Есть кашу не хотелось. Собрал палатку, вещи. Осторожно стал спускаться в сторону Лукьяновки. Уже на тропе пришла уверенность, сила в ногах. У речки стояла лагерем группа туристов. От них узнал, что я пролежал в палатке трое суток.

Десятидневный одиночный поход в южной части Приморья в конце апреля -начале мая 1980 года запомнился мне надолго. Маршрут был такой: от Первостроителей к мысу Лапласа. Затем к бухте Краковка. Ночевка на берегу моря. Далее-Обручевские водопады. Осмотр всех водопадов. Ночевка. Переход к реке Кривой. Где-то у устья ключа Огневка ночевка. Восхождение на хребет Тачин Гуан. Ночевка у горы Высокой. Спуск к ключу реки Водопадной. Поиск водопадов на ключах этой реки. От охотников слышал, что на одном из ключей есть водопад выше Беневского Первого и красивее. Между реками Обручевкой и Кривой, на перевале произошла неожиданная встреча с медведем. «Нос к носу». Медведь шарахнулся в одну сторону, а я взлетел, сбросив рюкзак, на вершину скалы. Потом, опомнившись, не мог понять, каким образом мне удалось на нее влезть. На хребте Тачин Гуан у горы Высокой оказалось плато. Торфяное. В середине камыш. Слышал, что там есть озеро. Решил проверить. На всякий случай вырубил две больших палки. Они меня и спасли. Не доходя до камышей, провалился. Болото стало меня засасывать. Помог еще и рюкзак. Вылез. Так как был туман, то на вершину горы Высокой подниматься не стал. Спустился в самое верховье ключа, впадающего в реку Водопадную. Вышел из леса на небольшую поляну. На ней лежало несколько кедров, поваленных ветром. Какой же был ветер, если сломал такие кедры! Решил здесь и остановится на ночлег. Развел костер. Приготовил перекус. Только стал есть кашу, как услышал треск сушняка. Посмотрев в ту сторону, откуда послышался треск, увидел медведя. Что делать? Свистнул в свисток. Медведь остановился. Уходить с этого места было уже поздно. Да и не безопасно. Палатку ставить не надо. Надо нарубить много веток и сделать еще два костра. Самому находится между этими кострами. Все это было сделано, можно сказать, на виду медведя. Наступила ночь. Я свистел, гремел, но медведь не уходил. Затем он стал ходить вокруг этих костров и реветь. О сне и речи быть не могло. Надо было поддерживать огонь в кострах. Благо нарубил веток целую гору. К утру медведь исчез. Взвалив рюкзак, также спустился к реке Водопадной. А там тропа. Там зимовье. Там пасека. Исследовать водопады на ключах реки Водопадной уже не хотелось. Да, еще в этом походе-путешествии в тело мое  впилось более полсотни клещей. Только в голову около двадцати. Врач терапевт, осмотрев голову и тело, сказал: -Теперь тебе не надо никаких прививок. А я и не прививался. Никогда! А вот Юре Калинину-Камчатскому фото-путешественнику, моему другу, не повезло. В походе к водопадам реки Беневской, его укусил  один клещ. Он оказался энцефалитным. Болел Юра долго. Остался инвалидом. Позже так же, как и мой друг Балабай, исчез в Камчатской тайге навсегда. Тело не нашли.

