Суд над Умберто Эко

Интеллектуальная мистерия в одном манускрипте

Место действия: Библиотека, уходящая в бесконечность. Полки превращаются в лестницы, лестницы — в знаки препинания. В воздухе пахнет старым пергаментом и свежей типографской краской.
Действующие лица:
•  УМБЕРТО: Человек с трубкой, чьи глаза — это два перекрестных указателя. Он одет в мантию профессора, подбитую комиксами.
•  ВЕЛИКИЙ ИНКВИЗИТОР КЛАССИКИ: Существо, состоящее из застывшей латыни и страха перед смехом.
•  РОЗА: Прозрачная дева, которая рассыпается на буквы, как только её пытаются назвать.


 ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ: ДЕСАКРАЛИЗАЦИЯ ШИФРА

ИНКВИЗИТОР: (Голос его звучит как скрип несмазанных петель)
Эко! Ты совершил тягчайший грех! Ты вывел латынь из келий на площади. Ты превратил священную Семиотику — тайный язык жрецов — в забаву для толпы! Ты сделал из Имени Розы — детектив для домохозяек! Ты смешал прах святых рукописей с попкорном кинозалов! Зачем ты открыл дверь в Лабиринт тем, кто не умеет читать тени?

УМБЕРТО: (Выпуская кольцо дыма, которое превращается в латинскую букву «S»)
Библиотека, закрытая на замок — это кладбище, а не храм. Я не десакрализовал символ, я дал ему дыхание. Латынь не умерла, она просто ждала, когда её снова начнут шептать влюбленные и убийцы. Мир — это текст, и каждый человек — детектив, ищущий в нем Бога или хотя бы автора. Я не упростил сложное. Я показал, что сложное — это и есть самая захватывающая игра в истории человечества.


 ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ: ОГРЕХИ И СИМВОЛЫ

ИНКВИЗИТОР:
Ты смеешься над серьезностью! Ты утверждаешь, что истина — это лишь бесконечная ссылка на другую книгу!

УМБЕРТО: (Встает, и стены библиотеки начинают вращаться, как зеркальный барабан. Он произносит Заклинание Смысла)

Я и Серость — НИКОГДА.
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и Смерть Языка — НИКОГДА.

Я и ЗНАК — ВСЕГДА!
Я и СВЕТ — ВСЕГДА!
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и РОЗА — ВСЕГДА!
Я и ЛАБИРИНТ — ВСЕГДА!

Я и СМЕХ — ВСЕГДА!


 ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ: ВЕРДИКТ ИМЕНИ

ИНКВИЗИТОР: (Рассыпаясь в пыль под тяжестью слов)
Ты победил... Теперь Роза принадлежит всем. Но что останется от неё, когда её назовут все голоса мира?

УМБЕРТО: (Подбирает упавшую лепестком страницу)
Останется Имя. Stat rosa pristina nomine. Нам даны лишь имена, но в этом и есть наша божественная власть — называть вещи, создавая их заново. Идите и читайте. Весь мир — это открытая книга, и в ней нет последней страницы.

(Умберто делает шаг вглубь полок. Книги начинают хлопать страницами, как крыльями птиц. Свет гаснет, оставляя лишь сияние одной-единственной точки — точки в конце бесконечного предложения.)

ЗАНАВЕС.
(с) Юрий Тубольцев