Машина сбивает дочь мигранта

 
Ей всего - или уже - 7 лет. 
Всего или уже 7.
Таких случаев в Москве было очень много. 
 
1. “Бэха” 
 
Светло-серого цвета. 
Икс 5.
А ведь когда-то он особенно ее любил. 
Сейчас уже меньше, но все же. 
И вот он поставил ее на обочине - и вышел на декабрьскую улицу в сугробах.
Чтобы прийти в себя, он даже закурил. 
Хотя никогда этого не делал. 
Он вспомнил, как все произошло. 
Как он стал убийцей. 
Кирилл.
Ты убийца. 
Она сама виновата.
Почему же ты сбежал. 
Не хотел связываться. 
Многие из владельцев таких машин - а уж тем более совсем дорогих - вообще  внутри себя бы решили, что их машина дороже - чем безымянная дочка мигранта.
   
2. Семья 
 
Москва становилась вечерней, снежной. 
Он все так же пока не то что гулял, а просто ходил. Внизу у набережной.   
И вдруг он понял, что ему некому особо позвонить. 
Бывшая жена Елена жила с их 7-летней дочкой (у нее такой же возраст, как и у погибшей... погибшей... и сделал ее такой - ты).
Он набрал ее. 
Хорошо, что она была дома и могла говорить.
Он все ей рассказал и ему стало немного легче. 
Он смотрел на снег, воткнув белые наушники. 
• Получается, я человека убил.
• Мигрантку...  И потом, она сама виновата. 
Он спросил - как учиться дочь, ведь та пошла в 1 класс. 
И они еще немного поговорили. 
• Я не могу снова сесть в свою бэху. 
• Сможешь. Сможешь. 
 
И он и правда сел. 
А еще подумал  о том, что снег уже почистил следы крови. 
Ему снова на миг показалось - что она лежит на проезжей части.
Он сбил на своей “бэхе” ангела. 
Он сбил ангела. 
 
3. Работа 
 
Ему было 30.
Он был высоким симпатичным  брюнетом. 
Если 5 лет он занимался неким стандартным безликим - бизнесом, то в последние два года он был активистом  Сорока сороков.   
“Черная гвардия” патриарха. 
Они ходили на службу в ХСС  и он всех их знал. 
Они с битами - крушили “выставки сатанистов”.
Или защищали строительство новых храмов. 
А еще он создал небольшое издательство - все книги которого были связаны с церковью и русскими идеями. 
Нилус. 
Олег Платонов. 
Так его душа отреагировала на суету Москвы. 
Именно это стало одной из важных причин развода. Хотя больше - просто Елена устала с ним жить. Он казался ей не достаточно любящим. А эти Сорок сороков все еще больше усугубили. Так им об обоим с дочкой казалось. Они нашли больше любви в другом мужчине -  дело было не в богатстве. 
Это был скандал для других “гвардейцев”.
Что у него был развод. 
Но он отвечал, что это лукавый искушает жену и дочь - видя “успех Бога”.
Он едет в офис своего издательства. 
Там удивляются - что он так поздно.
Там были две женщины лет 50 - и все вокруг было в запахе ладана и в иконах. 
А вообще работают еще две таких же - и все. 
Он даже не смог им все рассказать.
 
Рядом небольшая часовня - он возвел ее на свои деньги.
Он идет туда, закрывает за собой дверь и встает на колени. 
Вот его офис?
И его работодатель? 
Он вспоминает, как здесь молились патриарх и много известных старцев. 
Икона спасателя сморит на него с любовью.
Помоги мне.   
Помоги мне.
Помоги мне.
 
Ему не хочется ехать на этой машине.
Да еще в пустой дом. 
Он провел здесь до 5 утра.
Ночная Москва “шумела” своими соблазнами. 
Он, почти засыпая, - приехал домой.
Икона дала облечение. 
 
4. Поиски 
 
Он не мог не искать следы ее родственников.
Так что в своем офисе он надолго не появлялся. 
И в часовню он тоже не заходил. 
Но это было нормально: они решили, что шеф ищет новые контакты для реализации.
Шеф, хозяин...
А ведь когда-то его так радовало это чувство своей собственности.
В этом Вавилоне он нашел место, пространство, где они вместе с верующими - прославляли Бога и делали добрые дела (так сказал ему сам патриарх, когда освящал и офис, и часовню).   
Получается - что он собственник и икона спасителя? 
Хозяин Бога? 
Но эти мысли шли в кошмарах, искушениях.
А теперь все это стало явью. 
Но уже не думал о значении этих мыслей.
Он не мог их не искать... 
Чтобы что? 
Признаться во всем?
Чтобы они что-то с ним сделали? 
 