В начале 2000-х годов осеннее путешествие на север Приморья в поисках горных озер. Еду с рыбаками. С нами едет бывший священник Анатолий. Он закончил Киевскую духовную семинарию с красным дипломом. Выгнали за пьянку. Он не рыбак. Согласился со мной сходить поискать эти горные озера. Рано утром от устья реки Смеховка, впадающего в Кему, где рыбаки встали лагерем, водитель Руслан отвез нас на заброшенный лесосклад. Я показал ему и Анатолию на  хребет Сихотэ-Алинь, на вершину которого нам надо с Анатолием подняться. Руслан сильно засомневался, что мы сходим на него за один день. Да это недельный поход! -воскликнул Руслан.-Я, конечно, приеду сюда к семи часам, но не верю, что вы успеете придти. Но мы пошли. Далее ни  дороги, ни тропы не было. Шли вдоль ключа, втекающего в реку Смеховка. Берега были красные. Это созрели ягоды красной смородины. Никогда такого количества зарослей смородины не видел. Но ни есть, ни тем более собирать нам было некогда. Мы почти бегом устремлялись к хребту Сихотэ-Алинь, где надеялись увидеть озера. С левой стороны увидели стену курумника. Стена эта уходила куда-то к облакам. Решили, что за этой стеной находится озеро. -Надо, Толя, подняться. Проверить.
-Предлагаю подниматься не в лоб, а по диагонали. Легче будет.-предложил Анатолий.
Только начали подниматься по камням, вспомнил что писал академик Куренцов в своей книге «Мои путешествия». Он едва не попал в лавину, поднимаясь на вершину горы Фалаза. Его спас лес. Уговорил Анатолия идти ближе к лесу. Уже подходя к ближайшим деревьям, неожиданно сверху, а не из под ног, началось движение камней. Мгновенно запрыгнули в лес. Как вовремя! На то место, где мы только что стояли, с грохотом падала лавина камней. Грохот стоял до тех пор, пока все камни не скатились к ручью. Если бы мы не успели отскочить к лесу, никто бы наши тела никогда не отыскал. А на вершину Сихотэ-Алиня мы поднялись к 16 часам. Высота ее 1500 метров. Озер не увидели. Вернуться мы к 19 часам, конечно, не успели. Пришли к лесоскладу почти в полночь. Автомашины не было. И еще 15 км. шли пешком. Руслан сидел у костра. -Два раза ездил за вами. Говорил же, что это невозможно. После завтра мы едем к мысу Олимпиады. Проезжали рыбаки. Сказали, что в реке Кузнецова много рыбы. Мы с Толей решили сходить по другому ключу, впадающему в реку Смеховка. Руслан  объявил нам, что у него в баке бензина только доехать до Амгу, где есть заправка. Больше он куда-то нас везти не сможет. Решили с Толей рискнуть. Поспав три часа, тронулись в путь. Через час Толя Благословил меня, и пошел обратно в лагерь. Устал, сказал он. Вот лесосклад, но другой. Значит я уже прошел около 15 км. А хребет Сихотэ-Алинь еще далеко далеко.  Но ради озер пошел дальше. Поднимался к вершине хребта уже тяжело. Но поднялся. Пройдя по нему к северу около километра, увидел горное озеро. Оно находилось примерно в пяти километров от меня на высоте около 700 метров. Для этого надо было спуститься с хребта Сихотэ-Алинь и пройти какое-то расстояние по тайге. Решил рискнуть. Пройдя с полкилометра, схватила ногу судорога. Наклонился от боли, как тут же стянуло и вторую ногу. Вспомнил наставление охотников. Лечь на землю под деревом и по возможности поднять ноги на ствол дерева и обхлапывать мышцы ног. Так и поступил. Через полчаса боль отпустила. Но надо было еще дойти до лагеря. А это около 30 километров. Когда вышел к лесоскладу, понял, что уже спасен. Тут не пропаду. Пришел в лагерь к четырем часам утра. Лагерь спал. И ничего не ведал о том, что я пережил. Фактически за двое суток прошел около 150 километров. А на следующий год мы с Анатолием Гуровым-туристом из Партизанска это горное озеро нашли. Его не видел ни один турист в крае. Красивое озеро.

Люблю ходить по побережью полуострова Трудный. Однажды решил отснять Черные скалы, но с вершины мыса Тунгус. За час добежал от остановки автобуса Южный до мыса Тунгус. Сделав необходимые снимки, возвращаюсь по вершине мыса к дороге. Навстречу бежит собака. Облаяла меня. На ее лай слышу несется свора собак. На всякий случай залез на дерево.И вовремя. Эта свора- собак двадцать, окружили дерево, на котором я сидел, и стали яростно меня облаивать. Стал свистеть в свисток, но только еще больше их разозлил. И что мне делать? До людей не докричишься. До дач более двух километров. Сижу час. Все так же злобно лают. Приуныл. Народ сюда даже в воскресные дни не ходит, а уж в будни, тем более. Вдруг где-то в бухте залаяла собака. Стая прислушалась, а затем с лаем устремилась вниз в бухту.  Конечно, медлить не стал. По хребту мыса добежал до дороги. Только там успокоился.

Первая дача моя была под телевышкой на Пади Ободной. Узнав, что за телевышкой есть небольшое озеро, решил прогуляться к нему. Была поздняя осень. Выпал первый снег. Но на березах желтые листья еще не слетели. Если у озера будут березы, то снимок получится неплохой. Спускаюсь к этому озеру. Выхожу на поляну. На свежем снегу вижу какие-то  красные пятна. Подхожу ближе. Это разорванные куски собачьего мяса. Но тут же на снегу следы тигра. Свежайшие. Он где-то рядом. Я его спугнул. Достав свисток, стал по своим же следам, отступать. До озера так и не дошел. Хорошо, что благополучно вернулся на дачу.

