Роман Багровая Цитадель. Главы 27-28

Глава 27

Сколько они общались с Алериком, сколько времени провели вместе, обнимаясь и ходя по грани. И это всё же должно было произойти...

Алерик схватил Айну за локоть и резким движением придвинул к себе. Правительница Цитадели была мягко говоря ошарашена подобным дерзновенным поступком.

- Ш-ш-ш... - прошептал он. Приподнял наполовну маску - так, чтобы открыть лишь область рта.

Следующим движением он обхватил лицо Айны обеими ладонями и впился в её губы. Из-за разницы в росте получилось, что он возвышался над ней сверху вниз.

Его язык проник в её рот и сцепился с её языком. Женщина опешила от подобной выходки. Хотела было вырваться, но неведомый доселе инстинкт заставил её обмякнуть и позволить Алерику продолжить в том же духе. Да и по телу волной пронеслась приятная дрожь.

Мужчина не унимался. Осмелев, он спросил охрипшим от возбуждения голосом:

- Ты ещё девочка?

 Его волнительный шепот подействовал на Айну гипнотически. Она опешила и застолбенела, что, мягко говоря, было для неё совсем нехарактерно.

Почувствовав перевес, Алерик уверенно перешел в наступление. Он схватил Айну руками в перчатках за плечи и притянул к себе, аккуратно склонившись над её правым ухом:

- Хочу тебя! - еле слышно прошептал он ей.

Айна попыталась резко вывернуться. Но Алерик не дал ей этого сделать. Мужчина крепко держал её в своих тисках, совершенно ничего не боясь.

- Я знаю, ты можешь меня убить, - едва ли не прошипел он - Но я хочу тебя! Хочу слиться с тобой... сделать тебя своей... хочу этого больше жизни! Моя!

Он потерял над собой всякое самообладание. Прижался к телу Айны всем своим телом. А одну из её ладоней аккуратно опустил в область своего паха, демонстрируя свою готовность.

Дальше пояснений не требовалось.

- Это всё ты, - прохрипел он. В глазах промелькнул некий такой звериный блеск. Можно было даже утверждать, что это был блеск демонический. Не людской. Но не падший, как у местных жителей... а просто... звериный.

Алерик не унимался. Мужчина аккуратно повел её же рукой по своему причинному месту. Айна пока что сопротивлялась его движениям не особенно сильно, хотя и изрядно нервничала.

Тем более, она никогда не трогала мужские места. И могла лишь додумывать о том каково это - плотская любовь. Волнение было сильнее в сотни тысяч раз, чем перед битвами. Сердце бешено стучало и отдавало гулом в виски.

- Забери меня всего! - хрипел он на ухо, тяжело и прерывисто дыша - Я хочу этого! Давай отдадимся друг другу прямо здесь!

Осмелев окончательно, он опустился на колени перед ней. Айна окончательно опешила, не понимая, что конкретно сейчас должно произойти. Мужчина потянулся к её кожаному ремню, судорожно расстегнув его обеими руками.

- Что ты де... - не успела расспросить его Айна, как Алерик сдернул с неё брюки и вошел одним из пальцев прямо в кожаной перчатке в её промежность. На мгновение она почувствовала резкую боль внутри, как будто какая-то пленка в самом сердце её лона надорвалась. Но мужчина не отступал и начал судорожно теребить там внутри пальцем.

Возможно, он и сам был девственником, и не имел опыта обращения с женщинами, но то, что он делал, было явным дилетантством. Айне мягко говоря не понравились его действия. Они причиняли явный дискомфорт и яркую физическую боль.

Она всё же вырвалась из его цепких рук, начав стремительно застегиваться обратно.

- Возьми меня! - хрипел Алерик - Я хочу....

Правительница Подземелья лишь судорожно удалилась восвояси с тенью ужаса на лице, оставив горе-любовника в замешательстве.

***

Догадаться о скрытых чувствах Алерика можно было и ранее... если бы Айна чуть больше уделяла внимания другим людям и в целом - происходящему вокруг неё, а не только задачам удержания жесткой власти. Но, как можно было легчайшим образом догадаться, Айну это всё мало вообще волновало... ей было глубоко фиолетово на чувства других, окружающих её людей.... И уж тем более ей было некогда думать о том, что кто-то там мог быть в неё влюблен. Просто некогда и всё тут.

