Дело авиаторов. Московский гость

21 апреля 1941 года

Берлин, Великогерманский рейх

В детстве и юности Коля Маслов много кого играл в театре: сначала в школьном, потом в студенческом (он закончил истфак МГУ, как и Колокольцев). Причём играл настолько талантливо, что всерьёз подумывал о карьере киноактёра.

Однако увлёкся чекистской романтикой, пошёл служить в ОГПУ… и нисколько об этом не жалел. Ибо воплощаться и перевоплощаться ему приходилось постоянно – что он и делал вдохновенно, пленительно и в высшей степени артистично.

Сегодня он воплотился в преуспевающего гамбургского негоцианта (благо немецким владел как родным и с немецкой культурой был близко знаком – спасибо бабушке-немке).

Пальто, шляпа и ботинки из лучших берлинских магазинов (как и портфель) … ну, а шикарный костюм-тройку ему пошил элитный портной НКВД (немецкий еврей-коммунист, ещё в феврале 1933 года сбежавший в СССР из Мюнхена). К немалому неудовольствию мюнхенской и не только элиты – ибо он был лучшим.

Как Колокольцев и предполагал, личный помощник Берии, майор госбезопасности СССР, ныне чрезвычайный и полномочный представитель Сталина и партнёр Колокольцева уже в четвёртом совместном проекте, Николай Викторович Маслов прибыл в Берлин лично.

Ибо такое задание Красный Тамерлан категорически не доверял радио. Радио он доверил только зашифрованное сообщение из шести цифр. Дата и время встречи, а также место встречи (третье из списка, согласованного ещё в 1928 году).

До капитуляции Югославии Сталину было несколько не до заговора в ВВС РККА… зато сразу же после оной эта проблема стала для Хозяина наиболее приоритетной. Не в последнюю очередь потому, что бунт челяди (особенно такой бунт – с просто лютым предательством) был для него категорически неприемлемым.

Колокольцев и Маслов встретились в Тиргартен-парке; в укромном уголке, достаточно защищённом от лишних ушей. После обмена приветствиями, московский гость сразу перешёл к делу: «

Тебе поручено раздобыть полный список участников заговора в ВВС РККА…»

«Я догадался» - усмехнулся Колокольцев. «Получил сообщение ещё первого апреля…». Маслов улыбнулся: «Надеюсь, ты не счёл его первоапрельской шуткой… хотя, по слухам, Хозяин ещё и не так шутить может…»

Колокольцев покачал головой: «Я счёл, что у вас головокружение от моих успехов. Вы считаете меня то ли ясновидящим, то ли всемогущим…»

И неожиданно для Маслова осведомился: «Сколько пришло сообщений об этом заговоре?». Майор госбезопасности спокойно ответил: «Пять».

«Откуда пришли?». И объяснил гостю: «Мне это нужно знать, чтобы понять, не является ли это умелой дезой… Гейдрих дока по этой части, да и Мюллер с Шелленбергом и даже Канарис недалеко ушли…»

Маслов вздохнул и крайне неохотно (но честно) ответил: «Берлин, Париж, Мадрид, Литва… и Токио». Колокольцев задумался, мысленно с удовлетворением отметил, что до Сталина дошли все переданные им сообщения и что он их воспринял в высшей степени серьёзно.

После чего вздохнул: «Похоже на правду. Мне неизвестно ни об одной раскрытой сети – а знать это мне по должности положено – а окольными путями в столь много адресов… да ещё с такой географией не пропихнуть…»

И немедленно отдал боевой приказ: «Мне нужно знать всё, что знаете вы…»

Маслов бесстрастно перечислил: «Первый контакт был в Испании, через Легион Кондор. Переговоры ведутся с Герингом напрямую… с нашей стороны, похоже, фигуры того же уровня…».

Колокольцев кивнул: «Бывший или нынешний главком ВВС РККА…»

«… мотивация у наших простая и понятная после ежовщины…»

«Убежище в обмен на содействие во время блицкрига» - констатировал Колокольцев. «На меньшее рейхсмаршал не согласится… и фюрер тоже…»

Глубоко вздохнул – и продолжил: «Расклад следующий. Хоть я и боевой товарищ Геринга, ибо ношу форму люфтваффе, для него я в первую очередь человек Гиммлера. Это дело авиаторов – большая политика; поэтому Геринг намерен его раскрутить напрямую с фюрером, минуя рейхсфюрера…»

Маслов кивнул: «Логично». Колокольцев продолжил: «Да, чисто функционально ему нужно моё мнение, что это не деза с целью создать иллюзию нейтрализации ВВС РККА, которые неожиданно обрушатся на вермахт и сорвут блицкриг…»

«… но он этого не сделает, ибо не хочет делить лавры с Гиммлером» - мрачно закончил за него эмиссар Сталина. Колокольцев кивнул и загадочно улыбнулся:

«Единственный вариант – спровоцировать рейхсмаршала. Создать ситуацию, которая вынудит его обратиться ко мне, ибо у него не будет иного выхода…»

«Сколько времени тебе нужно?» - быстро спросил Маслов. Колокольцев задумался и ответил: «Две-три недели. Я сам привезу список в Москву на микроплёнке… до того меня не беспокоить…»

Повернулся и быстро зашагал к выходу из парка.