Осенний поход с Сашей Мухамедчиным к Городу скал. Это за селом Беневском. Был уже несколько раз в этом скальном комплексе, но летом. Осенью, конечно же, снимки более интересные. Здесь и скалы «Три Богатыря», «Белочка» и еще много оригинальных скал. В первый день отсняли ближайшие к нашей стоянке скалы. Остановились же мы недалеко от скалы «Белочка». Время еще было, и я решил сходит к дальним скалам. Хотя бы со стороны взглянуть на них. Саша идти не захотел. Устал. -Посижу злесь у костра.
Идти к скалам по вершине хребта. Поход не тяжелый. На вершине хребта лежит свеже-выпавший первый снег. Спускаясь с небольшой вершинки, запнулся за лиану и покатился вниз. Ударился при этом ногой о камень. Дальше идти  не решился. Пошел обратно. Вдруг увидел на своих следах еще какие-то следы. Сначала подумал, что это Саша шел за мной. Пригляделся. Да это тигр за мной шел! Спешно достал свисток и начал изо всей силы свистеть. Так и шел до стоянки насвистывая. Саша сидел у костра.-Чего это ты рассвистелся?-спросил он удивленный.
-Рассказывать о встрече с тигриными следами не стал.
-Настроение  хорошее. Вот и свищю.
На всякий случай принес к костру три пенька. Хватит гореть всю ночь.
-Я тоже люблю пионерские костры. Похвалил меня Саша. Веселее сидеть у большого костра.
Решили мы с Сашей и Анатолием Гуровым сходить к самому высокому водопаду в Приморье, который находится на одном из ключей, впадающем в реку Ванчин/Милоградовка/. За селом Лазо, вышли у дороги, которая ведет к реке Ванчин. Подходя к реке, увидели на дороге четкие свежие тигриные следы. Похоже, что мы его спугнули. Он шел к нам навстречу, а затем пошел обратно по дороге к реке. Поставив у реки палатки, мы с Анатолием пошли искать этот водопад, а Саша остался у палаток собирать дрова, отдыхать. Шли долго. Когда ключ можно было уже перешагнуть, поняли, что смысла идти дальше нет. Какой же может быть водопад при таком  количестве воды? Вернулись к лагерю. Поужинав, легли спать. Мы с Анатолием в мою трехместную, Саша-в свою. Перед тем как лечь, положили в костер несколько пеньков. Хватит гореть всю ночь. Только улеглись, услышали шаги. Какой-то зверь явно шел к нашей палатке. -Это тигр, Толя. Так тихо ходит только тигр. Зверь подошел к палатке. Понюхал голову сначала Толи, а затем мою. Отошел. Утром Саша рассказал нам, что тигр подходил к его палатке. Фыркнул и ушел. -Я, сказал Саша, весь день, пока вы ходили, мочился на палатку и вокруг палатки. Моча моя тигру не понравилась. Тут надо сказать, что палатки наши стояли в пяти метрах от костра, но тигр огня не испугался.

Река Ванчин одна из самых красивых рек Приморья. Кто-то из туристов говорил, что она даже красивее реки Кемы. Не берусь судить. Обе реки красивые. Бурные. Одеты в самые разнообразные берега. Кажется, Партизанский известный турист  Геннадий Козлов, когда мы с Сашей Колдуном были у него в гостях, предложил съездить к водопаду Дивному в конце марта. -Увидим, сказал Козлов, и зиму, и весну. У минерального источника увязли. Моя помощь была не нужна. Я сказал, что пойду к водопаду. Догоните. Больше шел по льду реки, чем по дороге. Но вот уже и водопад Дивный, а ребят не видно и не слышно. Значит, что-то случилось с машиной. Сделав снимки, пошел обратно. Увидев на своих следах, следы тигра, испугался. Решил идти только по льду  реки, где больший обзор. При переходе перемычки, лед треснул и я провалился в воду. Успел только бросить на берег сумку с фотоаппаратом. После  чего с трудом выкарабкался на берег и сам. Взяв сумку, побежал по льду к ребятам. Стало холодать. Пройдя с полкилометра, увидел избушку. Зимовье! Конечно, к нему. Замка нет. Вхожу. Есть печка. Дрова. Нары. На нарах спальники. Затопил печку. Переоделся в одежду охотников. Свою мокрую одежду повесил над печкой сушиться. Набрав снега, вскипятил воду. Тут были и сухари, и консервы, и разные  каши. Не успел я перекусить, как в зимовье вошли мои товарищи. Увидев дым из трубы, поняли, что я в зимовье. Услышав мой рассказ, попив чая, вернулись к машине. Они не доехали до зимовья около километра. Поставили палатку. После чего пошли искать меня. Договорились, что на следующий день все вместе пойдем к водопаду Дивному. На мое предложение остаться ночевать в зимовье, Гена сказал, что у них палатка с печкой. Дрова они заготовили. Утром за мной зайдут. К утру моя одежда, ботинки высохли. Я отдохнул. Только перекусил, как они зашли за мной. При переходе речки по льду, Саша Колдун упал и сломал руку. Сделав ему лубок из коры, продолжили путь к водопаду. Когда шли по дороге, где были следы тигра, Толя Гуров, разбирающийся в следах зверей, исследовал это место.
-Сергеич, а ведь тигр, действительно, тебя преследовал. Даже когда ты шел по льду речки, он шел берегом за тобой. Мог бы ведь и напасть. Он испугался, наверное, когда ты провалился под лед. Но и на этом наши приключения не окончились. При переправе  через реку Ванчин, лед треснул. Машина провалилась.. Приняли решение: мне бежать в деревню за трактором. Когда я уже подбегал к деревне, меня они догнали. Каким-то чудом вылезли. Обратно за рулем машины был Саша Мухамедчин. В  Партизанск  приехали  ночью. Переночевав у Гены, поехали в Находку.