Зачем ей это нужно было? Ради чего ей чувства этого несчастного человека? Никто в Цитадели знать о нем толком ничего не знал. Да что уж там говорить... никто его лица толком-то и не видел. О чем здесь можно было вообще говорить?

А Алерик тем временем внимательно следил за каждым действием Айны. И за ней самой.

Наблюдал внимательно за всеми её действиями.

Один лишь создатель миров знает сколь развратными были его томные фантазии относительно Айны. Что он представлял в потаенных уголках своего разума. И как именно он её вожделел. Айна хотела лишь одного сейчас. Провалиться под землю от смущения. Хотя забавно при этом, что они и без того проживали уже под землей.

Айна не стремилась к плотским утехам. Любовь Алерика была ей по барабану. Однако после его признания что-то зашевелилось внутри неё. Какая то часть души дрогнула. На мгновение ей показалось, что она как будто тоже этого захотела. Но затем правительница Подземелья взяла себя в руки, вернула себе самообладание и продолжила заниматься делами как ни в чем ни бывало.

Зачем ей вообще ему отдаваться? Какую пользу это может принести лично ей? Ради чего?

Айна не испытывала влечения ни к кому. Здесь все как будто бы были одного пола с ней...

***

Тем не менее, Алерик продолжал её вожделеть. Именно её. Вечерами он мечтал скинуть с них обоих одежду и зацеловать её тело, спустившись ниже. А затем - впиться губами туда. Ласкать языком и любить её до изнеможения. А затем... повалиться на обессиленное, доведенное до экстаза и расслабленное её тело... и слиться с ним в единое целое. И просто валяться, сцепившись как две змеи в брачный период.    

Он мог часами пребывать в этих фантазиях, будто находясь в магическом трансе, завороженный теми чувствами, которые начинали его в этот момент обуревать.
 
***

Айна сидела за дубовым письменным столом, периодически отхлебывая эль из кружки. Собравшиеся внимательно вопрошающе глядели на неё. Наконец, она выдала:

- Я думаю, вы могли бы продолжить управление в случае моей гибели, - равнодушно подчеркнула Айна, окинув усталым взором всех присутствующих.

Члены Совета молча кивнули в знак согласия. Было бы глупо это отрицать. Совет ведь каким-то образом поддерживал власть ещё до прихода Айны.

Единственное.... почему она говорит об этом прямо сейчас?

- Моя задача - всё подготовить к своему уходу... - подумав, она добавила - Вы же понимаете, что я не вечна...

Советникам было искренне не понятно лишь одно - почему она ведет такие разговоры прямо сейчас, без явной на то причины. Вроде она не была ничем больна. Или... причина явно крылась в каких-то иных мотивах. Каких? Остается пока загадкой.

Книжники любили Айну как правителя. Она была адекватной, уравновешенной и удобной. И договороспособной с ними. Никого до неё и сейчас, кто мог бы справится с правлением на подобном уровне, они даже близко не знали. Казалось, что Айна это гений, интеллектуально превосходящий не только других людей, но и свою эпоху в целом. Уж слишком слаженно она управляла ими всеми. И никто не мог вычислить до конца её ход мыслей. Она всегда действовала неординарно, непредсказуемо и строго по конкретной ситуации, что давало ей неоспоримое преимущество над всеми остальными людьми, что, несомненно, для правителя является ключевым и самым важным навыком.

Айна любила даже притворятьсяя глупой... если того требовалось, чтобы перехитрить интригантов. Но всё это был хорошо замаскированный спектакль для отвода глаз. Некая маска, через которую было удобно ослабить бдительность окружающих, чтобы затем нанести победоносный упреждающий удар, разгромив врага полностью и целиком, привнеся в их разум смуту.

Причем, сделать это резко, неожиданно и в полную мощь.

- Это всё понятно, - начал один из собравшихся - Любой правитель думает о смене после своей кончины. Если он, конечно, благоразумен. В твоей благоразумности мы не сомневаемся. Но почему так рано ты подняла об этом речь?

Правительница Цитадели приподняла бровь. На её лице не появилось даже ухмылки. Как ни странно, она пребывала в состоянии серьезной задумчивости.

- Ну? И? Какие ваши домыслы? - вопросила она.

- Поэтому мы и спрашиваем тебя, - собравшимся стало неловко - нам не ясно почему ты с нами поднимаешь об этом речь, - смело и откровенно ответили ей все трое советников - Можем ли мы поинтересоваться - какова причина?

