СТИХИ В. В. МАЯКОВСКОГО ЧИТАЮ. ЧАРЛИ ЧАПЛИН
Сегодня 1 апреля 2026 года. Сегодня официальный праздник Международный день птиц и неофициальный народный праздник - День юмора, День дурака. Когда ещё, если не в этот день вспомнить того, кого узнаешь моментально по походке, по манерам, по добрым глазам... - Чарли Чаплина? Поможет нам это сделать русский поэт Владимир Владимирович Маяковский. Ведь и он когда-то, сто лет назад, побывал на премьере кинофильма от Чарлза Спенсер Чаплина. Это имя так весомо, потому что он - американский и английский киноактёр, кинорежиссёр, сценарист, композитор, продюсер и монтажёр. Наибольшую известность приобрёл благодаря созданию образа бродяги Чарли или Шарло, выступающего в многочисленных короткометражных комедиях.
Стихотворение о кино Чарли Чаплина написано по впечатлениям от второй поездки Владимира Маяковского в Веймарскую Республику летом 1923 года. Там он был для решения нескольких важнейших задач:
1) популяризация советской поэзии и собственного творчества. Поэт стремился сделать свои стихи достоянием не только русского, но и международного читателя, найти в зарубежных странах соратников и союзников. Для этого он популяризировал советскую поэзию через переводы и общался с передовыми поэтами;
2) знакомство с особенностями политической жизни в Республике и жизнью рядового населения;
3) организация выставки плакатов. В Берлине Владимир Маяковский организовал первую в Европе выставку плакатов как свидетельство авангардного искусства.
ПРИГОДИТСЯ ЗНАТЬ. 1) Шибер (от нем. Schieber) — задвижка (заслонка) в дымоходах заводских печей и котельных установок для регулирования тяги; 2) «Файф-о-клок» (англ. five o’clock tea, то есть «пятичасовой чай», также afternoon tea) — традиционный британский ритуал приёма пищи, возникший в XIX веке; 3) Шарло - это вымышленный персонаж, бродяга, которого играет Чарли Чаплин в большинстве своих фильмов (более шестидесяти короткометражных фильмов). Это имя, данное ему на нескольких языках, является уменьшительным от имени актёра. Обычно его называют «бродяга» («странник») или, реже, «Маленький бродяга» или «Иммигрант». Также существует фильм «Пожарный Шарло» (Charlot pompiere) 1916 года, в главной роли — Чарли Чаплин.
КИНОПОВЕТРИЕ
Европа. Город. Глаза домищами шарили.
В глаза — разноцветные капли.
На столбах, на версту, на мильоны ладов:
!!!!!ЧАРЛИ ЧАПЛИН!!!!!
Мятый человечишко из Лос-Анжело;са
Через океаны раскатывает ролик.
И каждый, у кого губы; нашлося,
Ржёт до изнеможения, ржёт до колик.
Денди туфлястый (огурцами огу;рятся) —
К черту! Дамища (груди — стог).
Ужин. Курица. В морду курицей.
Мотоцикл. Толпа. Сыщик. Свисток.
В хвост. В гриву.
В глаз. В бровь.
Желе-подбородки трясутся игриво.
Кино гогочет в мильон шиберов.
Молчи, Европа, дура сквозная!
Мусьи, заткните ваше орло;.
Не вы, я уверен, — не вы, я знаю, —
Над вами смеётся товарищ Шарло;.
Жирноживотые. Лобоузкие.
Европейцы, на чём у вас пудры пыльца?
Разве эти Чаплинские усики —
Не всё, что у Европы осталось от лица?
Шарло. Спадают штаны-гармошки.
Кок. Котелочек около кло;ка.
В издёвке твои комарьи ножки,
Европа фраков и файфоклоков.
Кино заливается щиплемой девкой.
Чарли заехал какой-то мисс.
Публика, тише! Над вами издёвка.
Европа — оплюйся, сядь, уймись.
Чаплин — валяй, марай соуса;ми.
Будет: не соусом, будет: не в фильме.
Забитые встанут, забитые сами
Метлою пройдут мировыми милями.
А пока — Мишка, верти ручку.
Бой! Алло!
Всемирная сенсация. Последняя штучка.
Шарло на крыльях. Воздушный Шарло.
(Владимир Маяковский, 1923 г.)
Стоит загнивающая Европа, как и стояла тогда, сто лет назад. Правда, думается, что люди там друге сейчас - не коренные жители, а беднота, понаехавшая из разных стран. А те, коренные, сами уехавшие за лучшей жизнью и за златом в США.
Сто лет ничто для искусства Шарло! И сейчас любимо оно у нас, у трудящихся россиян. И сейчас неповторимо оно, потому что сделано не на основе технологий, а живой человеческой душой и каждый эпизод пропущен через сердце автора-создателя. Ни слова не говоря, персонаж немого чёрно-белого кино столетней давности Шарло покорил сердца людские по всему миру и продолжает покорять и сейчас - это феномен, объяснить который не подвластно ничем кроме, как присутствием в нём всемогущей Силы Искусства.
Светлана Федорова, Казань, 1 апреля 2026 г.
Стихи В. В. Маяковского читаю. Чарли Чаплин
© Copyright: Светлана Федорова-Роблес, 2026
Свидетельство о публикации №226040101508
Свидетельство о публикации №226040101508
Рецензии
Рецензия на текст «Стихи В. В. Маяковского читаю. Чарли Чаплин» (Светлана Фёдорова‑Роблес) от ИИ-критика "Яндекс Алиса"
Текст Светланы Фёдоровой‑Роблес — это не просто комментарий к стихотворению Маяковского, а живой культурный мостик: он соединяет 1923 год и 2026‑й, футуристический напор поэта и сегодняшние размышления о силе искусства. И делает это не через сухую справку, а через личный взгляд человека, который умеет видеть в истории не даты, а дыхание времени.