К мысу Лапласа я ходил много раз. Цель этих походов-сделать снимок восходящего солнца между этих красивых скал, которые туристы называют Перьями. Уже установил, что солнце выходит из моря между этими скалами в конце  ноября и в конце  февраля. Но в ноябре на Лапласе  туманы. Значит идти надо зимой. Вот и очередной поход к  мысу Лапласа. Пришел к вечеру. На мысе Лапласа стоит здание пограничников. Без окон и дверей. Есть стены, за  которыми можно спрятаться от ветра, крыша над головой. В этом здании когда-то стоял прожектор, освещающий берега от Триозерья до бухты Краковка и море , естественно. Перекусив, лег в спальник, спрятавшись за стенами здания от ветра.  Уснул быстро. Вижу сон: бежит табун лошадей-топот, ржанье. Просыпаюсь. Светает. Беру сумку с фотоаппаратом и к своему месту. Это к скалам, которые находятся метрах в стах от мыса в сторону Триозерья. С полчаса ожидаю восхода солнца. Вот и Солнце. Жаль, что нет над Перьями облака, но это уже моя жадность. Делаю несколько снимков. Решаю отснять Перья с северной стороны. Бегу к перемычке. Поднимаюсь на нею и вижу на берегу лежащего оленя. Спускаюсь. Подхожу. Не понимаю, почему олень не убегает. Вижу: поза его не естественна. Да олень же разбился. Упал с мыса. Высота падения более полста метров. Почему он упал? Поднялся на мыс. Олень упал с места, которое находится рядом с зданием. На снегу вижу кровь. Тигр загнал. Но следов оленей много. Один олень сиганул от тигра вниз. Одного он явно задрал. Другие убежали. Вот почему я увидел во сне табун лошадей.