Он легко вышел на контакты всех диаспор и спрашивал, кто недавно потерял в аварии в таком-то месте города - девочку 
Он придумал лучшее оправдание для себя - что он был свидетелем гибели девочки. 
Не убийца, а свидетель.
И получил важную информацию - у азербайджанцев (“азеры”) это и случилось.   
Родственники нашли тело девочки.
Похоронили его.
Но никакой информации у них не было. 
 
Он лично встретился с главой их общины. 
А ведь обычно - движение Сорок сороков громят и вытесняет мигрантов (причем с благословения патриарха). Они называют это: борьба с нелегальной миграцией.   
Но в этот раз он убрал всю свою символику - в том числе и с одежды. 
Перед ним стоял пожилой, но еще очень сильный член общины с бородой и в очках (а в руках у него был айфон...).
• Я могу увидеть ее родных?
• Да зачем? 
Имелось ввиду - зачем такому обычному среднему русскому местному - это делать? 
• Я хочу - чтобы они знали. 
• Да там осталась-то одна мать. 
 
5. Аймеделила 
 
Он поехал в тот самый район Новой Москвы - которым они, “православные скины” - пугали всю Москву - говоря, что там нет ни одного русского и что там строят лишь мечети - и ни одной церкви (это их, видимо, особенно донимало).   
Но он не боялся.
А наоборот - как будто был открыт для ударов судьбы. 
Даже нуждался в этом? 
Люди были бедными, везде мусор, остановки - разоренными. 
На них стояло много людей.   
Да, это тебе не Москва для основной части россиян. 
 
Он ждал ее у подъезда.   
Дом был таким же,  - как и все остальное. 
Стены расписаны, на скамейках сидели явно обкуренные гастарбайтеры. 
Они посмотрели на чужака с бмв враждебно, но он ответил взглядом - который говорил о его готовности... 
Вышла мать девочки.
И оказалась 30-летней восточной красавицей - высокой брюнеткой, с большой грудью и длинными ногами, -  но одетой очень бедно, свитер, джинсы, пуховик. 
А еще - в ее лице была скорбь от потери.
Вот так он встретил свою Аймеделилу. 
Ее имя возникло из снов и сказок.
И не так уж сложно произносить. 
Аймеделила.
Аймеделила. 
Попробуй, читатель. 
 
6. Признание 
 
Он повез ее на машине в центр - в Москву для обычных людей - к месту трагедии. 
Она сомневалась, но он ее уговорил. 
• Так я покажу - как все было и как я это увидел. 
Она не сразу, но согласилась.   
Таких людей в центре Москвы не бывало.
Только если они “слуги” - то есть, дворники, строители, а в ее случае - проститутка. Была ли она ею? Возможно. Но он почему-то не думал в тот момент об этом. 
А Москва между тем - вся была в предвкушении праздников, Нового года. И это тем более раздражало - чем больше в ней было людей и пафоса великого города. 
Пройдет Новый год, и останутся лишь этикетки от дорого алкоголя,  и трупы - которые замерзли и не дошли до дома. 
А потом у толпы придет новый праздник и новые его “остатки”.
Которые буду подбирать полиция и делать новую сводку.   
Они так это чувствовали. 
“Я не буду делать - как вся это лицемерная толпа. И как в сериалах и фильмах”.
Он развернулся к ней и посмотрел ей в глаза. 
• Это я сделал. Моя вот эта машина ее сбила. Простите. Она сама виновата и я ее не заметил.   
В этот момент он и почувствовал настоящего Бога, - а не в часовне перед иконой спасителя - которую освятил патриарх и на которую молились старцы, словно копя вклад для его будущего посмертного рая.      
Но этот Бог был таким свободным, без гарантий, и он словно полетел в пропасть ее  глазах. 
• Так я и знала.   
Она заревела. 
А поскольку они стояли у набережной - где все и произошло - ее первым желанием было просто сбросить “этого русского” воду - которая была безо льда.
А он как будто был к этому готов. 
Вот здесь и есть настоящий Бог. 
 