- Ганус... ты и так всё узнаешь вскоре. Когда придет твое время это узнать. Свою волю я вам уже озвучила. Она оспорению не подлежит. Правьте страной в случае моей кончины. Все необходимые бумаги я уже подписала. А пока... реши вопрос с этими чертовыми трубами в нашем замке. Будь они неладны!

Люди смутились, поклонились и поспешили ретироваться прочь из её кабинета.

Глава 28

Илариус тренировался на мечах с Айной. Пока что была ничья. Правительница Цитадели была искренне рада за молодняк. Значит, ещё не всё потеряно, и у этого места ещё есть хорошее будущее.

«Ты должен быть жестоким! - неоднократно повторяла она ему - Очень! Иначе никто... слышишь? Никто не станет тебе здесь подчиняться. Вместо этого тебя унизят и свергнут».

Илариусу не требовалось специальных и длительных пояснений почему именно. Он и без того прекрасно всё осознавал. Понимал, что даже власть такого уважаемого и откровенно говоря любимого среди людей лидера как Айна держится исключительно на подавлении воли возможных противников и оппонентов. Недоброжелатей и крыс в Подземелье всегда хватало. Даже Айна не могла физически их всех перевешать. Просто бы до всех не добралась бы.

Айна знала этот факт лучше многих. Понимала, что её власть держится лишь на силе. Грубой силе. И стоит лишь дать слабину... тебя сожрут. Растопчут. И не спасут тебя ни твои люди, они всего лишь пешки, ни твое владение мечом... ни твой авторитет. Поэтому и надо быть сильной. Жестокой. Давить любые подозрения в зачатке. Даже если это будет лишняя кровь. И враг твой падет. Будет повержен. Сломлен по факту и морально. Но может ли так продолжаться вечно?

Пока Айна не умрет она доподлинно этого никогда не узнает.

- Промахнулся, - мягко, но с хищническим оскалом усмехнулась она, направляя острие меча в грудь подопечному - Ты витаешь в своих мыслях, - и резко выбила клинок из рук юнца - А твой враг - нет.

После получаса упражнения в фехтовании сделали передышку.

- Скажи, кому ты молишься? - внезапно спросил Илариус.

Айна ухмыльнулась. Глаза по-демонически заблестели на мгновение.

- У меня один бог, - сказала она - Бог битвы. И нет других богов у меня. Ни в этом мире, ни в каком другом.

Он осмелел в своих расспросах.

- Тебе нравится убивать?

Айна задумалась. И прошептала, усмехнувшись:

- Да.

*** 

Когда ты не знаешь точно куда держать путь... куда вести свой народ за собой. И что конкретно дальше предстоит сделать... какой шаг окажется верным, а какой - нет.

Во всех этих ситуациях будет верным только лишь одно...

Довериться себе... своему, с позволения сказать, высшему Я... или как там поговаривают мудрецы с Запада...

Существует голос... вещающий из неведомых краев. Который на порядок больше знает и видит, чем видите вы. Он зрит в корень. И редко когда ошибается. Это похоже на Оракула с точностью 99,9%. Но 99,9 ли?

Или даже больше того? Кто подскажет?

Ведь может голос никогда вообще не ошибался. И новые пути открываются позднее. И все пророчества по итогу сбываются.

Как бы там ни было, Айна явно прислушивалась к советам этого голоса. Ибо без них никак не управишься с целым маленьким государством.

***

Правительница Подземелья окончательно осмелела и решилась на встречу лицом к лицу с тем, кто выразил желание обладать ей...

Она долго решалась, перебарывала себя и своих собственных демонов... но в итоге решилась.

Поздно вечером женщина постучалась в его покои.

Вначале прозвучала тишина. На стук никто не ответил. Она попробовала ещё раз и весьма резко и громко позвала его по имени. Тогда за дверью послышались шаги и возня с засовами.

Дверь как ни в чем ни бывало открыл Алерик. Айна уставилась на него. Как всегда, успел надеть маску прежде, чем показаться на людях.

- Проходи, госпожа, - как ни в чем ни бывало, промолвил он негромко.

Расступился, впустил её внутрь. Закрыл за Айной дверь.

Мужчина просто молча рассматривал её силуэт со спины. Правительница Подземелья ощутила как сердце начало бешено биться от волнения.

А ведь убивать врагов проще! Не то, чтобы проще... значительно... в разы просто-напросто проще. 

