Станковые пулемёты и наши жуткие поражения

  Поражения РККА в 1941-м да и 1942-м годах случились не в по-
следнюю очередь из-за отвратительной ситуации со станковыми пу-
лемётами. Окажись эта ситуация значительно лучшей (а стране это
было в принципе посильно), скупая мужская слеза глубокого состра-
дания Вермахту запросилась бы у Гитлера наружу уже, может, в
августе 1941-го.
  Станковый пулемёт -- не тяжёлая обуза, а очень эффективное
средство лишь в ограниченном наборе ситуаций. Они таковы:
  - пулемётная засада против пехотной или транспортной колон-
    ны (стрелять полминуты, потом переключаться на гранаты и
    миномёты на несколько минут, потом сматываться);
  - отбитие -- с замаскрованной фланговой позиции -- массиро-
    ванной пехотной атаки, осуществляемой в лоб (но такие атаки
    были характерны скорее для РККА образца 1941 года, чем для
    Вермахта);
  - стрельба по залёгшему противнику, осуществляемая с некото-
    рой возвышенности;
  - уничтожение противника, который дрогнул, оставил свои укры-
    тия и побежал;
  - стрельба по низколетящим самолётам.

  В иных ситуациях имеют место зряшный расход патронов и зряшная
демаскировка позиции.
  Стрелять из пулемётов по хорошо окопавшемуся противнику --
занятие малодейственное (нужны миномёты, огнемёты, гаубицы).
  Пулемёты должны применяться в сочетании с малокалиберными мино-
мётами и пушечной стрельбой шрапнелью: пулемёты заставляют пехоту
противника залечь, миномёты и шрапнельные снаряды добивают её на
земле.
  Пулемётные позиции приоритетно разведываются противником и
далее уничтожаются посредством артиллерии и миномётов. Поэтому
пулемётные позиции должны тщательно выбираться, фортифицировать-
ся, маскироваться, имитироваться, меняться, а это затратно по
времени и интеллекту.
  Пулемётные позиции должны размещаться по возможности вне пря-
мой видимости со стороны противника (то есть за какой-нибудь
возвышенностью или за каким-нибудь объектом), иначе же рассмат-
риваться в качестве одноразовых: чуть постреляли, атаку отбили,
далее -- скрытно перемещаться в другое место.
  Пулемётный дот окупается единствено при условии, что атакующие
видят его, лишь подойдя близко (= затруднена возможность примене-
ния против него артиллерии), и что он располагается немножко на
возвышении, позволяющем пулемётчику доставать и залегших солдат
противника. Мне довелось только раз (!) читать, что финны на
"линии Маннергейма" вот именно так и делали. Рельеф местности
для правильного расположения пулемётного дота редко бывает бла-
гоприятным на равнинной местности, а вот в гористой, холмистой
или хотя бы "изрезанной" местности таких возможностей много.
  Для станкового пулемёта очень важна следующая вещь: наличие
при нём средства транспортировки его и патронов к нему (а заодно,
может, и пулемётчиков). Если такое средство отсутствует, лучше с
пулемётом не связываться совсем, потому что ты его всё равно
вскоре подаришь противнику, не успев даже с толком применить.
  Минимальное транспортное средство к станковому пулемёту -- руч-
ная тележка. Точнее, две тележки: одна -- для пулемёта, другая --
для патронов к нему. Для зимних условий требуются санки. Опти-
мальное транспортное средство для пулемёта -- это джип или хотя
бы "эмка" (мы ж -- про 1941-й год). Грузовик-полуторатонка на
один пулемёт -- это слишком много. Зато он в самый раз для ДВУХ
пулемётов -- или для "огневой группы", включающай пулемёт и
миномёт. Разумеется, оружие в транспортных средствах (даже если
это санки или и тележки) должно размещаться и закрепляться так,
чтобы была возможность применения его без выгрузки из транспорт-
ных средств. Подъехали, врезали из-за кустов -- и дёру. Так в
условиях 1941 года ковались бы блистательные победы, а неблиста-
тельные, пирровы -- это кровавая тошнотина.
  Хватает фотографий счетверённых пулемётов Максима на грузови-
ках для стрельбы по самолётам, но как-то не попадались фотогра-
фии, на которых грузовики были бы оснащены удобно (для стрельбы)
установленными ОДИНОЧНЫМИ пулемётами Максима.
  Полуторатонный грузовичок с пулемётом Максима, 50-мм миномётом,
противотанковым ружьём, несколькими гранатомётами Дяконова, за-
пасиком ручных гранат, еды, бензина, двумя-тремя противотанковыми
минами и шестью бойцами-головорезами (водитель в счёт) -- грозная
ударная комсомольско-молодёжная микро-группа засадно-налётного
типа, которая в лесистой местности близ западной границы СССР бы-
ла способна рвать пачками воспитанников Гитлер-югенда. Хватало
ведь геройства даже в отсутствие такого оснащения. Эх, радиостан-
цию бы им ещё -- хотя бы одну на десять машин.
  Сломался грузовик -- не совсем катастрофа, потому что есть под-
страховка [складными] пехотными ручными тележками, возимыми в ку-
зове грузовика.
  Другими словами, можно было -- для экономии -- совмещать пуле-
мётные подразделения с мобильно-ударными.
  Становится даже как-то жалко немцев...