7. Реквием по “бэхе”
 
Она все толкала его, толкала...
Судьба моего героя висела на волоске. 
В итоге, они вместе сбросили его машину.
Им повезло - что в этот момент камеры наблюдения не работали. 
(Когда же ее достанут, удивиться, что она - без “запаянного в воду и металл” - пассажира - такое редко случалось).   
“Бэха”...
“Бэха”...
А ведь как он - особенно в первое время - ее любил. 
“Бэха” - тем более, если едешь в провинции - это статус. 
Красивая дорогая машина призвана свидетельствовать мощью и красотой - о твоем статусе. 
Ты приобщен к рекламе... бренду... 
Ты ходячий ролик.
Русские мужчины на это падки. 
И Кирилл отчасти тоже был таким.
Твоя “бэха” - говорит за тебя, так что ты можешь и двух слов не связывать, или крыть все матом.
Когда ты молод - “бэха” делает всех баб твоими. 
И вот эту самую бэху - идею внешней силы и величия мужчины - она отправила на дно. 
Но он в глубине души и сам этого хотел. 
 
8.  Ее история 
 
Он взял скромное рено логан - купленную им для издательства. 
Но только убрал оттуда символику “сороков”. 
После жертвоприношения “бэхи” - она его вроде как простила и надолго замолчала. 
• Ты знаешь... какой она была? 
Начинала она, но так и не могла продолжить. 
Они ходили по центру - и большое количество людей, предвкушающих праздник, музыки, пьяные - привело к тому, что он сказал:
• Поедем к тебе?
• Не надо. Там брат меня...   
Бьет? 
Он привел ее домой к себе.
Она оценила, что он квартира была большой и двухкомнатной.   
Она пила чай, а он - коньяк. 
Они смотрели в огромную стеклянную стену. 
...
Они бежали со своей родины - Азербайджана. 
• А ведь у нас там был огромный дом - недалеко от Каспия. Предоставляешь? 
Она говорила по-русски почти без акцента, - на языке “оккупанта”? 
Там она встретила своего мужа и влюбилась в него. 
Там она и родила эту самую дочку.
Ее звали Лилия.
“Лилия - повторил внутри себя Кирилл, - почему человеку так важно звучание имени?    И как трудно одной расе - воспринимать имена других. Отсюда и насмешки - и желание переделать, и вообще дать свое имя. Отсюда - и крещение”.   
Там они жили.
Рядом море - та часть его, которая не была связана с нефтью и была чистой, а еще недалеко горы. 
• Что случилось? 
• Случился Алиев. Сын своего отца - и ставший слишком жестким. Он связан с той самой нефтью, -  на которой людей эксплуатировали и презирали. А мой муж...
• Ваш муж? 
Он понял, что у нее совсем все хреново. 
Ее история не для “глянца” с его вечным и пустым позитивом, - а для полицейской статистики по трупам. 
• Он спорил с ним. Он защищал их право на нормальный договор Алиевым. 
Он понял, что муж был убит. 
• И вот - мы бежали сюда. Здесь уже пару лет живет мой старший брат и две мои сестры. Он не так-то меня поддержал. Его зовут Джабар. Вся моя семья в обиде на моего мужа. Что он, значит - бросил меня. Джабар бьет нас. И заставляет работать на стройке. А Лилию он называл дочкой бунтаря. Хорошо хоть, что он  ее не бил.
• Почему ты не сопротивлялась?    
• Мы даже не граждане твоей страны. Все превратилось в жуткий клубок после смерти мужа. И руководил им Джабар. Он был самым сильным и - как ни страшно - родным, ведь он - азербайджанец. С утра - работа на стройке, вечером грубость брата и страх сестер.    
Позднее - она признается - что он ее насиловал. И говорил - что отправит на панель. Поэтому она и выглядела так странно - в облегающем свитере и джинсах, пусть все это и было дешевым.   
 
9 . Лилия в Москве
 
Девочка слишком хорошо помнила - их жизнь в доме на Каспии. 
С живым отцом. 
Так она и познавала Бога.
А потом пришла словно другая сила. 
Мать сказала ей - что папы нет.
И не будет.   
Не будет.
Не будет.
А они уехали - в этот огромный чужой северный город.   
И маму здесь бьет дядя Джабар.
И она работает рабом на стройке.
Дядя ругает папу и называет ее дочкой бунтарки. 
Это что-то плохое.    
 