- Нам надо выпить, - наконец, выдала она, не придумав ничего умнее этого.

- Раз надо, давай выпьем.

В его голосе звучало какое-то игривое понимание. Как будто бы. А, может, Айна это всё сейчас выдумала на ходу.

Он вынул из ящика деревянного старого комода, видавшего виды и, кажется, уже пережившего в этой Цитадели всех, запыленную бутылку красного вина. И там же магическим образом отыскал два стеклянных бокала. Пить из столь пыльной посуды было, мягко говоря, неприятно, поэтому он поспешил сполоснуть их из кувшина с водой и эту же воду вылить прямо на каменную плитку на полу.

- Держи, - филигранно передал он ей бокал.

Айна взяла его в руку. Следом за этим прозвучал хлопок. А вот и вино разлилось по сосудам.

Он обвил её руку своей прямо с бокалом вина в руке.

- За кого же ты хочешь пить? - приглушенно поинтересовался он, приподняв свободной рукой маску.

- За себя, - усмехнулась женщина. За кого же ещё можно пить?

Алерик усмехнулся.

- Царь Цитадели... в своем обыденном обличье. Ничего нового!

Он сделал глоток, залпом сушив свой бокал. Айна пила чуть менее размашистыми шагами. Оно и понятно - ни любовные утехи, ни горячительные напитки не были её лучшими друзьями. Она всю жизнь провела по сути своей в аскезах, питаясь лишь мясом и скромной едой. А Алерик, видимо, был любитель втихаря пригубить.

Тогда становилась понятна его отстраненность от мира сего.

- Ещё? - промурлыкал Алерик.

Айне начало ударять в голову, но пока что это выражалось на её самообладании крайне слабо.

- Можно.

- Хорошо, - он улыбнулся. Пока что Айна не видела его лица целиком.

- Можно просьбу?

Алерик опешил на миг.

- Д-да, - почему-то неуверенно выдал он, обернувшись вполоборота.

- Я требую, чтобы ты снял маску, - набравшись уверенности, твердо заявила Айна. Как ни странно, она именно попросила его об этом, хотя привыкла всегда брать свое силой, и в данный конкретный момент ей тоже не стоило ровным счетом ничего самой протянуть свою лапищу и сцепить несчастную маску с его лица, в очередной раз продемонстрировав по сути очередному слуге свое и заодно его положение.

Мужчина умолк. Задумался о чем-то своем. Видимо, для него это было личным. Хотя он понимал также, как и Айна, что его госпожа и сама легко может сдернуть с него это... но только почему-то она попросила об этом именно него.

Между парой нависло неловкое молчание.

Затем....

Алерик снял маску. Просто взял и сделал то, о чем она его попросила. Айна ранее никогда ещё не видела его лица.

Женщина застыла в задумчивости. Молча разглядывала как оказалось доселе незнакомого ей человека.

- Я люблю тебя, - выдал он - И всегда любил... с самого твоего появления здесь...

Потупил взор...

Набравшись мужества, он продолжил:

- Я должен был сообщить тебе. Но ведь мы два глупца с тобой всего лишь... ты движешься, чтобы погубить себя. А я... идиот...

Подумав, добавил, начав уже отворачиваться от неё.

- Забудь, что я сказал. Забудь. Иди... и делай что должно... просто я увиде...

- Что ты увидел?

Алерик начал закрываться от неё, искать глазами место, куда бы он мог от её внимания спрятаться.

- Я увидел будущее...

- И что там?

Он осмелился в упор посмотреть ей в глаза. В этот момент разум Айны начал медленно плыть, что было для неё, мягко говоря, нехарактерно.

«Что ж... ты сама напросилась».

Тяжело вздохнув, он выдал:

- В этом будущем ты умрешь.

Пауза. Айна смаковала информацию.

В принципе, она и так всегда находилась в состоянии готовности погибнуть. Так что было ли вообще что-то новое и тем более полезное в его словах? Чем его образ мог вообще её напугать? Её, которую столько уже раз могли и даже пытались убить? 

- Всё, забудь, - он явно начал суетиться и нервничать - Я просто знал, что ты более не вернешься... в скором времени... и хотел на прощанье...

- Отдаться мне? - голос Айны внезапно переменился в своем настроении.

- Да. Я подумал, что раз уж всё так, то нам нечего терять... я понимал, что ты можешь меня захотеть убить за такое... что ты неприступная. И что плотская любовь - не для тебя. Я почувствовал твой страх. Ты боишься... боишься отдаться кому то... и потерять контроль. Как будто он заберет твою власть.

