Моё путешествие... Глава 4

  Глава 3 http://proza.ru/2026/03/30/2011

    Глава 4.

Сытые и согретые горячим чаем, мы покинули харчевню. Гришка, уверенный в своей правоте, повел нас в узкий переулок, обещая, что так мы быстрее доберемся до склада у Невы. Мощеная дорожка, словно змея, вилась между высокими, глухими заборами. Из-за них доносились приглушенные голоса и мерный стук плотницких инструментов – обычная жизнь города, скрытая от посторонних глаз.

И тут, словно из ниоткуда, из-за угла появился он. Мужчина плотного телосложения, с тяжелой, уверенной походкой. Его  кафтан был не  новый, рукава закатаны до самых локтей, обнажая сильные предплечья. На лице – трехдневная щетина и такое выражение, от которого у меня по спине пробежал  холодок. Это было не просто недовольство, а какая-то глухая, затаенная угроза.

В его руке лениво вращался нож. Он подбрасывал его, ловил за рукоять, проводил большим пальцем по острому лезвию с пугающей небрежностью. Его взгляд, скользнув по нам, задержался на Гришке, потом на мне, и, наконец, остановился на Петре Андреевиче. В этом взгляде читалось что-то хищное, оценивающее.

Гришка, словно испуганный зверек, мгновенно юркнул за спину Петра Андреевича, вцепившись в его рукав так, что костяшки пальцев побелели. Я почувствовала, как напряглись мышцы у меня самой, а ладони невольно сжались в кулаки. Инстинкт самосохранения кричал об опасности.

Пётр Андреевич, сохраняя внешнее спокойствие, незаметно, но очень четко положил руку на рукоять револьвера, скрытого под плащом. Его поза оставалась расслабленной, но я заметила, как едва заметно сузились его глаза. Это было предупреждение, безмолвное обещание защитить.

— Здорово, Пётр Андреевич, — хрипловато бросил мужчина, остановившись в нескольких шагах от нас. Его голос был низким, с легкой хрипотцой, словно он редко им пользовался. — И с кем это ты нынче водишься?

— Здравствуй, Игнат, — спокойно ответил Пётр, не убирая руки с оружия. Его голос звучал ровно, без тени страха. — С приятелями. А ты всё по старым привычкам – с ножом да по переулкам?

Игнат хрипло рассмеялся, но в его смехе не было веселья, только холодный блеск в глазах.
— Да так, забавляюсь. А парнишка-то знакомый.

Гришка съёжился ещё сильнее, словно пытаясь стать невидимым, но, набравшись смелости, выпалил:
 — Я теперь с ними! И больше не ворую!

Игнат медленно поднял брови, его взгляд перевелся на меня. В нем читалось любопытство, смешанное с легким пренебрежением. — С ними, значит? И кто ж эта дама? Уж не из сыскной ли канцелярии? Видок у нее… необычный.

Я выпрямилась, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. Внутри всё сжималось от напряжения, но я знала, что сейчас нельзя показывать слабость. — Просто путешественница. И, признаться, не люблю, когда на меня так пристально смотрят. Особенно с ножом в руке.

Игнат замер на мгновение, словно оценивая мои слова. Затем снова рассмеялся, на этот раз чуть более натужно, словно пытаясь скрыть неловкость. — Острая на язык. Мне такие нравятся.


Но всё ж осторожнее тут ходите, господа хорошие. Места неспокойные. Мало ли что может случиться… — Он многозначительно обвел взглядом переулок, и мне показалось, что тени вокруг сгустились еще больше.

Пётр Андреевич сделал шаг вперёд, загораживая меня собой. Его поза стала более решительной, но всё ещё сохраняла внешнее спокойствие. — Спасибо за заботу, Игнат. Но мы уж как-нибудь сами разберёмся. И передай своим, чтобы Гришку больше не трогали. Он теперь под нашей опекой.

В его словах звучала сталь, не оставляющая сомнений в серьёзности намерений. Игнат помолчал, покрутил нож ещё раз, словно раздумывая, стоит ли испытывать судьбу. Затем, с неожиданной резкостью, убрал его за пояс. — Ну-ну. Как скажешь, барин. Счастливо оставаться.

Он развернулся и пошёл прочь, нарочито громко топая сапогами по булыжнику. Каждый удар каблука отдавался в тишине переулка, словно эхо уходящей угрозы. Мы стояли и смотрели ему вслед, пока его фигура не растворилась в повороте.

— Фух, — выдохнула я, чувствуя, как напряжение, сковавшее всё моё тело, наконец отпускает. Дыхание стало ровнее, а сердцебиение постепенно приходило в норму. — Кто это был?

Гришка, наконец, ослабил хватку на рукаве Петра Андреевича и выпрямился. Его лицо всё ещё было бледным, но в глазах появилась какая-то новая решимость. — Игнат. Он… ну, раньше я с его шайкой был. Они меня и научили… тому, что сегодня пытался сделать у вас в кармане.

Я посмотрела на него, и в моей душе смешались жалость и какое-то новое понимание. Этот мальчишка, такой юный, уже успел окунуться в мир, который казался мне чужим и пугающим.

Пётр Андреевич похлопал Гришку по плечу, его прикосновение было тёплым и ободряющим. — Всё в прошлом, Гриша. Теперь ты с нами. И никто тебя не заставит вернуться к старому.

Я посмотрела на них обоих – на серьёзного, надёжного Петра Андреевича и на Гришку, который, несмотря на пережитый страх, старался казаться храбрым, но всё ещё слегка дрожал. В этот момент я почувствовала, как между нами зарождается что-то большее, чем просто вынужденное сотрудничество.

— Гриша, ты живёшь с родителями? — спросила я, сама удивляясь внезапности этого вопроса. Мне вдруг стало важно узнать о его жизни, о том, кто его ждёт, кто его поддерживает.

Гришка опустил глаза, и его взгляд стал ещё более потерянным. — Не… папашу я не помню. А мамка померла два года назад.

Моё сердце сжалось. Одиночество этого мальчика было почти осязаемым. — И где ты живёшь?

Он снова провёл рукавом по носу, привычным жестом, выдающим его неуверенность. — Да так… где придётся.

— Всё ясно, — сказала я твёрдо, стараясь придать своему голосу уверенности, которая пока ещё не полностью вернулась ко мне. — Раз уж мы пережили встречу с местным криминальным авторитетом, пора двигаться дальше. Веди нас к складу, Гриша. Чем скорее найдём Пугачёва, тем скорее вернёмся в век, где ножи носят только на кухне.

Гришка кивнул, и в его глазах мелькнул огонёк надежды. Он уверенно зашагал вперёд, словно уже не был тем испуганным мальчишкой, которого мы встретили. Пётр Андреевич подмигнул мне, и я почувствовала, как на губах появляется лёгкая улыбка. Мы последовали за Гришкой, вглубь старого Петербурга, туда, где туман над Невой становился всё гуще, а тени – длиннее. И я знала, что эта встреча, какой бы пугающей она ни была, сделала нас немного сильнее.

   Глава пятая в работе .

   Картинка И.И.