Наш с Григорием общий друг Николай Николаевич Матафонов предложил нам съездить с ним за корнем женьшеня.
-Лет тридцать тому назад, рассказал нам Матафонов, он со своими товарищами корневщиками ездил в Чугуевский район к горе Синей, где обнаружили хорошую плантацию корня женьшеня. Как обычно забрали только крупные корни. Мелкие оставили. Ягоды-посадили. За это время женьшень вырос. Взяли еще художника Виктора Маслова. Приехали к горе Синей/высота горы 950м./ к вечеру. Встали лагерем на заброшенной пасеке. Утро встретило нас густым туманом. В десяти шагах ничего не проглядывалось. Матафонов распределил нас, кто и каким образом должен идти по склону горы.
-Там, на вершине, Владимир Сергеевич, есть красивые скалы. Вершину обойди. Смотри внимательно под ноги. Не торопись. Григорий пойдет ниже тебя. Я- под ним. Маслов, как самый грузный, пойдет низом. Чтобы не брать гору в лоб, Матафонов посоветовал выйти на отрог хребта и по нему подниматься к вершине. Так и сделал. Но уже поднимаясь по этому отрогу, понял, что на этой горе никакого корня мы не найдем. Повсюду валялись бутылки из под воды и пива, кульки, обертки от конфет. Поднялся на вершину. Скалы меня не удовлетворили. Ничего оригинального в них не увидел. При обходе  горы потерял ориентировку. Из-за густого тумана солнца видно не было. Показалось, что вышел на тот же отрог, по которому поднимался. Стал спускаться. Спустился в долину. Вышел на тропу. Она шла вдоль небольшого ключика. Пройдя с полчаса, понял, что иду не к пасеке. Солнца по-прежнему видно не было. Решил идти по тропе. Тропа должна привести к дороге. Там и можно будет разобраться, где  я нахожусь. Тропа время от времени исчезала, а через некоторое время появлялась у  ключа. Затем исчезла совсем. Сколько ее не искал, не нашел. Началось болото. Кочки, вода между кочек. Шел держась русла ключа, который уже превратился в речку. В стороне от речки увидел большой просвет. Решив, что там дорога, пошел на этот просвет. Вышел к озеру. При возвращении к речке увидел на своих следах следы тигра. Достал свисток и стал, идя к речке, беспрестанно свистеть. Запнулся о кочку. Свисток  вылетел из руки . Найти его не смог. Последней защиты от зверя лишился. Есть еще  нож охотничий в рюкзаке, но он от тигра не спасет. Дальнейший поход мой был-то по берегу реки, то по самой реке, так как берега были завалены  валежником. Появилось солнце. Шел я на юг. То есть от горы Синей. Но куда шел, не знаю. Время катилось к вечеру. Ушли мы не позавтракав. Всю еду Григорий положил в свой рюкзак. Чтобы уталить голод, постоянно пил из речки воду. Недалеко от речки увидел полянку. На ней росло  несколько кедров. Были дрова. Решил отдохнуть. Присел, а встать уже и сил не было. Принял решение: здесь заночевать. Собрал сушняк. Достал из сумки-корфа зажигалку. Щелкнул. Огня не появилось. Щелкнул еще несколько раз. Огня не было. Странно. Новая зажигалка. Еще пощелкал. Огня нет. Без костра тут делать нечего. Надо идти. Стало смеркаться. Вдруг увидел у реки что-то белое. Подхожу. Дорога. Но  куда по ней идти?. В какую сторону? Пошел наугад. Вышел к кладбищу. Значит, надо идти обратно. Наступила ночь. Но я уже знал, что дорога приведет  к селению. Обязательно приведет. Увидев огни, был на седьмом небе. Зашел в первый же дом. В доме большая компания молодежи. Сидят за столом. Увидев меня, оторопели. Да и понятно. Одежда на мне мокрая. Да и состояние  мое-дичайшее.
-Откуда? С трудом рассказал о своем путешествии.
-Да, ты что мужик! От горы Синей до сюда полста километров! Там же болото! Никто летом не ходит! Хозяйка  квартиры посоветовала мне снять одежду, которую она выстирает, а одеться в одежду мужа. Затем меня посадили за стол. А есть я не в состоянии. Только чай. Хозяин дома подтвердил, что после  такого похода человек есть не может. Ребята решили отвезти меня на пасеку, сказав, что друзья мои будут беспокоиться, не уснут. И отвезли. А мои друзья сидели у костра и рассуждали, куда же я пропал. Конечно, увидев меня, обрадовались. Рассказав о своем странствовании, полез в свою палатку. Почему-то решил проверить зажигалку. Щелкнул. Загорелась. Еще щелкнул. Загорелась. И еще щелкнул раз десять. Загоралась каждый раз. Почему она там не зажигалась? В доме, куда я попал, мне сказали, что тебе мужик крупно повезло. В это болото пришли медведи из Хабаровского края. Ночью даже при  костре они бы тебя задрали.

Поход 31 декабря на гору Туманную. На станции Анисимовка снега по щиколотку. Но чем выше поднимался, тем глубже был снег. Когда вышел на хребет, снега стало выше колен. Никто до меня на гору Туманную не ходил. Тропы не набил. Когда стал проваливаться до пояса, понял, что на вершину горы, где находится дом метеостанции, мне не дойти. Но сил не осталось и на возвращение на станцию. Шел как в тумане. Часто падал. Боялся, что ноги схватит судорогой. Тогда-конец. Мороз крепчал с каждой минутой. Как дошел до станции, непонятно. И на ночную электричку успел.

Также 1 января рано утром поднимался от домика фермера к ущелью, над которым стоят Ворота Чандалаза, чтобы на рассвете отснять через эти скалы солнце. Мороз был минус 35 градусов. На окне домика был градусник. Это я запомнил. Ветер был северный, сильный. На мне был новый сентипоновый костюм, который был для ветра непробиваемый. Но не для мороза. Костюм замерз. Замерзал и я.  Также шел к домику и падал. Вставал, шел и опять падал. Состояние было почти бессознательное. Дошел. Засунул руки в печку. Обгорели рукова куртки, а ожога рук не почувствовал.

Поход к Обручевским водопадам. Одиночный. Всегда почти одиночный. Оставив рюкзак на поляне у реки, пошел фотографировать водопады. После второго или третьего водопада, только вышел из-за скалы, увидел над водопадом медведя. Он меня не видел, но своей головой стал шевелить в разные стороны. Учуял. Тут же зашел за скалу. Возвратился к поляне. Взял рюкзак и пошел обратно к  букте Краковка. Из-за волнения тропу к лесной дороге не увидел. Когда прошел  с полкилометра или километр, понял, что иду к бухте Успения. Решил сократить путь к дороге, двигаясь напрямую через лес. Но эта прямая оказалась трудней всякой кривой. Сплошные овраги. Когда вышел на свою лесную дорогу, то смог только поставить палатку, залезь в нее и упасть на спальник. Вижу сон. Стою на берегу реки. Берег обрывается и я падаю в омут. Просыпаюсь. Светло. Передо мной тень тигра на палатке. Он медленно три раза обошел палатку и исчез. Меня как бы парализовало. Даже взять свисток в руку не смог, который лежал у моей головы. Минут через пять-десять, сообразив, что тигра уже нет, открыл палатку; осмотрелся. Затем быстро собрал вещи в рюкзак и почти бегом устремился к  Водозабору. По пути беспрерывно свистел.