Сглотнув от перенапряжения, он продолжил дрожащим голосом:

- Но мне твоя власть не нужна... лишь ты. Только ты.

Айна рассмеялась внезапно от услышанного.

- Ты просто... хотел со мной переспать? - подытожила она.

- Я... эээ...

Алерик вновь потупил взор. Кажется, он жалел, что начал вообще этот диалог.

- Айна, уйди, - внезапно резко выдал он и жестко, переменившись в лице, посмотрел на свою царицу.

Ему проще было отказаться от своих чувств, нежели ловить на себе её презрительное отношение.

Женщина оказалась в замешательстве. Такого поворота событий она точнехонько не ожидала.

- Я сказал - ВОН! - начал срываться на крик и настаивать он.

О боги, как ему было неловко! Да что же такое то творилось?! Как теперь вернуть то состояние, что было прежде, до этого разговора?

- Уходи! - начал кричать он - Просто... оставь меня. Всё, забудь.

Сердце бешено колотилось.

Айна стояла как вкопанная.

- Айна! Уйди вон!

Она осмелела. Сделала шаг вперед.

- Ты не можешь мне указывать, - лишь железным голосом возразила ему она, вплотную подойдя.

Бедный Алерик был готов сойти с ума. Разум его не выдерживал подобной сцены.

Внезапно, Айна его ударила. Кулаком по щеке.

Вот чего-чего, а этого Алерик тоже явно не ожидал. Ни с того, ни с сего.

Мужчина испуганно на неё глянул.

Айна задумалась. Примолкла.

Мужчина просто молча её обнял за талию.

- Я люблю тебя, - прошептал он.

Айна даже не успела на его действия среагировать.

- Я люблю тебя, - продолжил шепотом он. Было слышно как мужчина тяжело всхлипывает.

Айна пребывала в легком шоке.

- Зарежь меня.... если хочешь... я буду любить тебя и в этом случае.

Тишина... Айна молча прижала его голову к своему животу. Она опешила как-то... что ли... так непривычно и дико для неё было всё происходящее сейчас.... и при этом там же, в области живота, она ощущала всё нарастающее приятное тепло.

Если честно, она боялась плотской близости. Боялась, в первую очередь, результатов и плодов, которые могли от неё могли получиться. Страшилась как огня одной только мысли о том, что кто-то может заделать ей ребенка. Вот и сейчас... она стояла на пороге выбора. Отдаться страсти и попробовать каково это... или воздержаться и сохранить свою неуязвимость.

У неё сохранялось весь вечер стойкое ощущение, что, отдавшись этому человеку, она потеряет нечто важное... безвозвратно... и навсегда. Навсегда лишится некой своей разрушительной мощи, именно из-за которой её, собственно, все и боялись.

И она... потеряет свою неуязвимость. И, возможно, даже падет после этого...

Но, Боги, так хотелось... именно этого мужчину. Отдаться ему целиком.

Почему-то именно Алерику Айна полноценно могла доверится. И никому другому в Нижнем и Верхнем мире она доверять более не могла.

Эту ночь она била его кулаками на протяжении нескольких часов, орала от внутренней боли, которая, наконец, нашла выход.   

А затем это всё прекратилось. И когда припадок безумия отступил, Айна устало скатилась на пол.

Она выжрала ещё много вина этой ночью. Весьма и весьма много. До дрожи во всем теле и потере возможности нормально ходить. Разве что в раскачку, пытаясь сохранить равновесие.

И, наконец, в самый разгар этой ночи в полумраке комнаты, освещаемой лишь двумя масляными светильниками, она встретилась с ним взглядами.

А Алерик сидел всё это время рядышком. И он даже не ощущал физической боли, нанесенной ему этим монстром. Нисколечки.

Их глаза встретились. Он давно её вожделел.
 
Он схватил её ладонью в кожаной перчатке за локоть, прижал к своему телу и страстно поцеловал. Айна растерялась вначале, но затем отдалась поцелую полностью, без остатка.

Духовная страсть, на грани возвышенного и утонченного, с примесями животной страсти. Животной, готовой вот вот претвориться в жизнь. И сдерживаемой всего лишь стеснением обоих - таким до невообразимости жалким и кажущимся нелепым и неуместным. Ведь когда двое так чисто и искренне... всего лишь друг друга хотят.

