Девушка с чеченских гор

 
1. Образ “Чечни” и “Рамзана Кадырова” в нашем сознании 
 
Это сразу всем понятно. 
К сожалению, эти образы негативные.
А сам Кадыров - подает себя как защитник всех чеченцев (или даже всех мусульман).
“Классикой” стали знаменитые фальшивые извинения за мнимые оскорбления Кадырова в соцсетях (забавно, что это было бы невозможно без интернета, какой смысл, - если бы  они не снимались или не писались бы как публичные посты).   
Режим в Чечне  - основанный на тейпах, средневековый и мракобесный, коррумпированный. 
А в семьях процветает насилие родителей над детьми или мужей над женой. 
И все это покрывается ссылкой на традиции предков или религию (что особенно забавно). 
Путин покрывает это, - используя Кадырова как средство усмирения русских, или  даже прямого убийства оппозиционеров (Немцов, Политковская).
Во время СВО все это вообще стало совсем непрозрачным - для СМИ.
Могу ля я - обычный русский из Петербурга, - не чиновник, не журналист с командой и не олигарх, - один гулять в парках Чечни, Ингушетии, Дагестана? 
Конечно, нет.
Конечно, нет.
Это проблема. 
Но СМИ говорят вообще лишь о Запада. 
А это и есть Россия. 
Вы занимаете новые территории - а что насчет этих? 
Причем я - совсем не правый русский фашист - и это слишком эмоциональная реакция. 
Чеченцы - люди.
Они - люди.
Однако нужно снести личный режим власти Кадырова, отменить “шариат”, ввести просвещение, образование и свободу. 
Преступление Москвы в том, что оно опирается в том числе и на Кадырова. 
Закрывая глаза на “эксцессы”.
В последние годы есть ощущение, - что Путин просто лично завидует Кадырову - молодому, у которого есть сын - и народ, который тот заставил ходить по струнке - как в спортзале.   
Чеченцы должны подняться.
Чеченцы должны подняться.
Но не во имя “тейпов” и Аллаха. 
А во имя свободы, себя, гуманизма (и прежде всего, - вы должны видеть человека в детях и женщинах). 
Это еще и к вопросу о “смерти либерализма”. 
Он никогда не умрет - пока в мире будет жить угнетенный тиранами или любыми группами человек. 
(Именно так и началась Великая Французская революция - и именно поэтому она и стала великой.)   
 
2. Слишком “стабилизированная” жизнь аспиранта Егора   
 
Он был типичным “вторым поколением” ученых в Москве. 
Отец - известный профессор МГУ в сфере физики.   
Вторые поколения...
Они есть везде в мегаполисах
А особенно в Москве.
Вторые поколения певцов, депутатов, и уж конечно, - олигархов. 
Статус ученых в этом отношении был ниже (за что Егору иногда доставалось в виде смеха), но он смирялся. 
Он и правда, - любил и знал свою науку. 
Молодой высокий брюнет, которому не было и 24-х. 
Учился в МГУ и вот сейчас - был аспирантом той же кафедры. 
“Мы все помним - Степана Евгеньевича.”
“Мы все помним - Степана Евгеньевича.”
Вот что он там слышал. 
А между тем - отец был и заведующим. 
Сам он пару лет назад умер. 
Все думали - что и он будет завом? 
Ведь то же самое было и с ректором МГУ.
И в стране.   
Сохранение власти. 
Неважно - в какой сфере. 
Забавно, что он, будучи таким образованным, - никак не мог глянуть на свою жизнь “мажоры в науке” - со стороны, и понять, о чем сказал бы ему самый простой психолог.
...
Но всеми фибрами души он и чувствовал свою жизнь слишком “стабилизированной”, ненастоящей - словно смотрел кино про себя в каком-то сне, пусть и спокойном,  - но не отрытым миру, “энтропийном”. 
 
3. Чеченка Лилит
 
Парадокс в том, что она и правда была с гор. 
Потому что в горах Северного Кавказа находилась одна астрономическая обсерватория (это очень удобно в целях наблюдения за звездами).
Она тоже была аспиранткой  - Чеченского университета.
Он есть. 
Есть.
А вот почему при этом женщины на Кавказе ходят в платках и должны знать наизусть Коран?   
Это - вопрос к Кадыров и к Путину.   
Но поднимать эту тему - значит, оскорблять чувства верующих (а если этого для посадки не хватает, - то, пожалуйста, привлечем и “традиционные ценности”). 
В Москве будет проходить конференция физиков по космологии (космологии... а ведь  именно мусульмане на полном серьезе создали движение “За плоскую землю”).   
На ней должны были выступать и астрономы.
И вот - эта аспирантка Лилит написала ему по электронное письмо с разными техническими вопросами.
Он ответил.
И увидев ее аватар - с довольно стандартным фоном эмблемы обсерватории - горы и звезды - и самим ее фото - подумал:
Как же широка наша Россия...
На Кавказе он еще не бывал.   
Вот и познакомимся с молодыми местными талантами. 
Освежим столицу (в глубине души он думал и о себе?).   
 