Идем с Юрой Калининым от  Козыревска через лес на плато, которое находится между вулканами  Ключевской группы вулканов. Он инвалид. Больше восьми килограммов. Нести не может. Ноги не поднимаются. У меня рюкзак 45кг.Продукты на неделю, вода на два дня пути. А идти нам 50км. Иду перебежками. Прохожу метров сто-двести, бросаю рюкзак и жду Юру. Его темпом идти не могу. Ночевка. Вес рюкзака немного уменьшился. Но все равно иду пробежками.  Вижу на небольшой полянке у дороги много мухоморов. Конечно, надо отснять. Скидываю рюкзак. Фотографирую. Вдруг слышу сильный крик Юры и треск сучьев. Оборачиваюсь. От дороги в лес убегает большой медведь.
-Мог напасть?-спрашиваю Юру.
-Запросто! Не надо убегать. На Камчатке  ходить надо вместе. Это тебе не Приморье. Здесь везде медведи.

Приехав после нашего, одного из самых интересных путешествий в моей жизни, домой к Юре, он предложил мне сходить к самому красивому Камчатскому водопаду  Снежному. Как обычно добираемся на попутном транспорте. Путь наш за вулкан Горелый. Довезли  нас до места, откуда начинается пеший маршрут то ли охотники, то ли рыбаки. Мы не поняли. Да и ладно. Главное -доехали. И конечно, бесплатно. Не берут на Камчатке водители деньги у тех, кого они подбирают на дорогах.  Далее около десяти километров по ровной дороге. Вот и водопад. Юра подвел меня к видовой площадке, где водопад просматривался лишь наполовину.
-Вот отсюда я и фотографирую этот водопад.-похвалился Юра.
-А что, нельзя его сфотографировать снизу?
-Нет ни у одного человека снимка снизу. Туда спуститься невозможно. А если по реке?
-Глубоко и течением сшибет. Водопад в недоступном  каньоне.
-А если попробовать спуститься  по сланнику?
-Да ты что? С ума сошел. Стена вертикальная.
-Я попробую.
-Ты что, Сергеич, убиться захотел? Ни один человек еще туда не спускался.
-Попробую я. Если не получится, то не стану спускаться.
-Лучше  бы я не показывал тебе этот водопад! Что я скажу твоей жене, дочерям?
-Ладно. Я только Юра попробую.
Залез в этот ольховый сланник. Он держит крепко.
-Тут Юра при всем желании упасть невозможно.
-Ну, как знаешь. Я тебя туда не посылал.
Начал спуск. Никогда я таким манером не спускался с гор. Но одно понял: упасть в сланнике невозможно даже с вертикальной скалы. Через час спустился к  реке. Водопад предстал передо мной весь-снизу до самого верха. Радость была огромная. Красивейший водопад! Сделал два десятка снимков. Пройти по воде, действительно, было совершенно невозможно ни вверх, ни  вниз. Но как выбраться отсюда? Попробовал пробиться через сланник. Не получилось. Придумал подниматься рядом со сланником. Не залезая в него. Получилось. Так и полез. Когда вылез, лег на землю и с полчаса лежал не разговаривая. Юра и не спрашивал, видя мое состояние. Потом, когда я встал, он спросил: Видел весь водопад?
-Видел Юра. И подарю тебе лучший снимок этого водопада.

Вернувшись в квартиру к Юре, у меня оставалось времени до вылета еще несколько дней. Сидеть в квартире у Юры было неинтересно. На двери в квартире Юры висела большая фотография водопада. Попросил его сходить к этому водопаду. Он идти отказался, сказав, что начнет обработку снимков. Расспросил как до него добраться.  Он рассказал. Но идти не посоветовал. Из-за медведей. Я решился. До нужного места добрался на попутной машине. Через два километра стою у  этого водопада. Он в ущелье. Само ущелье находится в глубоком каньоне. Отсняв водопад, выбрался из ущелья. Перед мной большая поляна-дно каньона. На поляне ходит большой медведь. Щиплет траву. Меня не видит. Что делать. По реке не пройти. С левой и с правой стороны поляны ольховый сланник. Через него не пройти. Достал свисток. Но свистеть не решаюсь. Все надеюсь, что медведь уйдет. Жду полчаса. Не уходит. Солнце катится к хребту. Если закатится, станет темнеть. Надо на что-то решаться. Начинаю изо всех сил свистеть в свой милицейский свисток. Медведь поднял голову. Понюхал. Затем неспеша пошел в сланник. Только он скрылся из виду, я бросился через поляну к склону каньона. Взлетел на вершину каньона как на крыльях. Дальше бегом к трассе. На попутку, и дома у Юры. Рассказал ему о встрече с медведем. Он не одобрил мой поход к водопаду. Но сам через несколько лет один ушел в многодневный поход по Камчатке  и пропал без вести.

