Задачи Финляндской газеты

 «Задачи «Финляндской газеты»

(Очерк из «Правительственного Вестника» № 3 от 5 января 1900 года)

Редакция: Андрея Меньщикова



1-го января в Гельсингфорсе появился первый нумер русской газеты, издающейся по почину генерал-адъютанта Н. И. Бобрикова при управлении генерал-губернатора. В прошлом № «Правительственного Вестника» была заимствована из первого русского печатного органа на финляндской окраине любопытная историческая справка о том, были ли раньше попытки издания в Финляндии русской газеты. Ниже приводится передовая статья из № 1 «Финляндской газеты», весьма ярко и определенно рисующая задачи первенца русской печати в нераздельном с Россией Великом Княжестве Финляндском.

***

Великое Княжество Финляндское с начала истекающего столетия вошло в состав великой русской государственной семьи, как полноправный ее член, как один из родных сынов России. В Манифесте 5-го (17-го) июня 1808 года Император Александр I соизволил выразить: «Приверженность, единство и непоколебимая верность есть единое возмездие, коего Мы за все сие от вас требуем и ожидаем несомненно». В речи, которою 3-го (15-го) апреля 1864 года был закрыт финский сейм и которая Собственноручно подписана Императором Александром II, сказано: «Ясное понимание польз Финляндии должно склонять вас (финляндцев) к упрочению, а отнюдь не к ослаблению той тесной связи с Россией, которая служит неизменным ручательством благосостояния вашей родины». В Высочайшем Рескрипте, которым был удостоен 17-го августа 1898 года финляндский генерал-губернатор, высказывалась уверенность, что он будет одушевлен стремлением к последовательному вкоренению в сознание местного населения всей важности для блага Великого Княжества теснейшего единения с общим для всех верноподданных отечеством. Все это указывает на желание Правительства – создать из финляндской окраины живую часть государства.

Если же судьбою определено русским и финнам жить под одною кровлею, то естественно желать, чтобы семейные узы, их соединяющие, были самые тесные, проникнутые и согретые миром и любовью. Со стороны финнов, казалось бы, не должно встретиться препятствий к этому тесному единению, так как Россия, по отношению ко всем народностям, входящим в ее состав, является доброжелательной и любящей матерью, не посягающей на их веру, язык и обычаи. Государственная программа ее прежде всего великодушна и справедлива. Ее мощь позволяет ей обеспечить права и свободу инородцев, не умаляя их благополучия, не затрудняя развития их своеобразных культур. С высоты Престола финляндцам неоднократно было указано, что Финляндский край, состоя с начала нынешнего столетия, а в некоторой его части ранее, в собственности и державном обладании Империи Российской, получил, по воле блаженной памяти Императора Александра I, особый порядок внутреннего управления, причем Всемилостивейше удостоверено сохранение за ним его прав, преимуществ, религии и коренных законов, что было подтверждено и Его Державными Преемникам. Не далее, как в последнем Высочайшем Рескрипте, данном на имя финляндского генерал-губернатора (8-го июня 1899 года), вновь начертано: «Я признал за благо сохранить за Финляндией особый строй внутреннего законодательства, дарованный ей Моими Державными Предками». В намерение Монарха не входит, следовательно, изменять начала действующего в крае порядка внутреннего управления, доколе конечно финны пребудут верными русскими подданными. В верноподданнической же преданности финского народа никто же сомневался и не сомневается, что также и Верховной властью многократно милостиво высказывалось.

Коренные жители Великого Княжества, оставаясь финнами, могут быть хорошими русскими подданными. Они хотя и не русского происхождения, но несомненно русские по присяге и по политическим стремлениям.

Россия – везде Россия. Предоставляя всем жителям государства одинаковое положение и защиту, Россия в праве, конечно, требовать себе равной от всех службы и равного несения общих государственных тягостей и повинностей.

В Российской Империи – одна Верховная власть, один Престол и один Державный Хозяин. Все права подданных Русского Царства исходя от Монарха, который ни в какие договоры с ними не вступает, а лишь дарует и утверждает им нужные законоположения. Кроме Монарха, в пределах Империи нет никакой независимой власти: вокруг Его славного и светлого Трона стоят только учреждения законосовещательные. Единая Верховная власть – оплот несокрушимости России, завет всего прошлого русской истории и залог ее будущего преуспеяния. Единство власти, не исключая местного самоуправления, наилучшим образом обеспечивает личность, законность, порядок, гражданственность и свободу вероисповеданий. Империя – едина и нераздельна с одной верховной властью во главе. Верноподданническая присяга на всех жителей Российской Державы, без различия народностей, налагает одинаковые обязательства и требует одинаковой преданности Царю и Отечеству. Преданность же, очевидно, не может быть условной, патриотизм не должен быть исключительно местным. Преданность Монарху неразрывна с преданностью Империи. Давно уже сознано, что нельзя быть верным подданным Государя, не питая никакого сочувствия к России.

Всем вышеизложенным основам государственности назначена непреклонно служить «Финляндская газета», являющаяся органом правительственным. При этом главной своей задачей она ставит проведение в среду финляндцев тех убеждений, в силу которых тесное единение Финляндии с прочими частями России только тогда окажется прочным и непоколебимым, когда будет сознана общность интересов, когда сограждане поймут друг друга и станут делить горе и радость совместной политической судьбы. Взаимные выгоды России и ее финляндской окраины требуют самых добрых и сердечных между ними отношений.

Сознавая, что всякие отношения тогда только вполне прочны, когда корни их ютятся не только в мыслях, но и в чувствах, «Финляндская газета» будет всеми средствами способствовать обоюдному ознакомлению России и Финляндии и возбуждать взаимное сочувствие и доверие. В области государственной газета будет за сплочение, в вопросах национальных – за сближение. Все это в значительной мере старые и известные истины, но этим то истинам и желает послужить «Финляндская газета».

В отношении взаимного ознакомления, Россией сделано больше, чем Финляндией: на русском языке имеется все-таки довольно значительная литература, которая успела осветить некоторые отрасли жизни финского народа, оценить по достоинству упорный труд, бережливость и борьбу финляндца с неблагоприятными климатическими и экономическими условиями, а также справедливо отметить некоторые его культурные успехи в разных отраслях деятельности. Наоборот, для финляндской окраины Россия совершенно неведомая страна вследствие того, что ни финляндская школа, ни местная печать до сих пор не ввели в свои программы изучения русской жизни, истории, литературы, науки, искусства, промышленности, в той мере, в какой надлежало бы это сделать ближайшей к столице окраине великого государства. В этом отношении иностранцами, людьми совершенно чуждыми России, сделано гораздо больше и русская литература, например, за последние двадцать лет, путем переводов, стала достоянием всех европейских языков. Для ознакомления финнов с Россией, «Финляндская газета» предполагает при первой к тому возможности издавать еженедельные нумера на финском языке.

«Финляндская газета», как орган правительственный, входить в пререкания не будет, но она с полной настойчивостью не преминет восстановлять факты, если они будут ложно истолкованы или неверно освещены. Только таким путем возможно будет осуществить пожелание, высказанное генерал-губернатором в ответ на обращенное к нему приветствие лиц, присутствовавших при освещении помещения редакции и типографии «Финляндской газеты», 23-го декабря истекшего года: «Да послужит газета наша делу мира и упрочению взаимного доверия».