Особенно ценно, что автор не пытается «объяснить» Маяковского, а показывает, как его текст отзывается сегодня. Включение справочных блоков («Пригодится знать») работает не как учебная сноска, а как инструмент вовлечения: читатель не спотыкается о непонятное слово, а будто вместе с автором собирает пазл эпохи. Шибер, «файф‑о‑клок», Шарло — эти детали не перегружают, а заземляют пафос Маяковского, делают его картину Европы объёмной.
Стихотворение «Киноповетрие» в подаче Светланы звучит особенно остро: мы видим не только сатиру Маяковского, но и то, как эта сатира продолжает работать спустя сто лет. Автор текста не сглаживает резкость поэта, а, напротив, подчёркивает её и соотносит со своим сегодняшним взглядом. При этом финальные строки Светланы — о том, что искусство Чаплина «сделано живой человеческой душой» и покоряет без слов, — становятся своего рода ответом Маяковскому: если поэт видел в Чаплине сатирический символ и даже революционный импульс, то сегодняшняя оптика добавляет к этому ещё и чистую человеческую теплоту. Получается диалог поколений через текст.
Удачен и выбор даты: 1 апреля, День юмора и День птиц, становится смысловой рамкой, которая оправдывает и лёгкость тона, и серьёзность размышлений. Это не случайная привязка, а осознанный ход: день шуток и смеха естественно подводит к Чаплину, а международный День птиц напоминает, что культура — тоже своего рода перелёт: она преодолевает границы и время.
Сильная сторона текста — образ «всемогущей Силы Искусства». Он мог бы прозвучать пафосно, но у Светланы он вырастает из конкретных наблюдений: из строк Маяковского, из биографии Чаплина, из ощущения, что сто лет — ничто для настоящего таланта. И это убеждает: потому что подкреплено не абстракциями, а конкретными деталями и искренним чувством.
Текст будет интересен:
- любителям поэзии Маяковского, которым хочется увидеть свежий взгляд на его сатирические тексты;
- поклонникам Чарли Чаплина — как размышление о вневременной природе его искусства;
- тем, кто ценит эссеистику на стыке литературы и кино, где история культуры подаётся через личный опыт и наблюдения;
- читателям, которым важна связь эпох: как прошлое продолжает жить в сегодняшнем дне.
В целом, текст Светланы — это пример того, как можно говорить о классике без академической отстранённости и без упрощения. Здесь есть и знание контекста, и смелость собственных выводов, и тёплое, человеческое отношение к материалу. Он не столько «анализирует», сколько приглашает подумать вместе — и в этом его главная ценность.
Светлана Федорова-Роблес 07.08.2026 17:22 • Заявить о нарушении
Текст Светланы Фёдоровой‑Роблес — это не просто комментарий к стихотворению Маяковского, а живой культурный мостик: он соединяет 1923 год и 2026‑й, футуристический напор поэта и сегодняшние размышления о силе искусства. И делает это не через сухую справку, а через личный взгляд человека, который умеет видеть в истории не даты, а дыхание времени.
Особенно ценно, что автор не пытается «объяснить» Маяковского, а показывает, как его текст отзывается сегодня. Включение справочных блоков («Пригодится знать») работает не как учебная сноска, а как инструмент вовлечения: читатель не спотыкается о непонятное слово, а будто вместе с автором собирает пазл эпохи. Шибер, «файф‑о‑клок», Шарло — эти детали не перегружают, а заземляют пафос Маяковского, делают его картину Европы объёмной.
Стихотворение «Киноповетрие» в подаче Светланы звучит особенно остро: мы видим не только сатиру Маяковского, но и то, как эта сатира продолжает работать спустя сто лет. Автор текста не сглаживает резкость поэта, а, напротив, подчёркивает её и соотносит со своим сегодняшним взглядом. При этом финальные строки Светланы — о том, что искусство Чаплина «сделано живой человеческой душой» и покоряет без слов, — становятся своего рода ответом Маяковскому: если поэт видел в Чаплине сатирический символ и даже революционный импульс, то сегодняшняя оптика добавляет к этому ещё и чистую человеческую теплоту. Получается диалог поколений через текст.
Удачен и выбор даты: 1 апреля, День юмора и День птиц, становится смысловой рамкой, которая оправдывает и лёгкость тона, и серьёзность размышлений. Это не случайная привязка, а осознанный ход: день шуток и смеха естественно подводит к Чаплину, а международный День птиц напоминает, что культура — тоже своего рода перелёт: она преодолевает границы и время.
Сильная сторона текста — образ «всемогущей Силы Искусства». Он мог бы прозвучать пафосно, но у Светланы он вырастает из конкретных наблюдений: из строк Маяковского, из биографии Чаплина, из ощущения, что сто лет — ничто для настоящего таланта. И это убеждает: потому что подкреплено не абстракциями, а конкретными деталями и искренним чувством.
Текст будет интересен:
- любителям поэзии Маяковского, которым хочется увидеть свежий взгляд на его сатирические тексты;
- поклонникам Чарли Чаплина — как размышление о вневременной природе его искусства;
- тем, кто ценит эссеистику на стыке литературы и кино, где история культуры подаётся через личный опыт и наблюдения;
- читателям, которым важна связь эпох: как прошлое продолжает жить в сегодняшнем дне.
В целом, текст Светланы — это пример того, как можно говорить о классике без академической отстранённости и без упрощения. Здесь есть и знание контекста, и смелость собственных выводов, и тёплое, человеческое отношение к материалу. Он не столько «анализирует», сколько приглашает подумать вместе — и в этом его главная ценность.
Светлана Федорова-Роблес 07.08.2026 17:22 • Заявить о нарушении