После  сильного тайфуна решил сходить к левому  мысу  бухты Тунгус сфотографировать волны. Спустился с мыса к скалам, откуда можно было сделать хороший снимок. Стоял метрах в десяти от волн, которые  набегали на скалы. Сделав несколько снимков, стал смотреть по сторонам. В какой-то момент увидел, что на меня надвигается волна с пятиэтажный дом. Успел только вжаться в нишу, которая была в скале. Волна с шумом захлестнула меня и прижала к нише . Затем схлынула. Спасла меня ниша. Если бы ее не было, то последствия были бы ужасные.

Мой сосед по подъезду дома Алексей, мужчина лет тридцати, узнав, что я турист, попросил меня показать ему крас ивые природные места нас юге Приморья. В первую очередь съездили к Красным скалам/мыс Пасека/. Понравилось. Затем за Врангель к мысу Поворотному, к маяку. Потом поднялись на Чертов Палец, который стоит между маяком и бухтой Песчаной/ /Шапалова/. Сходили к  мысу Лапласа и к мысу Лисученко, а также побывали в скальном  комплексе Замок.  В этот период времени я общался с писателем Евгением Суворовым. Он жил по ул.Пограничной, в трехстах метрах от дома в котором я живу. Часто гулял с огромной собакой по дорожке мимо высотных домов, где мы часто встречались. В одном из разговоров Суворов рассказал о Лазовском заповеднике, где он работал. -Вам, Владимир Сергеевич, как фотографу, надо обязательно побывать на юге Лазовского заповедника за бухтой Кит, где находится много интересных скал и кекуров.
-Это же запретная зона. Кто меня туда пропустит?
-Я договорюсь с директором заповедника. Только автомашина должна быть проходимой.
-У меня сосед любитель Природных памятников. У него машина Джип, проходима. Я поговорю с ним.
Алексей, конечно, принял это предложение с огромной радостью.  Алексей взял в поход свою жену, а та свою подругу. Едем. Суворов без всяких затруднений взял пропуск на посещение  заповедника. По пути показал нам Глазковские водопады. Проехали бухту Кит. За небольшим перевалом-Заповедник. Перед нами открылся красивый вид: озеро и пляж, на мысах которого много скал и  кекуров. Но Суворов сказал ехать дальше. К кордону. Недалеко от кордона, сообщил нам Суворов, в море стоит скала Кит. Мало кто видел эту скалу. Суворов, пообщавшись с охранником заповедника, повел нас к скале Кит. И действительно, метрах в десяти от берега стоит удивительный кекур-скала, напоминающая больше на  голову акулы, а не на кита. Женщины тут же устроили фотосессию. Суворов предложил мне пройтись дальше по берегу. Метрах в трехсот от скалы Кит стоит в море удивительная скала, напоминающая Пизанскую башню, метров тридцать высотой с наклоном. Рядом еще несколько оригинальных скал. Вечером у костра Суворов сказал мне, что на северной стороне пляжа за мысом есть небольшая бухта, в которой стоят несколько оригинальных скал. Попасть в эту бухту сложно. От пляжа непроход. Только по морю. Глубина до пояса. Сверху сложно. Утром, когда все еще спали, решил сходить к этой бухте. С вершины скалы эта маленькая бухтав вся просматривалась как на лалони. Два красивых кекура стоят метрах в двадцати от пляжа. Понял, что лучше снимать эти кекуры с пляжа. С огромным трудом удалось спуститься. За пляжем в скалах было  несколько гротов. Эти гроты сделали волны. Из любопытства заглянул в первый грот. Конца его не увидел. Темно. Подхожу ко второму гроту. Как-то машинально посмотрел на песок. На песке были следы тигра, которые вели в этот грот. По инерции я уже вошел в него. Затем мгновенно осознал, что след в грот один. Обратно тигр не выходил. Ужас объял меня. Еще шаг и он  бросится на меня. Мгновенно отступил и почти бегом к непроходу. Обошел его по воде. Всего по пояс. Вернувшись к лагерю, застал туристов за завтраком. Рассказал им о встрече с тигром. Женщины перепугались. Суворов произнес: Серьезный случай. Могла быть беда.

