Библия. Царствъ 2-я. Гл. 12. Наказание Бога

БИБЛИЯ. ВЕЧНЫЙЪ ЗАВЕТЪ.

АРИ НА РАДИО НОВА.

ЦАРСТВЪ 2-я.

ГЛАВА 12. Наказание Бога.

        Эта глава продолжаетъ рассказъ, начатыйъ въ предыдущейъ одиннадцатойъ главе.

        Синодальныйъ переводъ:
12:1 И послал Господь Нафана [пророка] к Давиду, и тот пришел к нему и сказал ему: в одном городе были два человека, один богатый, а другой бедный;
12:2 у богатого было очень много мелкого и крупного скота,
12:3 а у бедного ничего, кроме одной овечки, которую он купил маленькую и выкормил, и она выросла у него вместе с детьми его; от хлеба его она ела, и из его чаши пила, и на груди у него спала, и была для него, как дочь;
12:4 и пришел к богатому человеку странник, и тот пожалел взять из своих овец или волов, чтобы приготовить [обед] для странника, который пришел к нему, а взял овечку бедняка и приготовил ее для человека, который пришел к нему.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:1 И посла Господь нафана пророка къ давиду. И вниде къ нему [и рече ему: отвещай ми, царю, ныне судъ сей:] и рече ему: два мужа быста во единомъ граде, единъ богатъ, а другій убогъ:
12:2 и у богатаго стада бяху и буйволи мнози зело,
12:3 у убогаго же ничтоже бы, но токмо агница едина мала, юже стяжа и снабде, и вскорми ю, и возрасте съ нимъ и съ сынами его вкупе: от хлеба его ядяше и от чаши его пiяше, и на лоне его почиваше, и бысть ему яко дщерь:
12:4 и прiиде некто съ пути къ мужу богатому, и не восхоте взяти от стадъ своихъ и от буйволицъ своихъ на сотворенiе обеда путнику пришедшу къ нему: но взя агницу убогаго, и уготова ю на обедъ мужу пришедшу къ нему.

        Въ начальныхъ стихахъ этойъ главы важно увидеть образъ имени пророка, какого Господь послалъ къ человеку утверждающего вида. Синодальныйъ переводчикъ написалъ это имя «Нафанъ». Но въ церковнославянскомъ тексте въ этомъ слове стоитъ веющая разными звуками древнеславянская буква «фита», какая здесь даётъ вотъ такое прочтение слова – наохванъ. И вы уже видите, что слово написано съ маленькойъ буквы (что ещё, казалось бы, более несовместимо, какъ имя пророка), но такое написание имени само по себе показываетъ, что это – не имя собственное, а главная характеристика личности: этотъ пророкъ охватываетъ всё на своёмъ пути. То есть, онъ охватываетъ и видитъ всё, что другие не видятъ и не понимаютъ. Вотъ такого пророка послалъ Господь къ человеку утверждающего вида.

        И, надеюсь, что изъ смысла этихъ четырёхъ стиховъ не нужно подробно объяснять, почему поступокъ этого богатого человека, является подлымъ, низкимъ и злымъ.
        Следуемъ далее.

        Синодальныйъ переводъ:
12:5 Сильно разгневался Давид на этого человека и сказал Нафану: жив Господь! достоин смерти человек, сделавший это;
12:6 и за овечку он должен заплатить вчетверо, за то, что он сделал это, и за то, что не имел сострадания.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:5 И разгневася гневомъ зело давидъ на мужа [того], и рече давидъ къ нафану: живъ Господь, яко сынъ смерти есть мужъ сотворивый сiе:
12:6 и агницу возвратитъ седмерицею за сiе, яко сотворилъ глаголъ сей, и за сiе, яко не пощаде.

        И разгневался сильнымъ гневомъ человекъ утверждающего вида на мужа того, и рече человекъ утверждающего вида къ всё охватывающему: живъ Господь, такъ сынъ смерти есть мужъ, сотворившийъ это:
        и агницу возвратитъ седмерицею за это, какъ сотворилъ глаголъ этотъ, и за то, что не пощадилъ.

        Обратите внимание, что здесь тоже написано, что человекъ утверждающего вида сильно разгневался гневомъ. И въ предыдущейъ главе было написано, что онъ сильно гневался. То есть, опять онъ своимъ глаголомъ и сопряжённымъ съ нимъ гневомъ сталъ усиливать тьму вокругъ себя же и окружающихъ его людейъ.

        Изъ этихъ стиховъ ещё нужно увидеть важныйъ образъ, что тотъ человекъ, не пощадившийъ единственную агницу убогаго человека вместо своихъ стадовъ и буйволовъ, и использовавшийъ её, чтобы приготовить обедъ пришедшему къ нему путнику – есть сынъ смерти, сотворившийъ это. То есть, такими своими не праведными, а эгоистичными действиями этотъ мужъ не только принёсъ смерть этойъ единственнойъ агнице семьи убогаго человека и страдания всейъ семье. Своими неправедными действиями этотъ человекъ несётъ смерть всему живому, ибо его действия въ пространстве физики планеты влекутъ за собойъ генерацию тёмнойъ энергии (увеличение частицъ тёмнойъ энергии, какие своимъ охватомъ несутъ хаосъ и смерть). И за такие действия человекъ, несущийъ смерть, самъ достоинъ и подлежитъ смерти. Понимая это, человекъ утверждающего вида глаголетъ: «живъ Господь, такъ сынъ смерти есть мужъ, сотворившийъ это: и агницу возвратитъ седмерицею за это, какъ сотворилъ глаголъ этотъ, и за то, что не пощадилъ». Но то, что эти его слова сопряжены съ его гневомъ – играетъ далее очень страшную роль.

       И обратите внимание, какъ вместо слова «седмерицею» синодальныйъ переводчикъ написалъ «и за овечку онъ долженъ заплатить вчетверо». Нетъ, не «вчетверо», это – не верно. Слово «седмерицею» показываетъ образъ «се-д-мерицею», то есть, «этимъ добромъ мерится». А вся фраза «и агницу возвратитъ седмерицею» означаетъ, что эту агницу онъ возвратитъ темъ же добромъ, какимъ мерится (мерица – такъ слышится), то есть, темъ же, какое отнято. А это значитъ, что мера измерения возврата чего бы то ни было должна быть такимъ же добромъ, какое было утрачено или изъято. Въ частности, такойъ же агницейъ.

