Скучное убийство

Валентина Петровна, пожилая женщина семидесяти двух лет, заболела коронавирусом. Она точно знала, что заболела именно коронавирусом, так как симптомы обострения астмы, которой она прибаливала много лет, всё таки отличаются да и по телевизору все уши прожужжали как себя чувствует заболевший в первые дни и что необходимо делать, пока состояние не усугубилось.
Почему прибаливала? Да потому что так называемые приступы у неё случались только тогда, когда ей этого очень нужно было. В остальное же время астма её не беспокоила. Однако в своей поликлинике Валентина Петровна стояла на учёте и, как положено, получала бесплатные пшыкалки, которые за ненадобностью сбывала за полцены соседу Остапычу. Тот же не любил и не желал ходить в поликлинику, но без этих самых пшыкалок не мог ступить и шагу.
Первую из двух прививок Валентина Петровна сделала себе месяц назад. Однако, угораздило же её со скуки захотеть прогуляться по городу, подышать воздухом да на народ поглазеть. Вот и нагуляла себе проблему. Теперь звонить надо на горячую линию, сообщать, что видимо в автобусе заразилась коронавирусом. Припрутся "маски-шоу" заберут в городскую инфекционку, запрут в бокс-одиночку размером с могилу два на два, ещё и с наглухо закрытым окном. И так от одиночества на луну готова выть, а тут одиночка. Майся, неизвестно сколько, в четырех стенах без общений, без посещений ...  Валентине Петровне  очень не хотелось попасть в инфекционную больницу. Она жила одна. Дочь приезжала да и звонила редко, так как жила в другом городе и много работала. Соседи и подружки тоже перестали ходить в гости из-за эпидемии этого злосчастного  коронавируса, будь он не ладен. Поговорить не с кем. Вязать не хочется. Телевизор надоел. И Валентина Петровна решила вызвать скорую помощь в связи с обострением астмы. Симптомы ведь  схожи. И там, и там от нехватки воздуха задыхаешься... Так и поступила.
Валентину Петровну отвезли в терапевтическое отделение городской больницы. Конечно же при оформлении взяли тест-анализ на коронавирус. И так как готовность анализа ожидалась через двенадцать часов женщину поместили в обычную четырех местную палату. В палате уже лежали Мария с  аутоиммунным заболеванием пятидесяти лет и Таня с Ириной, женщины сорока пяти и шестидесяти лет на профилактическом лечении после операций на сердце. Проболтали женщины до позднего вечера. Каждая рассказала про свою жизнь, про детей и внуков. Каждая пожалилась на своё здоровье и работу своего ЖЭУ... Как говорится, наболтались вдоволь и умиротворённые уснули после вечерних уколов.
Рано утром в палату ворвались медработники в костюмах и масках. Быстро сгребли Валентину Петровну и увезли в инфекционку. У остальных взяли тест-анализы на коронавирус. Поздно вечером Марии, что лежала с аутоиммунным заболеванием поплохело. Уже через нескольких минут прямо в палате у койки больной проходил врачебный консилиум.  Реанимационная была переполнена. Тут же в палате, не теряя времени, начали реанимацию, подключили к  ИВЛ, сообщили родственникам пациентки. Однако, не смотря на все усилия, через час больная умерла. Врачи медленно и понуро разошлись по своим отделениям. Затем, пришли санитары, переложили умершую на каталку и увезли в морг. Оставшиеся в палате женщины-сердечницы, про которых в суете все забыли,  сидели на своих кроватях в шоковом состоянии, не в силах подняться, чтобы выключить в палате свет. Так и просидели до утра. К вечеру обе стали задыхаться. А ещё через некоторое время палата превратилась в реанимационную. Ирину, более молодую, врачам удалось привести в стабильное состояние и перевезти в инфекционную больницу. Татьяна же скончалась.
Прошло больше двух месяцев. Серые зимние дни с ледяными ветрами сменились на ласковую солнечную благость. Пахло пряными запахами пробуждающейся природы. Всё кругом раскрасилось в разноцветье. Наступила весна. Во внутренний двор городской  инфекционной больницы у боксов-одиночек открывались двери и из них выходили после выписки бледные, ослабевшие от долгой болезни люди. Ирину сын выкатил из бокса на инвалидной коляске. Пока он укладывал пакеты с вещами в багажник машины Ирина, подставив лицо солнышку, наслаждалась ощущением жизни.
- Ой, это вы? Помните мы с вами в палате в терапии лежали? А потом меня в инфекционку упекли. Так не хотелось сюда. Сказала им, что у меня астма. А они с этим их анализом всё равно меня разоблачили.
Валентина Петровна тоненько захихикала.
- Но я быстро оправилась, продолжала женщина. Всего две недели подержали в боксе и выписали. Я тут рядом живу. Приехала за выпиской. Вижу, вы - не вы? Дай, думаю, подойду поболтать.  Значит вас тоже, следом за мной забрали? А девчата  здесь? Или у них обошлось?
Валентина Петровна от радости, почти захлёбывалась словами не замечая, как бледное лицо Ирины обволакивала маска ужаса.
Всё то время, когда мозг, наконец-то, начал работать, Ирина мучительно размышляла: от куда? Ну от куда мог взяться в палате вирус? Врачи так оберегали их от этой заразы! Да и сами береглись. А оказалось всё просто. Мадам, которой было скучно и не хотелось в инфекционную больницу, скрыла, что заразилась коронавирусом.
Две жизни! Две жизни по причине банальной скуки, безответственности и эгоизма!
В груди защемило. Воздуха стало не хватать, будто кто-то навалился на неё и пережал горло. Всё сильнее и сильнее сдавливало грудь. Солнце превратилось в удаляющуюся жёлтую точку и затем, где-то там высоко в ледяной бесконечности вселенной померкло навсегда...