Алерик отстранился, тяжело переводя дыхание. Очень долго он мечтал ей сообщить о своем желании. Но не мог. Он был никем при дворе. Просто... безымянным... своего рода шутом. Если так можно сказать о нем.

Видимо, что то подсказывало ему, что вскоре этому всему суждено перестать существовать...

Мужчина потупил взор. Ему стало стыдно за свой порыв.

Опять она, наверно, отстранится... ведь она же ясно дала понять, что не хочет ни с кем этой близости.

Айна вновь подошла. Аккуратно коснулась его заросшего легкой, светло-каштанового цвета бородой, подбородка. Алерик был чуть выше ростом, осмелился посмотреть на неё.

Секунда неловкого бездействия повисла между ними. Тишина...

Алерик внезапно обхватил обе её щеки своими ладонями в кожаных перчатках. И страстно начал её пить... смакуя её губы.

Они опустились на маленький диванчик у стены.

Животное, даже можно сказать... звериное... окончательно взяло над обоими верх, оказавшись сильнее предрассудков и их личных жалких страхов, которые до этого лишь останавливали.

- Моя... - повторил он шепотом то, что говорил ранее.

Правительница Подземелья уже ощущала его возбуждение левым бедром.

Алерик аккуратно и трепетно раздел её, медленно снимая каждую вещь на её, покрытом боевыми шрамами, теле. Затем разделся сам и разместился на краю дивана.

- Я не знаю, что дальше делают... - смущенно прошептала Айна. Дрожь в голосе выдавала её с потрохами.

- Я тоже, - из Алерика вырвался не менее смущенный смешок.

Но тем не менее он интуитивно начал гладить её по бедру. Айна замерла. Это было приятно. Нежные и мягкие пальцы любовника слегка касались её кожи. Их не смущали запахи друг друга, которые, между тем, были весьма и весьма заметны. И даже не смущала обыльная растительность у обоих в области паха. И не смущали грязные руки и несколько дней не мытые тела, освобожденные от ветхой и уже весьма провонявшей одежды, ведь в Подземелье новую было и нереально найти.

В какой-то момент его обе ладони переместились Айне на живот, а сам Алерик придвинулся поближе к властительнице. И начал гладить. Нежно, неторопливо, вкладывая в это действие всю свою любовь и заботу. Стараясь доставить своей госпоже подлинное удовольствие.

Женщина аж замурлыкала от прикрыла глаза.

- Нравится? - с теплотой в голосе поинтересовался он.

Айна посмотрела ему в глаза.

Кивнула.

- Продолжай.

Обе руки оказались на её груди. А Алерик тем временем ловко вошел в неё, навалившись своим телом.

Он делал всё медленно, плавными движениями, боясь причинить боль в первый раз. Вначале было тяжко. Затем Айна расслабилась, дала понять, что болевые ощущения прекратились, и дело пошло развратнее и быстрее.
 
Алерик вновь и вновь целовал её тело - в губы, впивался в шею, иногда опускался, чтобы поласкать грудь с торчащими от возбуждения сосками. Волна неистовой страсти растекалась по телу Айны. Лоно было готово взорваться от космических чувств. Потеряли ход времени. Растворились в Вечности. Лишь он и она. Два... больше, чем тела. Две души. Две прекрасные, трепетные души, наконец, открывшие друг другу сердца в этом мрачном и полном боли, страха, голода и разочарований мире.

Как такое вообще возможно? Любовь в мрачной Цитадели. В этих холодных, сырых стенах, где пируют лишь голод и мрак. Как? Как?! И не было ответа на этот вопрос. Разве те, кто вкусил жестокость Подземелья, ещё способны любить? Способны ли вообще на какие либо чувства, помимо злости, чванливости, чувства собственного доминирования и ярости по отношению к врагам?

Айна кусала его за короткие волоски бороды на подбородке. Игриво и по-животному. Она любилась с ним как будто бы уже несколько дней, хотя прошло всего несколько часов.

Алерик рычал как дикий зверь в экстатическом трансе и всё сильнее заводился. Он был нежен, но энергичен. Любил Айну в самых мыслимых и немыслимых позах, повисая на её теле. Крутил её телом как мог, изобретая всё новые и новые комбинации. Упивался её приглушенным дыханием и легкими стонами. И сам мужчина начинал тяжело дышать, всё сильнее и сильнее вдалбливаясь в диванчик. Он не мог найти всех способов передать ей свои чувства. И лишь трахал её вновь и вновь. Вновь и вновь. Упивался энергией их романтических чувств.