                *  *  *

  Квас-патриотнутые стратеги салажного типа могут начать тут
плакаться, что "история отпустила нам мало времени" (на ручные
пехотные тележки) и что на Гитлера работала "вся Европа" (а на
нас только Британия, да и то не сразу, а США -- это ведь не
Европа). Всё это немножко таки да, но зачем же в 1941-м было да-
рить станковые пулемёты гитлеровцам?! Тратиться на эти пулемёты
надо было ровно в таком их объёме, какой мог быть потом обеспечен
средствами транспортировки, только и всего. Пусть бы выходило не
180, а лишь 80 станковых пулемётов на дивизию, но они бы хоть хо-
рошо постреляли некоторое время.

                *  *  *

  Теперь о собственно станковых пулемётах. С ними у большевиков
случился очередной большой прокол. Поскольку массовые репрессии
по этому поводу не воспоследовали, надо полагать, что виноватым в
проколе (в который раз!) был сам товарищ Сталин.
  В середине 1920-х в РККА возникла идея заменить проверенный пу-
лемёт Максима образца 1910 года на что-то улучшенное: более лёг-
кое (= более мобильное) и без водяного охлаждения. Пулемёт типа
немецкого MG-34 у большевиков не получился, но к 1939 году вели-
кий сталинский оружейник Дегтярёв, таки создавший хороший ручной
пулемёт ДП, родил и станковый пулемёт, принятый -- почему-то в
весьма сыром виде -- на вооружение РККА в 1939 году. Вид у этого
нового пулемёта ДС-39 был очень современный, масса -- на треть
меньше, чем у "максима" (около 40 кг вместо около 60) а из "изю-
минок" имелась возможность переключать темп стрельбы: с 600 вы-
стрелов в минуту на 1200 и обратно.
  Всё бы хорошо, но были у нового изделия два больших недостатка.
Во-первых, он хорошо работал только с патронами, имевшими сталь-
ные гильзы, а на латунных гильзах ""задержка при стрельбе" слу-
чалась у него через 300-500 выстрелов (для сравнения: у "максима"
и MG-34 -- приблизительно одна "задержка" на 2 000 выстрелов).
Во-вторых, некоторые его детали быстровато изнашивались, особенно
на морозе, и тогда требовался ремонт в мастерских. Солдатики из-
рядно намучились с этим мастерписом во время "зимней" войны с
Финляндией, и в июне 1941 года, аккурат перед нападением Гитлера,
ДС-39 был снят с производства, и было возобновлено (и продолжа-
лось всю войну и потом аж до 1950 года) производство пулемёта
Максима образца 1910 года. Альтернативный пулемёт Горюнова поя-
вился только в 1943 году и не сразу стал массовым. Короче, РККА
встретила войну (и потом прошла основную его часть) без надлежа-
щего станкового пулемёта (а ведь пулемёт, хоть какой-нибудь, на-
до было ещё правильно использовать!).
  Помногу таскать за собой 60-клограммовый пулемёт Максима недо-
кормленные бойцы РККА при беспорядочных отступлениях и во всяких
окружениях были не в состоянии, а тогдашние радикальные креатив-
щики не имели возможности своевременно предложить поднятие пуле-
мётных команд до уровня мобильных ударных, потому как этих креа-
тивщиков, как и теперь, особо не слушали, зато охотно отправляли
на лесоповал, а то и к стеночке. В итоге мы получили то, что по-
лучили: немцы дошли до Волги и почти до Грузии.