        Синодальныйъ переводъ:
12:7 И сказал Нафан Давиду: ты – тот человек, [который сделал это]. Так говорит Господь Бог Израилев: Я помазал тебя в царя над Израилем и Я избавил тебя от руки Саула,
12:8 и дал тебе дом господина твоего и жен господина твоего на лоно твое, и дал тебе дом Израилев и Иудин, и, если этого [для тебя] мало, прибавил бы тебе еще больше;
12:9 зачем же ты пренебрег слово Господа, сделав злое пред очами Его? Урию Хеттеянина ты поразил мечом; жену его взял себе в жену, а его ты убил мечом Аммонитян;
12:10 итак не отступит меч от дома твоего во веки, за то, что ты пренебрег Меня и взял жену Урии Хеттеянина, чтоб она была тебе женою.
12:11 Так говорит Господь: вот, Я воздвигну на тебя зло из дома твоего, и возьму жен твоих пред глазами твоими, и отдам ближнему твоему, и будет он спать с женами твоими пред этим солнцем;
12:12 ты сделал тайно, а Я сделаю это пред всем Израилем и пред солнцем.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:7 И рече нафанъ къ давиду: ты еси мужъ сотворивый сiе: сiя глаголетъ Господь Богъ Израилевъ: азъ есмь помазавый тя въ царя надъ Израилемъ, и азъ есмь избавивый тя от руки Сауловы:
12:8 и дахъ ти домъ господина твоего и жены господина твоего на лоно твое, и дахъ ти домъ Израилевъ и Иудинъ: и аще мало ти есть, приложу тебе къ симъ:
12:9 и что яко презрелъ еси слово Господне, еже сотворити лукавое предъ очима его? урію Хеттеанина убилъ еси мечемъ, и жену его поялъ еси себе въ жену, и того убилъ еси мечемъ сыновъ Аммонихъ:
12:10 и ныне не отступитъ мечь от дому твоего до века: зане уничижилъ мя еси и поялъ еси жену уріи Хеттеанина въ жену себе:
12:11 сiя глаголетъ Господь: се, азъ воздвигну на тя злая от дому твоего, и возму жены твоя предъ очима твоима и дамъ ближнему твоему, и будетъ спати со женами твоими предъ солнцемъ симъ:
12:12 яко ты сотворилъ еси втайне, азъ же сотворю глаголъ сей предъ всемъ Израилемъ и предъ солнцемъ симъ.

        И, наконецъ, всё охватывающийъ обращается къ человеку утверждающего вида и говоритъ ему, что это тотъ всё сделалъ самъ: это глаголетъ Господь Богъ Израилевъ: я есть помазавшийъ тебя царёмъ надъ Израилемъ, и я есть избавившийъ тебя отъ руки Словомъ заблудившего человека:
        и далъ тебе домъ господина твоего и жены господина твоего на лоно твоё, и далъ тебе домъ Израилевъ и Иудинъ: и если мало тебе есть, то приложу ещё къ этому: и что – ты презрелъ слово Господне, чтобы сотворить лукавое передъ глазами его? устоями реющего Хеттеанина убилъ теперь мечомъ, и жену его взялъ себе въ жену, и того убилъ мечомъ сыновъ Аммонихъ:
        и ныне не отступитъ мечъ отъ дома твоего до века: за то, что уничижилъ меня теперь и взялъ жену устоями реющего Хеттеанина въ жену себе:

        Обратите внимание, что все эти стихи следуютъ черезъ раскрывающее двоеточие. Такъ, почему Господь Богъ Израилевъ считаетъ, что человекъ утверждающего вида уничижилъ его именно темъ, что взялъ себе въ жёны жену урiи  Хеттеанина? Стихъ 12:10 гласитъ только объ этомъ. То есть, все остальные слова Господа Бога Израилева стоятъ отдельно – въ отдельныхъ стихахъ, а въ этомъ стихе 12:10 объединены слова объ уничижении Бога именно темъ, что человекъ утверждающего вида взялъ себе жену устоями реющего Хеттеанина. Почему речь идётъ только про эту женщину?

        А ответъ на этотъ вопросъ даётся после двоеточия въ следующихъ стихахъ 12:11 и 12:12:

        12:11 это глаголетъ Господь: вотъ я напущу на тебя зло отъ дома твоего, и возьму женъ твоихъ и дамъ ближнему твоему, и будетъ спать съ женщинами твоими передъ этимъ солнцемъ:
        12:12 что ты сотворилъ теперь втайне, я же сотворю глаголъ этотъ передъ всемъ Израилемъ и передъ солнцемъ этимъ.

        То есть, во-первыхъ, Господь Богъ говоритъ о томъ, что всё тайное когда-то можетъ стать явнымъ, и что именно Господь Богъ можетъ сделать такъ, что это тайное выйдетъ наружу на солнечныйъ светъ. А, во-вторыхъ, Господь Богъ говоритъ о томъ, что онъ можетъ напустить зло на его домъ и можетъ отдать его жёнъ другимъ ближнимъ давида, и те будутъ спать съ ними при солнечномъ свете. Задумайтесь, почему такъ глаголетъ Господь? Почему Господь этими словами показываетъ, что то, что сделалъ давидъ съ этойъ понравившейся женщинойъ тайно, съ нейъ же могутъ сделать другие мужчины даже при солнечномъ свете, и это – будетъ зло, напущенное Господомъ? А, главное, обратите внимание, что Господь Богъ говоритъ о жёнахъ во множественномъ числе. Именно это – множественность жёнъ – Господь Богъ Израилевъ считаетъ своимъ уничижениемъ: а именно то, что эта женщина вначале была женойъ тёмного, реющего своими тёмными устоями бытия, мужчины.
 