Он сжимал её изуродованную боевыми шрамами ладонь в своей. Периодически покрывал поцелуями и шрам на её лице. Он видел её прекрасной, даже, если весь мир видел её жутким монстром. Мужчина желал подарить всю ту гамму романтических чувств, которую испытывал сам к ней всё это столь долгое время. 

Она была для него больше, чем Зверь. Хотя, несомненно, и Зверя он в ней прекрасно мог разглядеть. Возлюбленная не была ангелом. Отнюдь. Это ярая демонюга, и Алерик прекраснейшим образом отдавал себе отчет в этом. Он понимал кто именно перед ним и как именно с ней надлежит обращаться.

У других мужчин не было шанса. К Айне не подступиться. Любое сексуальное внимание воспринималось ей крайне агрессивно. Оно и не мудрено... что ей могли дать мужчины Подземелья? Краткосрочную, примитивную близость в обмен на что? На ничто?

Он же изначально жаждал заняться с ней любовью. Не просто близостью для разрядки накопившегося напряжения. А именно Любовью в самом широком смысле этого слова. Для него близость была лишь способом выразить так сильно накопившиеся чувства.

Кем его госпожа была для слуги? Для очередного её слуги... Миром. Она была для него целым неизведанным миром. Островом. Маяком. Он осознавал, что никто в Подземелье в полной мере не мог изведать всех глубин её души. Никто не хотел её понять больше, чем поверхностно. Все воспринимали её как властителя... и до ужаса боялись её гнева... вот и вся правда про трепетную дрожь народа перед ней... не более и не менее...

Алерик мог подарить ей всего себя... его жизнь была пуста, мрачна и холодна... как и это место...

Он отличался от иных мужчин. Своей закрытостью, мягкостью, нежностью. Айна не понимала сейчас кто перед ней - мужчина или женщина. Так ласково могла любить только женщина. Мужчина просто-напросто был на такое никак не способен.

Лишь женщина могла быть такой ласковой... нежной... в этом прекрасном и мягком мужском теле.

Другие долбили бы её сейчас что есть силы... причиняя боль внутренним органам. Но Алерик... там была страсть. Но она не причиняла физической боли. Его движения были активные, весьма и весьма энергичные. Она чувствовала в нем мужскую любовь тоже. И энергию. Это не было вялым совокуплением. Но было актом любви двух людей, которые, наконец, смогли заняться любовью правильно... так, как ей и надлежало всю жизнь и абсолютно всем людям заниматься. Без животного порыва. Но с примесью звериного огня. Когда два человека руководствуются высшим... и при этом позволяют проявлять в себе низшее. Это можно было бы назвать идеальным балансом.

«Я люблю тебя! - шептал он». Обнимал всё крепче и страстнее. Два тела никуда не спешили. И при этом отдавались безудержному огню обоюдной страсти. Два тела, желавшие как никогда воссоединться в нечто большее. Выйти за пределы материи. Стать единой душой.

Айна читала об этом книги. Про возвышенную любовь двух очень духовных людей. Про единство одного Духа в обоих. Кажется, такие души назывались Близнецовыми.

Оххх, как же ей хотелось любиться! Вновь и вновь отдавать себя ему, проживая заново букет этих чувств. Целоваться, отдаваться движениям. Любить что есть мочи. Тихонечко и сладко постанывать в ответ на его приглушенные стоны. Целовать любимого в губы, иногда соприкасаясь языками. Быть вместе...

А затем лежать без сил... обнявшись. Смотреть на ноги любимого и прижиматься к нему поближе. И чтобы он тоже прижимался к тебе. Чтобы это было взаимно и обоюдно. Как и должно между людьми на самом-то деле быть...

Это стоило многого... хотя Айна и понимала, что это не может стоить тотально всего...

Её Разум был слишком трезв, чтобы понимать, что есть что-то ещё, гораздо более стоящее, чем просто большая любовь...

И это лежало в плоскости её миссии в этом грешном месте.

С момента начала близости прошло несколько часов...

Они просто лежали друг на друге. Их ноги сплелись вместе. Держались за руки. Сцепились крепко пальцами. Алерик переводил дух. Айна молча посматривала на лицо полюбившего её человека. Она не могла до конца понять своих чувств как к нему, так и в целом.