4. Незабываемые встречи 
 
Конференция проходила в мае. Наступившая весна делала всех в Москве веселой, легкой. Несмотря на СВО (дело было в 26 году).   
Гости со всей страны видели, что Москва остается такой же “великой” - несмотря на БПЛА, проблемы с подлетом и почти полное отсутствие западных ученых. 
Величие одиночки.
Но - по сравнению с провинцией, - оно и правда было (сравнивать было не с кем?). И речь идет не о “суверенитете” - а о монополии? А начинается она с самого Кремля.   
Конференция и правда была интересной.
Приехавшая Лилит оказалась высокой красивой брюнеткой с длинными волосами, почти его ровесница (на курс младше).   
Все у нее спрашивали: знает ли она о легенде про библейскую Лилит? 
• Конечно. Но у нас такое чеченское имя. 
В ответ все улыбались. 
Их встречи начались резко и проходили регулярно, каждый день.
Они ходили по майской столице, проникались, но при этом - не “буржуазными” мальбахами и версаче, а простыми людьми. Ведь они такими и были - “бюджетники” - а особенно она.   
Смешивались в гудящей толпой на ВДНХ. Сидели у фонтанов, рядом с детьми, словно  и сами были.   
Иногда его подмывало спросить.
А как там, в Чечне? Как там известный чуть ли на весь мир Кадыров?   
Но он этого не делал. 
Они говорили о космологии, и, в частности, о Большом Взрыве. 
О мультивселенной. 
О том, что наша локальная вселенная - как бы невозможна без человека-наблюдателя.
О парадоксе биологической жизни - с ее внешней высокой энтропией.
И о том, что жизнь появилась случайно - и могла не появиться. 
И в то же время, с другой стороны, - ее необходимость связана с человеком. 
Случайность жизни.
Случайность жизни.
Но за этим - не “богоборчество”, а просто попытка понять жизнь. 
В конечном итоге, и религия, и наука - равно бессильны. 
Что обе и признают. 
Это высокое человеческое бессилие.   
 
5. Незабываемое происшествие   
 
Однажды она не пришла. 
Егор никогда не забудет объявление организатора: 
• С прискорбием сообщаем, что аспирантка из Чечни - безвременно нас покинула.   
Все встали. 
Кто-то снял шляпы. 
Кто-то сделал характерные исламские движения рук.   
Причину смерти не назвали. 
И это уже было подозрительно. 
Егор не верил своим глазам, своим пальцам, своей душе, своей памяти.
Не верил Москве и ВДНХ, не верил фонтанам, не верил мамам и детям, не верил весне.   
Они все здесь ее придумали? 
И он вырубился от реальности. 
 
6. Похороны и знакомство с ее братом 
 
Следующий день он пил дома, где жил с мамой.
Был живой человек и нет.
Был живой человек и нет.
Особенно в душу лезла почему-то та самая случайность.   
Жизнь случайно - в рамках нашего ученого незнания - возникла 4 млрд. лет назад.
И вот она может так же случайно исчезнуть в своем “отдельном представителе”.   
Исчезнуть.
Исчезнуть. 
 
Странно, что хоронили ее тело (а души там больше нет) - в Москве, а не увозили на родину. 
С другой стороны, выяснилось, что в столице - целое чеченское кладбище. 
Гроб ее положили под характерным исламским символом. 
Но - не было муллы, и самих членов общины очень мало. 
Была пара ученых от конференции - и сам Егор.
Распоряжался всем - как выяснилось -  ее старший брат. Высокий типичный чеченец - худой, с бородой, в кепке, лет 50. 
Говорил он о себе и Лилит без большого энтузиазма.
Он просто понял, что Егор так и будет стоять и без ответов не уйдет.   
С  другой стороны, он и с ответами тоже оставался.
Ведь его связь с этой “астрономкой из Грозного” стала чем-то большим. 
Словно кто-то прервал их возможную судьбу, пусть в нашей вселенной и правда все случайно (случайно, -  но повод совсем не для грусти,  - а для веселья). 
• Что все это значит? Что с ней произошло? И почему ее не отправили на родину? 
• А ты разве не понимаешь? (он говорил на ты,  но без грубости - он все-таки, - уважал Лилит). Она покончила с собой. Отравилась таблетками. Она согрешила. И по нашему закону, и по-христианскому. Да и до этого  жила тоже - не... не...
• Ну? Ну? - заводился Егор.
Брат понимал, что они говорят о только что “закопанной в землю” родной сестре. 
И замолчал.
Егор тоже перестал его подначивать.   
Он был шокирован еще больше - чем  новостью о ее смерти.   
Вот почему она так часто говорила о той самой случайности. 
Проклятая случайность. 
Проклятая мультивселенная. 
 