        И обратите внимание на слова «вотъ я напущу на тебя зло отъ дома твоего». Какъ Господь Богъ можетъ напустить зло?

        Я уже отвечала на этотъ вопросъ, и отвечу здесь. Солнечныйъ светъ – это энергия, состоящая изъ множества частицъ. Васъ этому учитъ ваша, люди, наука физика. И эти частицы управляются Богомъ – темъ самымъ сказаннымъ глаголомъ Бога, благодаря действию коего частицы въ потоке энергии могутъ занимать определённые места въ строго упорядоченнойъ структуре иерархии частицъ, и поэтому въ пространстве происходитъ то или иное действие, явление, событие, какое и было произнесено глаголами. А напустить (попустить) зло Господь Богъ можетъ такъ: въ существующемъ пространстве, где смешаны движущиеся строго упорядоченные частицы светлойъ энергии и движущиеся хаотически частицы тёмнойъ энергии, Господь Богъ можетъ развести светлые частицы въ стороны, давъ дорогу хаотически движущимся частицамъ тьмы, и те смогутъ своимъ хаосомъ, жестокостью и даже смертью захватить человека или охватить его домъ, или даже целую местность.

        Поэтому здесь пророкъ наохванъ и говоритъ, что всё, что происходитъ въ царстве человека утверждающего вида беззаконного – следствие его же злыхъ глаголовъ и последовавшихъ действийъ, когда онъ получилъ себе женщину, бывшую мужнинойъ женойъ тёмного человека, убивъ мечомъ её мужа чужими руками въ сражении. Наохванъ раскрываетъ глаза человеку утверждающего вида на то, что онъ сделалъ. Но почему наохванъ говоритъ такъ, ведь, казалось бы, вверху было разъяснено, что убить того реющего устоями человека, пропитанного тьмойъ, было практически правильнымъ решениемъ. Что не такъ?

        А причина въ томъ, что не надо было брать эту женщину, поскольку она постоянно имела близкийъ контактъ съ другимъ, причёмъ тёмнымъ мужчинойъ (пропитаннымъ тьмойъ), а, следовательно, тьма передалась и ейъ. И поэтому здесь написано: «И возму жены твоя предъ очима твоима и дамъ ближнему твоему, и будетъ спати со женами твоими предъ солнцемъ симъ». То есть, это говоритъ о томъ, что если женщина спитъ (спала) съ разными мужчинами – это и есть «злая дому твоего». Если женщина жила въ такихъ устояхъ, где мужчины не мылись и спали, где придётся, и при этомъ такойъ же мужъ спалъ съ нейъ, то такая женщина въ себе тоже несётъ тьму. И даже если она сама моется вечеромъ – это не решаетъ главнойъ проблемы. А главная проблема здесь въ томъ, что тьма входитъ въ эту женщину не столько снаружи (ибо та моется), сколько сразу внутрь неё, когда въ неё входитъ такойъ мужчина. И тьма входитъ въ такую женщину постоянно, ибо она постоянно живётъ въ такомъ пространстве и въ такихъ устояхъ. Она постоянно спала съ такимъ мужемъ, и поэтому напиталась тьмойъ изнутри, и тутъ даже вечернее мытье тела не поможетъ.
 
        И сказано «какъ ты сотворилъ втайне, яже сотворю этотъ глаголъ передъ всемъ Израилемъ и передъ солнцемъ симъ». То есть, если люди втайне такъ живутъ, и если даже давидъ втайне сделалъ это и ввёлъ эту женщину къ себе въ домъ, то вотъ такое надо выносить на светъ Божийъ, и говорить передъ всеми, передъ солнцемъ этимъ. Ибо только изобличение подобныхъ устоевъ и поступковъ будетъ способствовать получению людьми новыхъ знанийъ объ энергии и убирать тьму.

        Синодальныйъ переводъ:
12:13 И сказал Давид Нафану: согрешил я пред Господом. И сказал Нафан Давиду: и Господь снял с тебя грех твой; ты не умрешь;
12:14 но как ты этим делом подал повод врагам Господа хулить Его, то умрет родившийся у тебя сын.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:13 И рече давидъ къ нафану: согрешихъ ко Господу. И рече нафанъ къ давиду: и Господь отъя согрешенiе твое, не умреши:
12:14 обаче яко поощряя изострилъ еси враговъ Господнихъ глаголомъ симъ, и сынъ твой родивыйся тебе смертiю умретъ.

        И рече человекъ утверждающего вида къ всё охватывающему: согрешилъ ко Господу. И рече всё охватывающийъ къ человеку утверждающего вида: Господь снялъ согрешение твоё, ты не умрёшь:
        однако, какъ поощряя изострилъ (сделалъ острее) теперь враговъ Господнихъ глаголомъ этимъ, то сынъ твойъ, родившийся тебе, смертью умрётъ.

        То есть, человекъ утверждающего вида осознавъ своё согрешение, признаётъ это передъ Господомъ, поэтому всё охватывающийъ пророкъ говоритъ, что Господь принялъ его осознание греха и снялъ грехъ его, и поэтому тотъ не умрётъ. Но, поскольку злое действие глагола, сказанного человекомъ утверждающего вида (и впоследствии совершившего то, о чёмъ было сказано) привело къ тому, что усилило враговъ Господнихъ, позволивъ имъ совершать злые поступки (какъ съ этойъ агницейъ), то наказание отъ Господа последуетъ въ родившемся сыне человека утверждающего вида – родившийся сынъ смертью умрётъ.

        Смерть ребёнка, какъ Господнее наказание, – это всегда горе для родителейъ, но это горе – результатъ и следствие ими же когда-то сказанныхъ злыхъ словъ и совершённыхъ действийъ въ отношении другого человека, да ещё и въ гневе (о чёмъ говорилось выше). Ибо каждое сказанное злое слово и злое или необдуманное действие, совершённое однимъ человекомъ, усиливаетъ тьму въ другихъ людяхъ, и позволяетъ ейъ развиваться въ ихъ последующихъ поступкахъ, словахъ и мысляхъ. Запомните это, люди планеты Земля.