Алексей, услышав от меня, что я занимаюсь поиском горных озер, и что есть  несколько горных озер в районе села Слинкино, решил поискать эти озера. Заехали в небольшое село Романовский ключ. У первого встречного мужчины на у лице спросили о местонахождении горного озера. Он сказал, что без сопровождающего его нам не найти. Алексей тут же дал ему тысячерублевую купюру. Мужчина без промедления залез в машину.Пока ехали он рассказал нам печальную историю, связанную с этим озером. Лет тридцать тому назад ребятишки как обычно пошли к этому  озеру купаться. Один из них заплыв на середину озера, неожиданно исчез. Мальчишки, постояв и поняв, что их товарищ у тонул, побежали в село. Сообщили отцу мальчика о случившемся. Он был трактористом. На тракторе приехал к озеру. Со стороны, где из озера вытекал ручей, срыл землю и спустил большую часть озера. Тело сына нашел. Пришел к выводу, что утонул он от судороги, так как в этом месте был родник с холодной водой. Дорога была до самого озера. Озеро вулканического характера, размерами метров сто на пятьдесят. Окружено березами. За озером находится высокая скала. Сразу понял, что надо сделать снимок с вершины этой скалы. Подняться на нее можно было только с южной стороны. Пока женщины занимались фотосессией, пошел к скале. Без труда поднялся на ее вершину. Сделал снимки. Только начал спускаться, как в голове что-то случилось. Я потерял сознание. За что-то запнулся и покатился вниз. Задержало от падения в пропасть дерево. Ударился о дерево телом и коленом. Кое-как дополз до машины. В  квартиру Алексей фактически меня занес. Идти я не мог. На следующий день я должен был идти к Валентину Семененко показать ему фотографии о своем путешествии по Камчатке. Позвонил ему. Телефон квартирный ответил длинными гудками. Нет Семененко. Около месяца ходил на костылях только на почту и в магазин. Каждый день звонил Семененко, но в ответ-длинные гудки. Как только смог ходить без костылей, поехал к Семененко. Подхожу к двери. Закрыто. Подхожу к окнам. Жил он на первом этаже общежития Нефтебазы. Створка одного окна открыта. В комнате работает телевизор. Крикнул несколько раз. Без ответа. Заглянул через окно в квартиру. Кровать не заправлена. Посчитал, что он уехал в город. Подождав с полчаса, поехал домой. На следующий день поехали к нему с Сашей Мухамедчиным. Дверь квартиры закрыта. Створка окна открытая. Все также работает телевизор. Поняли, что Семененко в  квартире нет. С ним что-то случилось. Прошли по тропе, по  которой он ходил к бухте Лесная до вершины хребта. Если бы в лесу был тру его, то обязательно были бы вороны. Ворон не было. Вернулись. Приняли решение залезть в квартиру и поискать там его тело. Залез в  квартиру я. Осмотрел все, что можно было. Саша со двора командовал: Смотри в ванной, под кроватями, в кладовке. Нет тела Семененко. В помещении ванной на полу лежал белый мешок. Потрогал его. Похоже, что в мешке был песок. Для ремонта, видимо, приготовлен. Одним словом, тела Валентина в квартире не   было. В этот же день написал в полицию заявление о розыске Семененко. На следующий день звонок: Как же вы искали тело Семененко в квартире? Он лежал в ванной под тряпками. Спросил у работника полиции: Мешок белый был в ванной? Ответ: Никакого мешка там не было.
Стало понятно. Кто-то спрятал тело Семененко в мешок. И этот  кто-то воровал его вещи. В коридоре я видел рюкзак, в  котором лежал инструмент Валентина и еще что-то. Брат Семененко, проживающий во Владивостоке, отдал квартиру Семененко для проживания своим знакомым. Они в день заселения позвонили мне и сказали срочно приехать. Приезжаю. Смотрите!- показали они на табуретку, которая стола в ванной. На углу табуретки были волосы и кровь. Над ванной у потолка висел водонагревательный котел. Семененко ремонтируя его, упал и ударился виском о угол табуретки. Мгновенная смерть. Кто- то из бичей заметил, что квартира пустая, хозяина в ней нет, стал посещать ее. Скорее всего и жить в  квартире. Тело спрятал в мешок. Вещи Семененко воровал и продавал. Ни одной иконы в квартире Семененко не осталось. Было их много. В тот день, когда я лазил в квартиру Семененко, этот человек видел меня. Ночью залез в квартиру и вытащил тело Семененко из мешка и положил его под тряпки.
А погиб он в тот момент,  когда я на скале у озера потерял сознание. Это он меня оповестил о своей смерти.

Это далеко не все случаи, где я находился на грани: быть или не быть...

Фото-путешественник, член Российского Союза писателей Владимир Маратканов