Бедный чебёнок

     В интернете появилась статья на тему: «Артём Михалков заявил о необходимости создания нового героя уровня Чебурашки».
     В ответ на это прозвучало критическое замечание: «По моему мнению, таких «чебурашек» развелось как собак немеряных… На каждом шагу — не нормальный ребёнок, а «чебёнок чебурахнутый». Лучше бы детскую литературу подняли до уровня «Тимура и его команды», или «Кортика». Об уровне «сказок Пушкина» уже и не смеем мечтать. Или пример из зарубежной литературы: сказки Андерсена, «Волшебник Изумрудного города», «Синяя птица» Метерлинка. И тогда бы дети росли нормальные».

     Действительно, образ Чебурашки в разных версиях может нести совершенно разные смыслы. В классических мультфильмах Чебурашка — наивный, добрый и отзывчивый персонаж. Он не стремится никого обидеть, ищет дружбы, старается помогать и поддерживает окружающих. Через его поступки косвенно транслируются ценности эмпатии: умение сочувствовать, принимать других, быть терпимым к различиям. Он дружит с крокодилом Геной, несмотря на то, что они очень разные, помогает окружающим решать проблемы и искренне переживает, если кому-то плохо. В этих историях, пусть и ненавязчиво, проявляется уважение к взрослым: Гена выступает своего рода наставником, и Чебурашка прислушивается к нему, учится у него, ценит его мнение.
 
     Однако в современных интерпретациях фокус часто смещается. На первый план выходят зрелищность, неадекватные шутки и эффектные сцены — вроде полётов или паданием в шоколадный фонтан. При этом последствия таких действий для других персонажей обычно не прорабатываются. Нет реакции на дискомфорт, нет извинений, нет осмысления того, что чьи-то чувства могли быть задеты. В современном «Чебурашке» забыто главное — уважение к взрослым, которое было в оригинальной версии. Теперь проделки подаются как чистая забава без этической оценки. Взрослые зачастую оказываются объектами розыгрышей, причём без какой-либо последующей рефлексии или признания ошибки со стороны детей. Детям предлагают вседозволенность и всепрощение за любые поступки.

     Получается, что сам по себе образ Чебурашки — это высокий стандарт: добрый, эмпатичный, способный к дружбе и взаимопомощи. Но проблема возникает, когда этот образ упрощают и искажают. Подобные «чебурахнутые» версии, лишённые нравственного стержня, не воспитывают эмпатию, а, напротив, могут учить тому, что шалости важнее чувств окружающих и что неуважение к другим (в том числе к старшим) — это норма. А «Mea culpa! Мea maxima culpa» (1.) можно подвинуть куда подальше.

     Сегодня новый герой для детской аудитории должен учитывать реалии современного мира: цифровые технологии, многокультурную среду, новые форматы общения между людьми. Он может жить в мегаполисе или маленьком городе, пользоваться гаджетами, сталкиваться с вызовами онлайн-взаимодействия — но при этом сохранять вечные ценности: доброту, ответственность, уважение к другим. Важно, чтобы его приключения показывали, как оставаться человеком в мире быстрых изменений.

     Подобные примеры можно найти в других произведениях. Алиса Селезнёва из «Гостьи из будущего» сочетает любознательность, смелость и ответственность, всегда уважительно относится к старшим. Гарри Поттер учится отличать добро от зла, брать на себя ответственность и ценить наставничество. Том Сойер через свои проделки постигает границы допустимого и понимает последствия поступков, учится проявлять благородство и заботу о ближних.

     При этом вполне вероятно, что предлагаемые в качестве ориентиров персонажи могут не подойти по возрастным ограничениям для той категории детей, на которых рассчитан Чебурашка. Эти истории содержат более сложные сюжетные линии, затрагивают подростковые и юношеские темы и требуют от читателя определённого уровня эмоционального и интеллектуального развития.

     Но тогда можно ориентироваться на создание национального персонажа уровня Буратино без отсылки к реалиям иностранных государств. Буратино в любых версиях в конечном счёте несёт ответственность за свои необдуманные поступки и испытывает на себе их моральные последствия. Он переживает раскаяние, сталкивается с осуждением или утратой доверия. Благодаря этому исправляется к лучшему, совершенствуется и становится «человеком». А вот Чебурашка, как его ни крути;верти, «человеком» стать не сможет.

     При этом нельзя забывать о роли родителей и педагогов. Даже самый продуманный персонаж не воспитает ребёнка сам — важно, чтобы взрослые обсуждали с детьми поступки героя, разбирали ситуации, задавали вопросы. Только в диалоге между поколениями нравственные уроки становятся по-настоящему живыми и понятными.

     Кроме того, важно создавать именно своих героев, а не копировать зарубежные образцы. Именно классический Чебурашка, с его добротой, наивностью и умением дружить, стал любимцем не только в России. Подлинно национальный образ может обрести и всемирную популярность, если в нём есть универсальные человеческие ценности. Новый герой должен говорить на языке современной детской аудитории, но опираться на традиции отечественной культуры.

     Современным детям нужны персонажи с глубоким внутренним содержанием. Пусть это будет герой, который демонстрирует осознанную доброту и ответственность, сталкивается с реальными этическими дилеммами и учится их решать, проявляет уважение к старшим и ценит их опыт, показывает, что помощь другим требует усилий и самоотдачи. При этом важно соблюдать баланс. Дети не любят прямые поучения, но хорошо считывают поступки и их последствия. Персонаж не должен быть «нравоучительным», но его приключения должны естественным образом вести к правильным выводам.

     Таким образом, задача состоит в том, чтобы предложить детям героя с чётким нравственным стержнем, который вдохновлял бы на добрые и осмысленные поступки, учил эмпатии и взаимоуважению. Именно такие образы помогут детской культуре выполнять свою главную функцию — воспитывать поколение, способное к сопереживанию, взаимопомощи и созиданию.

     А вот Чебурашка не справится ни на каком уровне!

Сноска
1.(лат.) «Моя вина! Моя величайшая вина!»