        Синодальныйъ переводъ:
12:15 И пошел Нафан в дом свой. И поразил Господь дитя, которое родила жена Урии Давиду, и оно заболело.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:15 И отъиде нафанъ въ домъ свой. И сокруши Господь детище, еже роди жена уріина давиду, и разболеся.

        И пошёлъ всё охватывающийъ въ домъ свойъ. И сокрушилъ Господь ребёнка, какого родила жена устоями реющего человеку утверждающего вида, и тотъ разболелся.

        То есть, тьма, выпущенная злыми глаголами и действиями одного человека, поразила и другого богатого человека, и поэтому тотъ решилъ, чтобы накормить своего гостя – не трогать своихъ животныхъ, а забрать животное у бедняка. И эта же тьма потомъ (уже въ другомъ месте) поразила и ребёнка, но сделалъ это – Господь. И сделалъ это такъ, что въ общемъ потоке смешаннойъ светлойъ и тёмнойъ энергийъ частицы света расступились надъ ребёнкомъ и позволили частицамъ тьмы проникнуть въ тело, вызвавъ болезни. Ибо любые болезни тела вызываются только тьмойъ. Господь въ этомъ случае, какъ говорится, попускаетъ (позволяетъ) это событие.

        Но – что ещё очень важно для понимания – кроме этого, тьма УЖЕ проникла въ тело ребёнка и отъ матери пока тотъ находился въ её утробе, ибо клетки тела матери были пропитаны тьмойъ – та поступала внутрь неё, поскольку до зачатия мать постоянно спала съ мужемъ, пропитаннымъ тьмойъ. И такое зачатие ребёнка никогда не будетъ истинно светлымъ. Въ этомъ случае Господь, казалось бы, наказывая родителя, на самомъ деле только милосердно ускорилъ смерть этого ребёнка, какойъ и безъ этого былъ обречёнъ на тяжёлые болезни и мучительную смерть.
 
        Кто-то скажетъ, что всё равно это – жестоко со стороны Господа заставлять страдать, болеть и умирать ребёнка за грехи родителейъ. А не жестоко этимъ родителямъ распространять своими злыми поступками и словами свою тьму на другихъ людейъ, причёмъ на огромное количество другихъ людейъ и детейъ? А отъ этойъ тьмы ВСЕ болеютъ и умираютъ. Это – не жестоко? Это – более чемъ жестоко, ибо это ведётъ къ всеобщейъ погибели, а не только къ гибели одного ребёнка! А какъ васъ, не понимающихъ того, что вы делаете, ещё можно учить? Васъ, вотъ такихъ не понимающихъ, что – за совершённое зло по головке погладить?!

        Вы все благополучно забываете даже то, что уже читали въ Библии, и то, что уже проходили въ историческихъ событияхъ прошлого. Вы забыли о казняхъ египетскихъ въ Исходе и о томъ, что однойъ изъ казнейъ была смерть первенцевъ. Богъ испоконъ вековъ наказываетъ васъ, неразумные люди, смертью вашихъ детейъ, за ваши же грехи, но вы всё забываете и продолжаете всеми своими словами и поступками творить зло. Вы все благополучно забываете заповедь, изложенную въ Книге Исходъ:

        Исх.20:17 «Не пожелай жены искренняго твоего, не пожелай дому ближняго твоего, ни села его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякаго скота его, ни всего, елика суть ближняго твоего.»

        Вы все благополучно забываете законъ изъ Книги Второзакония: «23:2 Ниже да внидетъ блудородный во храмъ Господень до десятаго рода». Вы грешите, потомъ иногда каетесь передъ Богомъ, и снова грешите, позабывъ обо всёмъ. И такъ продолжается векъ за векомъ. И Богу остается только одно – напоминать вамъ, людямъ, объ этомъ и опять наказывать васъ за ваши же грехи.

        И, поскольку указанная въ стихахъ этойъ главы ситуация разворачивается въ масштабныхъ событияхъ битвы человека утверждающего вида и израильтянъ съ исламомъ, то это имеетъ отношение и къ общему пониманию битвы. Такъ и религии ислама и иудаизма несутъ въ пространстве всеобщее зло для всехъ и огромное количество тьмы, и что васъ, мусульманъ и иудеевъ, за это тоже по головке погладить? Особенно, вы, мусульмане, веками шли въ завоевательные походы противъ неверныхъ, сами того не понимая, что неверными являетесь вы сами. Вы даже не понимаете, что всеми своими действиями, отъ первого вашего слова и шага въ вашейъ религиознойъ жизни (какойъ бы праведнойъ, на вашъ взглядъ, она ни была) и до последнего, вы распространяете только тьму, и при этомъ спрашиваете, почему васъ, вотъ такихъ невинныхъ, сейчасъ бомбятъ! И вы, вздирая къ небу руки, спрашиваете у Аллаха, почему это происходитъ, почему погибли ваши невинные дети? и почему Аллахъ ихъ не уберёгъ? Да потому что вокругъ васъ – только тьма! А частицы тьмы выстраиваются въ пространстве только такъ, чтобы нести миру хаосъ и смерть! А вы, мусульмане, своейъ религиейъ ислама – только помогаете этому, масштабно увеличивая тьму.

        Переучивать васъ – неблагодарное дело, да и поздно, ибо эти исламские устои вбиты въ васъ веками, съ корнемъ вашихъ, такихъ же ничего иного не понимавшихъ, предковъ. Остаётся только наказывать и бить васъ, вашихъ детейъ и ваши религии – бить вашейъ же тьмойъ, чтобы до вашего сознания, наконецъ-то, хоть что-то дошло. И хоть здесь для более наглядного примера показана более жизненная ситуация, не связанная съ религиозными правилами, темъ не менее, она показана вамъ на примере человека утверждающего вида – то есть, того, кто понимаетъ, что происходитъ въ мире. А вы, мусульмане, – сейчасъ не понимаете. Любойъ человекъ, у кого умираетъ ребёнокъ, долженъ, прежде всего, оглянуться на свою жизнь, дабы понять, что въ этойъ своейъ жизни онъ сделалъ или делаетъ не такъ, что онъ сделалъ плохого. И, чаще всего, человекъ начинаетъ анализировать свою жизнь, но не находитъ ничего плохого – казалось бы, примерныйъ мусульманинъ, никого не убилъ, ничего не укралъ, никому зла не желалъ – одна, казалось бы, сплошная добродетель. И человекъ не находитъ, а вернее, не понимаетъ того, за что его можетъ наказывать Богъ (его Аллахъ). Ибо человеку даже въ голову не приходитъ, что этойъ причинойъ можетъ являться ВСЯ его неправильная жизнь въ его тёмныхъ религиозныхъ правилахъ и устояхъ народа, во всёмъ противоречащихъ Свету.