На сегодня хватит. 
Егор идет домой.
Но он взял номер его телефона, а фамилия и так была известна. 
Потом он все узнает.
В память о тебе.
Неслучайная Лилит. 
 
7. Марьям 
 
И все же. 
Егор уходил в свою одиночную тоску, пил и мало работал, тем более что пришли летнике каникулы.
Брата звали Абир, он не отвечал на его звонки.
Как будто угадав его глубинное желание.   
Как будто говоря: тоскуй по нашей Лилит, она была красивой и умной. 
Но не вторгайся. 
Не вторгайся.
Занимайся своей физикой. 
И вдруг ему звонит голос - похожий на ее. Призрак? 
• Это Марьям. Я ее сестра. Я живу в Грозном. В квартире, - где раньше мы жили вместе с ней.
....
• Если вы и правда хотите узнать про нее больше. То вы можете приехать в Грозный. Мне опасно вам звонить и долго говорить.
Так что потом она просто писала ему коротко. 
Кто ей рассказал? 
Наверное, - этот самый Абир. 
Значит он, - не так уж плохо к нему относится (а он иногда грешным делом думал, что это вообще он ее убил).   
 
8. Пространство страха 
 
И вот он приехал. 
А что ему было терять? 
Он влюбился в нее после ее жуткой гибели. 
Ведь они даже не целовались. 
 А  лишь говорили о Вселенной, о случайности. 
Держались за руки.
Они не были подростки, им и так было достаточно. 
И вот он после “происшествия” - возвел некий культ в душе. 
И он не мог не увидеть ее родные места и родных людей.
Тем более что с этой Мариам была связана некая загадка 
Он сделал приглашение от МГУ в ту самую Обсерваторию. 
Мол, он едет с научными целями. 
Приглашение в собственную страну.
Но именно так все и были вынуждены действовать в трех мусульманских республиках Северного Кавказа. 
Спорт.
Наука.
Туризм. 
Местные смотрели на них как на терпимое зло? 
Мол, мы вас не трогаем, но и вы нас не трогайте. 
Простых чеченцы, женщины - отданы во власть средневекового невежества.   
Но и Москве есть в чем каяться...
Разговоры о “хорошей русской империи” - конечно, лапша.
С другой стороны - и без конфликта России и Турции, - местные все равно были воинственны (как и индейцы до Колумба).
Все идиоты. 
И мы, и жители Кавказа. 
Мы цивилизованы и всего боимся.
А они не цивилизованы и ничего не боятся. 
Меняться нужно всем - в противоположных направлениях. 
Стратегия “сидения дома” - нам в Москве, им,  - в горах - в глобальном мире не сработает. 
 
Чечня оказалась горной республикой.
Грозный был красивым, но слишком мусульманским.   
Егор жил в гостинице. 
Встречал его тот самый Абир. 
Он был рад ему, но при этом  говорил: 
• Семья Лилит - не любила ее. Это очень знатный и богатый клан, тейп, - в горах. Они за тобой следят. Они недовольны. Лучше лишний раз не выходить на улицу. Можно в обсерваторию. Ну или в ту самую Соборную мечеть. 
Он, по сути, его охранял. 
Егор был рад, но все же возникала мысль о том, что все они “слишком близко живут”. 
Абир это понимал, и они часто смеялись на эту тему. 
Угроза была реальной. 
За ними следили, - на довольно близком расстоянии. 
Но Егор шел на риск - ради Лилит и ее памяти.
Асер это видел и уважал его за это. 
Он становится из “холодного москвича” другим человеком. 
 
Мечеть была огромной и красивой. 
В нее ездили мусульмане всего мира.   
И вот они шли по ней. 
В ней было легко потеряться. 
Он думал: 
Не слишком ли легко вы уходите в это утешение (так же как, и русские в ХСС)?   
Дело не в Боге или в Аллахе, а в религии. 
Как же красивы и высоки ваши горы...
Но русские и горцы веками убивали из-за споря, - кто же их создал - Христос или Аллах?
Еще раз повторю - для горячих голов по обе стороны. 
Как же красивы и высоки ваши горы...
Но русские и горцы веками убивали, споря, кто их создал - Христос или Аллах?
Для того ли Бог их нам дал?
Или - чтобы жить в них вместе?
Любоваться на них и познавать в науке.
Любить и творить.
Создавалось ощущение, - что весь их местный “традиционализм” - были искусственными - направленными против Москвы, как некая историческая месть. 
Так же как наш, русский, - против Чечни и еще больше, - против Запада. 
Но простых людей при этом не спросили.
Они играли роль потребителей “традиционалистских мерчей”. 
А что если они не так уж духовны для религии? 
С другой стороны, достаточно духовны - для культуры и науки. 
 
