Держитесь крепче!

Мы с Никитой разучивали Париж дома по ноутбуку. Но знакомиться с музеями виртуально!.. Тут человек сам выбирает – либо дышит произведениями искусства, и они входит в его мир,  либо любуется калейдоскопом картинок и ставит отметку в памяти: был!
Итак, сегодня мы едем на экскурсию в Версаль, «золотую шкатулку» французских королей.

Сбор возле Гранд Опера. Пришли за час, подошли к парадному входу и стали ждать.
– Представляешь, сколько королей поднималось по этим ступеням! – воскликнул Никита.
– А, может, и не поднималось. Эту оперу построил Наполеон III  в конце XIX века. Он шёл как-то в старую, расположенную в узкой улочке, и на него напали. Вот и решил построить новое здание, открытое со всех сторон. А для себя сделал отдельный, не очень заметный, вход. Так появилась опера Гарнье, названная в честь автора проекта.

Что-то долго не было их автобуса.
Прошёл час, ещё полчаса. Мы поняли, к своему удивлению, что экскурсия не состоялась. Что-то нет чёткости в этом Париже!
А экскурсия-то была – автобус ушёл по расписанию. А кто на неё не попал, сам виноват! Надо было лучше бегать вокруг оперы и спрашивать у водителей!
Представляю английскую леди, как она мечется вокруг оперы и спрашивает у каждого водителя: «Вы – в Версаль или на деревню к дедушке?» И это Париж!?
Настроившись на «Европу», мы, конечно, ждали у парадного входа. Кто ж знал, что у них, как в России, парадное закрыто, а ждать нужно – у «чёрного» входа. А-а-а! Фирма организатор экскурсии – русская!..

И здесь не могу не сделать небольшое лирическое отступление – насчёт парадного входа. Душа просит. К годовщине смерти Владимира Высоцкого театр на Таганке подготовил спектакль из его песен на тему, которая волнует людей из поколения в поколение – БЫТЬ или  НЕ БЫТЬ? Меня тоже пригласили  как участника событий, когда речь шла о самом Высоцком: быть ему или не быть?  И не в философском, а в самом прямом смысле – потому как вопрос задавало КГБ через ВЛКСМ. Я выступила против организаторов. Вот обо мне и вспомнили.

По тем временам с гостиницами была напряженка. Я остановилась у журналистки Тани Трофимовой, которая  беззаветно, как и я, любила строителей трубопроводов. Поэтому нам тесно не было у неё в квартире, а жила она в старинном здании с роскошным парадным входом. Утром нарядилась я в театр, захожу в старинный лифт. Господи! Я его весь излазила, чтобы хоть что-то нажать, надавить, дернуть! Стоит как вкопанный. Понятно – старинный! Иду к Татьяне – она через левое колено за правым ухом рукой надавила  – пошло!

Времени в обрез! Бегу к парадной двери. О!!! Надо было видеть, как и где я только ни нажимала – не идёт, проклятая. Не открывается! На спектакль катастрофически опаздываю. Бегу по лестнице уже без всякого лифта.
– Таня! – кричу. – Выпусти меня из своего дома!
– Ну, кто в наше время открывает парадные в дворянских домах?! Под лестницу нырнёшь, там чёрный ход – гуляй, не хочу!
Подлетаю к театру. Какое тут «дыша духами и туманами» – прилично  загнанная лошадь. Народу! Всё забито.
– Ну, через парадный вход нам не пройти, побежали к чёрному ходу, – говорит встречающий. – И мы  побежали.
Театр на Таганке – это два здания: старое, а к нему пристроено новое. Втискиваемся в воротца, и долго в полутьме пробираемся к сцене. И вот ОНО! СВЯТИЛИЩЕ! Зал, проходы – везде зрители! Одни глаза блестят.

– Сейчас я вас посажу, – ко мне подходит артист Леонид Филатов, берёт меня в охапку и подкидывает к софитам над сценой, которые дают ей и зрителям нужный свет.
– Держитесь крепче! Зато видок – самое то!
Леонид Филатов секс-символ страны. Все девчачьи общежития были завешаны его портретами. А я знаю, что этот интеллигентный мальчик, ставший потом взрослым, был предельно застенчив – ему режиссер разрешал сниматься в джинсах в откровенных постельных сценах. Более того, с детства имел он свой собственный взгляд на всё в этом мире. Отсюда та пронзительная ироничность у Филатова, когда он стал писателем, режиссёром.
Вот так из-за парадной двери, которая не открывается,  мне пожал руку, и не только руку, интереснейший человек.

В первом ряду в зале сидел великий умница Эльдар Рязанов; рядом – режиссёр Таганки Николай Губенко. Сказать о нём: мальчик-сирота, ставший сперва артистом, а потом министром – это ничего не сказать. Главное – он нашёл свою единственную женщину, точнее добился ее.  И это была первая красавица в стране и в кино Жанна  Болотова! Ради семьи бросила она свою успешную карьеру, значит, было ради кого!

Н-да... Однако я-то  как смотрюсь из зала? Одно дело – пацан болтается  над сценой, но я-то дама!
Хотя для Таганки, наверное, вполне!
Вспомнить  об этом в Париже из-за парадной двери, которая не открывалась.

Мы продолжим беседовать завтра. Сегодня я помолчу в память о великих людях ХХ века, талантливых, ироничных, отстаивающих своё мнение как свободу. Странно устроен этот мир - он всё есть и есть, а этих ярких самобытных людей в нём уже нет.. Они живут в воспоминаниях, в книгах, в своих произведениях.