        А въ религии ислама разрешено многоженство, и вы, мусульмане, даже не понимаете, что этимъ тоже распространяете тьму. Ибо, когда мужчина входитъ въ одну женщину, потомъ – во вторую, затемъ – въ третью, то ту свою тьму, какая есть въ его плоти, онъ переноситъ и во все остальные тела. И внутреннюю тьму однойъ женщины онъ переноситъ въ другую. А тёмная энергия развивается не только внутри конкретного тела – она обязательно вытекаетъ наружу и распространяется на другие места пространства, на другихъ людейъ, съ кемъ встречается, ибо частицы пространства (частицы энергийъ) есть везде. И поэтому, сколько бы ни мылась женщина, живущая съ пропитаннымъ тьмойъ мужемъ, она сама становится ВНУТРЕННЕ пропитаннойъ тьмойъ, и она никогда не родитъ здорового ребёнка. Такойъ ребёнокъ можетъ умереть быстро, въ течение несколькихъ днейъ, а можетъ умереть черезъ годы отъ развивающихся въ нёмъ болезнейъ, въ зависимости отъ того, какие органы затронуты тьмойъ.

        Ситуации со смертью ребёнка, какъ наказание Бога, могутъ быть у любого человека любойъ религии, ибо тьма, распространяемая одними несётъ своё зло и другимъ, она передаётся въ мысляхъ даже на далёкие расстояния, поскольку мозгъ человека охватываетъ витающие въ пространстве частицы какъ света, такъ и тьмы; затемъ она передаётся въ словахъ, действияхъ, и неизбежно сказывается на состоянии человеческойъ плоти, вызывая болезни, отъ коихъ умираютъ и дети, и взрослые, и животные, всё это сказывается на растительномъ мире, и даже на целыхъ планетахъ. А религия ислама особенно производитъ наибольшую генерацию тьмы, какая распространяется на весь миръ. И только потомъ по уровню мощности генерируемойъ тьмы следуютъ иудеи, религии некихъ африканскихъ племёнъ и безбожныйъ атеизмъ съ его всевозможными ответвлениями современныхъ верованийъ.   

        Синодальныйъ переводъ:
12:16 И молился Давид Богу о младенце, и постился Давид, и, уединившись провел ночь, лежа на земле.
12:17 И вошли к нему старейшины дома его, чтобы поднять его с земли; но он не хотел, и не ел с ними хлеба.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:16 И взыска давидъ Бога о детищи, и постися давидъ постомъ, и вниде и водворися, и лежаше на земли:
12:17 и внидоша къ нему старейшины дому его воздвигнути его от земли, и не восхоте, и не яде съ ними хлеба.

        И просилъ получить обратно (взыска) человекъ утверждающего вида Бога о ребёнке, и постился человекъ утверждающего вида постомъ, и уединившись во дворе лежалъ на земле:
        и вошли къ нему старейшины дома его, чтобы поднять его съ земли, но онъ не захотелъ, и не елъ съ ними хлеба.

        Человекъ утверждаюшего вида, какъ любойъ родитель, страдающийъ из-за болезни его ребёнка, будетъ просить Бога не забирать его чадо, будетъ поститься и въ горе падать на землю, будетъ отказываться отъ еды, делать всё, только бы ребёнокъ остался живъ. Когда горе касается конкретно человека, только тогда человекъ, впадая въ отчаяние, обращается къ Богу; только тогда онъ начинаетъ отчаянно молиться и даже что-то обещать Богу. Но, зачастую, когда всё проходитъ, то человекъ забываетъ о Боге, забываетъ о сказанныхъ обещанияхъ, и продолжаетъ свою жизнь такойъ, какойъ она была, и мало кто пытается её изменить въ лучшую сторону. Къ сожалению, такова природа устоявшейся жизни человека въ условияхъ присутствия тьмы. А Богъ желаетъ, дабы человекъ изменилъ привычное течение его жизни и увиделъ бы себя со стороны, увиделъ бы, наконецъ, светъ, а не тьму во всехъ своихъ действияхъ.

        Синодальныйъ переводъ:
12:18 На седьмой день дитя умерло, и слуги Давидовы боялись донести ему, что умер младенец; ибо, говорили они, когда дитя было еще живо, и мы уговаривали его, и он не слушал голоса нашего, как же мы скажем ему: «умерло дитя»? Он сделает что-нибудь худое.
12:19 И увидел Давид, что слуги его перешептываются между собою, и понял Давид, что дитя умерло, и спросил Давид слуг своих: умерло дитя? И сказали: умерло.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:18 И бысть въ день седмый, и умре отроча. И убояшася раби давидовы поведати ему, яко умре отроча, реша бо: се, егда отроча еще живо бяше, глаголахомъ къ нему, и не послуша гласа нашего: и како речемъ къ нему, яко умре отроча, и сотворитъ злая?
12:19 И разуме давидъ, яко отроцы его шепчутъ, и позна давидъ, яко умре отроча. И рече давидъ отрокомъ своимъ: умре ли отроча? и реша: умре.