9. Загадка сестры 
 
Он увидел ее спустя неделю.
Это тоже было нужно для конспирации.
Марьям была сестрой-близняшкой. 
Отсюда и тайна ее голоса.
Егор стоял рядом со своей гостиницей и улыбался - впервые за полгода.
Он не верил глазам и ушам. 
Перед ним - Лилит.
Живая.
А не мертвая. 
Живая.   
Абир предложил куда-нибудь уйти.
Марьям повела их к себе домой. 
И снова - та самая случайность.
Ведь генетики установили, - что лишь одна хромосома отделяет одного близнеца от другого.
 
Это была обычная городская квартира. 
Марьям со слезами рассказывала - как они здесь жили. 
Было видно, что теперь она здесь одна - наедине со своей потерей.   
В комнате лежали конспекты Лилит и ее ноутбук. 
• Родители нас били. Не только отец, но и мать. Особенно ее. Я здесь жила, - чтобы ей помогать. Хотя я совсем не ученый. Я работою в одной парикмахерский. Но так и не вышла замуж. И не хочу. 
По ее легким (потому что - подкрашенным) синякам все было понятно...   
 
Они долго сидели на кухне. 
Егор выпил - хотя в республике запрещен алкоголь. 
Абир и Марьям плакали. 
Егор тоже.
Но в глубине души он радовался и не верил. 
Бог ее послал.
Они ведь с Лилит даже не целовались.   
Второй шанс, это было похоже на кино. 
И как опять не восславить случайность. 
Мы там живем в России и совсем ничего не знаем. 
Этот народ - честный. 
Красивый. 
Обманутый (как и все народы мира, в своем особом “формате”). 
Именно это хотела сказать ему Лилит?
При том, что говорила лишь о Вселенной. 
Так она и выражала свой протест. 
Она приглашала его в свой мир. 
 
 
10. Соединение 
 
И вот они жили вдвоем в его номере в гостинице.
Словно в осажденной крепости. 
Они делали то, о чем в Москве они лишь мечтали -  потому что Егор думал, что это лишь начало. 
И  только Лилит все знала. 
Жизнь - странная штука. 
Но все же - чудесная. 
Кого он любил?
Лилит или Марьям?
Марьям. 
Марьям.
Но за ней - образ Лилит. 
Она говорила: 
• Я знаю все ее конспекты. Потому любила - и чувствовала ее судьбу. 
И вот они улыбались, и Егор уже с ней говорит о случайности.
Это новая случайность.   
После потерянной прежней. 
 
11. Еще одна загадка 
 
Однажды утром она ушла и потом вернулась с ребенком на руках. 
Она показала ему сверток: это был примерно 2-летний младенец.
• Это мой ребенок. Я родила его без мужа. Так что это еще одно - что мы скрывали от моих родителей. Лилит мне помогала. Ты понимаешь, что семья может забить до смерти за такое. Хорошо, что Абир все знает и на моей стороне. А так - старшие братья очень злыми бывают в таких случаях. Посмотри - какое он чудо Аллаха. Я назвала его Лилит. Хотя она и была против. 
Детей в Чечне рождается много (а вот Егор - один в семье). 
Но как же часто - они становятся жертвой религиозных обычаев. 
Он быстро полюбил малышку, она стала жить с ними. Она им не мешала - как боялась Мариам. Наоборот, - он часто ее качал и успокаивал.
И вот, их трое. 
Он думал о том, что это мог бы быть ребенок их с Лилит.
От чего его душа тосковала по ней.
А Марьям его утешала. 
 
12. Можно ли на улицах Грозного - целоваться? 
 
А тем более - русскому и местной? 
 
Они уже устали сидеть в осаде. 
Их любовь должна была проявиться.
• Я хочу гулять.   
Говорил он. 
• С тобой и ребенком. 
• Имеем мы право просто гулять? 
И наконец,  - она уступила. 
Они вышли с коляской. 
Как же хорошо было это утро. 
Горы и небо. 
Горы и небо.
И они - втроем. 
 
Так можно ли целоваться на улицах Грозного русскому и местной? 
 
Вот они это и узнали. 
Это зависит уже от нас с тобой.
Человек.
И уж особенно неважно, кто ты, - русский или местный, православный или мусульманин.
Это зависит от нас с тобой.
Это зависит от нас с тобой.
 
 
 
 
 
 
28 – 31 марта 2026 года,
Петербург