Правда в том, что в тот вечер Лилия сама шагнула под машину.
Она ни в чем не винила папу, верила ему. 
И хотела у него обо всем расспросить.
И расспросила. 
 
Гибель Лилии стала последним звонком для отчаяния Аймеделилы.   
Она ее понимала и завидовала.   
Это привело к тому, что она все меньше зависела от Джабара, меньше реагировала  на насилие, а однажды даже дала ему сдачи.   
• Что ты со мной сделаешь? Убьешь, что ли? Отправишь меня к моим родным - которых вы так не любите.
И на работу она перестала ходить.
Душный круг зависимости - который был связан с дочкой и заботой о ней - разорвался. Аймеделила сходила с ума.
Тут ее и нашел Кирилл -  и вывел ее из него и внешне тоже. 
А так она - в конечном итоге, - вернулась бы в жизнь родных, на стройку - просто потому, что стала бы автоматом. 
И  сколько таких “автоматов” среди мигрантов - со своей судьбой, но мы ее не видим - притянув к себе “деньгами” этот “демографический ресурс”? 
Живем рядом - в разных мирах?   
 
10. Противодействие со стороны “его жизни” 
 
Между тем, слухи о происходящем уже проникли в довольно тесной московской митрополии.
Он перестал появляться в офисе своего “черносотенного” издательства. 
И даже в часовне с иконой спасителя, -  той самой, что была посвящена патриархом и в которой молился он и многие старцы.   
Его сотрудницы - шесть 50-летних, но активных - “фурий”, привыкших быть в курсе всей  “черносотенной повестки” (то есть, они знали - где слишком много мигрантов и мечетей, или - где люди сопротивляются новым храмам) теперь словно зависли.   
Они по-прежнему все “мониторили” (ведь именно на это их и благословил патриарх, называя это духовной победой того самого “русского мира”), но без прежнего энтузиазма. 
А вот быстро прошедшему слуху о том, что их Кирилл - ничего не делает во славу Божию и просто целыми днями со смазливой мигранткой - они поверили быстро.   
И стали “работать” уже против него. 
Как это часто в жизни и бывает. 
Диапазон их реакций и вообще разговоров в это время был примерно такой:
• Неужели  это правда? 
• Надо молиться за его спасение!   
• А она ведь мусульманка! 
• Это лукавый его искушает - видя  победу нашего Бога!
Наш и чужой Бог. 
 
Слухи дошли даже до его бывшей жены.
Она им поверила. 
И, кстати, наоборот - обрадовалась за бывшего. 
Он был всегда слишком занудный, разумный. А когда стал членом Сороков - то еще больше. Поэтому они и развелись. 
А тут - он сделал что-то безумное, чего как раз не хватает нашей   офисной чопорной Москве. 
Новый год - с его типа алкогольным безумием - приходит и уходит. 
А он сделал выбор.
Который приятно ее удивил.
И она лишь улыбалась и гладила по голове дочку. 
 
11. Противодействие со стороны ее жизни 
 
А вот оно - что и понятно - было сильнее.
Тот самый Джабар высился глыбой - над ней и ее сестрами.   
Ну - сестры должны были и сами “дозреть”. 
А что касается  Аймеделилы, то она уже давно была готова.
И отдалась защите Кирилла очень легко.
Она уже дня три жила у него дома.   
Но Джабар и сестры ей все время звонили. 
Кирилл собрал сто тысяч наличными, положил биту в багажник и поехал. 
Это тоже требовало большого мужества. 
Но - ему тоже нечего было особо терять. 
Он слишком переживал за гибель Лилии и за своего нового друга. 
Как можно было так поступать  с женщинами? 
Да, мигранты далеко не идеальны. 
С другой стороны, не нужно и огульно их всех осуждать.
Все имеет свое объяснение.
Жизнь в горах и в степи... 
Отрыв от цивилизации...
И привлекательность “рабочей силы” в Москве. 
Вот этот коктейль.
(И ведь то же самое и в Париже.) 
Он будет защищать свою Аймеделилу. 
Но без ненависти - как он сделал бы раньше - круша все подряд и не разбирая. 
Он вошел в их квартиру даже без звонка - было открыто. 
Джабар - огромный и сильный - сидел на кухне. 
Кирилл бросил сумку с деньгами.
Тот поднялся было - чтобы бить его? 
• Ты же веришь, наверно, в Аллаха,  ходишь, наверное - в мечеть... Как же ты можешь так не любить свою родную сестру? А ведь ее муж делал угодное в очах Бога - он боролся против сильных за слабых. Это угодно Богу. Я чужой, русский - но здесь я это понимаю лучше - чем ты. Отпусти потом и других сестер. Жизнь человека - создана свободной. 
 