        И на седьмойъ день дитя умерло. И боялись работники человека утверждающего вида поведать ему, что умерло дитя, ибо говорили: вотъ, когда дитя ещё было живо, говорили къ нему, но онъ не послушалъ голоса нашего: и какъ скажемъ ему теперь, что умерло дитя, и сотворитъ что-нибудь злое?
        И разумомъ понялъ человекъ утверждающего вида, что отроки его шепчутъ, и позналъ, что умерло дитя. И спросилъ человекъ утверждающего вида отроковъ своихъ: умерло дитя? и ответили: умерло.

        Взгляните на эти строки и тоже запомните ихъ, ибо всегда нужно поступать именно такъ: не взирая на то, что вы что-то поняли изъ шепота говорящихъ людейъ, и, возможно, о чёмъ-то догадались, темъ не менее, всегда нужно спросить прямо словами то, о чёмъ вы догадываетесь или частично услышали. Ибо из-за смешанныхъ въ пространстве энергийъ вы могли что-то не такъ понять и развить свою мысль въ другую сторону. Всегда нужно прямо задавать вопросъ, чтобы точно знать то, что потребуетъ вашихъ дальнейшихъ действийъ, чтобы эти действия были правильными. Нельзя только догадываться и делать выводы только на основании частично услышанного. Для прямыхъ действийъ человека утверждающего вида, живущего среди другихъ людейъ, нужны прямые ответы на прямо поставленные вопросы.
 
        И здесь данъ прямойъ ответъ – дитя умерло. Это произошло на седьмойъ день. А теперь представьте себе, что родившееся дитя успело впитать въ себя столько тёмнойъ энергии, что его жизнь смогла продлиться только семь днейъ отъ начала болезни. И здесь никого не нужно винить, а только себя и такихъ же окружающихъ людейъ, постоянно грешащихъ въ своейъ жизни.

        Синодальныйъ переводъ:
12:20 Тогда Давид встал с земли и умылся, и помазался, и переменил одежды свои, и пошел в дом Господень, и молился. Возвратившись домой, потребовал, чтобы подали ему хлеба, и он ел.
12:21 И сказали ему слуги его: что значит, что ты так поступаешь: когда дитя было еще живо, ты постился и плакал [и не спал]; а когда дитя умерло, ты встал и ел хлеб [и пил]?
12:22 И сказал Давид: доколе дитя было живо, я постился и плакал, ибо думал: кто знает, не помилует ли меня Господь, и дитя останется живо?
12:23 А теперь оно умерло; зачем же мне поститься? Разве я могу возвратить его? Я пойду к нему, а оно не возвратится ко мне.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:20 И воста давидъ от земли, и умыся и помазася, и измени ризы своя, и вниде въ домъ Божiй, и поклонися ему, и вниде въ домъ свой, и проси ясти хлеба, и предложиша ему хлебъ, и яде.
12:21 И реша отроцы его къ нему: что глаголъ сей, егоже сотворилъ еси отрочате ради, яко еще сущу отрочати живу, постился еси и плакалъ и бделъ еси: егда же умре отроча, восталъ, и ялъ еси хлебъ, и пилъ еси?
12:22 И рече давидъ: егда бысть отроча еще живо, постихся и плакахъ, яко рехъ: кто весть, помилуетъ ли мя Господь и живо будетъ отроча?
12:23 ныне же умре, почто мне поститися? еда возмогу возвратити е ктому? азъ имамъ ити къ нему, тое же не возвратится ко мне.

        И всталъ человекъ утверждающего вида съ земли, и умылся и помазался, и сменилъ одежды свои, и вошёлъ въ домъ Божийъ, и поклонился ему, и потомъ вошёлъ въ домъ свойъ, и попросилъ поесть хлеба, и предложили ему хлебъ, и онъ поелъ.

        Обратите внимание, что перво-наперво, онъ чистымъ (умытымъ и въ сменнойъ одежде, на какойъ не было тёмнойъ энергии слёзъ и переживанийъ) вошёлъ въ домъ Божийъ и поклонился ему, а только после этого пошёлъ въ свойъ домъ. До этого (если вы помните) человекъ утверждающего вида пребывалъ во дворе, а не внутри дома, и переживалъ онъ болезнь ребёнка, не неся тёмную энергию тяжёлыхъ переживанийъ внутрь дома, а оставлялъ её за дворомъ. Это – правильные действия человека утверждающего вида, ибо нужно заботиться не о себе и о своихъ личныхъ переживанияхъ, а о другихъ людяхъ, оставшихся въ доме – на нихъ не должна литься тёмная энергия вашихъ слёзъ отчаяния или горя.

        И поэтому, когда отроки спросили его: почему тотъ такъ поступилъ, почему, когда дитя было живо, то постился, плакалъ и бделъ, а теперь же, когда дитя умерло, всталъ и елъ пищу и пиль? – тотъ ответилъ, что когда дитя было живо, онъ постился и плакалъ, такъ какъ думалъ, что, быть можетъ, Господь помилуетъ его самого, и тогда дитя будетъ живо. Но, когда дитя умерло, зачемъ теперь поститься, разве можно возвратить его этимъ? Дитя не возвратится къ нему обратно.

        Синодальныйъ переводъ:
12:24 И утешил Давид Вирсавию, жену свою, и вошел к ней и спал с нею; и она [зачала и] родила сына, и нарекла ему имя: Соломон. И Господь возлюбил его

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:24 И утеши давидъ вирсавію жену свою, и вниде къ ней и спа съ нею, и зача и роди сына, и нарече имя ему Соломонъ: и Господь возлюби его.

        И утешилъ человекъ утверждающего вида веющую вверху жену свою, и вошёлъ къ нейъ и спалъ съ нею, и зачала и родила сына, и наречётъ ему имя Соломонъ: и Господь возлюбилъ его.

        Ужъ очень понравилась Давиду эта женщина, разъ онъ не выгналъ её после всего, о чёмъ вы, читатели, прочли. И она сама не ушла отъ него. А это значитъ, что тамъ, между ними, была любовь. Ибо только любовь способна сделать такъ, чтобы такъ быстро могъ бытъ зачатъ другойъ чистыйъ и светлыйъ ребёнокъ. И только любовь можетъ очистить людейъ отъ накопившейся тьмы.

