Генрих Второй

Она стояла у изножья кровати, неподвижная и бледная, словно изваяние из флорентийского мрамора. В её руках четки замерли, как сердцебиение умирающего. Пока придворные врачи суетились над распухшим лицом Генриха, пытаясь извлечь из его мозга осколки дерева и злого рока, королева видела не умирающего мужа, а пожелтевший пергамент с катреном Нострадамуса.
Она помнила, как насмешливо кривились губы Генриха, когда он читал строки о "золотой клетке" и "молодом льве". Теперь эта насмешка застыла на его лице ужасающей маской. В каждом стоне короля ей слышалось эхо того самого пророчества, которое она, втайне от всех, оплакивала годами. Королева знала: это не просто несчастный случай на турнире, это — расплата. Великая механика небес пришла в движение, и кровь, сочившаяся из-под повязок монарха, была чернилами, которыми история вписывала её собственное имя в анналы грядущего одиночества и безграничной власти. Она не плакала — она слушала, как вместе с последним хрипом супруга рушится старый мир, уступая место её мрачному веку...

...Она взошла триумфом на престол мужа спустя короткое время! Ее муж был возлюбленым  и покровителем  Дианы де Пуатье со времен совершеннолетия, не обращая внимание на брак с нею!