Бедный всадник. Женский роман-68

Глава 68.

:1 Апреля.


— Нам к господину Резерфорду, — объявил крепкий мужчина, возглавляющий шествие нескольких человек условно-интеллигентной внешности.

— Вам назначено? — уточнила приятная секретарша, явно из бывших школьных отличниц, вся одежда которой состояла из кухонного фартука, платка “GUCCI“ и контактных линз; на столе акк4ратно располагалась грудь 4 размера; между пальцами блестела ручка; трусов, естественно, не было. 

— А вы как думаете! — рявкнул мужчина.

Секретарша подняла трубку и, настроив голос, произнесла:

— Барон, к вам какая-то рванина.

— Пустите, — прозвучало в трубке.

— Проходите, господа, — улыбнулась обладательница золотой медали с книжкой, звездой и лучами славы. — Как вас представить?

— Макс фон Лауэ, лауреат Нобелевской премии.


* * * 

— Максимка! — не смог скрыть чувств молодой человек лет пятидесяти в запоминающихся ботинках с крылышками.

— Эрни! — распростёр объятия гость и бросился обниматься.

Минут через одиннадцать они уже приятно беседовали, принимая причудливые позы в мягких дорогих креслах.

— Так чем ты сейчас кормишься, братишка-старичок? — вопрошали ботинки с крылышками, заброшенные на подлокотник.

— Вернулся к истокам — ядерным оружием! — кивали зауженные брюки, скрученные такелажным узлом.

— Ого! — не верили ботинки. — Разве мы не закрыли тему?

— Закрыли! Но я открыл.

— И как успехи?

— Средне. Но заказчик платит, мы — работаем.

— Ясно. Прямо как в годы юности. Но тогда ведь у вас ничего не вышло. Хотя ты упрямый…

— Деньги очень нужны. Ты же видишь, — гость обвёл рукой своих спутников, — все хотят есть.

— Вижу, вижу…

— Ты операцию “Эпсилон“ не забыл?

— Такое забудешь. Как вас тогда поили, Господи, помилуй, как вас поили.

— Ага! Я за несколько месяцев от избыточных градусов чуть не двинул. Но Ган с Вайцзеккером, похоже, точно поехали. До конца дней с протекающей крышей ходили — за разоружение боролись.

— Ха-ха… Да, да, за мир во всём мире. Вам тогда это новомодное средство из спорыньи в коньяк подмешивали. Черчилль придумал. Очень гордился авторством идеи. Думал, под спорыньёй вы всё и выложите. Недооценил немецкую закалку, как потом его политические оппоненты говорили…

— Да?

— Да.

— А я не знал.

— Теперь знаешь.

— То-то я припоминаю, ощущения были странные.

— Ещё бы.

— Но мы — молодцы!

— В чём?

— Так и не выдали секрет бомбы.

— Да, так и не выдали. Это верно. Но нечего же было выдавать?

— Откуда знаешь?

— Так я сам в наушниках сидел и ваши пьяные разговоры слушал. Не было у вас ничего.

— Конечно!

— Точно тебе говорю: не было. Поэтому никто и не проболтался. А закалка тут ни при чём.

— Много ты понимаешь.

— Да не меньше твоего.

— Спорно.

— Докажи.

— Ты в 45-м мёртвый уже был, Эрни, кого ты мог слушать? Сам подумай… разговоры он слушал! Умер ты до начала войны. Только модель свою дурацкую планетарную предложил и сразу дубака дал. А в наушниках тогда другие вахлаки сидели, мы с ребятами над ними часто подшучивали. Эх, было время…

Мужчина в ботинках тяжело вздохнул и задумался:

— Да, Максимка, жизнь — хрупкая штука. Представь: какая-то банальная операция и через пару дней — ты уже труп.

— У тебя хоть операция. Меня вообще с трассы сбросили. Множественные переломы.

— Не пожалели.

— Им не свойственна жалость, Эрни.

— Да…

— А в Москве каким счастьем?

— Хочу с Драконом потолковать.

— Не советую.

— Почему?

— Он сейчас не в духе.

— Но мне нужна * * *. А кто, кроме него? Другого пути нет.

— Всем нужна * * *.

— И тебе?

— Всем.

— А свояк твой?

— В страхе сидит после визита твоих кандидатов наук.

— Они доктора. Ну пусть…
 
— Копьё он не отдаст.

— Сам возьму.

— Как знаешь. Я предупредил.

— Пойдёшь уже?

— Да, дела есть… Рад был повидаться.

— Я тоже.

— Слушай, — гость напоследок мечтательно закатил глаза. — А баба на входе у тебя кто?

— Лорка.

— Из наших?

— Кто знает…

— Ладно, спину береги, тяжести старайся не поднимать. А то сам знаешь…

— Хорошо, ты тоже в машине пристёгивайся.

— Учту.

— Бывай.

— Копьё не отдаст.

— Заберу.

— Ну, смотри…

Гость с приятелями аккуратно закрыли за собой дверь. Человек в ботинках ещё некоторое время помолчал, раздумывая, а потом крикнул в соседнюю комнату:

— Маврос, собирай людей! За копьём поедем. Похоже, добровольно здесь никто нам ничего не отдаст. А ведь хотелось всё по-хорошему решить. Ласково.


Продолжение: http://proza.ru/2026/04/06/2105


Начало: http://proza.ru/2025/12/26/73