        Но более всего на исходъ этойъ ситуации указываетъ фраза «вирсавію жену свою» – вверху веющую жену свою. Вотъ это «вверху веющую» (вверху съ веющимъ: вир-са-вію) показываетъ, что эта женщина всецело своимъ духомъ веяла вверху, то есть, верила во Всевышнего Бога, именно поэтому далее идётъ речь о зачатии другого ребёнка, о рождении сына и о томъ, что Господь возлюбилъ его. Эта женщина, возможно, не всё понимала въ этойъ жизни, не понимала, что тьма входила въ неё съ мужемъ, реющимъ тёмными устоями бытия, но, темъ не менее, то, что она понимала, – она реализовывала въ своейъ жизни, а именно: вечеромъ мыла свою плоть отъ тёмнойъ энергии и всецело верила во Всевышнего Бога. А это – уже немало, если не сказать, что это – одно изъ главныхъ условийъ правильного (праведного) понимания мира.
 
        И въ этихъ строкахъ важно увидеть главное – что зачатие ребёнка происходитъ после того, какъ человекъ утверждающего вида очистился водойъ отъ своихъ переживанийъ, помазался (имеется ввиду обрядъ помазания), сменилъ одежду на чистую и вошёлъ въ домъ Божийъ, поклонившись ему. Ибо только обращение къ Богу должно предшествовать зачатию ребёнка. Запомните это. И важно увидеть, что после этого онъ утешилъ жену свою, то есть, сказалъ ейъ правильные утешающие слова, произнёсъ правильные глаголы. И только после этого произошло зачатие ребёнка. Зачать ребёнка нужно правильно. И здесь описаны важные условия къ тому именно въ конкретнойъ ситуации потери первого ребёнка, причёмъ потери по вине самого человека, совершившего злойъ глаголъ, позволившийъ распространяться тьме въ пространстве, за что и былъ наказанъ Богомъ.

        Синодальныйъ переводъ:
12:25 и послал пророка Нафана, и он нарек ему имя: Иедидиа по слову Господа. // Возлюбленыйъ Богомъ

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:25 И посла рукою нафана пророка, и нарече имя ему Иеддеди словомъ Господнимъ.

        И послалъ рукою всё охватывающего пророка, и нарече имя ему Иеддеди словомъ Господнимъ.

        Обратите внимание, что въ стихе 12:24 было написано имя Соломонъ, какое дали родившемуся сыну, а здесь появляется дополнительное имя «Иеддеди словомъ Господнимъ», какое дано съ подачи всё охватывающего пророка. Синодальныйъ переводъ приписалъ своё пояснение этому слову – «Возлюбленныйъ Богомъ», да ещё и изменивъ слово съ «Иеддеди» на «Иедидиа». Поэтому намъ важно увидеть, что означаетъ само имя Соломонъ, и что означаетъ это дополнительное имя «Иеддеди словомъ Господнимъ».

        Имя Соломонъ явно показываетъ образъ «Со ломомъ онъ», то есть, этотъ человекъ будетъ идти по жизни съ ломомъ. А что такое ломъ? Ломъ это приспособление, обычно изъ железа, ибо очень твёрдое, на какое можно опереться и какимъ человекъ чаще всего можетъ совершать такие действия, какие ему не доступны безъ этого приспособления или любыхъ другихъ подручныхъ средствъ. Напримеръ, ломомъ можно что-то ломать, ломомъ можно что-то поддеть – крышку чего-то, дверь, какая не открывается обычнымъ способомъ или что-то иное. То есть, ломъ – это то, что помогаетъ человеку совершить какое-то действие, где нужна твёрдая дополнительная помощь со стороны. И не всегда ломомъ можно только ломать или убивать. А можно и открывать что-то новое. То есть, родившийся ребёнокъ получилъ такое имя, благодаря коему у него въ жизни появится твёрдая опора, помогающая во многихъ его действияхъ.

        А вотъ слово «Иеддеди» имеетъ вотъ такую раскладку: «И-ед-де-ди», и это показываетъ фразу: «И едь где двое и Добро Иже». Причёмъ это «Добро Иже» появится «словомъ Господнимъ», ибо именно всё охватывающимъ пророкомъ ему будетъ дано дополнительное имя «Иеддеди словомъ Господнимъ» – «и едь, где Добро Иже словомъ Господнимъ». То есть, этотъ ребёнокъ по имени Соломонъ, идущийъ по своейъ жизни съ ломомъ, будетъ ещё и ехать (то есть, ускоренно двигаться по жизни, нежели обычныйъ человекъ передвигается обычнымъ способомъ), ибо будетъ творить Добро словомъ Господнимъ. И произойдётъ это благодаря всё охватывающему пророку.

        Читаемъ далее.

        Синодальныйъ переводъ:
12:26 Иоав воевал против Раввы Аммонитской и взял почти царственный город.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:26 Иоавъ же воева въ раввафе сыновъ Аммонихъ и взя градъ царства.

        Самыйъ ведающийъ же воевалъ въ охвате Раввы сыновъ Аммонихъ и взялъ городъ царства.

        Обратите внимание, какъ синодальныйъ переводчикъ написалъ «и взялъ почти царственныйъ городъ», пытаясь смягчить смыслъ написанного, но это – не поможетъ. Не «почти», а взялъ. Всё, что находится вокругъ раввы – въ равваохве (где такихъ «раввъ» несколько, читайте въ предыдущихъ главахъ), будетъ взято охватомъ темъ Самымъ ведающимъ человекомъ, какойъ воюетъ.

        Синодальныйъ переводъ:
12:27 И послал Иоав к Давиду сказать ему: я нападал на Равву и овладел водою города;
12:28 теперь собери остальной народ и подступи к городу и возьми его; ибо, если я возьму его, то мое имя будет наречено ему.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:27 И посла Иоавъ вестники къ давиду и рече: воевахъ на раввафъ и взяхъ градъ водъ:
12:28 и ныне собери останокъ людій и ополчися на градъ, и прiими его, да не азъ возму градъ, и наречется имя мое на немъ.