И он ушел - даже не подняв биты, - которая была в другой руке. Ушел спиной к нему - готовый к его удару. 
А на лице гиганта - была тень сомнения.
Неужели этот русский прав?
 
12. Соединение 
 
На самом деле - она жила у него, спя на диване в гостиной.
Так они приспосабливались друг к другу. 
Русский и азербайджанка.
Лес и Каспий с горами.
 
И лишь в Новый год они полюбили и уже были неразлучны.
Так они освятили - лицемерный “буржуйский” праздник. 
Дали ему смысл.
Соединение двух душ и тел.
Двух культур.
Так они нашли такую точку видения,  которая - они были уверены -  изменит перспективу бытия, жизни. 
Они творили нового, своего Бога, - добавляя его образ ко всем предыдущим. 
 
Три года спустя. На дворе был 30-й год 
 
13. Русские медиа перестают отражать войну, и начинают отражать мир 
 
Весь их темп резко снизился, стал человечным. 
Однако - есть ли что отражать?
Остался ли вообще мир, человеческие глаза, лик, судьба (то же можно  сказать и  об украинцах, а отчасти и о Западе).   
Телевизор стал показывать не “Трампа” и “Байдена” - а Россию.
Но при этом не “противостоящий Западу “ полу-виртуального Путина - а реальную.
Потому что к 30-му “виртуальности” у него стало все больше.   
Россияне - которые воевали и погибли - из-за денег. 
Их семьи. 
Страна без сети. 
Дерганная из-за БПЛА. 
Бедные в провинции - а не богатая, взлетевшей в своей адовой Останкинской башне - Москва.
И мигранты.   
Которых раньше - во время СВО  - очень не любили - но при этом из-за него же - в них нуждались.
Россия - это не московский патриот, проклинающий Запад, - а русский рабочий, который все построил и мигрант - который все подмел. 
 
14.     Джабар и Анна Ильинична 
 
Они любили.
А ведь  раньше она была сотрудницей его компании - “черносотенкой”, типичной православной. 
Но его компания была уже давно другой.
Это был центр правовой и социальной поддержке мигрантов.   
Издавались уже новые книги. 
А главное - Кирилл действовал на те самые медиа, чтобы они больше говорили не врагах и “черных” - а о нуждах реальной России. 
Итогом и стало - то самое положение медиа в 30-м году.
А часовню, - которую освятил сам патриарх и в которой молились старцы - он превратил в ночлежку для мигрантов и русских бомжей. 
Он понял, что это и значит - быть верующим в Бога человеком. 
 
 
 
15. Аймеделила - президент России 
 
Это и произошло на выборах в 30 году.
Путин уже отошел. 
У них с Кириллом уже была чудесная дочка, - которую они, несмотря на страхи, - назвали Лилия. 
Лилия.
Лилия.
Нагибалась она над коляской. 
Нам Бог тебя дал - наш с ним Бог. 
(Они ее не крестили и не носили в мечеть.)
Образ красивой и умной южанки-матери очень всем понравился, образовалось движение.
А сама она хотела еще показать, что может и сама, без Кирилла, - брать на себя ответственность, как бы ни была ему благодарна. 
И он это понимал.   
Между тем, формально она вообще была гражданской Азербайджана, но в тот момент   эйфории всем было наплевать.   
Эйфория - не по поводу ненависти и зависти к врагам, - а настоящая, человеческая. 
Ее слишком давно не было в России.
Она и пришла с новым президентом - женщиной.   
 
Война - это жуткое русское дежавю, кошмар прошлого, ставши й из фильмов о войне явью, - была остановлена. 
Но и Украина - увидев перемены в России, - тоже ее остановила. 
Все поняли, что делить людям на земле - вообщем-то нечего.   
Если ты помнишь, что ты человек и что живешь на земле. 
 
 
 
 
 






23 - 27 марта 2026 года,
Петербург