У него были сильные чувства к ней. Прямо пламенные. Айна их принимала. Вопрос - разделяла ли в полной мере? Но чувства принимала. Ей становилось тепло от мысли, что есть на свете любимый человек. Точнее, любящий человек. Любящий её, а не жаждущий её гибели или свержения с трона. И хотя все в Цитадели её поддерживали, но их поддержка была продиктована исключительно отсутствием альтернатив и других достойных управленцев. И Айна это слишком хорошо осознавала.

Искренние чувства Алерика к ней её саму же и удивляли. Это было необычно. Весьма. И... она никогда не вступала доселе в любовные отношения с мужчинами.

Это было... приятно... и так необычно.

И эти ощущения тела... экстаз от телесной любви. Жаркие и трепетные поцелуи. Чувство наполненности внутри, когда он это с ней делал.

Ей было хорошо с ним. Очень. И... что-то в сердце трепыхалось, начинало появляться как будто бы ответное чувство к Алерику. Такое любимое... и нежное. 

Алерик поднял с пыльного пола свое одеяние. Он потерял счет времени, но за ночь у влюбленных было несколько раз. 
Очень долгих и нежных раз...

Совершенно любовно и нежно он коснулся кончиками пальцев щеки своей любимой.

- Я знаю, Айна... - прошептал он, сам до конца не понимая зачем он всё это сейчас начал нести - Я всё знаю и... чувствовал, что этим всё закончится. Я твой лекарь, и я должен был спасти тебя от твоих же чудовищ. И я знаю как тебе больно, грустно и плохо было всё это время. Я люблю тебя и мне за это ничего не надо совершенно...

Он расплакался, вытирая ладонью слезы.

Айна дотронулась до его длинных светло-каштановых волос.

- Ты не должна была быть одна всё это время... - рыдал он - Это моя вина, что я молчал. Ты... несла... слишком тяжелое бремя.

Женщина почему-то молчала. Ей было несвойственно чувство жалости к самой себе.

Просто она глубоко задумалась о чем то своем. Её мысли явно улетали дальше помыслов Алерика. Никто и ничто не могли отвлечь её Разум от её миссии. Даже такие мощные чувства и приятные удовольствия...

Слишком она была неуязвима и сильна... от всего... 

- Я люблю тебя, - продолжал он - И я видел что ты делаешь для Цитадели... никто... ни один из нас не смог бы понести эту ношу. Управиться с Подземельем. А ты... смогла. Ты смогла. Айна, я... - с раскрасневшимися глазами он повернул голову в сторону неё - Ты должна это сделать. Я знаю. Ты должна победить. Твое дело не может быть напрасным... и... раз ты так решила... иди на риск. Иди! Ты сможешь! Какой бы результат там не был... и как бы тебя там не встретили...

Они поцеловались вновь, и всё повторилось...

Алерик вновь и вновь упивался своей возлюбленной. А она всё больше распалялась и отдавалась его ласкам. Они походили сейчас на двух змей, переплетенных в едином танце. По сути они были этими самыми змеями... демонами, идеально нашедшими друг друга.

Просто им повезло встретиться... а другим - нет... вот и весь расклад.

Кто-то так и проживет жизнь, не познав этого трепетного чувства услады.... и настоящей, жаркой любви. А теперь Айна точно знала что это такое... но также осознавала, что у неё есть задолженность перед другими... уже не долг, а самая настоящая задолженность. И другие обязаны получить свои вложения в лице её дела. Иначе... будут прокляты все! И Айна в том числе. Не для этого она была рождена. Не для любви. А для великого дела. И именно поэтому ей дали выжить в той кровавой резне на сорок человек в пирамиде. Не было никаких гарантий, что именно она займет место правителя... но место перешло ей. Ради того, чтобы самая сильная властительница повела этот измученный и несчастный народ к новым, доселе недомым этим дикарям, вершинам.

И только Айна... со своей силой... и Духом... могла с этой миссией совладать.

Ей некуда было отступать... теперь, когда всё сделано и все жертвы принесены... оставалось лишь сделать ровно то, что от неё ожидали.

А Алерик... должен был осознать и отступить... к сожалению. Как бы хорошо ей не было с ним... она понимала, что его любовь - всего лишь очередная жертва на её великом и важном пути. Ведь в ней говорили не только её голоса, но и голоса всех остальных узников этого мрачного ада...