        И послалъ Самыйъ ведающийъ вестниковъ къ человеку утверждающего вида сказать: воевалъ на охвате Равы и взялъ городъ водъ:
        и ныне собери остатокъ людейъ и ополчись на городъ, и прими его, да не я возьму городъ, и наречется имя мое на немъ.

        Обратите внимание на фразу «и взялъ городъ водъ». А современная Рава Русская омывается рекою, какая имеетъ интереснейшее название – Рата. Эта река – та самая Ра (Ра – та), поэтому и наречется на этомъ городе имя Самого ведающего человека утверждающего вида, хоть и не онъ возьмётъ городъ, потому что Ра – это Реци Бога Азъ и каждого азъ.

        Синодальныйъ переводъ:
12:29 И собрал Давид весь народ и пошел к Равве, и воевал против нее и взял ее.
12:30 И взял Давид венец царя их с головы его, – а в нем было золота талант и драгоценный камень, – и возложил его Давид на свою голову, и добычи из города вынес очень много.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:29 И собра давидъ вся люди, и пойде въ раввафъ, и ополчися нань, и взя его:
12:30 и взя венецъ молхома царя ихъ съ главы его, талантъ злата весъ его, и от каменiя драга, и бысть на главе давидове, и корысть изнесе изъ града многу зело:

        И собралъ человекъ утверждающего вида всехъ людейъ, и пошёлъ въ охватъ Равы, и ополчился на неё, и взялъ его (городъ):
        и взялъ венецъ молхома царя ихъ съ головы его, талантъ золота весъ его, и отъ камнейъ дорогихъ, и сталъ на голове человека утверждающего вида, и добычи вынесъ изъ города очень много:

        Въ этихъ стихахъ важно понять фразу «молхома царя ихъ», съ какого снялъ венецъ давидъ, и этотъ венецъ былъ весь изъ золота да драгоценныхъ камнейъ. Что значитъ «молхома»? Это слово имеетъ буквальную раскладку: «мол-хома». Здесь первое составное слово «молъ» – это сокращение глагола «молвилъ» въ «скороговорнойъ» русскойъ речи. И отсюда это слово «молъ» укоренилось въ русскомъ языке, какъ вставочная частица, передающая чужую речь. Напримеръ: «Скажи, молъ, что я приветъ передавалъ». То есть, въ слове «молхома» заложена буквальная фраза «молвилъ хома». Кто такойъ «хома», написанныйъ съ маленькойъ буквы? или что это значитъ?

        А то и значитъ, что въ современное время, какъ уже говорилось, речь идётъ объ украинскомъ городе Рава Русская, расположенномъ вблизи границы съ Польшейъ, где смешались все диалекты существующихъ въ техъ местностяхъ языковъ. А въ современномъ украинскомъ языке слово «хома» означаетъ русское имя «Фома». Вотъ только это слово говорится тамъ, на Украине, уничижительно и пренебрежительно, ибо тамъ не воспринимаютъ всё русское и перевираютъ всё на свойъ ладъ. Люди тамъ, къ сожалению, давно своимъ мозгомъ ловятъ изъ пространства только частицы тьмы, а не света, и мыслятъ – соответственно. И поэтому въ современномъ украинскомъ языке (и близкимъ къ нему смешаннымъ языкамъ, въ какихъ всё перемешалось) употребление слова «хома» стало, какъ бы, вежливо завуалированнымъ оскорблениемъ. И когда говорятъ, напримеръ: «Охъ, ты и хома!», то это на самомъ деле означаетъ безтолкового, глупого, ничего не понимающего и ни во что не верящего человека, живущего своимъ глубоко внутреннимъ, узкимъ миромъ, не замечающего ничего другого вокругъ и поэтому совершающего глупые или даже плохие, злые поступки. Проще говоря – этакого «себе на уме» дурачка-простофилю. Вотъ такойъ царь былъ въ этойъ Раве Русскойъ на современнойъ Украине. А всё потому, что всё делалъ въ противовесъ русскому, хотя и Рава-то, на самомъ деле – Русская, и река – Рата, да только никто не виделъ этого исконно русского наречия, и намеренно по зову тьмы противопоставлялъ всё въ жизни города русскому. Поэтому и снялъ человекъ утверждающего вида венецъ съ такого царя и забралъ себе, и много корысти вынесъ изъ города.

        Но не только это онъ сделалъ – онъ сделалъ самое главное. Читаемъ далее, после раскрывающего двоеточия.
 
        Синодальныйъ переводъ:
12:31 А народ, бывший в нем, он вывел и положил их под пилы, под железные молотилки, под железные топоры, и бросил их в обжигательные печи. Так он поступил со всеми городами Аммонитскими. И возвратился после того Давид и весь народ в Иерусалим.

        Церковнославянскийъ текстъ:
12:31 и люди сущыя въ немъ изведе, и положи на пилы и на трезубы железны и секиры железны, и превождаше ихъ сквозе пещь плинфяну. И тако сотвори всемъ градомъ сыновъ Аммонихъ. И возвратися давидъ и весь Израиль во Иерусалимъ.

        А людейъ, жившихъ въ нёмъ, извёлъ, и положилъ на пилы и на трезубы железные и секиры железные, и препроводилъ ихъ сквозь печь глиняную (обжигательную). И такъ сотворилъ со всемъ городомъ сыновъ Аммонихъ. И возвратился человекъ утверждающего вида и весь Израиль во Иерусалимъ.

        Всехъ людейъ, намеренно извратившихъ всё русское, человекъ утверждающего вида уничтожилъ особымъ образомъ – вначале положилъ на пилы, железные трезубы и секиры, а затемъ препроводилъ въ печь, дабы сжечь. И это – единственно правильныйъ способъ уничтожения тёмнойъ материи и тёмнойъ энергии въ человеке – спалить её огнёмъ: насадить на лопату (вилы, пилу, трезубъ, секиру) тёмного человека и бросить въ печь. Только огонь способенъ полностью уничтожать тёмную энергию. Такъ что, тёмные люди, не обезсудьте, вы заслужили только это.